Глава 28

Гермиона резко проснулась, судорожно вдохнув. Образы проносились перед её глазами, и она пыталась удержать их, чтобы сохранить сон в памяти как можно дольше.   Грейнджер села на кровати; сердце бешено колотилось, а дыхание было прерывистым. Она посмотрела в сторону и увидела, что Малфой сидит прямо, прислонившись спиной к изголовью кровати и подогнув ноги. Его светлые волосы падали на глаза, пока он смотрел вниз, теребя пальцами одеяло. В лунном свете, проникавшем сквозь занавеску, Драко, казалось, излучал бледное сияние. Его серые глаза скользнули к ней:   — Ты в порядке?   — Думаю, да, — ответила Гермиона, массируя виски. — Ты не спал?   — Нет, — выдохнул он, рассеянно пожав плечами. — Не могу уснуть. Думаю о завтрашнем дне.   Гермиона придвинулась к нему, и Драко обнял её за плечи, притянув к своему боку.   — Тебе нужно поспать.   Он покачал головой; его потускневший взгляд снова упал на одеяло.   — Со мной всё будет нормально.   Гермиона нахмурилась, ведь знала, что он всё ещё изводит себя из-за мысли, что Хикари мог заболеть этой магической болезнью.   — Тебе приснился ещё один странный сон?   — Да, — она кивнула, пытаясь удержать ускользающие образы.   — Это был Лотхал… резьба в форме полумесяца на колонне возле доков…   Глаза Малфоя расширились, когда он обратил своё внимание на неё. Он жестом руки подтолкнул её продолжать.   Гермиона прищурилась, пытаясь вспомнить последние образы сна.   — Взошла луна… мы были в Лотхале ночью. Это всё… больше ничего не помню.   Малфой шумно выдохнул, надув щёки. — Это, должно быть, что-то важное. Полумесяц, луна… — Ты зациклился на полумесяце, — сказала Гермиона, качая головой. — Что, если это действительно ключ к разгадке? — она прижала кончики пальцев к виску, опираясь на руку. — Жители Лотхала были выдающимися инженерами и подробно изучали приливы, когда строили доки… — Изменение течения зависит от притяжения луны, — быстро сказал Малфой, сильнее сжимая её. — Мерлин, Грейнджер… нам нужно идти. Какое-то мгновение они напряжённо смотрели друг на друга, и Гермиона могла видеть, как в его голове проносятся мысли, пока её собственные заполняли разум. Она перевела взгляд в окно, и увидела луну высоко в небе. — Сейчас. Они вскочили с кровати и начали одеваться, спотыкаясь и сталкиваясь друг с другом. Гермиона рассмеялась, наступив ему на ногу, и он подхватил её, не давая упасть, и украл короткий поцелуй. Слегка растрёпанные, через несколько минут, оба были готовы и, воспользовавшись портключом, отправились в Лотхал посреди глубокой ночи.

