Часть 2. Могила

«Ничто не делает нас такими одинокими, как наши тайны»

Поль Турнье

— Брат, — Саске быстро прояснил ситуацию, а у меня внизу живота словно свинец залили. Мне никто не поверит, если я скажу, что человек на мгновение обрел сияние? Статное, атлетическое телосложение под покровом классического костюма. Гладкие, на вид мягкие и шелковистые волосы спадают на плечи. Они выбились из резинки, что не так уж и сильно держит пряди. Даже не смотря на высоту моих каблуков, он все равно выше. В руках мужчины сотовый, видимо с картинкой, что передает камера видеонаблюдения. — З-здравствуйте, — пролепетала я, уже десять раз пожалев о сказанном. Разумеется, мое небольшое заикание проявилось именно в этот момент. Не смотря на дружбу наших отцов и сомнительную связь с Саске я никогда не виделась с Итачи Учиха лично. Он старше на семь лет и большую часть жизни провел заграницей. Сложно чувствовать себя уверенно рядом с таким состоявшимся мужчиной. — Добрый вечер, Хината. Сердце остановилось. Откуда он знает мое имя? Он… интересовался? — Что ты тут делаешь? — Нападает Саске. Сияние исчезло, а волна каких-то странных, ранее неизвестных чувств разбилась о скалы реальности. Меня застукали за сигаретой, есть запись с видеокамеры, а еще через пять минут я должна быть дома. Бинго! — Фактически, — голос мужчины был строг, — это ты проживаешь в моей квартире и, кстати говоря, устроил погром. — Ты не ответил. — П-прошу п-прощения, — выставляя руки вперед отхожу немного вбок, — но мне очень срочно нужно домой. — Вас ожидает водитель, он отвезет. Приятной ночи. — Итачи отходит в сторону, даже не посмотрев на меня. Как давно он следил за нами? По спине пробегают мурашки, — С-спасибо, — благодарю и стараюсь как можно скорее покинуть эту террасу, что пропитана просто уничтожающей энергетикой. Оказавшись в гостиной, не сразу замечаю, что музыка выключена, а половина гостей уже разошлись. На сотовом около десятка оповещений от Сакуры, а время 22:58. Сакура: Ты уже ушла? Не представляешь, что произошло. Сакура: Пришел странный мужчина и всех разогнал. Мы поехали к Саю, продолжение там. Из этих двух новостей шокировала меня последняя, но абсолютно не заинтересовала. Уже на пятом этаже я сняла туфли и начала спускаться босиком. А завидев водителя, была готова расплакаться от счастья. Такси в кампусе не было. Оно просто не требовалось из-за близкого расположения основных зданий. Личный транспорт разрешался лишь преподавательскому составу и личным водителям, которых было не так много. В том году- два, а в этом ни одного. Никто не хотел быть под присмотром няньки. Двухметровой, чаще всего, лысой няньки. — А, — немного стесняясь, но переборов себя, спросила, — вы личный водитель господина Учиха? Останетесь в этом году? — Нет, — мужчина покачал головой, — я лишь сопроводил господина после долгого перелета. — Понятно, — киваю и не рискую спросить больше. Они такие разные. Нет, по внешности Учиха похожи, как две капли воды. Ну, ладно… снежинки. А вот энергетика у них абсолютно противоположная. Саске взбалмошный, непостоянный и слишком распущенный. Итачи более консервативный и сдержанный. Я бы задалась философским вопросом «Так бывает?», но существование моего высокомерного брата дает быстрый и лаконичный ответ. Да. 23:09 Я опоздала, однако, никаких звонков или предупредительных выстрелов не последовало. Возможно, камера все же не работает?

