5 Глава

Нико

Звонок от Фелиса разбудил меня в девять утра. Блять, после вчерашнего он будет сегодня вести себя как тюремщик-надзиратель. Его вчерашние возмущения и бубунёж, всё ещё гудели где-то в голове как фоновый шум. Какого хера надо так сильно раздувать проблему на ровном месте? Финансовая принцесса жива и здорова, я даже не планировал ей вредить. Просто предложил интересное занятие на ночь и судя по всему, она явно была не против, несмотря на тот маленький спектакль. Этот день определённо будет проще, чем вчерашний. Грёбанная свадьба окончена. Жених жив, моя сестра счастлива. Указание отца выполнено в лучшем виде. Ни одного трупа, ни одной стычки. Да я просто золотой мальчик. Я встал с кровати ещё не до конца проснувшись. Эта комната сильно отличалась от моей спальни. Не было автоматических штор, которые по команде открывают мне вид на лучшую часть Лос-Анджелеса сквозь панорамные окна. Вся мебель здесь в светлых тонах, а солнечный свет плохо попадал в помещение из-за веток деревьев на улице. Общий завтрак назначали на десять утра. Придётся ещё чуть-чуть потерпеть тупые рожи Бономо. Но зато я очень хочу увидеть лицо Лонго. Теперь-то я знаю, что все истории про её холодность и скованность от тупых и, возможно, слепых людей. Она явно была другой, но какой я не успел узнать. Попробую сегодня... Я принял душ, заказал себе чашку эспрессо в номер. Лучше выпить его сейчас с удовольствием в тишине, чем давиться на завтраке, глядя на рожу Амато. Пиздец! От мыслей о том, какая у него будет довольная морда, руки сжимались в кулаки до следов ногтей на ладонях. Надо ещё потерпеть. Уже скоро. Уже завтра я смогу скинуть всё это грёбанное напряжение, вырвав какому-нибудь уроду кадык голыми руками. Накинув один из своих чёрных лонгсливов и такого же цвета брюки, я посмотрел на себя в зеркало, которое отражало меня почти в полный рост. Волосы всё ещё были мокрыми после душа и капли стекали вниз, оставляя тёмные пятна на одежде. Нужно было признать. Не только Бономо смогли возбудить моего монстра. Альба Лонго. Одно её имя заставляло ухмылку появиться на лице. Она играла со мной и вчера призналась, что уезжала специально. «Ледяная сука» нихуя не боялась меня, она считала себя лучше и умнее меня. Я наконец-то дожил до того самого дня, когда какая-то баба кидает мне вызов. И дело было не только в вызове. Она сама... Мне хотелось услышать её стоны, её крики, но не от страха, а от того, как сильно она будет кончать на моём члене. Дерзкий взгляд этих синих глаз действовал лучше любого наркотика. Она чем-то зацепила моего монстра внутри и теперь, чтобы выбросить мысли о ней из головы, мне нужно трахнуть её или разочароваться в попытке. Вдруг она и правда окажется ледяной статуей. Трахаться с морозилкой я бы не стал. Сидя в одном из кресел с фарфоровой чашкой в руках, я листал последние сообщения от наших капо. Некоторые из них не смогли присутствовать на свадьбе лично из-за дел, но каждый стремился выразить своё уважение. Хотя в этот раз, я бы больше радовался их презрению. Наверное, только в этом случает отец остановился бы и хотя бы пару секунд подумал своей башкой, что он творит. Послышался стук в дверь. Наверняка Фелис уже прибыл, чтобы понянчиться со мной. Я шумно выдохнул уже устав от своей семьи за эти пару дней. Дома нас хотя бы разделяло расстояние между квартирами. Я удивился открыв дверь и увидев Дино на пороге. Он был в светлой рубашке и джинсах. Его волосы были слегка влажными и лежали не так аккуратно, как вчера.  — Ты чё, дрочишь и не можешь ответить на мои сообщения? — весело спросил он и слегка ударил кулаком в живот, чтобы я ушёл с дороги и пропустил его внутрь. — Какого вам всем от меня надо с самого утра? — недовольно буркнул я и закрыл дверь. Дино прошёл вглубь комнаты с интересом оглядывая каждую деталь. — Как обычно, тебе дали комнату лучше. Грёбанные старшие сыновья, - он засмеялся и сел в кресло, в котором я пил кофе минуту назад. Брат, привычно, не спрашивал разрешение, а просто одним глотком выпил оставшуюся половину чашки моего эспрессо. — Я туда подрочил с утра, - как бы между делом сказал я и сел в соседнее кресло. — Не гони, цвет был бы другим, - мы оба рассмеялись. — Ну, чего припёрся-то? — Фелис злой как псина с самого утра. Полагаю, это твоя заслуга. Я вчера был паинькой, засовывал член только туда, куда было одобрено чутким взором нашей семьи. Значит это ты накосячил и я хочу знать всё, - он пару раз дёрнул бровями, ехидная улыбка озаряла его лицо. — Он застал меня в момент, когда я планировал засунуть свой язык в ротик «Ледяной суки». — Оу, блять! — он удивлённо посмотрел на меня. — У вас с Дарио одна и та же сексуальная фантазия - девчонки Лонго? Я рассмеялся на мгновение прикрыв глаза. Дебора и Альба были абсолютно разные. Настолько, что, не зная правды, никогда не записал бы их в родственники. Первое время после своего побега с Дарио Дебора боялась на шаг от него отойти. Она считала, что мы ненавидим её и мечтаем воткнуть нож в горло. Но прошло время и через месяц они приехали к нам в гости на ужин. Отец хотел посмотреть, как Лонго держится в нашей семье и не является ли она «подсадной уткой». Дебора легко влилась, сначала из-за напряжения она казалась холодной. Со временем моя мать и Бити смогли растопить эту броню недоверия и показать, что мы совсем не враги для неё. Дебора легко делилась своими эмоциями. Она плакала над грустными историями прямо за столом, любила обнимать при встрече всех, кому доверяет, и делилась воспоминаниями про своё детство. Жалко, что я никогда этого не слушал. Возможно тогда Альба была более простой жертвой... — Я просто хотел интересно потрахаться, а Дарио - женился. Не путай, - лениво протянул я. Мои настоящие мысли о ней должны остаться пока только в моей голове. — Уверен, история Дарио началась так же, - бросил Дино и улыбнулся. Через несколько минут к нам зашла мама. Кажется, ей не терпелось отправиться на завтрак с нашими «друзьями». Она крепко обняла меня и благодарность в её глазах светилась так ярко. Как просто оказывается порадовать мою семью. Всего пара дней без убийств. Пока мы шли по коридору, она настороженно поглядывала на меня. Фелис явно не рассказал ей про ту картинку, которую увидел вчера, иначе мама замучала меня своими расспросами. Несмотря на жизнь в мире мафии, ей удавалось верить в чистую любовь и искать её везде. Отец уже ждал нас у входа в центральный зал, где вчера проходила свадьба, а сегодня общий завтрак. Он о чем-то шушукался с Леоном Лонго. О, так значит и его сестрёнка уже тут. Не успел я погрузиться в эти мысли, как взгляд отца мигом вызвал напряжение во всём теле. Что-то явно было не так. На его лице почти не было эмоций, но этот взгляд. Такого не было слишком давно. Все чувства обострились, а тело напряглось в ожидании. Он не давал никаких «наших» знаков, что подозревает о подставе или засаде, но определённо за этими дверями меня ждала какая-то хуйня. Мы подошли и мама тут же встала ближе к отцу, привычно схватив его за локоть. Отец поспешил закончить разговор и Леон, быстро кивнув нам, отправился в зал. — Нико, без твоей хуйни сегодня, - зло проворчал он