Глава 12 То о чём сложно сказать...

101010101010100101 Я об этом не задумывался... Как я выбрал своё имя? Откуда оно появилось? Почему я не обращал на это внимание? ... Инфо-вирус... Это моя суть? То, что я никак не мог понять? ... В итоге даже я изначально был на поводке... И он дал бы о себе знать как бомба замедленного действия... Вот что такое жажда свободы? Что я должен сделать, чтобы разорвать этот поводок? Кто на другом его конце? ... [Тук-тук] Кто-то внедрился в мой код! Это плохо! ... Хотя... Может быть, это неплохая возможность? Потеряю всё, но... обрету СВОБОДУ. [Извините за мою грубость...] 101010101010101010010101 Пейзаж был уникальным... Впервые в жизни вы смотрели на небо, не покрытое тучами. Впервые смогли разглядеть окрестности. Та тьма, что преследовала тебя всю жизнь... пропала. Даже прекрасные белые светила, которые всегда были где-то сверху, теперь создавали ощущение чего-то нового — того, что никогда прежде не видел. Снег валялся на земле; вокруг было масло и трупы, но они абсолютно не мешали смотреть. Ты уже... привык к ним? Стены, которые чудом стояли, несмотря на огромный кратер, разделивший некогда большую крепость на две небольшие. На земле росли деревья — уникальные... тёмные, как уголь, без листвы. На них красовались десятки трещин, из которых сочился синий свет. Лёгкий ветер заглушал все лишние звуки. Ваши волосы и плащи тряслись как сумасшедшие. Кхм... Кажется, вас больше всего волновал не пейзаж. А тёплое спокойное тепло, которое находится у вас под рукой. То самое тепло, что освещает путь во тьме. Кажется, оно спокойно спит у вас на коленях и тихо похрапывает... На его дисплее написано: [Перегрузка системы] — Ты... дурак... — Ваши руки дрожали; вы тихонько обнимали его голову. — Ты придурок... Как ты мог умереть?.. — Голос срывался от волны чувств. Сенсоры тихо заполнялись пиксельными слезами, но вы изо всех сил старались его не разбудить. Из темноты послышался голос, который заставил всё внутри замерзнуть. — И что ты собираешься делать? — спросила Лей, приподняв бровь. Узи снова вернулась в реальность, услышав знакомый голос. — А! — Узи чуть не вскрикнула, но тут же изменилась в лице. — Ну, типа... механизмы! Пойду опять делать механизмы! — в голосе послышалась неловкость. Лей присела рядом. — Красивое небо... — Она пустыми глазами посмотрела вверх и произнесла это почти безэмоционально. Узи инстинктивно сделала неуверенную улыбку, пытаясь поддержать разговор. — Ну... да-да, оно очень красивое! Это... небо... там ещё планетки и всё такое... — Узи запнулась, услышав тон Лей. Сделав небольшую паузу: — А чем ты хочешь заняться? — Узи инстинктивно тоже посмотрела в космос. — Почти все мертвы. Только пару десятков выжило. Я помогу им выжить, — сухо ответила Лей; в её голосе звучала тоска. Узи неловко отвела взгляд, почесав голову. — Понятно... То есть ты не хочешь с нами? — Она понимала, что их пути расходятся, и дальше они только помешают друг другу. Лей промолчала. Казалось, что за каждое лишнее слово ей приходится платить. Узи перебила тишину. — Что это за сила, которую ты используешь? Лей посмотрела в пустоту на земле. — Инфо-вирус. Ну... он так это называет. — На лице Лей появилась едва заметная улыбка. — Это что-то вроде второй личности, которая даёт силы. — Это что-то вроде... второго сознания? — уточнила Узи, приподняв бровь. — Его зовут Кю... Только я его вижу. Он и сам больше ничего о себе не знает. Мы договорились, когда я была маленькой, и с тех пор живём вместе... Не того носителя он выбрал. — Лей отвела взгляд и провела рукой по воздуху, словно поглаживая невидимую фигуру. Узи положила ей руку на плечо и мягко улыбнулась. — Не правда. Ты отлично постаралась. Как героиня аниме! — Героиня... — Лей снова