"ГАМЛЕТ" — этико-интуитивный экстраверт (ЭИЭ): мужская версия

Быть или не быть — вот в чём вопрос; Что благородней духом — покоряться Пращам и стрелам яростной судьбы Иль, ополчась на море смут, сразить их Противоборством? (Шекспир (ЭИЭ), "Гамлет")

Из соционического юмора: - Когда я курю на балконе, то никогда не выбрасываю бычки вниз, потому что боюсь, что окурок занесёт ветром в какое-нибудь окно, начнётся пожар, взорвутся газовые баллоны, умрут люди, начнётся следствие и выяснится, что это я виноват, меня покажут по телевизору и мама узнает, что я курю. - Ой, соль рассыпалась! Это к ссоре! - Может, обойдётся? - Ну уж нет, я уже настроился! Максим – Гамлету: - Давай договоримся: я говорю, что ЭТО очень вкусно, а ты больше никогда ЭТО не готовишь.

Диамни Коро

Начнём с самого начала, то есть с повести, которая и открывает мир "Отблесков" — "Пламя Этерны". И первым в ней появляется "мастер", хотя тогда ещё и не ставший одним из величайших художников Кэртианы, Диамни Коро. - Рациональность/Иррациональность: с самого начала трудно не заметить, что Диамни старается следовать заранее намеченным планам и не умеет сходу скорректировать своё поведение по резко изменившейся ситуации. То есть рационал. - Сенсорика/Интуиция: его мысли обычно минимум на шаг впереди происходящего, а зачастую улетают и дальше в будущее или в прошлое. Однозначный интуит. - Этика/Логика: как подмечает ещё в первой главе, "сам не знает, почему так получается", как то, что с фотографической точностью и объективностью зарисовывает его рука, впоследствии удивляет его самого. "Нравится – не нравится", "верю – не верю" оказывается важнее фактов. Даже то, что собственноручно запечатлел – искреннее удивление Ринальди предъявленным обвинениям, осознал лишь после того, как на это прямо указал учитель, которому он всецело доверяет. Этик. - Экстраверсия/Интроверсия: почти маниакально жаден до новых образов, страстно впитывает всё, что видит, к тому же в глубине души то и дело порывается что-то поменять в мире вокруг. Таким образом, перед нами как раз тип необщительного, но всё же экстраверта. В итоге получается тип "Гамлет", этико-интуитивный экстраверт. Квадра бета, клуб гуманитариев. Искусство – одно из самых любимых интуитивными этиками вообще и Гамами в частности поприщ. Однако именно в изобразительной области они находят себя очень редко – среди них в изобилии встречаются литераторы, актёры, музыканты, композиторы, режиссёры, а вот художников – раз-два и обчёлся. Да и те – такие… оригиналы, как Модильяни или Дали. У Коро же из характерных черт "гамлетовских" произведений – разве что предельная экспрессивность. Впрочем, могли ли в такую эпоху появиться картины вроде "Постоянства памяти"? Установки персонажа на первый взгляд обычные для бета-квадрала. Как аристократ – не по происхождению, конечно, а по психологическому признаку, – Диамни испытывает сложности с тем, чтобы сокращать дистанцию между собой и своим учеником Эрнани, несмотря даже на то, что тот сам просит его об этом: — …я — простолюдин, а ты — эпиарх из дома Раканов. Через такое, знаешь ли, переступить трудно. В то же время Коро – интересный пример того, как под влиянием представителей другой квадры (здесь это его наставник Лэнтиро Сольега) человек может воспринимать иное мировоззрение и даже корректировать традиционные для своей квадры ценности: При хорошем анаксе не бывает ни войн, ни восстаний и в цене не оружие, а статуи и картины. Бетанцам вообще и гамлетам в частности как раз свойственно романтизировать войны и революции, хотя это и не означает, что они не ценят искусства. Но чтобы считать хорошим того правителя, при котором войн не бывает – это уже для представителей второй квадры как минимум необычно. Что по другим признакам? Негативизм типа для Диамни очень даже характерен – опять же, в его мыслях с первой же главы одно за другим: "Эрнани Ракан никогда не стал бы воином, с его болезнью это было просто невозможно", "быть калекой мало, чтобы стать великим мастером", "в нём ценят брата анакса, а не его самого"… Постоянно – отрицание, или замечание того, чего нет или недостаёт, или откровенно пессимистичные