***

— Саске пригласил меня на свидание, — довольная Сакура разлеглась на моей кровати. Глаза у нее сияют словно у мартовской кошки, а рот не закрывается уже пол часа. — Меня! Ты была не права, признай это. — В чем? — Хмурюсь и отрываю красные глаза от экрана монитора. Эта презентация точно сведет в могилу. Еще доклад нужно успеть сделать и распечатать. — Ты не верила в успех моей операции по «захвату внимания на Хэллоуин». — А-а-а, — протягиваю и тяжело вздыхаю. Видимо, правду лучше умолчать. — Признаю, была не права. На самом деле я слушаю в пол уха не из-за презентации, хотя она действительно продвигается с трудом. Утром пришел денежный перевод от отца, и сумма была в половину меньше, чем обычно. — У тебя все в порядке? — А? — Фокусирую взгляд и подмечаю розовые, встревоженно нахмуренные брови Харуно. — Да, просто устала, лягу сегодня пораньше. Отец еще должен позвонить скоро, волнуюсь. — Ну, — с недоверием, но все же Сакура встала с кровати, — ладно, понимаю. Только не сливайся со своей же вечеринки, ладно? Ох, у меня скоро День Рождения. Забыла. — Ладно, — натягиваю улыбку, потому что спорить с Харуно бесполезно. Поцелуй на прощание и вот она, долгожданная тишина. Закрывая входную дверь, ненароком смотрю на камеру, чей объектив напоминает глаз ворона. Черный и поблескивающий. Возможно, отец единственный человек кому действительно интересная моя скучная жизнь. Была. Прошло уже пару часов, а звонка так и не последовало. Тревожные мысли выстроились в очередь, пока, давая себя контролировать. Вдруг, что-то произошло? Поэтому и перевод был маленьким. Разумеется, мне хватит денег. Просто мне неприятна сама мысль о том, что деньги используются, как мера пресечения. К тому же, я привыкла снимать остаток и откладывать его на черный день. Например, как сегодня. Нужно звонить самой. Первый гудок. Второй. Третий. Долгие и вызывающие тахикардию. — Слушаю, — строгий голос отца. — Что-то срочное? — Здравствуйте, папа. — Собираюсь с мыслями, вытирая мокрые ладошки о пижамные штаны. — Нет, просто вы мне не позвонили, и я начала волноваться. — Сегодня? — Тяжёлый вдох. — Думал, что завтра. — Сегодня. Молчание. Обычно отец сам начинает допрос, а я словно солдат докладываю о последних событиях месяца. — Мне сейчас некогда, если у тебя все в порядке, то давай созвонимся в следующем месяце. — Все хорошо, но… — Спросить или не стоит? Может, это просто техническая ошибка? — Продолжай. — Просто мне пришел перевод с меньшей суммой, я хотела узнать все ли в порядке. — Хах, — смешок, искренний. В свою сторону я слышала такое впервые. — Пожалуй, это у тебя нужно узнать. — Я… я не понимаю. — Ты же не думаешь, что я слежу за тобой? — Тяжёлый вздох и знакомый скрип. Он обычно появлялся, когда отец облокачивался на спинку кожаного кресла в кабинете. — Все автоматизировано. На дверях тоже датчики движения. — Я не совсем понимаю, если честно. — Господи, Хината, подумай. Если твои двери открываются позднее одиннадцати, то сигнал проходит в мою службу наблюдения. Они подключаются к камере и смотрят, кто пришел или ушел в такой час. Если ты приходишь позднее, то они передают информацию моему финансовому помощнику, и он уменьшает сумму перевода. — Подождите, — от адреналина, что распространяется по моим венам не могу усидеть на кровати и вскакиваю. — За мной наблюдают какие-то неизвестные извращенцы? — Почему изв… — Папа! — В панике не даю договорить. — Откуда вам знать, что они не подсматривают за мной? — Если тебя снова беспокоит паранойя, то лучше запишись к психологу, дорогая. Потому что я плачу им достаточно, чтобы они могли позволить себе любую другую девушку. Лучше ответь, во сколько ты пришла и где была? — А, — замолкаю. Кажется, не стоило звонить. Похоже, отец так бы и не узнал об этом пришествии. Спасибо «автоматизированным системам». Ну, ничего. Я еще подпорчу жизнь этим проплаченным наемникам. — Я была на вечеринке, но опоздала домой на девять минут. — Признаюсь с обречением в голосе. — Мне жаль. — Вечеринка? Не нужно видеть отца, чтобы понять, как скривилось в недовольстве его лицо. Однако, у меня есть пара козырей и если смешать ложь с правдой… — Да, Саске Учиха пригласил, — говорю максимально беззаботным тоном, на который способна. — Говорит, что нужно хоть иногда выходить из дома, а то меня, итак, считают странной. Молчание. — Потом пришел его брат и я не могла уйти посреди знакомства, это было бы не вежливо. Перед глазами пробегают воспоминания о том, как я действительно убежала домой посреди разговора. Господи, хоть бы никто об этом не узнал. — Итачи? — Да, господин Итачи, — киваю, но отец этого не может видеть. — Это было бы не вежливо с моей стороны. — Так, ладно. — Видимо, кто-то вошел в кабинет отца. Странные шорохи и… каблуки? Клянусь, что слышу звук шпилек. — Мне нужно идти. Я отдам распоряжение о переводе, не беспокойся. Если будут подобные ситуации, то предупреждай мою службу охраны. — Говорить с камерой? — Нервно хихикаю. — Нет, тебе пришлют номер. — Тихий женский шёпот. — Спокойной ночи, Хината. Короткие гудки. Отлично, какая-то женщина ему важнее собственной дочери. Я была бы зла на нее, но сейчас меня возможно спасли от дальнейших расспросов. — Спокойной ночи, папа.

