Глава 2. Раздражительность

      Ты встала из-за стола и взяла письмо в свои руки. Это, должно быть, какая-то шутка, но форма о переводе была официальной и со всеми печатями. Обычно, такую форму составлял сам переводимый и получал подписи обоих капитанов, но капитанам обмениваться подчиненными не в новинку. Когда обнаруживалось, что способности одного синигами лучше подходят другому отряду, и капитаны это понимали, они часто сами организовывали перевод.       Так почему же Рецу согласилась на это? Ты решила спросить ее об этом лично. Быстро оформив документы, ты покинула кабинет и поспешила к ней.       Вам удалось пересечься с твоим капитаном, когда она совершала обход больницы. — Капитан, у Вас есть минутка?       Она улыбнулась: — Да. Это по поводу твоего перевода? Ты кивнула. Твои руки были крепко сжаты в кулаки, хотя ты и нервничала. Хирурги с трясущимися руками, в конце концов, профнепригодны. — Мне просто интересно, почему? Я так долго работала здесь, в четвертом отряде, и я одна из лучших Ваших хирургов, так что… Не уверена, что перевод — хорошая идея.       Рецу положила руку тебе на плечо: — Ты очень хорошо справляешься со своими обязанностями, ____, но важно, чтобы у других тоже была возможность учиться. У тебя появилась дурная привычка работать сверхурочно и делать операции до того, как студенты успевают на них хотя бы взглянуть.       Ты тяжело сглотнула, она была права, не было смысла спорить. Ты привыкла к долгим часам работы и, как следствие, брала больше операций, чтобы подольше побыть в операционной. — Ты думала, я не замечу?       Ты напряглась, мало кто мог тебя напугать, но у Рецу Уноханы был гнев, который ты не желала обнажать. — Н-нет, капитан, — ты слегка поклонилась, — Я не хотела никому помешать учиться. Я… полагаю, просто увлеклась. Я люблю свою работу, и не хочу ничего менять. — Я понимаю твои чувства, но помни, что я согласилась о переводе, заботясь и о твоих интересах. Капитану Куротсучи нужен опытный хирург. Вы будете единственная, под его руководством, кто обладает таким опытом. Уверяю, твой график будет очень плотным.       Ты разрывалась между соблазном перед огромным объемом работы и тем, что ты понятия не имела, какую именно работу тебе необходимо будет выполнять для Маюри. Ты знала, что это связанно с его экспериментами, но не уверена, в чем будет заключаться твой вклад. — У тебя на сегодня запланированы еще какие-нибудь операции, ___? — Нет, — ты покачала головой, — я закончила несколько часов назад. — Тогда сегодня же отправляйся в двенадцатый отряд, если хочешь, — улыбка капитана все еще была теплой, — Я рада, что ты была с нами. Желаю тебе всего наилучшего. — Спасибо, — снова поклонилась ты. Значит, ничего уже нельзя изменить. Если Рецу уже согласилась, то ты не могла ничего сделать с переводом, кроме как пойти с ним в первый отряд, а от этого было бы больше проблем, чем пользы.       Итак, ты собрала все вещи в своем кабинете, аккуратно сложила хирургическую одежду и направилась в двенадцатый отряд. Те, кто проходил мимо не обращали на тебя внимание до тех пор, пока не понимали, куда ты идешь. Ты почти ощущала это физически, как менялась атмосфера вокруг, словно тебя жалели. Ты игнорировала это. И все же нервничала. Если они беспокоились о том, что кто-то переведен в двенадцатый отряд, значит, на то есть причины.       В лаборатории было более людно, чем ожидалось. Пришлось прижимать коробку с вещами к груди, чтобы кто-нибудь случайно не врезался, и ты не выронила ее из рук. Никто не отрывался от своей работы, от записей и мониторов компьютеров. Твоя бровь дернулась. Находиться здесь уже начинало вызывать отвращение.       Наконец, тебя встретил молодой человек с темными волосами: — Добрый вечер. — Здравствуйте, — поздоровалась ты, стараясь быть вежливой, несмотря на раздражение. — Меня только что перевели сюда. Я… — О, это хирург! — Воскликнул один из ученых, заставив остальных заметить твое присутствие и начать перешептываться. — Действительно? — Она очень красивая.       Ты откашлялась, решив не обращать внимание на то, как начинают формироваться сплетни вокруг тебя. По крайней мере, они не удивлялись, что ты женщина. — Я ___, я из четвертого отряда. — Акон, приятно познакомиться, — мужчина осторожно взял у тебя из рук коробку. — Отнесу ее в твой кабинет. Сперва поговори с капитаном. Кто-нибудь отведет ___ к капитану? — обратился он в толпу ученых.              Все мигом вернулись к своим делам, словно и не слышали просьбы. Твоя бровь дернулась, никто не захотел приближаться к Маюри. Все его боялись. Ты молча молилась, чтобы тебе дали список дел и оставили заниматься ими. Ты хотела как можно меньше иметь дел со своим капитаном, особенно если его подчиненные старались его избегать. — Хорошо, тогда я провожу Вас до его личной лаборатории.       Ты внимательно следовала за Аконом по коридорам, в которых было множество дверей, пока он не толкнул одну из них плечом. Суета в других комнатах тут же стихла, когда вы вошли в дверь. Ты сдержалась, чтобы не содрогнуться от жути. Еще немного пройдя по коридору, вы добрались до нужной, перед которой Акон остановился, перехватил коробку одной рукой, а свободной постучался. — Минуту, — раздался тихий голос с той стороны, его едва было слышно. Дверь открыла молодая девушка. — Госпожа ___, — она поклонилась. — Прошу, входите. — Я отнесу это к тебе в кабинет, — Акон на мгновение приподнял коробку, прежде, чем вернуться в лабиринт коридоров.       Ты готова была крикнуть ему вслед и попросить остаться, но он уже скрылся. Ты поникла, повернувшись к девушке, — Кажется, мы не встречались? — Нет, — она кивнула в знак согласия и представилась, — Нему Куротсучи.       Ты опешила на мгновение. Маюри не был похож на человека, у которого могла быть дочь, которому вообще нужна дочь. Может, она его младшая сестра? — Господин Маюри создал меня, — продолжила она, словно почувствовав твое замешательство.       Признаться честно, ты была очарована, что кто-то вроде Маюри сотворил кого-то вроде Нему. Но твой мыслительный процесс прекратился, когда Нему отступила в сторону, пропуская тебя. Ты вошла в комнату. Большое окно в стене сразу привлекло твое внимание, за ним стоял Маюри, рассматривал на свету флакон с темной жидкостью. — Я сообщу Господину Маюри о Вашем прибытии, — Нему присоединилась к нему в лаборатории, встав на полпути между ним и дверью. Ты не видела, как она ему что-то сказала, но сложно было не догадаться по тому, как он остановился и повернулся к ней. Он выглядел раздраженным. Его взгляд метнулся в твою сторону.       По спине пробежала дрожь.       За столько лет он стал только более устрашающим.