***

Драко нахмурился, расхаживая по причалу в Лотхале и время от времени поглядывая на Грейнджер, которая протирала колонну с полумесяцем. Он провёл пальцами по быку на ближайшей к нему колонне — видение казалось таким важным, но они уже почти час были в Лотхале и не нашли ничего нового, кроме того, что видели каждый день. Гермиона подошла к нему, покачала головой и опустилась у основания колонны, поджав под себя ноги. — Интересно, что именно должно было показать мне это видение. — Ты сейчас ничего не видишь? — спросил Драко, присаживаясь на землю рядом с ней. — Нет, — вздохнула она. — Я пыталась получить доступ к триггеру всеми возможными способами, которые срабатывали раньше, но ничего не вышло. Как будто видения скрывают, как будто вместо этого мне нужно увидеть что–то другое. Драко моргнул, его глаза защипало. — То есть, теперь эта способность обладает разумом? — Я уже не знаю, что думать, — ответила Гермиона, качая головой, и разочарованно выдохнула. — Почему так невозможно что-либо понять? — Ты видела в видении полумесяц, — сказал Драко, махнув рукой. — Значит, в этом что-то должно быть. — Да, — согласилась она, — но здесь нет ничего, чего бы не было днём. Возможно, дело вовсе не в том, что в видение была ночь.   Он покачал головой, чувствуя, как его накрывает волна разочарования. Малфой был так уверен, что это важная подсказка, ведь в прошлый раз, когда Грейнджер проснулась после видения, оно действительно было связано с чем-то, что она уже видела, и они знали, что это было не случайно. А это видение могло означать совсем другое.   Драко откинул голову назад, прижавшись затылком к каменной колонне, и уставился на ясную луну над головой.   — Может, нам тогда просто уйти? — выдохнул он.   Гермиона проследила за его взглядом и придвинулась ближе, прижавшись к его боку.   — Давай немного подождём. Я чувствую, что нам нужно подождать, — но едва произнеся эти слова, она зевнула, прикрыв рот рукой, и её глаза начали закрываться.   Драко хихикнул и обнял её крепче в прохладном ночном воздухе.   — Или мы можем вернуться в отель и поспать.   — Ты вообще не спал, — сказала Гермиона, ткнув его пальцем в грудь. — Зато ты спала, — выдохнул Драко, растягивая губы в улыбке. — И да, я начинаю чувствовать усталость.   Она покачала головой, глядя на него.   — Я просто чувствую, что нам нужно подождать.   Малфой пожал плечами, хотя его глаза жгло, но он заставил себя не закрывать их. Драко ещё долго смотрел на яркую луну; сегодня было полнолуние, и по спине у него пробежал холодок.   — Тогда подождём.   Словно прочитав его мысли, Гермиона спросила:   — Как думаешь, мне приснился полумесяц потому, что сегодня полная луна?   — Возможно, — задумчиво ответил Драко. Если они были так зациклены на приливах, ты права — скорее всего, они уделяли внимание и фазам луны. На данный момент я не готов сбрасывать со счетов всё, что могло бы нас привести хоть к чему-то.   Он не озвучил последнюю мысль, которая так же отчётливо крутилась в его голове, и которая, и без того скручивала и натягивала напряжённые нервы. Особенно, если команда заболевала. Гермиона уткнулась лицом ему в грудь, и её кудри защекотали подбородок Драко, когда он отвёл их в сторону, глядя на неё сверху вниз. Всё это время, проведённое ими в Пакистане, а теперь ещё и в Индии, пролетело как вихрь за какие-то пару недель. Он до сих пор не мог до конца осознать, как всё так сложилось между ним и Грейнджер, да и с этим делом в целом. Недели борьбы и никаких ответов, но каким-то образом Малфой больше не был одинок. И он не знал, что это будет означать, когда они вернутся домой… но пока не был уверен, что хочет знать. Но именно Грейнджер захотела рассказать Поттеру о нём. И Драко не до конца понимал, что это значит. Изменится ли всё, когда они перестанут работать вместе над этим