прогнозы. Стратегия тоже соответствует: "Художник про себя попросил Абвениев, чтобы анакс наконец женился и обзавёлся потомством, потому что оставлять государство на Ринальди опасно", "Он не может покарать виновных мечом, но призовёт их к ответу кистью!", "Справедливость по отношению к одному, к тому, кого ты любишь, и беда для многих тысяч". Коро думает на дальнюю перспективу, а не на ближайшее время. Со свойственной его типу (и, забегая вперёд, типу его решающего всё за него наставника Сольеги) беспечностью счёл, что главное – вытащить Ринальди из лабиринта, а там можно будет поселить того хоть в доме художника в той же Гальтаре и писать с него картины. И непохоже, что хотя бы Лэнтиро, на которого столь всецело полагался Диамни, как следует продумал, как укрывать беглого осуждённого – при том, что в доме Сольеги бывали и другие ученики, и "домоправительница, которая выбалтывала все новости чуть ли не до их появления"! Упрямство? Более чем – упорно старался обучить Эрнани рисовать, несмотря на крайне скромные (и то в лучшем случае) успехи и даже сознательное сопротивление ученика, и три дня дожидался Ринальди из Лабиринта – и дождался, несмотря даже на магическое буйство четырёх стихий. В ПОВах Диамни прежде всего бросается в глаза крайняя эмоциональность. Достаточно посчитать, сколько раз текст молниями прорезают восклицательные знаки. И то же самое сплошь и рядом встречается в произведениях писателей-Гамов: достаточно перечитать того же Шекспира или Лермонтова. Так проявляется программная (базовая), самая сильная, но не осознаваемая, функция этого типа – этика эмоций. И это не просто бурное выражение чувств – "Гамлеты" по природе своей не способны быть равнодушными или беспристрастными, причём не просто имеют на всё свою предельно чёткую точку зрения, но и стараются внушить её как можно большему числу окружающих. В то же время, в отличие от другого типа программных этиков эмоций, "Гюго", о которых речь впереди, Гамы куда лучше управляют своими чувствами и _сознательно_ манипулируют чужими. Не случайно один из альтернативных псевдонимов этого социотипа – "Актёр". Эту черту демонстрирует и Диамни, когда пытается убедить Эрнани провести его к заключённому Ринальди, произнося продуманную ложь о желании сделать другой эскиз с подлинным чувством, продиктованным его настоящими намерениями – "Боги, оказывается, можно говорить правду и при этом чудовищно лгать!" Творческая функция (главный инструмент) Гамлетов – интуиция времени. Помимо живого интереса как к прошлому, так и к будущему, они умеют предвидеть развитие событий и дожидаться нужного момента, чтобы начать действовать. Это легко увидеть на примере Диамни, хотя бы в сцене у реки, когда он спасает потерявшего сознание Ринальди: "В беснующейся воде мелькнуло и пропало что-то тёмное. Разумеется, ему показалось, но мастер Коро вновь сорвался с места. Теперь он мчался к подножию водопада, на ходу сбрасывая куртку. Думать было некогда, и Диамни прыгнул… прошло три дня, целых три дня..." Ролевая (то, что хочется продемонстрировать, особенно чтобы произвести первое впечатление) – деловая логика. Гамлеты стремятся к успехам и хорошим заработкам, порученную работу обычно стараются выполнить как можно лучше, но ролевая функция – неценностная, поэтому постоянно работать по ней трудно, изматывает, опустошает… и далеко не всегда хотя бы в данной конкретной ситуации оказывается так, что игра стоит свеч. В случае Гамов – они почти патологически не способны организовать рабочий процесс и каждый день усердно выполнять рутинную работу. К тому же – это общее свойство этиков из беты – ответственность их откровенно пугает. Поэтому нередко в средствах не стесняются и к тому же без труда учатся подлаживаться под работодателя. Как говорит Диамни ученику: "Мне платят не за то, чтобы я рисовал", хотя в тот же день признаётся собственному наставнику: "Я — плохой учитель, и всегда это знал. Мне хочется рисовать, а не сидеть в Цитадели с эпиархом, которому нет дела до живописи". Самое слабое место – болевая функция – сенсорика ощущений. Гамлетовская ипохондрия, катастрофическое неумение подбирать одежду и интерьер (нередко доходящие до неряшливости, от чего немало натерпелась сразу после замужества жена Л.