Ни с места — это пищевая полиция

Наверняка всем знакомо это чувство, когда смотришь перед собой, А внутри образовалась пустота — нет, не от грусти, а изнутри всё идет. Ну что за тоска? Ну разумеется, по еде, когда до утра далеко, И, в принципе, неважно, что ешь и где. Это «где-то» может быть и на кухне, и даже в ванной, Но обычно поздний ужин происходит на собственном диване. Крошки посыпались, и кружка чая остыла, Не беда — на кухню за кипятком и сладким зефиром. И самое странное — чем позднее время, тем содержимое тарелки вкуснее, Ночь разжигает аппетит, вот зараза, штаны вроде стали меньше. А может и не они, но даже думать не желаю, Что дело не в одежде, а в моих лишних поеданиях вечерних килограммов. Я где-то слышала, что на холодильник замок повесить можно, Но на себя и не надеюсь — это явно не поможет. Скорее, оглядывая перекрытую дорогу в рай для живота, Я не постесняюсь и прорежу дыру по его бокам. Нет, нужно уметь держать себя в руках, Но стоило проморгнуть какой-то момент — обнаружила себя за столом, А перед собой уже лежит хрустящий багет, Видимо, диете придется сказать твёрдое «нет». Когда наступает вечерний голод, тебя ничто не остановит, Даже если это не твоя тарелка, и уже половина первого ночи. Да, может, не совсем и вечер, а немного следующий день, Но! Так же ведь ещё вкусней. И каждый день так будет продолжаться, если в руки себя не собрать, Голод будет по вечерам просыпаться, и уже не остановиться в поздний час. Словно внутри живут двое — я и ещё один человек, Что жрет за двоих без остановки: вот прям как сейчас, попивая кофе, развернув колбасу и хлеб. Бороться непросто, особенно — с собственным организмом, И не припомню, чтобы в моей семье были такие же проблемы. Но, выходя из комнаты, воровато оглядываясь назад, замечаю, как горит свет на кухне и привлекает взгляд. Выглянув из угла, понимаю, как кто-то наворачивает без стеснения салат и кружку чаю.