***

— Привет, принцесса, — Саске вальяжно садится рядом и со скучающим лицом тыкает меня в плечо карандашом. — Тебе не надоело все время учиться? — Т-с-с, — смахиваю карандаш и от отлетает на стол, к учебникам. Библиотекарь смотрит на нас разгневанным взглядом из-за внезапного шума. — Прошу прощения за нее, — Саске вежливо улыбается, — нервная сегодня, наверное, предменструальный синдром. — Ты нормальный? — Хочу стукнуть парня в плечо, но он уворачивается. — Что тебе нужно, исчадье из ада? — Простая светская беседа обо всем и ни о чем, — Саске пожимает плечами и приближается так близко, что вновь слышу его парфюм. Вкусно. Изысканно. Впрочем, как и всегда. — Библиотека отличное место для беседы, ты молодец. — Молодые люди! — Делает замечание библиотекарь, кажется, её нервы на пределе. Нужно уводить эту тикающую бомбу иначе меня сюда больше не впустят. — Пошли, — шепчу, собирая тетради, — угостишь меня кофе, раз уж тебе нужен бесплатный психолог. — Ты такая проницательная, — Саске довольно усмехается и подмигивает. Мы выходим под испепеляющий взгляд и нервное постукивание по столу. — Какой кофе любишь? — Самый дорогой. — Моя девочка, — Саске закидывает руку на плечо, но я слегка наклоняюсь вбок, и она спадает. Нет, мы не друзья и никогда ими не были. Скажу больше, мы ими никогда не станем. Просто бывают плохие дни. И приятно иметь человека, который может выслушать и не осудить. Такое уж у нас соглашение. Стать могилой. — Надеюсь, что тебя отчисляют. — Ворчу, делая первый глоток божественного напитка. Мы не можем позволить себе сидеть в кафе или на скамье. Это выдаст нашу… связь? Не знаю, сколько лет нам было, когда мы придумали правила клуба «Могила». Никто не должен знать о существовании этого клуба. Точка. И в последний раз по душам мы общались два года назад. Кажется, что прошла вечность. Поэтому, мы идем в одном направлении, но чуть поодаль друг от друга. — Возможно так и будет, — Саске кривится. — Кажется, ты единственный человек в кампусе, кто не спросил о моем брате. — А, что с ним не так? — Стараюсь придать голосу максимально безразличный вид. Обычно, этот ящер распознает что-то неладно за километр. — Принцесса живет на луне. — Саске подпитывает камень. — Он в этом году будет преподавать на моем курсе. Компания отца ищет молодые таланты, чтобы прибрать эти необработанные бриллианты раньше всех. — О, так твоя семья узнает, что ты забил на учебу и… — Вообще-то я первый в списке по успеваемости, — Саске закатывает глаза. Будто бы я об этом не знала. — Помню, как в школе ты только и говорил о том, что хочешь быть лучше, чем брат. — Мы сворачиваем в парковую зону, где меньше глаз и больше свежего воздуха. Хотя, тут везде свежо и хорошо. Студенческий городок находится в двадцати минутах езды от мегаполиса. — Что изменилось? Почему ты решил, что быть лучшим на курсе достаточно? Молчание. Кажется, я попала в самую цель. От этого радостно и тошно одновременно. — Ты могила, помнишь? — Меня вообще тут нет, — пожимаю плечами. — Отец передает управление в руки Итачи. Стая воронов взлетая, уносит за собой эти слова. Каркая, они будто бы обсуждают между собой секретную информацию. Если об этом узнают репортеры, то акции взлетят так же стремительно. — Думаешь, сколько акций прикупить или как выйти замуж за Итачи? — Тогда я стану твоей родственницей. — Фу! — Фу! — Кривимся мы одновременно и ловим игривый взгляд друг друга. Невозможно не засмеяться. Правда, у обоих этот смех истерический. — Отец передает управление компанией Неджи, — наконец-то осмеливаюсь ответить правдой на правду. — Это значит, что я до конца своих дней буду зависеть от его расположения духа по отношению ко мне. — Как и я. — Как и ты. До нашего района мы идем в полной тишине. Слова лишние. Достаточно просто того, что на этом свете есть хоть один человек, который разделяет твою боль. Мы не прощаемся. Саске просто сворачивает к своему дому, а я иду дальше. Неджи ненавидит меня. Как только он получит власть, то один вариант будет хуже другого. Может, Саске и сказал в шутку про замужество, но это единственный шанс выйти из-под финансового контроля брата. И попасть под чужой. Что лучше? Хреновое положение дел или неизвестность?