Н. Толстого, Софья Андреевна), а особенно готовить, давно стали предметом анекдотов. Но в Коро этого почти не заметно – разве что у реки, когда он вытащил Ринальди из ледяной, по собственным ощущениям, воды – и не придумал ничего лучше, чем напоить вином и накрыть плащом (даже не одеялом!). Не случайно представителям этого типа профессия врача категорически противопоказана. Суггестивная функция – самая слабая из ценностных. Это то, чем человек восхищается в других, чем сильнее всего внушается, по чему нужна регулярная подпитка информацией (отчего люди, даже понятия не имеющие о соционике, подсознательно тянутся к дуалам или полудуалам). И у Гамлетов это структурная логика. Они крайне нелогичны и необъективны, даже для этиков, факты могут выворачивать как захотят, и противоречие самим себе у них не редкость. В столкновении между рассудком и эмоциями последние неизменно берут верх. Однако чтобы убедить Гама, надо быть безупречно логичным и приводить в качестве аргументов лишь достоверные факты. Всё это прекрасно показано в Диамни – прежде всего, разумеется, в его отношении к Ринальди. Он без колебаний навешивает на старшего эпиарха ярлык "жесток" за то, что "после его болтовни о поединках, охоте и любовных победах Эрнани становился ещё несчастней". О том, что Ринальди этого не понимает и что на самом деле у него нет ни малейшего желания причинять любимому младшему брату боль, художник и не думает. Когда тот отшвыривает от себя и Беатрисы Борраски кликушу-эсператиста, осыпавшего их безумными оскорблениями, Коро, несмотря на собственное отвращение к проповеднику, решает про себя: "Ринальди Ракан страшен. …эсператист был прав в одном: эпиарх — это зло". В этом смысле показательно то, как Абвениарх убеждает Диамни, несмотря на то, что про себя художник протестует против сокрытия правды о Ринальди всеми фибрами души. Но… факты, только факты, и идеально логичные рассуждения и умозаключения. Именно так и внушаются Гамлеты. И, по иронии судьбы, именно на него Эрнани, по сути, свалил принятие решения, "быть или не быть" оправданию Ринальди… Немаловажно и то, что Богопомнящий говорит с абсолютной уверенностью, задействуя и активационную художника. А активационная, не самая сильная, но ценностная, функция у данного типа – волевая сенсорика. По природе своей Гам – далеко не самый волевой и пробивной тип. О решительности и говорить не приходится: сомнения и колебания – бич всех интуитов. Поэтому, чтобы активно действовать, им обычно нужно давление – людей рядом или обстоятельств. Без этого Гамлеты могут долго и усердно работать лишь в одном случае – если всерьёз чем-то увлеклись. Зато в этом случае их, наоборот, надо приостанавливать и отвлекать хотя бы на еду и сон. Вспомните: "Диамни …ничего не мог с собой поделать. …сейчас он будет рисовать, рисовать и рисовать. …Три дня пролетели незаметно, Диамни почти не спал, ел только то, что ему подставляли под нос, но был преисполнен сил. …Наскоро переодевшись… бросался к своим эскизам, восполняя по памяти то, что не успел зарисовать сразу. Кипа рисунков росла, но художнику было мало" "…художник ждал, глуша свою боль работой… писал как безумный, отрываясь от работы лишь ночью, и тогда он видел странное лиловатое зарево там, где находились Гальтары. Диамни ждал… когда скалы у истока Пенной начали стонать и дрожать, словно живые существа. Ждал, когда лиловые молнии раскололи усыпанный звёздами чёрный купол, хотя на небе не было ни единой тучи. Ждал, когда на рассвете взошло четыре окровавленных солнца, из-за которых взметнулись гигантские светящиеся мечи и столкнулись, породив пятое светило — чёрное, окружённое алой короной" "Спасая жизнь Ринальди, он готов был пойти на казнь, он мог ненароком коснуться зачарованной решётки и стать живой статуей, но он не колебался". Интересно, что Сольега, разубеждая ученика в виновности Ринальди, обращается сначала именно к активационной Диамни – уверенность наставника, авторитет которого для Коро абсолютен и несомненен, снимает блок предубеждённости. И лишь после этого задействуется