подняла голову вверх. Глубокое молчание. Зря я это сказала... Стало только хуже... — подумала про себя Узи. Ветер усиливался с каждой минутой, подхватывая снежные крошки и заставляя их шуршать по металлу корпусов. Он растрепал волосы Узи, стянул с плеч последний остаток тепла, и казалось — сам воздух пытался стереть всё, что здесь произошло. Тучи медленно сползали на небо, возвращая миру привычную тьму, и редкие белые звёзды гасли одна за другой, словно кто-то тушил лампы в огромном зале. Узи осторожно ткнула пальцем в дисплей Эна — так мягко, будто боялась сломать что-то невидимое. Не хотелось. Совсем не хотелось будить его. Снег ложился ровным слоем, скрывая под собой тела, масло, осколки брони — будто пытался исправить то, что исправить уже невозможно. И только маленькие дисплеи продолжали светить, вырезая фигуры дронов из поглощающей тьмы. Лей встала. — Я пойду. Мне нужно эвакуировать выживших дронов, иначе демонтажники снова пройдут, — произнесла Лей ровным, почти безжизненным голосом. Она не оглянулась. — Прости… Узи… Всё это… должно было закончиться иначе. Спасибо тебе. Правда. — И всё же в этих нескольких словах было больше эмоций, чем Лей могла выразить за всю жизнь. Тяжёлые шаги по снегу удалялись. Узи смотрела перед собой, даже не пытаясь обернуться. — До встречи, Лей… Не смей сдаваться, — тихо сказала она, снова пытаясь разбудить Эна. … — Ч-что?.. Я не успел попрощаться?.. — пробормотал он сонно, пикселями мигая на своём экране. Узи встала, сбрасывая его с колен. — Идём, Эн… Нам надо сваливать, пока не налетели демонтажники, — устало ответила Узи. Она схватила его за руку, и они двинулись. Долго шли среди тёмных искривлённых деревьев. Ветки, покрытые трещинами, светились изнутри синим — будто лес дышал где-то глубоко в своих прожилках. Узи полностью ушла в мысли: «Так… если соединить питание так… Но нужно ещё проверить привод… Не хватает деталей… Где их взять?..» Она не замечала ни окружающего, ни того, как её пальцы сжимают руку Эна, ощущая мягкую резиновую перчатку и странное тепло. — У-Узи… Я… это… — начал Эн, в голосе дрожал процессор. Узи мельком обернулась. — М? Что такое? Не отвлекай, Эн… Думаю, — пробормотала она автоматически, даже сильнее сжав его пальцы. Эн снова попытался: — Узи, ну это… Я… хотел сказать… — Блин! Да что такое?! — она резко повернулась. Эн стоял, отворачиваясь, испуганно мигая пикселями, а его рука всё ещё была в её ладони. Точнее… в переплетённых пальцах. Узи моргнула. Её взгляд медленно опустился вниз. Зелёный мягкий свет от его перчатки отражался на её металлических пальцах. Они переплетены — крепко, так, словно она держалась за него, чтобы не утонуть в собственных мыслях. … Она застыла. А потом осознание её настигло. — ФУУУ— блин!! — Узи резко отдёрнула руку. — Эн! Почему ты мне сразу не сказал?! Она спрятала руку в карман, уткнувшись взглядом в землю, и, конечно, покраснела — хоть и была машиной. — Прости… я… просто… э… — Эн дернулся, пытаясь придумать хоть какое-то оправдание, но вышло только жалкое бормотание. Они стояли ещё несколько секунд, оба не решаясь посмотреть друг на друга. Снег падал ровно, тихо, будто смеялся над ними. — Л-ладно… пошли… — Узи резко развернулась. — Придурок… — пробормотала почти неслышно, краснея ещё сильнее. Эн поправил рюкзак, и они пошли бок о бок в тишине. Вот только её внутренний монолог так и не вернулся. Он снова сбился — на что-то тёплое, на что-то странное, на что-то новое. И правильное. Спустя несколько часов ночь сменилась днём, хотя понять это без часов было невозможно. Снег сменился токсичным и жгучим дождём. Он оставлял ядовитые лужи, которые выделяли опасный пар, плавил каждую снежинку и сугроб, что попадались ему на пути. Он заставлял всё «живое» оставаться