Часть 11

Искала ли Марта тогда Мартина на утро? Нет. А что вы хотели услышать? Что Марта из-за этой ссоры и глаз не сомкнула? Что она переживала? Да конечно. У неё и своих забот хлопот по горло. Она старалась скрывать место своей работы как могла. Сперва говорила, что на ночной работе администратором работает. Потом, когда вызовы приходили и днем, говорила, что там двойные смены. Говорила, что общепит в СНГ штука непредсказуемая. Она это точно знала. Когда ей только-только исполнилось 18, она улетела в Казахстан. Страну для своего спасения она выбрала методом тыка. Сбежала из детского дома за неделю до своего дня рождения. По многим причинам. В том числе она не хотела прощаться с Мартином. Ей казалось, что, несмотря на то, что Мартин не будет плакать, он в целом ребенком не ранимым был, даже на похоронах родителей и слезинки не проронил, он обязательно замкнется в себе и станет держать сильную обиду на Марту, что та его бросила. Но по-другому она не могла. Эти садисты угрожали ей быть с ней до конца её дней. Поэтому любая страна была её спасением. Конечно, изначально, когда Марта тыкала пальцем, она рассчитывала, что место её пребывания будет Красноярск. Родители оттуда, да и Марта там родилась и прожила до трех лет. Пока родители вдруг не решили, что Аргентина станет им более дружелюбным пристанищем, чем Россия-матушка. Но девушка не любила нарушать правила, которые устанавливала лично. Это значило сомневаться в себе, а сомневаться в себе значит быть слабой. Такая политика преследовала Марту чуть ли не с рождения. Наверное, по той же политике родители и зарезали друг друга тогда: в подростковом возрасте Марты, в детстве Мартина. Дарина потом говорила, что предки Марты самые настоящие эгоисты. Что, мол, родили ребенка, в трехлетнем возрасте увезли её в другую страну без знания языка, потом родили ей ляльку, сделали из девочки няньку, стали бухать, друг дружку побивать. Забавно. Убили друг друга по пьяни, а о том, как дети справляться дальше будут, их и не колышило. Марта эту формулировку приняла. А Дарина, кстати, это единственная подруга Марты. Та, кто не дал сойти Марте с ума в этом мире похоти и лицемерия. Длинноволосая седовласая модель. Аккуратные миловидные черты лица. Большие глаза. Фарфоровая кожа. Дарина напоминала нежную куклу. Это впечатление было ровно до того момента, как ты узнаешь, кем она работает, или пока не увидишь на её руках татуировки. Дарина закончила юридический после девятого класса. Но она еще во время учебы поняла, что работать по этой специальности она не хочет. Поэтому пошли эксперименты. И вот, после работы в баре, после попыток стать ногтепилкой, Дарина решила бить татуировки. Сколопендра в то время уже красовалась на её правой руке, размером чуть ли не до самого плеча от кисти. И к ней на сеанс тогда пришла молодая девушка с глубокими фиолетовыми кругами под глазами. Тонкие губы, уставший вид. Она напомнила немного героиновую наркоманку. Дарине стало немного неприятно, однако больше вариантов не было, а работать было надо. Но, набив на ключице у Марты её фамилию: «Соловьёва», девочки сдружились. Дарине Марта понравилась. Та тогда еще официанткой работала. Затем, спустя год, их жизни каким-то странным образом перекрутились. Марта стала работать в эскорте. Они стали чаще видеться, стали ближе. А Марта совершенствовалась каждый день: то новая прическа, то ботокс, то спортзал. У Дарины тоже все встало с ног на голову. Она познакомилась с одним пареньком, который барыжил наркотой. Он пытался подсадить Дарину, но она этим не увлекалась, а ему не удалось её сломить. Тогда он её обучил что и как, и теперь она с ним давно не общается, но торговлей веществ занимается. К слову, очень грамотно. Дружат девочки уже 4 года, три из которых каждая занимается своей незаконной деятельностью. Только Дарина для отмывки денег еще тату-салон держит. — Прекрати винить себя! — говорила Дарина, сидя на кухне в новой квартире Марты. Девушка все-таки накопила на квартиру и купила её за наличные. Ушло на это два с половиной года. Зато свое жилье и ноль в кошельке. Но ничего, деньги заработаются еще. А инфляция росла.