и буквально пытался прожечь во мне дырку своим взглядом. Я только брезгливо фыркнул и открыв двери вошёл в зал. Количество столов ощутимо уменьшилось, наверное, некоторые гости предпочли на утро уехать отсюда. Моей сестры и её муженька ещё не было. Я шёл по залу в сторону нашего стола и искал взглядом Альбу. Отец позади что-то сказал тихо матери и та громко вздохнула. Да что за хуйня? Мои глаза наконец-то нашли принцессу Лонго. Сегодня она была в хлопковой голубой рубашке с закатными рукавами, серых брюках и тех же чёрных туфлях с высокой шпилькой. Она стояла рядом с Брайном и смотрела на фото: там была моя сестра и Амато. Видимо, сделали вчера после церемонии. На фото Амато обнимал сестру за плечи, пока та мило улыбалась в камеру. Снизу была какая-то надпись, которую отсюда я не видел. Но даже с этого расстояния, мне было заметно напряжение Лонго. Она стиснула челюсть и смотрела на фото так зло, что рассказы о её ледяной маске показались мифом. Я почувствовал, что что-то не так с этим грёбанным фото и двинулся в его сторону. Альба, увидев меня сразу что-то шепнула своему другу на ухо и дёрнула его за локоть, уводя в сторону. Наши взгляды снова встретились, но сейчас она успела спрятать все свои чувства, вернувшись к привычному образу. Они отошли на пару метров в сторону и замерли, ожидая моей реакции. Когда эти расплывчатые буквы стали более разборчивыми и сложились в слова, а затем в то самое предложение, моё тело потеряло связь с миром. Под фото было написано на итальянском языке «La moglie e la maiale, tienile nel proprio porcile». Я хреново учил этот язык несмотря на недовольство отца. Но даже с моим уровнем эта фраза излучала только один смысл. «Женщина, как и свинья, должна знать своё место. Её место — дома, в четырёх стенах». В это момент двери на другом конце зала открылись и вошли Бити и Амато в обнимку. Моё дыхание сбилось с ритма. Наверное, со стороны я больше походил на быка. Сердце билось как сумасшедшее, а где-то в груди разливался пожар из растущей ненависти. Блять я хочу оторвать башку сначала Амато, а потом его тупорылому уроду-отцу. Этот ебучий козёл вздумал, что может ставить мою сестру в один ряд со свиньёй. Я голыми руками разломаю его ребра и достану сердце. Рядом со мной тут же кто-то появился, я не сразу отразил кто. Братья с двух сторон держали мои руки чуть ниже бицепсов, их хватка была невероятно крепкой. Вот что за херь была в коридоре. Отец уже видел плакат и молча схавал. Единственное, что его, блять, беспокоило это моя реакция. Кретин! — Нико, пожалуйста не надо, - Фелис шептал мне в ухо вцепившись в меня. — Прочитай, нахуй, это! - сквозь зубы рычал я. — Там про твою сестру пишут! Я попытался дёрнуть руками, чтобы вырваться, но братья вцепились ещё крепче. Фелис ничего мне не ответил, но его взгляд говорил о многом. Он был согласен со мной, но его разумная черта всегда побеждала. — Ну, а ты Дино? Ты согласен с этим? — мой голос сейчас больше походил на рык. Где-то там в зале люди наверняка пялились на нас сейчас и мне было абсолютно похуй. Пусть смотрят. Если хоть одна тварь выйдет за дверь этого зала с мыслью в голове, что такие слова допустимы в сторону моей сестры, то я вырежу всю Бономо. — Если Бити сейчас подойдёт ко мне и попросит свернуть шею её муженьку, поверь - я сделаю это быстрее тебя. Но она просила нас не портить ей свадьбу. Блять, с каких пор Дино у нас стал голосом разума в семье? — Нико? — послышался явно испуганный голос моей сестры за моей спиной. Парни отпустили меня и мы повернулись к ней. Меня всё ещё трясло от