Часть 1. Исходник.

      Москва, ЗАО «ГРУ «Олимп».

      Три года назад.

      Дождь, словно одержимый художник, яростно хлестал по затемненным окнам кабинета, размывая очертания ночной Москвы в импрессионистическую картину из мерцающих огней и зловещих теней. Генерал-лейтенант Петр Иванович Морозов, чье лицо казалось высеченным из неприступной гранитной скалы, а голос обладал властью, сокрушающей всякое возражение, стоял у окна, отвернувшись от своего гостя.       Напротив, вытянувшись в струну, замер майор Дмитрий Волков. Крепкий мужчина, ростом под метр восемьдесят пять, излучал силу, отточенную годами изнурительных тренировок и дерзких боевых операций. Его волевое лицо — с тяжелым квадратным подбородком, прямым, словно клинок, носом и сведенными бровями — должно было бы выражать лишь суровую неприступность, но в глубине его серых стальных глаз мерцал холодный, аналитический ум. Короткие темные волосы, тронутые серебром у висков, свидетельствовали об опыте, который было не найти ни в одном учебном пособии. В свои тридцать восемь лет он носил на лице печать каждого молниеносного решения, принятого в безжалостном цейтноте.       — Они думают, что война будущего — это лязг танков и рев самолетов, Волков, — без всякого предисловия обрушил на него свои слова Морозов. — Они глубоко заблуждаются…       Так рождался «Проект «Фантом».       — Вы хотите создать отряд отверженных? — сдержанно констатировал Дмитрий.       — Я хочу создать элиту из элит, — поправил его Морозов, обернувшись. — Вы будете подчиняться только мне. Вы станете призраками, Волков. Тенью, скользящей по стене.       Морозов прошелся к своему массивному столу из темного дерева и с тяжелым вздохом открыл толстую папку, помеченную грифом «Совершенно секретно».       — Проект получает кодовое обозначение PS-7, «Призрачная Тень». Ваша роль — командир, позывной «Сокол»… Каждый, кого я отобрал, — уникум в своем роде.       Дмитрий взял предложенную папку. Его взгляд быстро скользнул по первым страницам досье, задерживаясь на фотографиях и подробных биографических данных.       Петров, Игорь. Позывной «Техник». На снимке был запечатлен худощавый человек со спутанными светло-каштановыми волосами и умными, но несколько робкими глазами, скрывавшимися за стеклами очков. Его мягкие черты лица и интеллигентное выражение выдавали скорее кабинетного ученого, нежели закаленного бойца.       Романова, Анастасия. Позывной «Аист». Фотография демонстрировала женщину со строгим, собранным лицом. Светло-русые волосы были безупречно убраны в тугой пучок. Но больше всего внимание Дмитрия привлекли ее глаза — острые, пронзительные, словно осколки лазурного льда, которые, казалось, сканировали все вокруг, даже с бездушного бумажного носителя. На ее молодом лице уже пролегли едва заметные линии усталости — свидетельства пережитых испытаний.       Соколова, Ксения. Позывной «Лиса». Это лицо невозможно было забыть. Изящное, вытянутое, с тонкими, почти хищными чертами. Цепкие, глубокие глаза, казалось, оценивали и анализировали каждую деталь окружающего мира. На снимке она выглядела хрупкой и гибкой, идеально соответствуя своему будущему позывному.       Дмитрий перелистнул страницу и невольно нахмурился. Четвертое досье зияло пугающей пустотой. На нем значился лишь позывной — «Тень» — и фамилия: Левицкая. Графы «Имя» и «Фото» были перечеркнуты небрежными широкими штрихами черной ручки. В графе «Особые приметы» было скупо указано: «Оперативник скрывает свою внешность. Доступ к информации о внешности — исключительно по ее личному усмотрению».       — А это что за… что это значит? — с нажимом спросил Дмитрий, его голос приобрел стальные нотки. Он не выносил неопределенности.       — Это наш главный козырь, «Сокол», — Морозов прищурился, и в его глазах промелькнуло что-то, отдаленно напоминающее зловещее удовлетворение. — Лучший специалист в своей области. Ее навыки скрытного проникновения и мастерство управления БПЛА не имеют себе равных. Но ее главная ценность заключается совсем в другом.       Генерал понизил голос до приглушенного шепота, словно опасаясь, что стены могут подслушать их разговор.       — Ее… не существует, Волков. Официально — ни в одной базе данных, ни в одном списке личного состава. Ее подготовкой занимался человек, который давно отошел от дел и не связан с нынешними структурами. Даже я не владею полной информацией. A главное — Макаров не знает о ней.       Дмитрий мгновенно понял, о ком идет речь. Макаров. Тот самый призрак, который уже тогда плел свои интриги в высших эшелонах власти.       — Она — слепое пятно в его всевидящем оке, — продолжал Морозов. — Пока он будет ломать голову над вами, над «Техником», над «Лисой»… она будет его ночным кошмаром, у которого нет ни имени, ни лица. Она появится тогда, когда это будет необходимо. Не раньше. И вы должны принять эти условия.       Они были блестящими профессионалами, выброшенными безжалостной системой за борт. Идеальным материалом для «Фантома». Но теперь Дмитрий видел в этом хаотичном наборе личностей не просто проблему, а тщательно продуманный замысел. Они были непредсказуемы. А их тайное оружие оставалось невидимым даже для самого коварного и проницательного врага.       Их первым испытанием стала ликвидация секретной лаборатории, расположенной на границе с Абхазией. Когда Дмитрий впервые собрал их всех вместе, он смог оценить их не только по сухим строчкам досье.       Игорь «Техник» стоял, слегка сутулясь, его движения были какие-то неуклюжие и дерганые, но стоило его пальцам коснуться сложной аппаратуры, как они превращались в инструменты виртуоза. Он был одет в простые темные джинсы и немного помятый свитер.       Анастасия «Аист», напротив, была воплощением собранности и грации. Каждое ее движение было выверено до миллиметра и лишено малейшей суеты. В ее безупречной осанке чувствовалась недюжинная внутренняя сила. Ее руки, несмотря на кажущуюся хрупкость, были испещрены тонкими шрамами — следами постоянной работы с опасными инструментами.       Ксения «Лиса» держалась особняком, отгородившись от всех непроницаемой стеной. Она была одета в неприметную, функциональную одежду темных тонов, позволявшую ей практически сливаться с окружающей обстановкой. Ее движения были легкими, бесшумными и плавными, словно у дикой кошки. Она почти не разговаривала, предпочитая внимательно слушать и наблюдать, а ее проницательный взгляд, казалось, проникал в самую суть вещей.       Операция прошла просто безупречно. Они работали как единый, отлаженный механизм. Дмитрий почти перестал думать о четвертом, призрачном члене их команды, об этом мифическом «козыре в рукаве».       Именно после этого, на их временной базе, расположенной в окрестностях Сочи, Морозов вышел с ними на связь.       — Задача выполнена, — четко доложил Дмитрий. — Цель уничтожена. Потерь нет.       — Отлично, «Сокол», — голос генерала звучал ровно и бесстрастно. — Вы подтвердили свою эффективность. Теперь вас ждет задача гораздо сложнее. На горизонте появилась новая угроза, и она носит международный характер. Вам придется работать в связке с… иностранными коллегами. Но это будет позже. А пока… ваш «козырь» вступает в игру. Она уже в вашем распоряжении.       Дмитрия бросило в жар. Он понял, о ком идет речь. Та самая тень. Та самая слепая зона в непроницаемой системе врага.       — Я же просил предоставить мне хоть какую-нибудь информацию! — попытался запротестовать он.       — Вы получили всю необходимую информацию. Ровно столько, чтобы не скомпрометировать наш единственный шанс. Не усложняйте ситуацию, «Сокол». «Тень» ждет ваших указаний. Морозов, конец связи.       В эфире раздался сухой щелчок, оборвавший нить связи.       Дмитрий медленно положил трубку. Он снова ощутил леденящее дыхание системы, но на этот раз к нему примешивалось странное чувство опасного предвкушения. В его подчинении находился оперативник, о котором не знал даже сам Макаров. Оружие, появления которого враг не ожидает.       Он вышел из комнаты связи. Его ждала новая миссия. И где-то здесь, на базе, уже находилась та самая тень. Его главный шанс в борьбе против тьмы, которая вскоре должна была накрыть их всех. Ему предстояло встретиться с неуловимой легендой, чьего взгляда он никогда не видел, но в чьей надежности был вынужден довериться.