***

— Напомни, почему я трачу свое время на то, чтобы просто стоять в коридоре? — Потому что если я буду стоять тут одна, то это будет выглядеть глупо! — Отвечает Сакура и снова открывает зеркальце, чтобы проверить макияж. — Саске обещал пригласить меня на второе свидание. — Прям обещал? — Да, так и сказал. — Харуно нервно смотрит на часы, скоро должен прозвенеть звонок. — Может, еще пересечемся, красотка. — М, — качаю головой, но молчу. Наконец-то раздается звонок, а в аудитории становится шумно. Саске выйдет, пройдет мимо и мы наконец-то пойдем по домам. Нужно потерпеть еще немного. Студенты начинают выходить по одному. Не особо веселые, скорее высушенные до истощения. Интересно, что у них за предмет такой был? — Пошли, — Сакура хватает за запястье и тянет за собой. Приходится идти следом, чтобы не травмироваться. — Скажу, что забыла в аудитории тетрадь. Когда мы заходим в аудиторию, то я готова провалиться сквозь землю. Сжимаю ладонь Сакуры, пытаясь оттянуть назад, но та словно танк идет в наступление. — Сакура, стой-стой-стой! В аудитории одиночные столы с компьютерами, она никак не могла оставить здесь тетрадь. Только дурак не поймет истинной причины, а абсолютно все присутствующие здесь с аналитическим складом ума. — Ой, Саске! — Сакура явно перебарщивает с артистичностью. — Ты тоже здесь? Представляешь, забыла тетрадь где-то, вот ищу. Что-то не так. Обычно аристократично бледный Саске покрыт слегка заметными красными пятнами. Никогда в жизни не видела в его глазах столько ненависти. Проследив за взглядом, вижу причину. Чертовски привлекательную причину, что сохраняет просто не пробиваемое спокойствие. Похоже, мы попали в самый разгар конфликта. Господин Итачи слегка опирается на кафедру, скрестив руки на груди. Смею предположить, только что закончилась показательная порка. — Надеюсь, что к следующей моей лекции ты подготовишься, — холодным тоном произносит Итачи. У Саске аж желваки заходили на скулах, от напряжения и агрессии, что он не может выплеснуть на старшего брата. — Сакура, ты свободна сегодня вечером? — Вдруг спрашивает Саске и это выглядит максимально странно. — Я соскучился. — Д-да, — Харуно растерянно моргает, явно не осознавая всего происходящего. — Пошли, — прижав подругу к себе поплотнее они направились к выходу. Парочка выходит последними, демонстративно хлопая дверями. Еще немного силы и со стен посыпалась бы штукатурка. — Мой глупый маленький брат, — голос позади напоминает, что в аудитории я осталась не одна. — Он первый в списках, — встаю на защиту того, кто может испортить мое настроение лишь, одним словом. Справедливости ради, он может и поднять его. — Гений, так отзываются преподаватели. — Он вундеркинд. — Поправляет господин Итачи и наши взгляды встречаются. Снова эти странные ощущения, которым просто невозможно найти описание. Я хочу… застыть на месте. Причины пугаться нет, но какие-то ниточки ведут к инстинктам, что были у предков. — В чем р-разница? — Вундеркинд имеет потенциал, — зрачки Итачи даже на миллиметр не сдвигаются. Наш цвет глаз полностью противоположен друг другу. Мои светло-серые, кого-то даже пугают. Но теперь я с точностью могу сказать, что они просто не видели глаза Итачи Учиха. Они словно омут с самую темную, безлунную ночь. — Если продолжит ровняться на окружающих, то так и останется в своей точке развития. Гений — человек который реализовал этот самый потенциал. — В-вроде вас? — Верно, — Итачи все же отводит взгляд и направляется за кафедру. — Мало много знать, нужно еще уметь применять знания и совершать открытия, которые так или иначе отразятся на человечестве. — Так или иначе? — Любое открытие может несет в себе силу. — Итачи закрывает ноутбук и убирает его в портфель. — От намеренья человека в руки которого оно попадет зависит дальнейшая жизнь человечества. — Понятно, — выдыхаю, как можно тише. Чувствую каждой клеточкой тела на сколько мы разные. Даже задействовав абсолютно все свои мыслительные способности я никогда не смогу понять… гения. Он мыслит слишком широко, а мне бы просто успеть распечатать доклад вовремя. — Могу я вас попросить о кое-чем? На мгновение мужчина замирает и кидает беглый взгляд на меня. Кивок. — В вечер вашего прибытия вы застали меня за… — Вульгарными разговорами и вредными привычками? — Итачи усмехается. — Господин Хиаши уже интересовался вашими делами и даже попросил приглядеть за своей невинной девочкой. Винить не могу, наверное, каждый отец лелеет мысль о том, что его дочь — всегда будет оставаться невинным ангелом. — Вот к-как, — от перевозбуждения меня накрывает волна паники. Аудитория приобретает вид с каруселей. Столы начинают кружиться, а пол стремительно приближаться.