суггестивная, когда художник несколько минут вглядывается в набросок лица Ринальди и осознаёт, _что_именно запечатлел. До этого Диамни трое суток с небольшими перерывами не отводил глаз от обвиняемого – однако в упор не замечал, что выражают его лицо и жесты. (Да уж, никак не доктор Лайтман – кто не знает, это читающий по лицу и жестам ложь герой отличного детективного сериала "Обмани меня", яркий "Дон Кихот" по типу.) Ещё один характерный момент мелькает в разговоре с Богопомнящим: "— …Не смотри на меня так, мастер Коро. Я, как и мои помощники, должен произносить красивые слова, и мы их произносим, но сейчас я говорю о законах, преступать которые опасно... — Значит, — Диамни забыл о том, что он всего лишь простолюдин, — дело не в Беатрисе?" Нетрудно забыть о таком теперь, когда он стал приближённым нового анакса! И это ещё очень мягкий вариант. Получив высокое положение, Гамлеты отнюдь не редко начинают откровенно злоупотреблять властью: таковы были и Маргарита Анжуйская, и Елизавета Вудвилл, и та же Аликс, она же Александра Фёдоровна… о Гитлере и говорить нечего. Кого-то, возможно, при прочтении этой повести шокировало, что Диамни так долго питал к Ринальди практически ненависть, а потом вдруг страстно возжелал его спасти и даже рисковал ради этого своей жизнью, причём отнюдь не только из уважения к наставнику. Но поскольку речь идёт о Гаме, такое не стоит считать неправдоподобным. Это даже не исключение, а вполне характерное проявление их ограничительной функции – этики отношений. Такая непоследовательность для них обычное дело – сегодня вполне искренне винят вас во всех грехах (и хорошо ещё, если только сами, а не пытаются инициировать травлю), а завтра будут так же от всего сердца вас же защищать с пеной у рта. При этом сами крайне обидчивы и злопамятны. Очень любят кого-то объявлять виновным во всём подряд – *тоном Винни-Пуха*только не себя! (У Льва Толстого такое нередко проявляется даже в лучших произведениях, а, к примеру, "Крейцерова соната" вся построена на этом.) Но если из вышесказанного вы сделали вывод, что Гамлеты – народ совершенно беспринципный, то это не всегда так. У них бывает очень даже строгий "кодекс чести" – проблема в том, что он нередко и близко не совпадает, а то и откровенно противоречит общепринятым правилам поведения. И в завершение – такая интересная функция, как фоновая: неценностная, но очень сильная, работающая подсознательно – как бы сама собой. У Гамлетов это интуиция возможностей – они, как мало кто, умеют "ловить шанс", распознавать именно самые перспективные возможности и хвататься за них. Однако использовать свои таланты могут не только для себя – напротив, частенько дают советы даже без просьб, хотя им нравится, когда к ним обращаются за помощью. Гамы вообще любят, если им доверяются. Диамни, всецело покорный воле своего учителя и вынужденный заниматься нелюбимой работой наставника младшего эпиарха, редко проявляет себя так, но… "…увлечённый работой художник первый почувствовал странное напряжение. Именно в этот миг следовало встать и уйти вместе с эпиархом, но он промедлил, а потом стало поздно — из-за Ветровой башни вышла обнажённая женщина" "Художник не отрывал взгляда от подсудимого, схватывая каждый жест, каждое выражение, каждый поворот головы. Для нового храма Лэнтиро понадобится вождь солнечных демонов, и лучшей модели не найти. Более того, в глубине души Диамни уже решился на собственную картину. На ней будет пленный демон, стоящий перед Абвениями …Художник жалел лишь о том, что не в его власти останавливать мгновение — смеющийся Враг стал бы истинным шедевром! А может, написать несколько картин, повествующих о суде Абвениев над гордыней, жестокостью, подлостью и завистью, показав, что есть вещи, которые нельзя прощать и о которых нельзя забывать?" Итак, всего за несколькими вполне объяснимыми исключениями, Диамни Коро – очень яркий представитель своего типа: как говорится, хоть в учебники вставляй. Причём, что немаловажно, вполне положительный и адекватный (как для Гама). Не тот самый принц Датский, конечно, и не граф Монте-Кристо, но и не Эйрис с Визерисом у Мартина или Волдеморт у Роулинг…

