Часть 12. Раскрытие секрета

Я смотрю на свои руки. Они дрожат. Не от холода. Не от таблеток. Странные ощущения, ведь организм на пределе, а я даже не могу этого осознать. - Хината, - голос Саске тихий. Он не двигается, лишь сверлит меня взглядом. – Что это за таблетки? Молчу. Горло сжимается. Я не хочу говорить, но… если не сейчас, то когда? Это порочный секрет моей семьи. Я – порочный секрет. Но разве не для того мы и создали наш клуб «Могила», чтобы была возможность выговориться? Саске уже знает, что я вру. Он и сам может все выяснить, только если пожелает. - Что бы спать, - отвечаю я. Голос чужой. – Что бы не думать. Что бы… Замолкаю. - Чтобы что? - Что бы ясно мыслить, - на выдохе говорю я. – У меня… - слова застревают в горле. – У меня паранойя. Мания преследования и склонность к ним же. Что-то случилось, что-то, что запустило это снова. Мне снова кажется, что за мной следят. Что кто-то входит в квартиру, перекладывает и трогает мои вещи. Я знаю, что камеры ничего не показывают, но уверена в этом, понимаешь? Просто я пока не могу этого доказать, Саске. Кто-то следит за мной! Голос срывается. - Я уже была такой, - шепчу я. – До того, как переехала сюда. Я преследовала человека. Полгода. Я знала, где он, что ест, с кем говорит. Я думала, что он мой. Что мы… понимаешь, я думала, что он просто играет со мной. Специально ходит в одни и те же места, зная, что я его буду ждать. Сжимаю пальцы и смотр в пол. Сейчас я не готова увидеть осуждение в глаза Саске. Мне нужно выговориться. - Потом он заметил. Когда он хотел поговорить спокойно, то я в ужасе убегала. Было страшно. Он сам начал искать встреч, что подпитало мою другую сторону, тревожную. Его терпение кончилось спустя еще один месяц. Этот человек… в общем, завязалась потасовка. Мне показалось, что он хочет напасть на меня и я схватилась за нож. Даже успела нанести пару ножевых. Единственное, что его спасло – руки. Он был выше и руки у него были длиннее, он вытянул их и начал меня душить. Душил ровно до тех пор… —лишь сейчас замечаю, прикасаюсь пальцами к своей шее. – Пока я не отключилась. Я поднимаю взгляд. Смотрю на Саске. Он не двигается. Его лицо… я не могу прочитать. Не удивление. Не отвращение. Не страх. - М-меня лечили, - продолжаю я. – Таблетки, врачи, терапия. Отец заплатил. Все замолчали. А я… я пыталась быть нормальной. Думала, что стала. А теперь… - смотрю на баночку. – Теперь я не знаю. Вещи переложены. Заколка. Белье. Я не помню. Реально ли это или я снова… Замолкаю. Не могу больше говорить. Он молчит. Долго. Очень долго.  - Я тебе верю. – Наконец-то произносит он. Его кадык дергается. – Ты не сумасшедшая. - И ты не скажешь, что я монстр? - Ты защищалась. - Я чуть не убила человека, - смеюсь, нервно, припадочно. - Ты сама сказала, что испугалась. – Саске качает головой и тяжело вздыхает. – Это не делает тебя монстром. - А кем? А? - Человеком, который ошибся, - его рука накрывает мою и он тянет на себя, выводя нас из ванной, - пошли. Я сажусь на кровать, в полумраке. Саске же садится передо мной на колени и смотрит снизу вверх, так проницательно, будто хочет прочитать мысли. - Ты не осудишь меня? – шепчу я. - Нет, - он качает головой и усмехается. – Я никогда не осуждал тебя. И не буду. - Почему? - Потому что я знаю, что такое быть не таким, как все. – Его рука накрывает мою Ладонь теплая, даже горячая. – Потому что я сам иногда думаю, что со мной что-то не так. - Ты гений, - озвучиваю я и вспоминаю разговор с Итачи. Он бы поспорил. - Гении тоже ошибаются и делают ужасные вещи, - он пожимает плечами кладет свою голову мне на коленки. Не знаю почему, но будто бы инстинктивно, я запускаю пальцы в его черные, как смоль волосы. Мягкие. Приятные. – Просто у них есть оправдание. - А у меня? - У тебя есть я, - говорит он. Чувствую его горячее дыхание бедром. – Ты можешь прийти ко мне. В любое время. Рассказать что угодно. Я не испугаюсь. Я не отвернусь. - Ты правда примешь меня? Любую? - Любую, - кивает он и дыхание немного смещается. – Даже ту, которая боится собственной тени. Даже ту, которая посыпается ночью и проверяет замки. Даже ту, которая стояла под моими окнами и… - вдруг он замолкает. На мгновение. – А ты случайно не помешалась на мне? Может, я твоя новая жертва? Я даю ему подзатыльник быстрее, чем успеваю подумать о том, что бить поддерживающего тебя человека – отвратительно. - Ты издеваешься? - Нет, - вопреки негодованию, на которое он имел полное право, Саске смеется. – Я просто хотел сказать, что жаль. Обещаю, что не стал бы тебя душить. Можешь нанести мне сколько угодно ножевых, я все вынесу. Только начни с сердца, ладно? - Ты… - я замираю. – У тебя болит сердце? Почему ты говоришь это? - Лучше умереть, чем жить без тебя. Мы замолчали. Минута. Две. Три. Это прозвучало так искренне, что "я люблю тебя" показалось бы пошлостью. - Хината, если не сможешь спать – позвони мне, - Саске первый нарушает тишину. – Но не пей таблетки, ладно? Даже если я не отвечу, то перезвоню, ладно? - Даже в час ночи? - В любое время, - он поднимает голову и улыбается. – Я весь твой. Саске встает и поправляя рубашку, кивает на подушку. Я повинуюсь, не снимая уличной одежды, ложусь на кровать и укрываюсь. Будто бы готова к побегу, в любую минуту. - Не уходи. - Я подожду, пока ты уснешь. Чувствую, как кровать проседает, когда Саске садится у меня в ногах. Это первая спокойная ночь за долгое время. Таблетки. Человек, который принимает тебя таким, какой ты есть. Возможно, я бы испытала счастье… если бы не химия и безудержное желание спать. - Кстати, принцесса, - слышу отдалённый голос Учиха. – С Днем Рождения. Это были последние слова, что я услышала перед тем, как уснуть. Точно, сегодня уже наступило. А это значит одно, вечером, мы начнем собственное расследование по поимке убийцы кампуса.