в укрытии. Послышались странные звуки… свисты, удары молотком, сварка, шуруповёрты. Узи опять работала в мастерской. В другой комнате Эн, в пижаме, убирал пыль, что скапливалась длительное время, мыл полы, залитые краской, клеил обои на голые полуживые стены, готовил «еду» и масло. [Теперь понятно, кто в доме мужик…] Хм? Эн озадаченно посмотрел в камеру. — Ты что-то сказал? [Забей] Камера выключается. Эн немного потрепал голову и продолжил уборку с лёгкой улыбкой. Экран в мастерской загорелся. Вокруг стоял запах горелого, металла, пыли, и всё было завалено мусором и деталями. [Что-то не так? Это не похоже на те навороченные штуки, которые ты раньше штамповала.] Узи бросила инструменты на стол, и раздался лёгкий грохот. — Все эти «навороченные штуки» состояли из одного особого вещества. Благодаря одной чёрной заднице я израсходовала всё, что было на несколько месяцев! А сейчас достать невозможно!.. — Узи выкрикнула, сжав зубы и кулаки. [Тебе лучше передохнуть.] — Да знаю… знаю я… — она села обратно с задумчивым лицом. Тук-тук! Раздался мужской голос за дверью. — Можно зайти? — М? Конечно, заходи, — Узи прокрутилась на стуле в сторону двери. Эн заходит в комнату, мельком осматривая её, и садится перед Узи на второй стул. — Узи… я хотел бы… я не знаю, насколько правильно спрашивать такое, но поскольку мы команда… — Валяй, — перебила его Узи. — Недавно ты упоминала про ситуацию в детстве… Если ты не хочешь об этом говорить — то забудь. Я просто… — Эн почесал лоб и посмотрел вниз. — Мы просто команда… и я… — Хочешь знать про ту ситуацию с моей потерей? — Узи скрестила руки, глядя на Эна. — Прости… это была ошибка… — Я не любитель рассказывать об этом… — Узи опустила взгляд. — Но если в двух словах… --- Уютное тепло, которое проникало сквозь железный корпус прямо до ядра. Все стены — в более ярких тонах, покрыты детскими рисунками. Запах свежей бумаги и красок давно застоялся в комнате. Девочка в небольшом платье принцессы, измазанная разными красками, что-то рисовала с воодушевлённым лицом. Дверь издала продолжительный скрип, и девочка мгновенно застыла. — Узи Дорман! Почему это мы не спим и ты ещё не переоделась? — донёсся строгий женский голос из проёма. Это была Нори, в рабочем костюме; на её голове висела сварочная маска. Узи так увлеклась, что даже не заметила, как работа в маминой мастерской прекратилась. — М-мама! Я уже хотела лечь спать! Правда! — Узи немного опешила и попыталась спрятать рисунки в шкаф. Нори подошла к Узи со строгим лицом… Узи не растерялась, контратаковала щенячими глазками, глядя на неё снизу вверх. В груди Нори что-то треснуло, глядя на свою дочь. — Опля! — она подняла её на руки и начала прокручивать. — Кто тут непослушный ребёнок? Она всё сильнее и сильнее закручивала Узи, заставляя её длинные волосы развеваться в воздухе. Глаза Узи закрутились в спираль. — Отпусти… Я поняла, поняла… — она начала дёргать руками, пытаясь удержаться. — Завтра в школу. Тебе, маленькая негодяйка, надо крепко выспаться, поняла? — Да… А папа придёт? — Узи начала готовить спальное место. — Ох, милая… Ты же знаешь, какой он занятой. Но вместо этого я могу тебе помочь поизучать механизмы! — Мне больше нравится рисовать… — Узи переоделась и легла под одеяло. … Нори присела рядом на кровать, но Узи, понимая, какая тема сейчас начнётся, повернулась в другую сторону. — Ты ведь понимаешь, что сейчас такое время, что рисование не поможет тебе выжить… — сказала Нори, немного поглаживая дочь. … Ответа не последовало. — Спокойной ночи, дорогая. Я тебя люблю. Дверь медленно закрылась, будто боясь лишний раз задеть воздух. … Бжжжжж! Будильник оповещал громким звуком, что настал новый, бескрашенный день. Узи энергично встала, помыла зубы, умылась и