делом. Драко не думал, что Гермиона относится к такому типу девушек, но он ещё недостаточно хорошо знал её ни в личном плане, ни за пределами профессиональной деятельности. Та девочка, которую Малфой, как ему казалось, знал в Хогвартсе, была так сильно изменена войной, что он больше не узнавал в ней того ребёнка, которым она когда-то была. Впрочем, так, вероятно, было со всеми, кто прошёл через войну и был вынужден повзрослеть слишком рано. — О чём ты думаешь? — пробормотала Гермиона ему в рубашку; её голос был сонным и хриплым от усталости. Его губы изогнулись в усмешке. — О завтраке. — Неправда, — фыркнула она, толкнув его боком и её сонные глаза прищурились, глядя на него. — Скажи честно. Улыбка исчезла с его лица, внутри пронеслась волна неуверенности. — Я думал о тебе… о нас. — О… — прошептала Гермиона, приоткрыв губы. — И что именно? У Драко пересохло во рту, и он судорожно сглотнул. Он изо всех сил попытался небрежно пожать плечами, несмотря на то, что его сердце бешено колотилось, и был уверен, что Гермиона это почувствовала. — Только о том, что из всего этого выйдет, когда мы вернёмся домой. Его желудок скрутило, когда она вздохнула. — Я пока не знаю. — Понятно, — процедил Малфой, сильнее сжимая её плечо. Она, моргая, смотрела на него, и Драко отвёл взгляд. — Я не очень хороша в отношениях, — прошептала Гермиона. Он невольно усмехнулся. — Гермиона Грейнджер, у которой вдруг что-то не получается. Это, должно быть, впервые.   — Полёты, — выдохнула она, снова устраиваясь у него на груди. — У меня не получались полёты. И… такие вещи тоже не очень получаются. С парнями.   Малфой рассмеялся.   — Помню тебя на первом уроке полётов. Отличница Грейнджер не могла взлететь, — он покачал головой, усмехнувшись. — Честно? У меня отношения с девушками тоже не очень-то и слаживаются.   Она отстранилась, взяла его руку в свои и села рядом с ним, прислонившись к колонне. — Я хотела рассказать Гарри не просто так. Я не хочу, чтобы это было тайной. Между ними повисло напряжение и Драко сжал её руку в своей. — Значит, ты хочешь посмотреть, к чему это приведёт, когда мы вернёмся домой. — Думаю, да, — призналась Гермиона. — Я ни с кем не встречалась с восьмого курса, и, честно говоря, с самого начала это было настоящей катастрофой. Малфой кивнул, его взгляд снова встретился с её. — Я помню. В бледном свете луны Драко не мог быть уверен, но ему показалось, что он заметил, как её щёки порозовели. — Даже ты видел то ужасное расставание? — она раздражённо выдохнула, качая головой. — Это было действительно ужасно. Чем больше проходит времени, тем чаще я думаю, что была с Роном лишь потому, что чувствовала себя в безопасности после всего, через что мы прошли. Но я не думаю, что когда-нибудь по-настоящему… испытывала к нему чувства, понимаешь? — Я понимаю, что ты имеешь в виду, — он тяжело вздохнул, удивляясь, как они дошли до такого обсуждения. — Я тоже никогда ни к кому ничего такого не чувствовал.   — Даже к Паркинсон? — задумчиво спросила Гермиона, проводя кончиками пальцев по тыльной стороне его ладони.   Драко фыркнул и усмехнулся.   — Точно не к Пэнси. Она всегда хотела со мной встречаться, но, думаю, дело было скорее в моей фамилии, чем во мне самом, — он пожал плечами. — На последних курсах у меня было не очень хорошее ментальное состояние. Свидания точно не были у меня в приоритете. А восьмой курс… я просто хотел сдать ЖАБА и свалить.   — Ты вообще ни с кем не встречался? — тихо спросила Гермиона.   Драко сглотнул, поёрзав на твёрдой земле.   — У меня было что-то вроде романа с семикурсницей, когда я был на шестом. Но это длилось недолго. У нас не было особой эмоциональной связи или, возможно, я просто не был готов её к себе подпустить. Мы разошлись без обид.   