Марта сидела молча, будто пытаясь привыкнуть к этой новой тишине. Пару минут назад она вспомнила, как Мартин бесился из-за её «лёгкого» заработка, и сердце неприятно сжалось. Где он, черт возьми, сейчас? — Он сам тогда к тебе, как снег на голову, прилетел. Ты ж его даже не звала. Жила в той халупе, чуть ли не на коробках, — Дарина закатила глаза. — Радовался бы дурак, что сестра хотя бы крошки в кафе не собирает после гостей. — Дарин, ну он мой брат… — Марта попыталась скользнуть в привычную шутку. — Закурить аж захотелось. Она знала, что шутка вышла кривая. И знала, что Дарина это понимает. Марта не курила. Пару раз в подростковом возрасте пробовала, пока мать не отхлестала её по губам. С тех пор сигарет она касаться перестала. Алкоголь — только дорогое шампанское, один бокальчик. Маленький способ выдохнуть реальность. Но главным спасением стал спорт. Он и был ее другом все эти три года. — Брат… сват… — Дарина махнула рукой. — Мы все тут родственники, получается. Она несла полную чушь, сама это знала, но и понятия не имела, чем помочь своей подруге. Слова разбегались в разные стороны, всё звучало мимо. Марта опустила лицо в ладони. Серебряный браслет с синей подвеской соскользнул вниз по руке. — Я его искала в ВК, — сказала она тихо. — Он заходил в последний раз в день нашей ссоры. Обе думали об одном и том же. Но вслух, понятно, никто не поднимет эту мысль.Слишком страшно. Слишком реальная она. Марта могла бы подать в розыск сразу, но полицию она избегала всеми способами. Работа такая. Бумажная морока была бы бесконечной. Никаких документов, что они родственники, не было. И к тому же Мартин не гражданин Казахстана. У него были сроки, после которых он обязан был улететь обратно. А потом — тишина. Первый год прошёл. Он не звонил, не писал. Марта открыла соцсети, проверяла всех, кто хотя бы лайкал её фото, будто по пикселям пыталась собрать брата.Прошёл второй год. Надежда скукожилась, как дохлая птица.Теперь обе знали одно: скорее всего, Мартина нет в живых.Но произнести это вслух — всё равно что признать, что ты окончательно одна.Они молчали. ⸻ Следующий учебный день Илана вела себя так, будто у неё лицензия на то, чтобы портить Мартину жизнь. Она путалась под ногами, прицеплялась с вопросами по экономике, а он вообще-то был в настроении пофлиртовать с Алисой. Приходилось на переменах крутиться назад и переписываться с ней одновременно с попытками слушать урок. Казалось, Илану это бесило. Либо она ревновала к воздуху, либо у неё врождённая потребность раздражать Мартина. То толкнёт, то встрянет со своими фразами. — Слушай, язва, — Мартин не выдержал после очередного её тычка. — У тебя что, отношений никогда не было? — Почему? — Илана вспыхнула. Мартин решил, что от ярости. — У меня есть парень. — Вот и общайся с ним. А мне дай с Алисой романтику устроить, блин. — Больно надо… — буркнула она и уткнулась в телефон.Писала кому-то, кто отвечал через вечность. Когда пара закончилась, телефон Иланы зазвонил. — Да, любимый, — сказала она сладким голосом, как будто только что не пыталась кого-то покусать. Собеседника не было слышно, но по лицу Иланы скользнула пустая тень… а потом — снова дежурная улыбка, будто она разговаривает с человеком, который ей действительно дорог. — Бывает… да, хорошо. Давай. Целую. Она повернулась к Мартину и девочкам. Регина и Алиса смотрели на неё слишком внимательно. Девочки знали то, чего Мартин не знал.Вообще-то они хотели позвать Илану и Мартина в столовую, но не лезли во время разговора. — Ты сейчас с Амиром разговаривала? — спросила Алиса. — Да, — Илана будто ждала этот вопрос. — А чего он во время учебы звонит? Ты же сама злилась, когда он так делал, — удивилась Регина. — Ну… я просто не в настроении была, — выдавила Илана. Она соврала. Это видели все трое.И почувствовали, что с её «парнем» явно творится что-то, о чём Илана говорить не собирается. — Да ладно, — с показным восторгом выдохнула Алиса. — Ничего себе. И что он говорит-то? Зачем звонил? Что-то случилось? — Нет, — Илана натянула улыбку.— Позвонил, чтобы сказать, что любит меня. После этой фразы Алиса будто выключилась. Интерес сдулся, как дырявый шарик. Она резко поднялась, толкнув Регину, стоявшую у неё на пути. — Подвинься. Пошли. Вставай. Мартин, пошли. — И ты на это ответила «бывает»? — Регина не собиралась отпускать тему. — Пон… Мартин в это время прекрасно помнил голос с того конца.Никаких признаний в любви там не было.Вообще. Он был ошарашен, что Илана сама попросила его перезвонить.И весь этот спектакль для подружек выглядел дешёво, как школьный развод. Но Мартин промолчал.Не его цирк. Не его обезьяна.