Часть 2

Тянулись долгие дни, всё медленнее шагали вперёд настенные часы. Стрелки с тихим щёлканием отбивали секунды, пока поджигатель вяло развалился на пыльном диване в своей холостяцкой берлоге, его мысли продолжали возвращаться в тот день, к той девушке. На следующий день после их встречи в оранжерее Экко проскользнул прямо к Силко под бок и убедился, что с Джинкс всё в порядке, но ему не хватило смелости показаться. Он понимал: девушка не захочет его видеть, она явно дала понять в тот раз, что больше не желает становится его Паудер. Не может. Он знал, что: не в праве просить её об этом, не может помочь, не способен заставить. Всё кончено. — Кончено… — Словно пробуя на вкус это слово, поджигатель пробормотал его себе под нос, а затем горько усмехнулся. Всё было кончено ещё давным давно. Они оба искренне так считали. Тогда какого чёрта там произошло? Просто забыть? Выкинуть из головы? Парень устало скрыл лицо в ладонях и помассировал ноющие виски. Он не хочет забывать. Она дорога ему. Он влюблён. Он любит. Любит малышку Паудер самой нежной любовью, на которую только способен. А так же, пусть и признаёт это сквозь скрип зубов, любит Джинкс. Пылко и безумно, под стать девушке. Сердце ноет от боли, сколько бы Экко ни старался успокоить его. Он пытался отвлечься на важные дела, друзей, даже на девушек, но всё не то. Будто глубоко внутри огромная дыра, в которой не хватает её. Так было и раньше, только после недавнего эти чувства уже не получалось отодвинуть в сторону, нельзя больше делать вид, что их нет. Возможно, ему даже физически больно, она — недостающая частичка пазла в его душе, которую беспощадно вырвали вместе с мясом, забрызгав кровью безмятежную полянку в виде его внутреннего мира. Он страдает. — Да к чёрту это всё! — Раздражённо выкрикивает в потолок и подрывается с нагретого места, направляясь в сторону выхода. Зачем? Он и сам не очень понимает. Знает только, что нужно идти. Бежать. Прямо сейчас. — Эй, Эк. — Идущий навстречу паренёк лет двадцати воодушевлённо поднимает руку, чтобы поздороваться, но Экко грубо игнорирует существование своего приятеля и мчится мимо, всё больше ускоряя шаг. Спиной ощущает на себе растерянный взгляд, но продолжает торопливо двигаться вперёд. Ноги несут прочь от базы Файерлайтов, быстро и верно повторяя путь, который привёл его туда, где все прошлые устои рухнули. Покинув убежище парень срывается на бег. Словно окрылённый, под свист ветра он проносится сквозь разрушенные здания, скользит по крошащейся черепице крыш, всё ближе и ближе. На самом деле оранжерея располагается не так уж и далеко от базы, просто в тот день они с Джинкс намотали невероятно много кругов, играя в догонялки, и были измотанны. Стеклянные стены отражают оранжеватые лучи солнца, ярко сверкая и переливаясь Чем ближе приближается поджигатель, тем быстрее колотится сердце. Снова этот приторно сладкий запах увядающих цветов бьёт в нос, атакуя мучительно-счастливыми воспоминаниями: единственные минуты, когда он по-настоящему был счастлив. Когда его загрубевшее со временем сердце размякло и прониклось наивной детской радостью, когда он мог любить искренне и без угрызения совести, когда смог эти угрызения вовсе отбросить, отпустить; когда доверился и принял её доверие в ответ, растворяясь в её синих, будто бушующий океан, глазах. Очередная белая вспышка ослепляет, и Экко морщится, но скорость не сбавляет: осторожно проскальзывает внутрь оранжереи, сквозь то же разбитое окно. — Что…? — Его брови недоверчиво изгибаются, Экко несколько раз быстро моргает, чтобы осознать картину вокруг. Удивительно. Нет, невероятно. Он помнит засохшие, уже местами хрустяшие листья, потрескавшуюся землю у их корней и тухлый навязчивый аромат. Свежий ветерок разносит приятный нечитаемый запах, легонько колышет ожившие листочки, ласково перебирая нежные цветочные лепестки. Вокруг всё расцвело, сияя под золотистыми лучами закатного солнышка. Меньше, чем за неделю, оранжерея наполнилась жизнью, превращаясь в настоящее подобие райского сада. Чудо? Экко правда хочется верить в то, что едва заметные нотки пороха в воздухе — не плод распалённого воображения. Мурашки мелкой рябью покрывают его кожу, когда вдали слышится тихий звук льющейся жидкости. Все ощущения будто обостряются, и парень прислушивается, боясь пошевелиться и спугнуть кого-то что-то. Приглушённый шумом воды слегка осипший женский голос переливается вдали, сладко лаская слух, пока сердце парня бешено стучит в такт её песне.