***

Жиль Понси

Но раз уж зашла речь о герое, давшем имя этому психотипу, то нельзя не вспомнить, как любил Шекспир, один из самых известных исторических "Гамлетов", вставлять в свои пьесы сцены с шутами или комиками. Помимо шутов из "Двенадцатой ночи" или "Короля Лира", в пример можно привести стычку кормилицы с музыкантами в "Ромео и Джульетте" сразу после того, как героиню находят якобы мёртвой, или пародийный "диспут" могильщиков перед погребением Офелии как раз в трагедии о принце Датском… Как подметил один из крупных отечественных социоников В. Таланов, для творчества ЭИЭ вообще очень характерен "образ «злого шута»". И первым "чистым" Гамом (как минимум один персонаж с допакцентом на этот тип появляется и раньше), выведенным на страницах основной эпопеи, оказывается именно шут (не по профессии, конечно, а по жизни) – Жиль Понси. Вот уж где все стереотипы представлений о Гамлетах, причём разом и доведённые до абсурда! Даже в анекдотах их редко изображают _настолько_ гротескными! ТИМ этого персонажа налицо, начиная с "длинной тощей фигуры". Гамы и вправду обычно худощавые. "Жиль редко заговаривал первым, обычно он стоял столбом, осуждающе глядя на облюбованную жертву, отчего жертва готова была провалиться сквозь землю. …— Господин генерал, — завопил Понси, это тоже было обычным, когда порученец открывал рот, его было слышно на том берегу Рассанны…" ЧЭ, даже для программной, усилена до крайности, как и негативизм. "Понси, тоже вставший при появлении епископа, не двинулся с места, исподлобья разглядывая гостей... — Что вы смотрите, Жиль?! — не выдержал Ричард. — Вы — дежурный порученец, ступайте к монсеньору и доложите, что прибыл епископ Бонифаций. Понси неодобрительно зыркнул на Дика, вздохнул и, медленно переставляя длинные ноги, поплёлся к двери." А вот ЧЛ пришлось бы искать под микроскопом. БЛ, впрочем, тоже, учитывая, что это армия и Жиль, если назвать вещи своими именами, откровенно забивает на свои прямые обязанности. "…визгливым недовольным голосом разоблачал окружающий мир. Жиль Понси был возмущён решительно всем, но более всего женщинами, созданиями развратными и недалёкими. …Отвергнутый порученец монотонно перечислял месяцы, часы и дни, в которые ветреная красотка, её любовники, офицеры Южной Армии, дворяне Тронко, губернаторские слуги и просто прохожие наносили ему преднамеренные оскорбления." Опять-таки, тот самый специфический перегиб БЭ, доведённый до гротеска. Хотя мне это отчасти напомнило, не в обиду будь сказано, его знаменитого тождика, М.Ю. Лермонтова – поэт постоянно насмехался над девушками своего круга, нередко доходя даже до прямых грубостей, а потом с неподдельной страстностью сокрушался, в стихах и вне их, что никак не обретёт счастья в любви. Гамлеты, даже лучшие из них, вообще очень любят демонстративно страдать (как шутят в Интернете: "Гам без публики – как фикус без окурка"). Но гениям и современники, а тем более потомки, прощают многое… Понси же, мягко говоря, нигде ни разу не гений. Вряд ли, конечно, он доходил до хамства своей даме сердца, но на то, чтобы сообразить, что его манеры и так едва ли могут покорить кого бы то ни было, его тоже не хватило. Будь это произведение другого писателя, я бы ни мгновения не сомневалась, что Жиль – совершенно намеренная – и блестящая! – пародия на Алву с его привычкой в узком кругу изображать из себя натуральную королеву драмы. Но поскольку это Камша и "Отблески", то, перефразируя Фрейда, иногда клоун – это просто клоун… Причём Понси не просто вопиюще глуп и невоспитан. Он откровенно ненормален. Не зря уже во второй сцене с его участием Бонифаций заявляет: "Горе отцу и матери отрока сего, ибо чадо их изрядно головою скорбно", а Рокэ Алва позже обещает, если Жиль продолжит свои истерики и угрозы покончить с собой, сдать его "в ближайший приют для умалишённых". В самом деле, по статистике, у типов с сильной ЧЭ ощутимо повышен риск психических отклонений. Другой вопрос, почему "отрока" с явными неладами с головой додумались отправить и, что важнее, приняли в армию… Но образ Жиля Понси интересен тем, что наглядно показывает: и при патологиях психики обычные ТИМные черты – по крайней мере, основные – остаются вполне узнаваемыми, только переходят "грани разумного".