Гермиона вздохнула, положив голову ему на плечо. — Понимаю. Я думала , что у нас с Роном есть какая–то связь, … но, очевидно, нет. И думаю, если бы мы остались вместе, всё стало бы только хуже. Малфой повернулся к ней, уткнувшись лицом в её волосы. — Почему вы расстались? На этот раз ему точно не причудилось, как её щёки порозовели. — Причина была довольно нелепая, на самом деле. Драко хмыкнул, чувствуя, как его губы кривятся от удовольствия, и стал ждать ответа. — Рон обиделся, — сказала Гермиона настолько тихо, что ему пришлось напрячь слух, — потому что думал, что я берегла себя для него. Драко моргнул, сдерживая желание рассмеяться от самоуверенности Уизли, хотя при мысли о близости Гермионы с ним его всё же передёрнуло. — А это было не так? — уточнил он, прерывисто дыша. Малфой много раз задавался этим вопросом, но не считал нужным спрашивать. Она едва заметно покачала головой: — Нет. Но это было ещё до того, как он вообще проявил ко мне интерес. И было лицемерием с его стороны, учитывая, что он спал с Лавандой Браун на шестом курсе, — Гермиона глубоко вздохнула и усмехнулась. — Я сказала ему, что не спешу с ним, хотя уже и не была девственницей. И он подумал… Драко сглотнул ком в горле. — Что ты всё равно переспишь с ним. — Наверное, он на это надеялся, — сказала она, пожав плечами. — Рон не давил, но я чувствовала. И, думаю, рано или поздно это бы произошло, — Гермиона рассмеялась тихим, звенящим смехом. — Возможно. А может, я всё равно поняла бы, что есть более глубокая причина, по которой я бы хотела подождать. — Ты умная, — поддразнил он. — Думаю, ты бы разобралась. Она усмехнулась, ткнув его пальцем в рёбра. Драко улыбнулася в ответ. Он не хотел говорить об этом вслух, но ему понравилась мысль о том, что Гермиона никогда не спала с Уизли, хотя напрашивался другой вопрос: — Кто? Она моргнула, нахмурив брови. — Кто, что? — Кто это был? — уточнил Драко, сдерживая улыбку. — А… — сказала она, отводя взгляд, снова краснея, и нервно усмехнулась. — Это был Виктор. Малфой уставился на неё, расширив глаза. — Крам. Ты переспала с Крамом. Гермиона кивнула, слегка пожав плечами. — Он был милым. Обычно интересовался тем, что я изучаю. Пригласил меня к себе в гости следующим летом и… — она замолчала, бросив на него взгляд. — Это ни к чему не привело, хотя было весело, пока длилось. Наверное, с ним я чувствовала себя не только книжным червём, но и просто девушкой. — Очаровательно, — протянул Драко, подталкивая её локтем в бок. — И не могу не признать, что я не впечатлён. Весело рассмеявшись, Гермиона повернулась к нему. — А ты? Та девушка с седьмого курса? — Да, — кивнул он. — Несколько раз, и всё, — Малфой поморщился, почесав затылок. — И ещё была девушка в пабе… в ту ночь, когда я узнал, что моего отца отправят в Азкабан. Но, честно говоря, я даже имени её не помню.   На лице Гермионы мелькнуло что-то вроде сочувствия, и Драко, уловив это выражение, прикусил щёку изнутри.   — Я этим не горжусь, — признался он. — Но, тем не менее, это случилось.   Она вздохнула и сжала его руку.   — Я понимаю. Думаю, мы все прошли через многое во время войны… и после неё. Независимо от того, на чьей стороне были.   В её взгляде была такая искренность, что Драко глубоко вдохнул. Он не знал, заслужит ли он когда-нибудь такую девушку, как она.   Между ними повисла тишина, пока Малфой не сказал:   — Ты особенная, Грейнджер.   Она поднесла тыльную сторону его ладони к губам, прижавшись к его коже.   — Ты не настолько плох, насколько ты о себе думаешь. У него перехватило дыхание, когда он запустил свободную руку в её волосы и запечатлел долгий поцелуй на её губах. Гермиона подалась вперёд, углубляя его, проводя рукой по его волосам; Драко закрыл глаза, в то время как его желудок сжался от чего-то невысказанного между ними, когда он поцеловал её.   