Катастрофа Нового Провала.

      Вопившая сигнализацией сирена заливала бесчисленные пурпурные коридоры кроваво-красной акварелью. Синяя стрела — Соник собственной персоной — молнией проносился по сотканным из резного камня проходам.       Зона Мрамора. Кто бы мог подумать, что очередную свою базу Эггман организует именно здесь — на острове, где и началась их тянувшаяся уже добрые четырнадцать лет история.       Соник тихо хмыкнул своим мыслям, а после его обтянутая бледной тканью перчатки лапа потянулась к окружавшему его талию кожаному оружейному поясу. Он пальцами зацепился за одну из трёх висевших на нём прозрачных капусул, а после нажал на тугую кнопку на верхотуре.       Кобальтовый ёж бросил прозрачную гранату далеко вперёд и она вспыхнула белоснежной вспышкой, коснувшись выложенного шахматной плиткой пола. Пружина — тёмно-синяя и прочная — выросла сотой доли секунды позже.       Соник добрался до неё за один единственный миг, а после ступил серой подошвой ботинка на упругую поверхность. Его тело с металлическими звоном подбросило ввысь, прямиком к самому потолку. Кобальтовый ёж скрутился шаром спиндеша, и твёрдый материал разлетелся на части с расколовшим его небесно-голубым моргенштерном.       Соник кошкой приземлился на ноги и лучом понёсся вперёд. Новый этаж встретил его тем же, что и все предыдущие — блёклые пурпурные стены, яркий чёрно-белый пол, редкие массивные каменные статуи Роботника и бесчисленные рыжие факела, освещавшие территорию бывшего подземного замка ехидн.       Что-то никогда не меняется, да, Эггман?       Холодный воздух потоком летел в его морду, лаская кожу под шерстью и длинными иглами.       Столько лет и ты всё ещё не сдался? Я рад этому. Очень рад.       За спиной раздался нарастающий, очень знакомый и в какой-то степени родной гул реактивной турбины.       Соник усмехнулся, а после подпрыгнул, сделав кульбит, и мгновением позже под ним на огромной скорости пролетел он — Метал Соник. Блестящий, тёмно-синий и сверкавший исходившим из сопла на спине золотисто-рыжим пламенем — он неизменно встретил его в очередном доме своего отца.       Их взгляды — изумрудно-зелёный и кроваво-красный — пересклись друг с другом как и в бесчисленные разы до этого момента.       Бадник по инерции пролетел вперёд, а Соник — приземлился обратно на землю. Кобальтовый ёж увидел, как его механический двойник круто развернулся на лету, копьём устремившись обратно к нему и золотистый щит электрическим куполом затрещал вокруг его корпуса.       Соник ответил на этот жест мгновенно, свернувшись смертоносным перекати-поле. Они столкнулись и вспыхнувший электрический взрыв куполом прокатился по помещениям.       Первый удар — приветствие, и их обоих отбросило в разные стороны. Сотая секунды восстановления — и они поравнялись, золотистой-рыжей и небесно-голубой молниями устремившись вперёд, раскаляя воздух на пути своей битвы.       Интересно…       Соник ушёл от подсекающей атаки клона, перепрыгнув через его корпус.       …а твой отец успел тебя за эти два месяца модифицировать?       Кобальтовый ёж запрыгнул на стену, побежав по отвесной поверхности.       Вот и узнаем.       Его правая стопа затрещала яркими молнимями. Соник отпрыгнул от пурпурного бетона и в разогретом воздухе взорвалось небесно-голубым. Кобальтовый ёж взмахнул своей ногой, и резак — энергетический, в цвет его собственных сил — рассёк красноту сирен.       Недавно обретённая на островах Звездопада способность танковым снарядом влетела в спину Метал Соника, разорвавшись сетью фасетчатых молний. Тёмно-синий бадник на краткий миг потерял управление, кубарем покатившись по твёрдому бетону, высекая яркие искры с каждым касанием земли.       Соник увидел расползшуюся по спине доппельгангера глубокую тёмную трещину, практически коснувшуюся важных компонентов сопла.       