***

Уго Варотти

В части про Коро я уже упоминала, что у него не совсем характерное для его ТИМа мышление. А вот каковы ценности типичного "Гамлета", в четвёртом томе ярко демонстрирует экс-боцман Луиджи Джильди, на тот момент теньент Варотти. Почему он именно Гам? ЧС в ценностях, в этом, полагаю, никто не сомневается. Так что альфийские и дельтийские типы можно смело отбросить. Когда завязывается разговор о дриксенской политике, Уго с энтузиазмом его поддерживает – как думает про себя Луиджи, Варотти обожает "умные разговоры едва ли не больше драки". Иными словами, похоже, перед нами экстравертный интуит. И эта версия подтверждается, когда недавний боцман как ни в чём не бывало начинает строить планы на политическое переустройство Фельпа. Остаётся выбрать между "Гамлетом" и "Джеком Лондоном". И здесь достаточно послушать высказывания Варотти. "– Понятно, – кивнул соратничек, – промеж ног – мужик, а башкой – баба бабой. Знаем таких! Последний суан из мужа вытряхнут, да не на дело, а на цацки да тряпки. В доме шарам-барам, зато юбка новая и ухажёров стая. Я вам вот что скажу, баб и дураков надо в строгости держать. – Пожалуй, – согласился Луиджи, наслышанный о семейной жизни брата Уго. – Только не у всех получается. – А нечего тряпкой быть, – возмутился Варотти". Прямо-таки подозрительно напоминает некоторые далеко не лучшие места из творчества Льва Толстого, особенно высказывания так называемого главгероя "Крейцеровой сонаты". Конечно, само по себе это ещё не доказывает однозначно, что мы имеем дело с тождиком писателя, но всё же... А вот что Варотти говорит чуть ниже: "– Нет, уж лучше короли всякие, чем дуксы. Вот вернёмся, нужно им под задницы коленом дать и короля себе устроить. Да хоть папашу вашего... …Король, он в один карман гребёт, и карман этот все знают, а дуксы по углам растащат, днём с огнём не сыщешь... Лучше коня в конюшне кормить, чем крысей в погребе, с коня хоть польза есть! …– Вот, значит, как? – поддел радетеля за единовластие капитан. – А себе на шею такого Фридриха не хочешь? Дукс – он что? Как выбрали, так и выгнали, а от короля так просто не избавишься. – Эт... почему? – Варотти красноречиво шевельнул волосатыми пальцами. – Удавить, и вся недолга! Или пристрелить, если воевать придётся... Дескать, осечка вышла." Никоим образом не мышление демократа Джека. Зато гамлеты, даже куда более образованные, чем Уго, нередко рассуждают примерно так же. Бетанцы вообще сильнее всех рвутся преобразовывать мир вокруг, особенно если вокруг них реально плохо. И Гамы это делают со всей своей фирменной страстностью, не задумываясь по слабости своей логики о возможных отрицательных последствиях. К тому же, как негативистам, им проще решить, как не надо, чем придумать, а как же надо. Словно стоит разрушить то, что не устраивает, как на руинах сам собой волшебным образом вырастет "дивный новый мир". (Яркий пример – знаменитая оперная тетралогия "Кольцо нибелунга" Рихарда Вагнера, также "Гамлета".) И нельзя не заметить, что у Варотти, как и у его тождиков, о которых ниже, в полном соответствии с профессией отлично прокачана ЧС. Активационная – та функция, работать по которой хочется, и это легче, чем по суггестивной.

***

Руперт фок Фельсенбург

В случае Руппи определиться между Гамом и Джеком было сложнее. Оценка людей по талантам и заслугам, как и дружба с внуком боцмана, вроде бы указывает на логика-демократа, но… Во-первых, в воспоминаниях Зеппа: "Руппи… не кичился своей знатностью… не уставая повторять, что фельдмаршалов и адмиралов делает не кровь, а воля и опыт". Вспомнилось, что замечал Таланов о С.