Через мгновение он отстранился, взял её лицо в ладони и пристально посмотрел на неё. Малфой открыл рот, чтобы что-то сказать, но затем снова закрыл его. Сделав глубокий вдох, он спросил:   — Может быть, нам просто стоит вернуться в отель и немного поспать?   Что-то промелькнуло на её лице, и Гермиона подняла взгляд на луну, которая двигалась по небу и разочарованно выдохнула. — Наверное, ты прав, хотя мне всё равно интересно, о чём был этот сон.   Драко покачал головой.   — Сложно сказать, — он поднялся на ноги, отряхнулся и протянул ей руку, чтобы помочь подняться.   Драко потянул Гермиону вверх и притянул к себе; она прижалась к нему, снова находя его губы, а руки скользнули по его груди. Его пронзило резкое ощущение, и он притянул её ещё ближе; сердце колотилось от того, как она прижималась к нему, пока её язык дразнил его.   Как будто разговор о близости открыл между ними какие-то шлюзы, и Гермиона целовала его с такой страстью, какой у неё никогда не было раньше, её руки скользили по его волосам, а Драко прижал её к колонне, одной рукой касаясь обнажённой кожи под подолом её джемпера.   Она тихо застонала ему в губы, ещё крепче прижимаясь к нему, и у Драко мелькнула мысль, что, возможно, Гермиона вовсе не хочет возвращаться в отель и поспать, когда у него скрутило живот от трения. Его рука скользнула выше, пальцы прошлись вдоль её бока и вдруг она резко отстранилась. Его глаза распахнулись, встречаясь с её потемневшим взглядом, и каждое нервное окончание запело от осознания её присутствия, когда Малфой перевёл дыхание. Но Гермиона отвела широко раскрытые от шока глаза и уставилась куда-то мимо него.   — Драко, — прошептала она.   Проглотив удивление от того, что Гермиона впервые назвала его по имени, он проследил за её взглядом и чуть не выпрыгнул из кожи.   — Мерлин, — выдохнул Малфой, проводя пальцами по внутреннему краю резьбы полумесяца. — Грейнджер.   Луна висела высоко над ними, и луч лунного света, попавший в угол полумесяца, падал вперёд, на открытое, вырытое пространство того, что когда-то было складом в доках.   Стоявшая рядом с ним Гермиона тяжело выдохнула; её рот приоткрылся от удивления, когда она последовала за лучом света, её шаги были осторожными и мягкими, как будто она не хотела его потревожить.   — Как… — выдохнул Драко, догоняя её, оглядываясь на полумесяц и, с того угла, где он теперь стоял, луч идеально проходил через изгиб вырезанной лунной фазы. Она лишь покачала головой, и её взгляд упал на свет в форме полумесяца, танцующего на полу склада. — Не знаю, — выдохнула Гермиона, качая головой. — Но, думаю, нам нужно спуститься вниз. Сосредоточившись, глаза Гермионы затрепетали, и Драко понял, что она пытается заглянуть в прошлое. Её ладонь наткнулась на его руку, и он сжал её, переплетя их пальцы. Несколько мгновений её дыхание оставалось тихим и ровным, а затем она снова открыла глаза. Нахмурившись, Гермиона подошла к свету на земле и присела, касаясь места, где луч упирался в поверхность. Её пальцы начали счищать пыль и грязь с древнего основания. — Здесь вмурованы фигурные камни, — прошептала она, выковыривая ногтем грязь из трещин. Там было несколько камней, спрессованных в известковый раствор. — Но для чего они нужны? Драко взглянул на неё и выдохнул: — Может, это была древняя версия входа в Косой переулок. — Да, — прошипела Гермиона, вытаскивая палочку и постукивая по камням. Пыль задрожала и запрыгала по камням, но ничего не произошло. — Возможно, это какой-то узор. Драко скрестил руки и повернулся к колонне. — Луна движется быстро. Проекция продлится недолго. — И, должно быть, это работает только при полной луне, — прошептала Гермиона широко раскрыв глаза и сжала свободную руку в кулак. — Изгиб света охватывает этот камень… но что ещё? Его взгляд метнулся к противоположной колонне. — Грейнджер, — бросил он, поспешив назад, чтобы разобраться. Она догнала