Видимо…       Кобальтовый ёж снова приземлился на пол.       …не успел ещё.       Когда бадник пришёл в себя и реактивный двигатель вновь поднял его над землёй, их взгляды пересеклись во второй раз. Багровые зрачки-прицелы, мерцавшие на тёмном дисплее бадника — обычно безразличные и невыразительные — теперь практически пылали гневом и животной яростью.       Соник заговрил с ним — произнёс первые слова, попав на это базу:       — Прости, Метал.       Кобальтовый ёж неловко пожал плечами и робот ответил ему гробовой тишиной.       На краткий миг между повисло безмолвие и полное бездействие, однако стоило этому мигу пройти, как углубление в груди бадника — рама его ядра — затрещала и загудела накапливаемым зарядом.       Метел Соник перевернулся в воздухе, развернувшись к нему лицом, а затем вопль сирен разорвал оглушительный, громоподобный рокот. Луч — раскалённый, раскрашенный цветами вулканической магмы — ярким потоком вылетел из чужой грудины.       Соник увернулся резко, сместившись в сторону. Пол, стены и потолок стали его укрытиями практически мгновенно, и он пользовался ими, уходя с пути влияния смертоносного концентрата энергии хаоса.       Луч прожигал твёрдый бетон, словно раскалённый нож кусок растаявшего масла. Он пробивал их насквозь, оставляя глубокие, сверкавшие рыжим борозды.       Коридор за спиной Соника трещал и расходился по швам. Он слышал, как обрушивались карточным домиком древние, некогда несокрушимые конструкты и бежал вперёд не останавливаясь.       Соник оттолкнулся ногами от потолка и луч пролетел в нескольких сантиметрах от его морды. Исходивший от потока жар языками пламени лизнул кожу под шерстью. Визг спиндеша утонул в бесконечной плеяде шумов, прозвучав практически незаметно и неощутимо.       Очередной электрический взрыв сотряс помещение громовым раскатом, когда шар смерти коснулся твёрдой головы Метал Соника.       Ещё одно попадание — и робот вновь лишился любого контроля над ситуацией. Луч развеялся в ту же секунду, и мимолётно Соник увидел, что по угольно-чёрному дисплею бадника расползлась глубокая трещина, затушившая левый глаз-прицел и сильно прогнулась бронепластина на лбу.       Марионетка — корпус Метал Соника — снова отбивал материал своей брони об твёрдый пол. Впереди них двоих путь круто заворачивал налево и Соник понял, что их короткая стычка подошла к концу.       Кобальтовый ёж обошёл бесконтрольную куклу со стороны и бросил в его сторону последний взгляд ярких изумрудов.       Он сказал — спокойно, без насмешки и лишь с одним ему понятным теплом:       — Мы ещё увидимся, Метал.       Ответом ему вновь послужила тишина.       Соник круто завернул на повороте, а одним тиком позже услышал, как грузный корпус бадника с оглушительным грохотом проломил вставшую на пути стену насквозь, скрывшись в коридоре за её пределами.       Следовавший за ними прямо по пятам обвал тяжёлыми обломками запечатал путь назад, и Соник остался с полном одиночестве.       Его дорога ступенями опустилась книзу и кобальтовый ёж неожиданно осознал, что вокруг стало совершенно тихо и безмолвно — ни вопля сирен, ни грохота бетона. Лишь быстрый топот его собственных шагов и тихая песнь успокаивающего ветра.       Путь вновь выровнялся и Соник негромко вздохнул, прикрыв глаза на краткий миг. Звучавшая секундами ранее плеяда звуков болью давила на слух и ему нужно было мгновение, чтобы выбросить её из головы.       У него дёрнулось ухо — резко и совершенно неожиданно — когда в поле восприятия скользнул знакомый, инородный для нынешней палитры звук. Трескоча статикой белого шума и шёпча помехами изуродованного временем радио кто-то телепортировался к нему и затерялся позади, не поспевая за темпом передвижения.       