П. Королёве ("Бальзак"): "«Нет преград человеческой мысли» — написал как-то Королёв. Очень небетанское высказывание. Бетанец… сказал бы: «Нет преград человеческой воле»". Во-вторых, там же, в первых же сценах с участием Руперта, постоянно мелькают моменты, когда он весьма ярко выражает свои эмоции: "укоризненно покачал головой", "нехорошо усмехнулся", "поджал губу", "скорчил кислую рожу". А чего стоит эта сцена, когда перед друзьями проходит генерал Хохвенде: "Ну почему я не фрошер, – простонал Руперт, – под коленки и за борт!" И, как видно, эмоции это в основном отрицательные. Причём так и дальше – уже в Дриксен у него инжир, которым угощала мама, "противный", Фридрих и прочие кавалеры Гудрун – "уроды", а саму Гудрун "до слёз жаль и при этом хочется отхлестать её по щекам… потому что… Потому что это не любовь, это мерзость!". Никак не похоже на позитивиста Джека с программной деловой логикой, зато в классический Гамлетовский характер укладывается отлично. После захвата "Верной звезды" в споре с логиком Олафом даже не отрицает свою необъективность: "– Троттен не был в Хексберг и даже не давал показаний. Ты сводишь личные счёты… – Да, свожу! …Эта кочерыжка клялась быть рядом с Бермессером всюду. Вот и будет!" Таким образом, перед нами всё же ещё один "Гамлет" – разумеется, с усиленной ЧС. Впрочем, любопытнее проявляются некоторые другие функции. Руппи фрахтует "Хитрого селезня" под предлогом охоты в Седых Землях, уточняя, что там "забыл золото". То есть, несмотря на чужую личину, показывает именно свою ролевую – ЧЛ. Права всё же была Ирэн Адлер из "Шерлока": "Любая маскировка – это всегда автопортрет". "Руппи делал глупости не так уж и часто, а сделав, отдавал себе в этом отчёт. Догоняя монахов, он не сомневался, что поступает разумно" – одно из проявлений фоновой ЧИ. Но самое забавное – попытки изучать медицину по книжкам, без малейшей практики. Только Гам, гуманитарий с болевой БС, мог всерьёз решить, что врачом, тем более военно-полевым хирургом, к чему и стремился Руперт, можно стать на одной голой теории! К слову, один из немногих известных "Гамлетов", подвизавшихся на медицинском поприще – А.П. Чехов, в своих письмах регулярно с отвращением ругал своих больных, доходя подчас до… абсолютно непечатных выражений. Одно из таких посланий завершается явным криком души: "Сладкие звуки и поэзия, где вы?" Азы медицинских знаний и особенно курсы первой помощи в экстремальных обстоятельствах, вне всяких сомнений, для военного лишними быть не могут. Но дальше Руппи лучше не соваться. Типные признаки Рейнина у Фельсенбурга тоже налицо: "Теперь, когда схлынул азарт, до Руппи дошло, что мимолётное удовлетворение имеет не лучшие последствия, первым из которых стал сорванный план… неплохо бы наконец предпринять что-то осмысленное. Скажем, поймать незадачливого вора с крючьями и воспользоваться отобранным инструментом. Но воры существуют не для того, чтобы в нужное время попасться под руку" – как беспечный, он пользуется тем, что само подворачивается, а не запасается специально на всякий случай. Об упрямстве и говорить нечего – что в карьере, что в спасении своего командира он идёт до конца, не сворачивая.        "Руперт любил грозную Элизу, хоть и побаивался, но Кальдмеер и в обычное время значил для лейтенанта больше всех семейных чаяний. А уж теперь… …бабушке нужно, чтобы от Неистового затошнило всю Дриксен. Элиза Штарквинд позволит регенту расцвести пышным цветом, а потом соберёт ягоды… В том числе и с могилы Олафа.        …Смерть Олафа нужна обеим партиям, а жизнь… Всего лишь Дриксен и адъютанту" – мыслит как стратег – в соционическом смысле: какой, мол, смысл искать помощи могущественной бабушки, если конечные цели у них расходятся? Мировоззрение же героя объясняется просто: Руппи неглуп и уже успел налюбоваться на то, чего стоят на деле такие, как Фридрих, Бермессер или Хохвенде. Таким образом, перед нами вновь пример корректировки традиционных для типа и квадры взглядов, однако, в отличие от Диамни, не под чьим-то влиянием, а по собственному опыту. Те же Толстой и Чехов также пришли со временем к идейному либерализму. Но особенно любопытна возникшая у Руппи связь с астэрой. Мистикой увлекаются многие Гамы, и среди обладателей экстрасенсорных талантов тоже большинство именно представителей этого типа. Хотя в гораздо большей степени это относится к другому кэртианскому "Гамлету", которого я нарочно оставила в завершение, хотя в книгах он появился раньше Руперта…

