𓆙 𓆙 𓆙

      — Поговорил с ней?       — Что?       — Отлично. Наконец-то она перестала пялиться на тебя. Глаза змеиные, — кивает Пэнси в сторону блондинки, которая уже добрых десять минут не отрывается от учебника. — Чокнутая маньячка.       — Наверное, нашла другую цель, — задумчиво протягивает Драко, сам стараясь не выдать себя. Он не просил Шарлотту быть осторожной, напротив, в какой-то степени надеется, что правда раскроется. Никто всё равно не узнает о их родстве. Банально примут за самую привлекательную парочку в школе.       Слизеринка удовлетворительно ухмыляется и продолжает дальше слушать профессора Снейпа. Мысли Драко о лекции навязчиво перебивает картина взволнованной сестры: как она ежится, закрывается от остальных, мечтая исчезнуть; быть где угодно, только не в замкнутом пространстве вместе с братом.       Сердце Шарлотты совершает скачок, вызывая бурный всплеск эмоций. Она заставляет себя не оглядываться назад, не искать с ним взгляда. Возбуждение нарастает, усиливаясь даже через расстояние и в присутствии кучи студентов. Он это чувствует.       Отвлекаться нельзя.       Подставы от декана можно не ожидать, но при тайной любовной связи обязательно нужно сохранять бдительность. Всегда быть настороже. В первый раз рисковая встреча кружила ей голову, но эйфория прошла. Она мысленно просит брата, чтобы он переключился на лекцию и не давал своей «обожаемой возлюбленной» повода для новых подозрений.       Со звонком Шарлотта быстрее остальных покидает кабинет зельеварения. Не раздумывая, она пересекает этажи, коридоры, поворот за поворотом и оказывается возле двери, куда в последний раз Драко затащил ее.       — Я знал, что ты придешь сюда.       — Пора это прекращать.       — Назови хоть одну причину.       — О, я могу назвать с десяток причин, Драко, — скрещивает девушка руки на груди и раскрывает не менее важную, чем очевидную. — Было весело, но теперь наши встречи перестали меня заводить. Волшебство исчезло. Лучше бы мы не переходили черту.       — Единственный поступок, который я совершил по собственной воле, и то стал просчетом, — взлохмачивает он светлые волосы. До Шарлотты доносится смешок на грани срыва. — В учебе обгоняет грязнокровка, в квиддиче этот недоделок в очках. Даже в отношениях не везет. Я не жалуюсь, понятно? Только посмей меня такого бедного пожалеть.       — Слушаюсь и повинуюсь.       — Не зря отец называл меня слабым. Годы шли, я перестал быть тем мелким мальчишкой, но погляди, ничего не изменилось.       — Дело в нас обоих.       — И что?       — Тебе нужна еще причина? Тогда это, — берет она его за руку и пытается закатать рукав. — Ты повторяешь ошибки нашего отца. Сходи к Снейпу. Он всё уладит, твоей семье дадут защи… — выдыхает Шарлотта, обрывая предложение от того, насколько быстро брат оказывается вплотную к ней.       Он возвышается над сестрой, стараясь вселить страх, но истина на поверхности. В его глазах скрывается тот же страх. Безнадежность и, вероятно, одиночество, когда вокруг сплошь прихвостни. Ничего настоящего в его жизни не было, кроме любви матери.       — Ты сказала, моей. Защиту моей семье. Когда ты перестала быть ее частью? Может, после того, как стонала подо мной, лежа на… — Драко сжимает кулаки, дожидаясь, пока студент с Гриффиндора пройдет мимо. Заворачивая, тот с любопытством напоследок оглядывается на них.       — Говори тише.       Гневно дыша, блондин цепляется за рукав ее рубашки и толкает дверь. Кабинет оказывается не заперт. Особо не церемонясь, он вталкивает сестру внутрь, не забывая запереть дверь и наложить чары.       — Я не могу больше выносить Паркинсон.       — Придумай что-нибудь. Скажи, что вы оба не сходитесь характерами, — говорит Шарлотта на полном серьезе. — Но та связь между нами не должна повториться.       — Ты носишь шелк как напоминание о случае, когда ты…       — Предаешься ностальгии? — раздраженно спрашивает девушка, затем хмуро смотрит на брата. — Давно ты стал таким романтичным?       — Не делай вид, что одна вляпалась в дерьмо.       — Я не делаю никакой… отойди, — предостерегая будто от опасности.       — Дело не в нас двоих, а только во мне, не так ли? — прислоняется он спиной к стене, возле двери, чтобы не позволить сестре сбежать. — Подлый мерзавец недостаточно хорош для тебя?       Шарлотта садится за парту и принимается покорно дожидаться освобождения из кабинета. Притворство утомляет, а ей не хочется всю жизнь обманывать ни себя, ни брата. Между ними однозначно что-то происходит, только девушка боится, к чему всё в итоге приведет.       — В игре Темного Лорда я просто пешка.       — Приближенная.       — Я не хочу волноваться только за свою шкуру, — вдруг произносит он тихо. Шарлотта искоса смотрит на брата, готовая его выслушать. — Не хочу думать о завтрашнем дне. О грядущем.       Ладони блондинки холодеют. Она сплетает пальцы вместе, желая унять в них дрожь. Весь магический мир готовится к тому, что нависает над ними тенью. Война неизбежна.       — Если ты…       — Не продолжай. Я понимаю, — Шарлотта тяжело вздыхает и закрывает лицо руками. — Вот угораздило.       Не в силах усидеть на месте, она вскакивает из-за парты. Делая дыхательную гимнастику, пробует взять себя в руки и успокоить нервы. Это не помогает. Их ирония заключается в том, что они могут обратиться за поддержкой только друг к другу.       — Мне всё это категорически не нравится. Что будем делать?       — Дальше встречаться. Вряд ли следующий год мы проведем в школе, поэтому не от кого будет скрывать наши отношения, — отталкивается Драко от стены и подходит к сестре. Та переводит взгляд на окно, куда открывается вид на стадион.       — Я столько раз хотела срывать голос, болея за тебя, но между нами была эта пропасть — твоя неприязнь.       Пока он ничего не успел ответить, она с грустью улыбается и берет брата за руку; медленным движениями закатывает правый рукав рубашки. Драко прослеживает за ее взглядом. Метка. Кончиками пальцев она нежно проводит по знаку черепа с вылезающей из нее змеей.       — Я хочу остаться с тобой навсегда, — поднимает Шарлотта взгляд на него. — Быть для тебя всем: другом, любовницей, любимой девушкой, женой, матерью наших детей. Хочу состариться с тобой, сидеть в беседке и сутками напролет вспоминать всё хорошее и плохое. Хочу быть рядом до самого конца, пока…       Поцелуй не позволяет договорить ей то, что брат и так уже знает.       — Сумасшедший.       — Значит, я выбрал правильную девушку, — широко улыбается он ей в губы. — У нас всё получится.       — Только мир не наступит, если к власти придет Темный Лорд.       — Ты веришь, что Поттер — Избранный?       — Я обязана верить. Больше у людей ничего не остается. Представь, насколько ему тяжко, — обнимает Шарлотта своего брата за шею и утыкается носом в подбородок. — Будь с ним помягче. При возможности, не стой на пути. Вряд ли у тебя появится желание помочь ему приблизить победу.       — Ничего не обещаю.       — Значит, да, — крепче обнимает она Драко и закрывает глаза. — На двери наложены чары?       — Да.       — В таком случае… — расстегивает девушка пуговицы на его рубашке, затем спешно расправляется с пуговицами на своей. На губах появляется довольная усмешка, когда растерянность в серых глазах сменяется огоньком желания. — Сколько до обеда? Десять минут?       — Пропустим.       — Но я…       — Обед в постель на двоих тебя устроит? В гостиной префекта, — делает он слишком заманчивое предложение, от которого невозможно отказаться. Шарлотта энергично кивает и с тихим смехом избавляет брата от уз ремня на брюках.       На мгновение уголки губ дрогают от мысли, что, если бы ее брат был смелее и одержим жаждой мести, Волан-де-Морт смог бы сотворить из него грозное оружие. Даже самого приближенного сторонника — не ровня Люциусу.       Такая вероятность еще существует.       — Всё в порядке?       — Что ты там возишься? — отвлекает она его внимание от своего состояния, опираясь обеими руками о парту. Ладони брата скользят по ее ногам от коленей до бедер, закатывая подол юбки. Однажды у нас всё будет в порядке. Шарлотта прогибается, подставляясь под прикосновения его пальцев к своей промежности. Мрачные мысли рассеиваются дымкой, покидая уставший разум.       — Драко.       — Я стараюсь, — ворчит блондин, чувствуя себя не так уверенно, как в первый раз. Он понял, что сестра кончила, только после забыл поговорить о случившемся. Отношения с ней не отменят приговора — расплаты за ошибку отца, но сейчас ему становится немного легче.       — Ты должен знать.       — Кто теперь возится?       — Я не брошу тебя, — поднимается девушка и прижимается спиной к его груди. — Даже если ты сдашься, даже если тебя удастся сломить… я буду с тобой.       Не только потому, что они семья.       Для устойчивости и более удобной позиции она ставит колено на край парты. Драко прижимает сестру к себе за талию. От чувства тепла ее рук, лежащих поверх его, в груди блондина укрепляется уверенность, что их ждет лучшее — совместное будущее. Мир, где никто не встанет у них на пути и никто не сможет разлучить.       Рука скользит выше и обхватывает грудь. Чуть сжимая, он добивается стона Шарлотты. С придыханием она откидывает голову назад и ловит взгляд брата.       — Не давая обещаний, ты избавишь меня от ложных надежд.       — Постарайся довериться мне, Драко. Знаю, это может причинить боль, но мы вместе. Сейчас здесь только ты и я, — отводит девушка руку назад, исполняя свою давнюю мечту — коснуться его волос и убедиться, мягкие ли они на ощупь без тонны геля.       В последнее время она заметила, что брат перестал одержимо заботиться о своей безупречной прическе. Светлые пряди от ее усердных поглаживаний приходят в беспорядок.       — Ты как заспанный одуванчик.       Взгляд Драко опускается на ее губы, накрашенные прозрачным блеском, а пальцы касаются между ног. Она влажная и сочная, на что в его рту обильно скапливается слюна.       — Я хочу тебя попробовать.       — Имеешь в виду…       — Ты не против?       — Братец, — делится Шарлотта по секрету ему на ухо. — К твоему сведению, любая девушка этого тайно желает.       Она собирается снова задрать юбку, но Драко останавливает ее, беря инициативу на себя. В знак ободрения она кивает и прислоняется к парте, позволяя брату самостоятельно изучать тонкости оральных ласк.       В ожидании блондинка прикусывает губу. По румянцу на щеках Драко становится понятно, что ему всё же понадобятся подсказки. Возлюбленные понимают друг друга через язык тела, и лишние слова не потребуются. Шарлотта раздвигает ноги, принимая наиболее откровенную позу, чтобы желание доставить партнеру удовольствие пересилило стеснение.       В таком положении он видит сестру впервые. Представлял очень часто — она это понимает по его тяжелому и напряженному взгляду. Глядя ей в глаза, Драко встает на колени. Сердце стучит в горле от переживания сверх острых чувств.       Он приближает лицо. Этот жест побуждает Шарлотту вцепиться в светлые волосы брата и направить к промежности, но она вынуждена медлить. Тонкие губы касаются ее ноги выше колена. Новая дрожь проносится по всему телу, а с губ слетает остаточный вздох терпения.              Дорожка поцелуев уносится выше. Шарлотта ловит себя на грешной мысли, что брат специально дразнит ее, доводя до предела.              Губы почти достигают заветной точки и промахиваются, уходя к бедру. Блондинка прижимает подол юбки к животу, желая видеть его лицо между своих ног. Он целует выступающую кость, лобок, вновь опускается ближе к колену. Целует где угодно, лишь не там, где она изнывает, отчаянно нуждаясь в ласках.              — Ждешь, что я буду просить тебя?       — О чем же?       — Ты знаешь.       — Можно услышать?       — Чтоб тебя… — задыхается она, чувствуя, что тоже краснеет. В приличной форме просьба упорно не формируется. Грубые слова вертятся на языке. Она хочет его слишком сильно, поэтому, сгорая от стыда, шепчет: — Трахни меня своим языком.       Из груди вырывается стон отчаяния, когда Драко утыкается носом в ее ногу и нажимает ладонью на свой пах. Долго ему не выстоять.       — Не обязательно делать это прямо сейчас.       — Я хочу.       — Тогда бесполезно с тобой спорить, — запускает Шарлотта пальцы в его волосы, проводит сквозь пряди медленно и любовно, поощряя за старания. — Не испугаешься, если я испачкаю твое лицо? Такое может случиться.       — Меня испугает то, что я испачкаю свое нижнее белье, — ворчит Драко. При попытке сделать всё идеально есть риск облажаться. Посылая к черту все опасения, он проводит языком от влажного входа до клитора, затем вбирает в рот набухшие розовые складки.       Как только он обхватывает губами ее пульсирующий клитор, Шарлотта судорожно выдыхает и толкается бедрами вперед.       — Драко…       Отзываясь на мольбы, он всасывает его в рот. Она раздвигает ноги шире и запрокидывает голову назад: то, с каким наслаждением брат облизывает и посасывает ее, напоминает о том, что они поступают неправильно, но Шарлотта двигает задом, вздыхая и постанывая от подступающей волны оргазма.              — Не останавливайся.       Колени начинают дрожать.       — Я почти…       Он что-то мычит, посылая вибрации по всему ее телу. Языка кажется недостаточно. Драко погружает внутрь нее два пальца. Измученное «мой брат» немым вскриком застывает на губах.       — Я хочу тебя.       — Так я только что…       — Дурачок, — тяжело дышит Шарлотта, обессиленно опускаясь спиной на парту. — Надо делать это почаще. Согласен?       — Мне нравится чувствовать тебя: ощущать дрожь, пульсацию, жар и слышать каждый стон удовольствия, которое доставить тебе могу только я, — нависает он над сестрой. Блондинка приподнимается на локтях, но тут же он завладевает ее губами, целуя с трепетной нежностью.       Недавний разговор, состоящий из обид и отказа принять чувства, забывается после столкновения его бедер о ее бедра. Поцелуй ожесточается. Шарлотта стонет ему в губы, задыхаясь под напором. Вместо того, чтобы оттолкнуть, она лишь сильнее притягивает брата к себе.       Правой рукой Драко направляет член и толкается вперед, надеясь, что смазки достаточно для безболезненного проникновения. Девушка с блаженством стонет, приподнимаясь от парты, чтобы самой насадиться глубже.       — В прошлый раз ты не был осторожен.       — В прошлый раз всё было иначе.       — Я рада, что ты заботишься обо мне, — обхватывает она брата за шею и прикасается губами к щеке. — Но нам обоим стоит наверстать все пропущенные дни. Что думаешь?       Ответом служит его резкий взмах бедер, отчего парта под Шарлоттой шатается из стороны в сторону. Она пораженно охает и улыбается, принимая всю пылкую страсть, которую он может подарить ей. Ритм толчком замедляется ровно настолько, чтобы сестра могла потерять бдительность и в нужный момент вскрикнуть от череды размашистых движений члена.       — Как же хорошо… Господи, прости, — стонет Шарлотта, закрывая глаза. — Мне слишком хорошо.       Драко может часами напролет любоваться ею во время оргазма, желая на веки вечные запечатлеть это в памяти, ведь он уверен, что ничего прекраснее в своей жизни еще не видел. Она льнет к нему, прижимается к груди, чувствуя единение душ и тел.       Ощущая, как всё интенсивнее сокращаются ее мышцы, Драко хрипло шепчет:       — Кончай для меня.              Пальцы держатся за его плечи, сжимают до отметин полумесяцев от ногтей. Шарлотта протяжно стонет, содрогаясь всем телом. Пока она находится в беспамятстве, Драко исполняет свою мечту, отодвигая ее назад. Чарующее создание млеет в руках: лицо расслабленно, рот приоткрыт, а глаза закатились от невероятного наслаждения.       Его минуты земного рая.       Не давая сестре прийти в себя, он продолжает толкаться бедрами, заставляя ее вновь ухватиться за крепкие плечи и с пораженным отчаянием посмотреть брату в глаза, ведь она знает, что за этим последует.       — Боже, Драко… […]       «Кто мог это сделать?» — вопрос, который всюду преследует его. Даже среди студентов Слизерина наступил переполох. Всем хотелось узнать, кто осмелился проклясть Кэти Белл через ожерелье.       — Она была в Трех метлах. Откуда оно вообще появилось? — сыпятся вопросы, вызывающие головную боль. Драко чувствует себя в изоляции. Сердце рвется к родной душе, но что-то останавливает его. Раскрыть кому-либо секрет — значит подвергнуть этого человека опасности.       И он понимает, к чему могут привести секреты, особенно в отношениях с теми, кем он дорожит больше всех на свете. Мать в курсе происходящего. Только она всячески оказывает поддержку сыну. От беспомощности у него опускаются руки. Ничто не спасет от поручения Темного Лорда.       «Скажи сестре», — написала Нарцисса в последнем письме.       Ему показалось, что мать решила поиздеваться над падчерицей — отыграться за несчастье своего любимого сыночка.       — Это ужасно.       — Да, — только и отвечает он, рассеянно поглаживая Шарлотту по плечу. Она теснее прижимается к его груди и закрывает глаза, чувствуя умиротворение.       — Вся школа на взводе. А вдруг на этом всё не прекратится? — предполагает она худшее, нуждаясь в разгадке. Пальцы выводят по мужской груди абстрактные узоры. Постепенно гнятущие мысли покидают ее голову и она отдается чувствам. — Драко?       — М-м?       — Тебе хорошо со мной?       После секса его сестра становится безумно внимательной; заботливой, словно от благополучия брата зависит ее собственная жизнь.       — Я бы остался здесь навсегда.       — Всё это — мечты.       За дверью его спальни слышны женские возгласы.       — Заучка вернулась. Поди отчитывает меня за прогул на вчерашнем патрулировании. Снейп не стал делать мне выговор, а уж тем более назначать отработку. Готов поспорить, Грейнджер влетело за двоих, — злорадствует блондин, вдыхая запах волос сестры. — Пусть беснуется.       — Малфой!       — Тебе пора идти, — целует Шарлотта его в плечо и подталкивает встать с постели. — Не нужно забывать об обязанностях.       — Меня окружают одни ответственные девушки. Как тут не заразиться от вас всех, — недовольно поджимает губы Драко, без всякого желания выпуская любимую из объятий. — Не хочу доучиваться, не хочу ввязываться в войну. Ты — всё, что мне нужно в этом мире.       — Я никуда не денусь. Прорвемся, будь уверен, — целует она его напоследок и тоже встает с постели. — Стоп. Где лиф? — осматривает блондинка комнату вплоть до потолка. — Куда исчез-то? — заглядывает под кровать и с возгласом: «Нашелся!» достает бюстгальтер. Она машет им перед лицом брата, на что слышит его смешок.       — Отлыниваешь от обязанностей с Паркинсон?! — негодует гриффиндорка, стоя прямо за дверью. — Шикарно. Пока я работаю, ты развлекаешься!       — Как жена, — хихикает Шарлотта, отмахиваясь от испуганного брата. Тот хватает ее за талию и пытается закрыть рот, не давая разговаривать. — Ой, прости, — продолжая смеяться, она уворачивается от ладони.       Последний раз ей довелось повеселиться так давно, что и не вспомнить. Кажется, со смерти матери что-либо перестало радовать Шарлотту. Ребячество было для нее недосягаемо, особенно с братом.       — От меня не уйдешь, Малфой!       Шаги стихают.       — Пронесло. Ну берегись, братец, — сочувственно вздыхает девушка, поворачиваясь в его объятиях. — Ты можешь идти, зная, что каждый вечер мы будем видеться. Запомни: ты не потеряешь меня.       — Я причинил тебе много боли, — с отсутствующим взглядом произносит Драко, словно не слыша из-за стремления выговориться, загладить свою вину, чтобы без угрызения совести дальше смотреть ей в глаза. — Прости меня.       — И ты меня прости за те слова. Тогда в коридоре я лгала нам обоим. Это казалось проще, чем признать неотвратимое. Наша связь не была и не будет просчетом, Драко, — шутливо хлопает она по его руке бюстгальтером. — Вместе мы переживем любые невзгоды. Договорились? — показывает Шарлотта мизинец. — Братья и сестры в детстве всегда в чем-то клянутся друг другу, но мы этот период пропустили.              Он вопросительно вскидывает бровь, полагая, что уже перерос подобные глупости, но ради сестры скрепляет мизинцы. А для полной гарантии скрепляет договор поцелуем.