Соник открыл глаза и его морда расплылась тёплой улыбкой. Он замедлился. Замедлился сильно. Очень сильно — где-то в семнадцать раз замедлился, и некто нагнал его мгновеньем спустя.       Кобальтовый ёж развернул свою голову влево — туда, где находился составивший ему компанию знакомый, и изумрудные глаза очертили знакомый профиль: девочка — маленькая, лет одинадцати на вид — парила в нескольких метрах от него и была одета в простую белую — в цвет коротких волос — динную тунику с покрывавшими обе ладони рукавами. Её тело небольшое тело, переливавшееся чёрными и небесно-голубыми компьютерныии помехами, казалось чем-то нереальным и не принадлежавшим этому миру.       — Сейдж! — радость в голосе Соника была искренней от начала и до самого конца.       — Соник, — хозяйка этого тела поприветствовала его коротким кивком и звучавшим словно из динамика монотонным голосом.       — Ряд тебя видеть, — произнёс он. — Рассказывай, что твой нерадивый отец снова придумал.       — Вынуждена отказаться — отец не приказывал докладывать тебе о подобном.       — Вот как, — он добавил мгновением позже. — What's the point then? Твой старший брат уже передал мне привет.       — Согласно задаче я должна была потребовать у тебя развернуться обратно… — она сделала секундную паузу и в её монотонном голосе мелькнуло оттенком веселья и обречённого принятия. — … однако вероятность того, что ты проявишь благоразумие составляют всего лишь три целых и пятьдесят два сотых процента.       Соник хмыкнул.       — Твоя точность поражает.       — Спасибо.       Он кивнул.       — В таком случае когда я закончу передай старику, чтобы он брата твоего отремонтировал и модифицировал… — кобальтовый ёж пояснил. — …мне неловко немного за этот случай.       — Хорошо, я передам, — Сейдж кивнула. — Однако, и у отца есть адресованное тебе сообщение.       У кобальтого ежа торчком встали уши,       — Я слушаю.       — Отец порекомендовал тебе смотреть на дорогу.       Соник замолк и на его морде мимикой отразилось мимолётное непонимание: практически незаметное, едва различимое и длящееся всего один миг.       Всего один миг, которого оказалось достаточно.       Треск твёрдого, резного камня стены, оглушительный грохот, холод металла, кровавая краснота чужой оптики — и Соник своим телом проломил пурпурный пол, бездыханной тушей устремившись на нижние этажи.       Застывший в ушах звон сопровождал его на протяжении всего неподконтрольного полёта к далёкой низине.       Острая боль в спине и затылке, запах каменной пыли в носу и темнота перед глазами — последствия падения сквозь не один десяток этажей настигли его мгновенно, сухим кашлем вырвавшись в окружающий мир.       Будь я младше…       Локтями Соник упёрся в холод образовавшейся выбоины в полу и с усилием поднял своё тело в сидячее положение. Пелена мрака перед зеленью зарев спадала постепенно, но вместе с этим — очень быстро.       …пережить бы без последствий не смог.       Он снова смог видеть и слышать. Реальность вокруг приняла образ крупной пурпурной залы с росшей вдоль стен антресолью и несколькими коридорами.       Взгляд Соника зацепился за небольшую дыру на очень высоком — метров тридцать, где-то — потолке. Ту самую дыру, через которую он попал сюда после того, как проломивший стену Метал Соник ударом кулака отправил его собирать костями материал базы.       С такого расстояния точку старта увидеть возможным не представлялось, но, по ощущениям, он опустился на этажей тридцать пять минимум.       Что-то загудело и засветилось красным в сформировавшемся над головой туннеле. Сонику не нужно было вглядываться или вслушиваться, чтобы понять, в чём было дело.       Он вырвался из выбоины резко, с кульбитом и прыжком, небесно-голубым шаром переместившись на девятнадцатиметровое расстояние, и мгновением позже оглушительный грохот сторяс базу с приземлившимся на землю метафорическим метиоритом.       