***

Ротгер Вальдес

Полагаю, все уже поняли, что имелся в виду Бешеный. Ещё один яркий представитель своего типа, и тоже с усиленной ЧС. "– Я, – Вальдес свёл брови и выпятил вперёд челюсть, – ничего делать не буду. Я есть простой солдат, и мой долг – ждать приказ от моих начальников. – Ротгер, – прикрикнул артиллерист [его дядя Курт Вейзель], – ваше шутовство переходит все границы! – Ещё не все, – вице-адмирал откинулся на спинку кресла и заложил руки за голову. – Совершенству предела нет." Опять – образ шута! Это именно Гамлетовская манера: все эти кривляния сознательны и нарочиты, специально "на публику" – вспомните, как, собственно, шекспировский принц Гамлет разыгрывал из себя безумца. Да, я же обещала рассмотреть и кое-какие фанфики на Фикбуке? Так вот, в шикарном модерн-АУ "Доверься ведьмам"* эти черты Ротгера – и гамлетовский характер в общем – также изображены просто великолепно. Поскольку там нет ни войны между Талигом и Дриксен, ни всяких там скверн и проклятий, и вообще в целом всё хорошо, Вальдес может позволить себе развернуться в шутовском образе вовсю – что и делает. Вызывая, мягко говоря, неодобрение что у своего командира-активатора, что у возлюбленного-дуала, однако прямо заявляет Альмейде: "мы же уже разобрались, что велеть мне прекратить дурачиться это всё равно что велеть ветру прекратить дуть. Выговоров я не боюсь и вообще ничего не боюсь, потому что знаю, что без меня ты заскучаешь". А Бермессер про себя, как и Вейзель в каноне, прямо характеризует такое поведение как "маску шута". Однако вернёмся к канону. Легко заметить (и Курт с Юлианой от души бы это подтвердили), что Ротгер держится и ведёт себя никак не на свой возраст. Это не редкость не только у данного типа, но и у всей второй квадры – многие из них остаются молоды душой и даже с виду, и когда по годам молодость осталась позади. Крайняя эмоциональность, импульсивность, общительность, многословность, подвижность (у них вообще изрядные проблемы с тем, чтобы долго сидеть на одном месте), сильное неравнодушие к тому, чтобы оказываться в центре внимания, страсть шутить, рисковость и инициативность – классические черты Гамлетов. Другое дело, насколько это уместно для, переводя на наши понятия, первого зама главнокомандующего ВМС. Там, где надо вдохновить, зажечь толпу и увлечь в бой за идею, Гамы незаменимы. Но администраторы из них никакие: рутинная, особенно бумажная работа для этого типа просто кошмар. Добавьте к этому то, что они легко отвлекаются и запросто способны запутаться в делах; учтите, что, как уже говорилось выше, бетанские интуиты боятся ответственности и сами не свои её на кого-нибудь свалить… и представьте, что получится в итоге, если нет "правой руки", способной взять на себя все "презренные бытовые" вопросы и оставить этому чуду только водить корабли в бой, а людей – на абордаж. Кстати, об абордажах. Гамлеты очень неравнодушны к профессиям, овеянным романтикой, так что флот, особенно военный, представителя этого типа действительно легко может привлечь. А вот что из этого выйдет… В жизни Гамы сильно предрасположены к морской болезни и "куриной слепоте" (больше половины из них плохо видят уже в сумерках), часто боятся холода, у них большие проблемы с координацией движений и ориентировкой на местности, да к тому же из-за своей болевой БС они нередко способны заболеть даже от какого-нибудь пустяка. Но Вальдеса, как и следовало ожидать, всё это до единого обошло стороной: то ли те же кэцхен поворожили, то ли кэналлийцы и марикьяре по определению ничем подобным страдать не могут… Да, конечно же, кэцхен! Та самая склонность Гамлетов к мистике – среди увлекающихся "практической эзотерикой" и особенно попытками прямого контакта с потусторонними силами, вроде спиритизма, их больше всего. (Не путать с контактами, скажем, с внеземными цивилизациями – это больше по части Донов.) И это явно интуитское вообще и очень гамлетовское в частности прислушивание к плачу горных ведьм и ещё к чему-то, слышному только ему… Не случайно, между прочим, именно прислушивание – для Гамлетов (как и для Джеков) слуховой канал поступления информации важнее зрительного. Шекспир был гением эпохи театра "Глобус", куда приходили прежде всего слушать, а не смотреть (театр был не настолько рационально устроен, как современные, и далеко не все могли разглядеть даже сцену, не говоря уж о том, что происходит на ней). Сравните с чеховской "Чайкой", где Нина Заречная жалуется, что в пьесе Треплева "одна только читка", а позже тот страдает от того, что не может писать такими ёмкими зрительными образами, как Тригорин: "У него на плотине блестит горлышко разбитой бутылки и чернеет тень от мельничного колеса — вот и лунная ночь готова, а у меня и трепещущий свет, и тихое мерцание звёзд, и далёкие звуки рояля, замирающие в тихом ароматном воздухе...". Но, раз уж речь зашла о "Чайке", Нина ещё говорила, что в пьесе обязательно должна быть любовь. И о любви "Гамлетов" в этой главе тоже нельзя не сказать – на чьём же примере ещё её показывать? Да, что бы кто, начиная с самой Камши, ни говорил, привязанность Вальдеса к Ледяному Олафу я вижу исключительно в романтическом смысле. Как свидетельствует бесстрастная статистика, из всех квадр в бете больше всего гомосексуалистов и бисексуалов. И геев больше всего именно среди Гамлетов – до 80 %(!) мужчин этого типа имеет по крайней мере такие склонности (лесбиянки чаще встречаются среди Жуковок, а "серебро" по этому показателю у обоих полов уверенно держат Еси). Кстати, несмотря на то, что Гамы рационалы, они из тех, кто может влюбиться всем сердцем с первого взгляда (как легко понять, одно из проявлений базовой ЧЭ)… А что ищут Гамлеты в партнёре, что их притягивает? Вот что писал Лермонтов одной из самых значимых женщин в его жизни, московской красавице Наталье Ивановой:

…ты ко мне любовь хотела скрыть, Казаться хладною и в тишине любить…

В другом стихотворении (восхитившем в своё время Гоголя) предстаёт такой образ ещё одной очаровавшей поэта женщины, Марии Щербатовой:

…У чуждых опоры не просит И в гордом покое Насмешку и зло переносит; От дерзкого взора В ней страсти не вспыхнут пожаром, Полюбит не скоро, Зато не разлюбит уж даром.

Ему вторит и Марина Цветаева:

Голоса с их игрой сулящей, Взгляды яростной черноты, Опалённые и палящие Роковые рты — О, я с Вами легко боролась! Но, — что делаете со мной Вы, насмешка в глазах, и в голосе — Холодок родной.

Так проявляется ориентация на дуальный тип… но о нём позже. ________________ https://ficbook.net/readfic/6844244