его, когда Малфой уже проводил рукой по разрушенной поверхности другой колонны. — Помнишь, эта была сломана? Как думаешь, на ней была такая же резьба? Гермиона молчала, переводя взгляд с дальней колонны на пол склада; она задумчиво постукивала руками по бокам. — Но она разрушена. Как думаешь, свет попадал бы на ту же точку? — Не мог, — ответил Драко. — Тогда он был бы обращён к полной луне под другим углом. — Тогда куда? — выдохнула она и её взгляд снова метнулся к луне. — Мы уже теряем нужную точку. Мозг Драко лихорадочно работал, пытаясь обработать слишком много информации за один раз; он зашагал к разрушенной колонне.   — Возвращайся на склад. Я попробую смоделировать, куда бы падал свет с другой стороны.   Гермиона кивнула, напряжённо выдохнув, и вернулась внутрь; Драко едва различал её силуэт. Он посмотрел на высоту резьбы полумесяца и палочкой направил луч света на пол склада. Через мгновение Гермиона закричала:   — Нет!   Выругавшись себе под нос, Малфой снова прикинул угол первой колонны и попытался его воспроизвести, но опять безрезультатно.   Он находился достаточно далеко, а задача была слишком неточной, чтобы понять, какой именно камень должен был быть охвачен вторым полумесяцем, но у них не было времени придумать что-нибудь получше. Не отрывая взгляда от колонны, Гермиона осторожно приблизилась к нему с закрытыми глазами. — У меня было чувство, — прошептала она, и её губы тронула улыбка, — что эту часть я смогу увидеть, — она хихикнула, снова потянувшись к его руке. — Знаю, звучит безумно.   — Это напоминает мне один наш разговор, — заметил Драко с насмешливой улыбкой, — когда ты отказывалась верить, что провидцы существуют.   Гермиона приоткрыла один глаз и пристально посмотрела на него.   — Это не одно и то же.   Он криво усмехнулся и шутливо приподнял брови.   — Да! — воскликнула Гермиона спустя мгновение тишины. — Я вижу.   Бросив взгляд на положение луны, Драко выдохнул:   — Тогда тебе лучше поторопиться. Гермиона побежала обратно через верфь к складу и снова опустилась на колени. Всё, что она могла увидеть, для Малфоя оставалось недоступным, поскольку он по-прежнему различал лишь один луч света, который уже начинал смещаться и вот-вот должен был исчезнуть.   — Они пересекаются, — прошептала Гермиона, наклоняясь ещё ниже, чтобы убрать землю между двумя каменными плитками, и прищурилась в слабом свете палочки Драко.   Она смахнула последнюю пыль и повернулась к нему.   — Эти два камня заключены в кольцо, — сказала Гермиона, указывая на первый камень и на ещё один на несколько шагов левее от него. — А этот освещён сразу двумя лучами.   Луна зашла, и луч света исчез, потеряв угол наклона к полумесяцу, необходимый для того, чтобы он падал вперёд. Драко сглотнул, глядя на неё:   — Уже слишком поздно? — Я не знаю, — прошептала Гермиона, вцепившись в камни свободной рукой. — Я боюсь пробовать. Он присел на корточки рядом с ней. — Пока ты не забыла. В её глазах мелькнул страх, когда она посмотрела на него. — И что бы это ни было… по крайней мере, мы будем знать. — Ладно, — согласилась Гермиона, глубоко вздохнув. Её рука дрожала, когда она коснулась сначала камня слева, затем справа, а потом третьего, который был подсвечен, между первыми двумя и немного выше. Гермиона издала удивлённый возглас, и Драко вскочил на ноги, потянув её за собой, когда земля задрожала, а камни заскрежетали друг о друга, сдвигаясь и осыпаясь. Он осторожно отступил на шаг, она стояла рядом с ним, широко раскрыв глаза, и ему потребовалось мгновение, чтобы понять, что появилась винтовая лестница, ведущая в подземелье под складом. Они обменялись настороженными взглядами. Когда камни перестали двигаться, внезапная тишина показалась зловещей, оставляя за собой только извилистую лестницу. Драко заглянул внутрь, но там была только зияющая темнота.