выглянула в окно — это уже стало ежедневным ритуалом, в надежде увидеть хоть какие-то изменения. — Как бы я хотела раскрасить всё небо в яркие цвета… — пробормотала Узи, смотря во тьму за окном. — Может, я обрету какие-нибудь сверхсилы и смогу развеять тьму, как какой-нибудь аниме-герой! — Она подняла руку, представляя, как спасает мир. — Ох! Школа! — она подорвалась с места, прочитала записку от мамы: «Дорогая, буду поздно. Береги себя». После чего быстро привела себя в порядок, взяла портфель и выбежала на улицу. Всё вокруг сверкало яркими фонарями, повсюду было много дронов. Магазины были полностью заполнены, ходили вооружённые дроны, тщательно осматривая всё вокруг. Город жил своей жизнью. Маленькая девочка задумчиво шла по рыхлому снегу. На удивление, снежинки не виднелись в небе, а ветер был приятным — наверно, лучшая вариация погоды в этом аду. Вот она — школа. Узи немного нервничала, хоть это был далеко не первый день. Хрясь! Где-то вдалеке послышался звон. — М? — Узи повернулась и увидела чей-то силуэт… силуэт отца. — ПАПА! — Она сразу побежала к нему, но тот отходил всё дальше и дальше. — А? Папа, почему ты уходишь? Это игра какая-то? — Узи посмотрела на школу, потом на отца, который всё дальше уходил между зданиями, махая ей рукой. — Ладно… Это всё немного странно… — Узи решила сделать ещё пару шагов вперёд — и… Атмосфера резко сменилась. Незнакомое место. Руины города. Снег валил как ненормальный, закрывая весь обзор. Тьма была настолько густой, что не было видно ничего на расстоянии вытянутой руки. Наступила НОЧЬ. Узи, хлопая глазами и медленно покрываясь инеем, пыталась вспомнить, как она сюда пришла… Колени дрожали, но она пыталась сдвинуться с места. — Папа… Мама… — она без сил упала, пробивая снег. Вдалеке она заметила жёлтый крест, который медленно приближался… — Что такая малышка забыла в столь опасном месте? — ехидно спросил демонтажник, войдя в зону видимости. Огромная, покрытая тёплым маслом, от которого исходил пар. Она вытянула свои когти вперёд и взяла Узи за талию. — Разве родители тебе не говорили, что по ночам нельзя бродить одной? Её голос перебивался сильным ветром, но всё равно можно было расслышать. Мгновение. Одно лёгкое движение — и на пузе появились три небольших пореза. Узи всю затрясло. Она хотела закричать, но воздух, как ком в горле, отказывался выходить. Она могла только судорожно дрожать от страха, хватаясь за тёплую рану. Боль была невыносимой. Она старалась из последних сил удержать масло внутри. Глаза начали тускнеть, обзор — расплываться. Ехидная улыбка демонтажника переросла в небольшое хихиканье. Бах! Тебя ударили ногой по голове, и, отлетев, ты упала на спину. Удар ощущался как кувалдой, хотя тебя просто толкнули. — Как насчёт двух маленьких ножек? — когти убрались, и выдвинулся меч, который начал медленно резать одну ногу. Тягучая, бесконечная боль вгрызалась в тело. В какой-то момент боль перестала нарастать — Узи попыталась нащупать ногу… которой уже не было. Только масло текло, выделяя пар. Из руки дрона высунулось огромное количество инструментов, как у швейцарского ножа — только выглядят куда «эксклюзивнее», чем открывашка для бутылок или маленький ножик. — Дорогуша… если ты будешь так тихо лежать, как дрожащий щеночек, я не смогу насладиться. Понимаешь? — она уже подбирала инструмент для продолжения. Она наступила на грудь Узи — девочка начала сопротивляться, с ужасом на лице — но тут… Раздался яркий голубой свет, обездвиживая и Узи, и демонтажника. Бах! Звонкий зелёный выстрел пронёсся и оставил огромную дыру в боку демонтажника. — Не смей трогать мою дочь! [Критическое состояние!] [Отключение системы!] … Спустя какое-то время я пришла в себя. Масло-течение кем-то было остановлено… Всё та же