Поднялась пыль и разлетелись во все стороны крупные и мелкие осколки материала убежища. В разросшейся серости каменного тумана единственный оставшийся кровавый глаз бадника сверкал подобно маяку в утопленном штормом ночном океане.       Заскрипело и загудело гидравликой, когда сокрытый пылью Метал Соник поднялся из раскрывшегося цветком раскола, встав на один уровень со своим предшественником из плоти и крови.       Каменный туман неспеша ложился на землю, и когда повреждённый корпус робота полностью оказался в поле зрения кобальтового ежа, он увидел, как механический собрат задвинул правый манипулятор себе за спину, расставил ноги на ширину плеч и согнул их в коленях, позволив левой лапе упереться в пол, подобно опоре.       В зелёных глазах Соника огнём вспыхнуло узнавание, и довольная улыбка украсила его испачканную морду.       Столкновение — их немая, выработанная годами традиция.       Каждый поединок заканчивался им. И сегодняшний раз не станет исключением.       Метал Соник бросил ему вызов…       Кобальтовый ёж сделал шаг назад, не отрывая взгляда от механического доппельгангера. Потом второй, третий, четвёртый, а затем остановился. Всё это время бадник не предпринимал никаких действий — молча наблюдал и давал время на подготовку, уважая совместную традицию.       …и он не мог его не принять.       Соник опустился к земле и коснулся лапами пола, опускаясь в устойчивую позицию низкого старта, и когда он это сделал — время остановилось вокруг них, словно по желанию одного из Изумрудов Хаоса.       Пробежавшиеся по их телам цветные молнии дали начало обратному отсчёту.       На старт…       Голубая искра потопила собой изумрудно-зелёную радужку.       Внимание…       Сердце в груди заколотилось с удвоенной силой.       Марш.       Каменная зала взорвалась силой сразу двух разорвавших звуковой барьер существ. Две вспышки — золотисто-рыжая и небесно-голубая — искрящимися хаосом лучами столкнулись друг с другом.       Воздух вокруг трещал и накалялся всё сильнее с каждой секундой. Соник и Метал Соник сцепились подобно двум сумоистам, вкладывая в это столкновение всё, что у них только было.       Расходился по швам каменный пол и изгибались спиралями молнии. Два ежа казались равными друг другу. В первые несколько десятков секунд казались.       Но только в первые несколько десятков.       Прогремело металлическим звоном, с которым бадник проиграл столкновение.       Он был силён. Очень силён.       Но Соник был сильнее. Был быстрее. Гораздо. Гораздо сильнее и быстрее.       Кобальтовый ёж свернулся шипастым моргенштерном прямо в полёте и впился копии прямиком грудь. Прокатившаяся по телу бадника электрическая волна окончательно лишила его возможности сопротивляться, а толстая, многометровая стена, переходящая в природный подземный гранит поставила окончательную точку в их с Соником противостоянии.       Кобальтовый ёж лучом вернулся обратно в залу, выскользнув из образованного им же узкого тунеля, и последний взгляд на черноту, в которой там, где-то далеко-далеко, покоился отключённый робот, сопроводился глубоким вдохом.       Соник подогнул ноги в коленях и лапой утёр промокший от выступившего пота лоб. Это было непросто. Даже не смотря на возросшие силы — непросто.        У меня нет времени…       Коаблтовый ёж устремил взор в сторону выбитого в потолке отверстия.       …нужно продолжать двигаться…       Соник поднялся, отряхнул лапами пропитавшую тёмно-синий мех пыль, и заблествешие в глазах молнии растеклись по его занявшему позицию низкого старта телу.       В комнате вспыхнуло ярко-голубым, и взбежавшая по стене искрящаяся вспышка скрылась в неровной, узкой дыре.