« …I found love where it wasn't supposed to be

Right in front of me… »

И вдруг всё затихло, на мгновение показалось, что кровь внутри перестала циркулировать. Судорожно пытаясь придумать порядок своих действий, Экко оставался на месте, не в состоянии пошевелить и пальцем. Почему она замолчала? Заметила его?

« …Talk some sense to me… »

Как будто чувствуя его нарастующую тревогу и предвкушение, голос приближался всё ближе и ближе. До сих пор он не мог увидеть девушку сквозь пёстрые заросли.

« …I'll use you as focal point

So I don't lose sight of what I want… » Песня оборвалась, когда его обладательница, преодолев небольшое расстояние, подкралась к стойке с незабудками и замерла в опасной близости к Экко. Их разделяют лишь тоненькие стебельки хрупких цветов и тень, в которой затаив дыхание прятался парень. Взгляд ярко-голубых глаз, такими они становились, когда отблеск окружения подчёркивал их оттенок, скользнул сквозь растения, плывуче и торопливо. Было сложно сказать, заметила ли она незванного гостя, девушка с коротким стуком поставила на пол небольшую металлическую леечку и отвернулась в противоположную сторону, не отходя. И снова секунды тишины растянулись в целую вечность, прерванную лишь её хриплым шёпотом. — I've moved further than I thought I could… — Совсем не мелодично, не так, как до этого, пролепетав строчку, Джинкс снова замолчала. Тишина пронзала насквозь, ожидание витало сверху грозовой тучей. Вот он: шанс сделать вид, что никто никуда не приходил, свалить в этот прекрасный закат и никогда не вернуться. Джинкс великодушно предоставила его Экко, вот только подрагивающий силуэт выдавал девушку с потрохами. Она хочет, чтобы он остался, и этого для Экко достаточно. — But I miss you more than I thought I would, — Силясь выровнять голос, чтобы звучать более внушительно, Экко продолжил, медленно обходя стойку, — Джинкс… Никогда ещё её имя не произносили так, невольно в глазах навернулись слёзы, поэтому она продолжила стоять к нему спиной. — Паудер, кем бы ты ни была, — аккуратно касаясь бледного предплечья, со всей накопившейся нежностью, Экко выдержал небольшую паузу и продолжил, — Выходи за меня? И тут же задохнулся подкатившим смехом, когда увидел её шокированное заплаканное личико, она была похожа на щеночка. Хотя, нет, скорее на панду, с растёкшимся макияжем и дрожащими губами. Приятное тепло волной проплыло сквозь тело, вызывая лёгкое онемение. — Что ты… — Робкий голос был прерван осторожным поглаживанием по влажной щеке. — Хотел, чтобы ты на меня посмотрела, — Экко трепетно обвёл её скулу большим пальцем и снова принял серьёзный вид, — вот как лучше… — Театрально прочистив горло, парень уставился ей в глаза, и на одном дыхании выпалил. — Я люблю тебя, всегда любил, с самого детства, не важно как ты хочешь, чтобы я называл тебя, это всё ещё ты. « Он врёт! » « Джинкс, он ненавидит тебя!» « Ты не заслуживаешь… » Всё тише и тише кричали в голове навязчивые голоса, пока совсем не растворились. Джинкс поджала губы, силясь не расплакаться. Она и мечтать не могла, что когда-то Экко скажет ей такое… Поджигатель не пытался слепить из неё кого-то другого, не хотел любить лишь её часть, в виде малышки Паудер. Он принял её всю, даже не смотря на то, какие ужасные вещи она творила. Одинокая слеза скатилась вниз. А затем ещё одна. И ещё. Захлёбываясь в своих нахлынувших эмоциях, девушка упала в крепкие объятия и зарыдала, как ребёнок. Неразборчивые бормотания сыпались в мужское плечо, пока его обладатель бережно приглаживал растрепавшиеся синие волосы. — Знаешь, это было серьезно. — Немного погодя прошептал Экко у её виска. Не вылезая из объятий, Джинкс непонимающе повернула голову, чтобы разглядеть его лицо. — Выходи за меня. — С очаровательно лучезарной улыбкой уточнил кареглазый. Возможно, сегодня чей-то мир рухнул, кто-то проклинает свою жизнь и ненавидит себя за прошлые ошибки, а кто-то, окрылённый надеждами юного сердца, пархает в облаках своих мечтаний. Эти двое сегодня нашли своё счастье. Вопреки прошлому, вопреки законам логики и сложностям впереди, без глупых безосновательных надежд. Они знают, их история ещё не закончена. Она только начинается.