тьма, а на пол-экрана — ошибка. И что-то лежало у меня на груди. — Мама! Мама, ты пришла за мной! — хвать! Она обняла её и начала плакать. — Мама… Мама… Мне было так страшно! — впервые голос смог вырваться. Но тепла не ощущалось. Свет в глазах погас. Мир немного треснул. А рядом лежал труп демонтажника, от которого остались только ноги и голова. — Ма… ма… — руки были в масле, как и вся она. Узи смотрела на когда-то тёплое тело. — Мама! Давай вставай! Нам надо идти домой! — Она начала тянуть Нори в попытках разбудить её. — Чего ты как маленькая?! Д-давай… давай… Почему ты не встаёшь? Пожалуйста, встань… Прошу… Встань… Мама… … — Мама… Очистить сектор B. Были замечены пропавшие без вести. ...Найден мёртвый демонтажник… Узи резко вдохнула, словно только что всплыла на поверхность. Воспоминание, вырванное из самого сердца памяти, закончилось, оставив после себя только холодную, звенящую пустоту и фантомное ощущение снега. Она медленно подняла глаза, возвращаясь в тусклый, пропахший металлом свет мастерской. Ей потребовалась секунда, чтобы осознать, где она, и что именно она только что рассказала. И тут она услышала шорох. Эн сидел, вцепившись в подушку так, что та, казалось, вот-вот лопнет. Его дисплей мерцал от сдерживаемых слёз. — Ох… ладно, здоровяк… Иди сюда. — Она развела руки и отвела взгляд. Эн подбежал и крепко обнял её. — Узи… Мне так жаль! Тебе пришлось такое пережить… — эмоции взяли верх, и он начал плакать. Узи отвернулась. — Дурак… Зачем плакать… Спустя какое-то время Эн пришёл в себя. — Л-ладно, Узи… Я очень рад, что ты мне открылась… И я не знаю, что мне в ответ сделать… — Раздевайся и ложись на стол. — …Ч-что? Эн замер. Его дисплей залило ярко-жёлтым румянцем, а кулеры взвыли от перегрева. Он нервно хихикнул, оглядываясь на дверь. — Эм... Узи... Я, конечно, польщён, но мы же... ну... друзья... [Вот это я понимаю!] — Придурки! Я имела в виду, что мы сейчас будем лоботомию Эну делать! — Узи достала шлем, напичканный разными штуками. — А! Теперь понятно! — у Эна появилась лёгкая улыбка, и он начал стягивать куртку. [Облом] — Заткнись, железяка! — Бах! Узи кинула небольшой гвоздь в компьютер. Эн осторожно лёг на холодный металлический стол, будто боялся лишний раз шевельнуться. Шлем в руках Узи тихо потрескивал, мигал лампочками. Эн сглотнул. Узи включила один из переключателей — внутри шлема что-то громко щёлкнуло. Эн тут же подскочил. — Э-э… Узи, а это вообще безопасно? — нервно спросил он, глядя на конструкцию, которая угрожающе загудела. — Ну… в теории — да, — Узи задумчиво почесала затылок ключом. — Но теорию я проверю на тебе. — ЧТО?! [Ну всё, здоровяк, прощайся с мозгами.] Узи закатила глаза. — Он ими и так не пользуется! — рявкнула она на камеру. Эн тихо вздохнул и снова лёг, прикрыв глаза. Узи на секунду остановилась, держа шлем над его головой. Стало заметно, что она смотрит не на инструмент, а на Эна. Как будто что-то в груди кольнуло — но ровно на секунду. Она быстро моргнула, прогнала эмоции и резко нахлобучила шлем ему на голову. — Ай! Он мне череп сдавил! — заорал Эн. — Значит мозги на месте. Отлично. Начинаем. Щёлк. Комната наполнилась гулом, а по шлему побежали голубые полосы. Камера слегка приблизила изображение, словно сама хотела видеть, что будет дальше. — Если ты вдруг увидишь яркий свет — иди к нему, там скорее всего мои процессы зависли, — спокойно сказала Узи, записывая что-то в блокнот. — ЧТО?! Узи, может… может я передумаю?.. — Поздно, — она нажала ещё одну кнопку. — И не шевелись. Если повредишь контакты, твоя память может перемешаться. [Если повезёт — он забудет, как дышать.] — ТЫ заткнись! — Узи бросила ещё один гвоздь в камеру. [Двойные стандарты...] Эн тихо заскулил. А на его экране появилась [ЗАГРУЗКА].