* * *

      Гудение вентиляции, писк компьютерных приборов и грохот тяжёлой поступи бадников.       Роботник стоял на месте прямо, сложив руки за своей спиной. Цветные огни запечатанных в полупрозрачных капсулах и установленных на металлической арке Изумрудов Хаоса блестящей радугой переливались в тонированных линзах давным давно ставших практически неотъемлемой частью личности пенсне.       Было относительно тихо и практически спокойно. Очередной план был в считанных шагах от перехода в следующую фазу.       Длинные пальцы тисками сжались на запястьях в сопровождении сошедшихся на переносице бровей.       Он не собирался проигрывать…       Тихий, едва слишимый вздох вырвался из груди Эггмана, мгновенно растворившись в шумах рабочего процесса.       …не собирался проигрывать снова.       Реальность по правую руку от мужчины расплылась и всхлипнула плеядой кроваво-красных помех. Роботник устремил свой взгляд в сторону раскрывшейся нестабильности с готовностью, и объявившаяся словно по мановению волшебной палочки дочь заставила губы мужчины расползтись в улыбке.       — Сейдж! — поприветствовал он порождённую своими же руками ассистентку. — Каковы новости?       — Отец, — ответила она ему, учитво кивнув. А после перешла сразу к делу. — Соник миновал последнюю линию обороны. Мой брат задержал его, но… остановить и вернуться не смог.       Улыбка на лице Эггмана ослабла и лишилась счастливого отблеска, и новый вздох покинул его грудь через нос.       — Это было… — разочарованно произнёс он. — …ожидаемо…       На краткий миг в комнате повисла тяжёлая, пропитанная оттенками траура и болезненного осознания тишина       — Значит... — произнёс сам себе Роботник, уведя взгляд в сторону. — ...продолжать придётся без него.       — Отец, — окликнула его Сейдж.       Мужчина вопросительно хмыкнул, и перевёл на неё свой взор.       — Соник… просил меня предать сообщение.       Эггман рвздражённо цикнул языком.       — Что этой крысе нужно было?             Сейдж поджала губы, предчувствуя:       — Он просил меня передать тебе просьбу о модификации и ремонте корпуса Метал Соника… — она сделала секундную паузу, а затем продолжила. — …и ещё он просто меня передать, что ему… неловко.       Плотная ткань багрового пиджака затрещала и натянулась под усилившейся хваткой хозяина. Раскрывшийся в хищном оскале рот едва держал в узде рвущиеся наружу бесконечные проклятия и собственные негативные, череватые практически животным бешенством эмоции.       Эггман сделал глубокий вдох, а затем такой же глубокий выдох. Ему нельзя было позволить себе потерять контроль. Слишком часто его собственные чувства становились одной из главных причин бесчисленных поражений в прошлом.       Тугая хватка на кровавых рукавах ослабла, и размеренный, практически спокойный голос устремился к Сейдж новым вопросом:       — Каков статус тестовой группы?              Ассистентка ответила практически мгновенно:       — Отправленная группа бадников «TC-15» вышла на связь три часа тринадцать минут и двадцать семь секунд назад… — она дала своему отцу краткий миг на усвоение информации и новых вопросов, но когда их не поступило — продолжила. — …они доложили, что успешно добрались до точки назначения и уже занялись обустройкой форпоста.       Роботник кивнул:       — Хорошо… — в голосе Эггмана всё ещё едва уловимыми нотами трещала злоба, но он успешно подавлял её, не давая вырваться наружу. — Хорошо… — животная ярость окончательно покинула звучание баритона, уступив своё место холодному расчёту. — Территория пригодна для жизни? Признаки опасности зарегистрированы?       — Так точно, — ответила ему дочь, моргнув в согласии, а затем пояснила. — Измерение обладает необходимым уровнем кислорода, температуры, атмосферного давления и гравитации… — по помещению прошлась ощутимая дрожь и посыпался щебень с потолка: время было на исходе. Сейдж продолжила после осмотра и секундной паузы. — …для комфортного пребывания человеческому организму. Во время одной из вылазок боевых едениц был получен доклад об нахождени пригодной к употреблению провизии. Уровень опасности не установлен.       Эггман вытянул руку в сторону дочери, приказывая остановиться.       — Этого достаточно… — он добавил секундой позже. — …на остальное нет времени… — мужчина склонил голову, и пришлушённый свет заблестел на отражающей поверхности линз очков. — …открой коридор и настой его на перенос Изумрудов вслед за нами.       Снаружи послышался громкий взрыв и в сотрясшемся помещении на краткий миг потухло тусклое освещение.       — Принято, отец.       Роботник не ответил ничего — лишь кивнул головой и принялся ждать.       Сейдж взмахнула рукой, и забегавшие на её ладони визуальные артефакты затещали в воздухе помехами старого радиоприёмника.       Металлическая конструкция загудела, затрещала и заблестела цветными молниями Изумрудов Хаоса, а затем кольцо — огромное и белоснежное — со звоном падающих монет раскрылось под дугой арки.       — Провожу стабилизацию коридора, — монотонно отрапортовала цифровая сущность. Когда она это сделала, яркий обруч налился цветом салатовый зелени. — Стабилизация успешна. Коридор готов работе.       — Отлично, — произнёс Эггман и зашагал к ярко-зелёному варп-кольцу. — Я буду ждать тебя на той стороне.       — Поняла, оте...       Оглушительный взрыв прервал её на полуслове.       Тяжёлая металлическая дверь, отделявшая их комнату от угрозы с грохотом вылетела с петель, покороёженными пластинами устремившись внутрь.       Уши Роботника прострелило резкой болью и он оглох на краткий миг, потерявшись в пространстве и возложив ладони по бокам головы.       Реакция Сейдж была мгновенной, и она, переместившись во вспышке телепортации, возвела перед собой кроваво-красный, сегментированный барьер, защитив пространство комнаты от тяжёлых обломков.       Разросшийся хаос улёгся секундой спустя, и зазвучавшие эхом лёгкие шаги оповестили всех присутствующих о прибытии виновного в его учинении.       Соник зашёл в узкую залу неторопливо, словно отмеряя укреплённой металлическими сплавами подошвой ботинок каждый метр клетчатого пола.       Украшенный спокойной, доброжелательной улыбкой, синий ёж выглядел практически расслабленным.       — Хей, Эггман, — отразившимся от стен эхом разнеслось по помещению, когда синий морф лапой помахал старому врагу. — Прости за бардак и... — его улыбка на мимолётный тик лишилась счастливого отголоска, уступив своё место... разочарованию. — ...Метала... — он остановился у самого барьера и опустил лапу, кулаком положив её на пояс. — ...просто иначе к тебе было не подобраться.       Пришедший в себя Эггман отнял руки от ушей и взглядом пересёкся к кобальтовым ежом. Мужчина нахмурился и поджал губы, но в ответ ничего не сказал.              Повисла тишина — тяжёлая и полная невысказанных слов: раньше, попади они в такую ситуацию, они бы начали спорить — громко и безжалостно, словно пытаясь унизить друг друга. Уколоть побольнее. Ужалить.       Но сейчас... что-то неуловимо изменилось: не был ни криков, ни шуток, ни оскорблений — лишь немые взоры и незримо сгущавшаяся тишина.       Кобальтовый ёж тихо вздохнул через нос, а затем глазами пробежался по комнате: коснулся Сейдж, коснулся Роботника, коснулся Изумрудов и коснулся кольца.       Он невесело хмыкнул:       — Семейная поездка, да? — спросил он, но в ответ вновь получил тишину. — Знаешь... — произнёс кобальтовый ёж, уведя зелень глаз куда-то в пол. — ...мог бы и пригласить...       Ответом ему послужило молчание и презрительный прищур за линзами очков.       — Это будет нашей последней игрой, — негромко бросил Эггман, а затем, развернувшись, растворился в изумрдудном блеске кольца.       Соник, проследив за этим, лишь невесело хмыкнул и набрал в грудь пропитанный каменной пылью воздух.       — Да... — сказал ёж сам себе, кивнув головой. — ...последней... — в его глазах бирюзой засверкал хаос. — ...и я не дам тебе выиграть... — Соник покачал головой в разные стороны, обращаясь к пустоте. — ...и забрать Изумруды... даже если ты забрать их не хотел... Я тебе не позволю.       Всё это время Сейдж молчаливым фантомом наблюдала за ним. Наблюдала за его монологом. Наблюдала за его меняющейся мимикой, и держала перед собой последнюю преграду, начав медленно отступать к порталу...       ...чтобы затем влетевшая в барьер синяя стрела заставила её на краткий миг потерять баланс в воздухе.       Сейдж едва успела восстановить равновессие и молчаливым напряжением увидела, как по энергетической стене разошлась бесконечно широкая паутина глубоких трещин.       Её взгляд метнулся к осткочившему назад Сонику, но сделать она ничего не успела: коабльтовый ёж свернулся искрящимся шаром и баллистической ракетой влетел в расходящийся по швам щит.       Второго попадания он не выдержал.       Произошёл взрыв, и прокатившаяся по помещению невидимая ударная волна свалила её вместе с немногими выжившими бадниками на холодный пол, оставив раму портала полностью без защиты.              Не полностью материальное тело дочери Эггмана мигнуло телевизионными помехами и на один единственный миг исчезло, а когда появилось — страх и отчаяние вспыхнуло в её глазах с созерцанием завертевшегося на месте шара спиндеша.       — Нет! — громкий вскрик вырвался из горла Сейдж вместе с вытянутой в сторону синего ежа рукой, но было слишком поздно.       Не секунда — даже не сотая её часть — и блестящая молния столкнулась с металлической аркой варп-кольца.

И в то страшное, полное задавленной злости и холодного отчаяния мгновение весь мир утонул в ослепительной белизне.

* * *

      <File: Sonic_the_Hedgehog.Char.       <Current status: stable.

ERROR.

<File: Sonic_the_Hedgehog.Char

      <Current status: not found.

Rebooting System.

      <File: Sonic_the_Hedgehog.Char.       <Current status: error_Vortex.

Recommended actions: contact an administrator with access rights.

Searching for the closest administrator...

Administrator found.

Closest administrator: Ussesoll.Char.

Transferring administrator.

Error: transferring is impossible.

Searching for the closest administrator.

Administrator found.

Closest administrator: Monika.Char.

Transferring administrator.

Administrator transferred successfully.

Error: system is corrupted.

Functions are out of control.

Reality_barrier.EXE is no longer available.