злости. Удача Амато, что Бити всё предвидела и отослала его подальше от нас. Она кивнула братьям, чтобы они оставили нас и улыбнувшись окружающим, подошла ко мне ближе и взяв за локоть повела в другую сторону. Я не мог отказать ей. Моему монстру внутри снова пришлось найти в себе силы, чтобы отложить расправу. — Прошу тебя, Нико, я понимаю, что это ужасно. Мы с Амато обсудили это ещё утром, я просила отца предупредить тебя, но, видимо, он решил сделать иначе. — Если бы я знал об этом заранее, то уверяю тебя, Принцесса - ты бы стала вдовой прямо сейчас. Бити испугано на меня посмотрела и сильнее сжала мою руку. — Прошу тебя! Я люблю его и он меня. Он не поддерживает это, но ничего не изменить пока его отец главный. Она знала, как воздействовать на меня, один её этот «специальный» взгляд и моя воля в муках сдыхала. Её глаза и этот тон голоса могли заставить моё сердце остановиться. — Ты думаешь, будь я на его месте, то позволил бы такое написать про женщину, которую люблю? Про мою жену? Бити положила свою маленькую ладошку мне на грудь. Прямо туда, где сердце сбивалось с нормального ритма. Она несколько раз погладила меня, пытаясь видимо так успокоить. — Нет, ты бы не стал. Потому что это - ты, Нико. Таких как ты в мафии больше нет. Но ты думаешь я бы смогла жить как жена с копией тебя? Мы смотрели друг другу в глаза, и я понимал, что она права. Выходи моя сестра за человека с такой репутацией как у меня, то никакие уговоры не помешали бы мне разрушить этот союз. Я бы скорее сдох, чем позволил моей маленькой и хрупкой сестре попасть в лапы такого урода. — Пожалуйста, Нико, — она умоляюще смотрела меня. Мне на секунду показалось, что её глаза намокли от подступающих слёз. — В их семье принято делать такие фото и эту надпись. У его родителей такое висит над камином дома. Блять, её расстроила не блядская надпись, а я и моя реакция. — Хорошо. Но мы не будет завтракать в одном помещении с этим говном. Бити непонимающе на меня смотрела. — Иди к мужу и просто доверься мне. Я тебе обещаю никаких убийств. Ты не станешь вдовой сегодня. — Нико! — возмутилась она, но даже так было заметно, что сестра перестала нервничать. — Что у вас тут? — послышался голос отца откуда-то со стороны. Я посмотрел на него, мечтая прожечь дырку в его башке, прямо между глаз и заглянуть внутрь. Может хоть так удостоверюсь, что мозги там ещё есть и могут работать. — Нихуя, — психанул я и отступив от сестры, пошёл мимо. Бити остановила отца и он не двинулся за мной или сам понял, что это бесполезно. Я шёл к плакату и атмосфера в зале снова изменилась. Все притихли в ожидании. По пути мне удачно подвернулась барная стойка. Вчера там было дохуя спиртного. А сегодня после уборки количество бутылок заметно поубавилось. Но, то что я искал было в наличии. Бутылка с абсентом, почти полная. Этот напиток не пользовался популярностью, а для моей цели подходит идеально. Я взял бутылку и резко обернулся. Зрителей было достаточно. Некоторые испугано отвели глаза, кто-то сделал вид, что вообще не заинтересован в происходящем и только единицы внимательно наблюдали. С бутылкой в руках, я прошёл обратно к нарушителю нашей утренней идиллии. Грёбанное искусство, представленное семьёй Бономо. Они вставили это говно в стеклянную рамку. Уроды. Боялись, что остальные слюнями забрызжут такую фразу? Я взял это фото с подставки и, ударив стекло об стол, разбил рамку. По залу пронёсся испуганный вздох. Что, твари, испугались? Думали, можете смотреть как мою сестру поливают говном и ставят в ряд со свиньями? Стекло разлетелось на мелкие осколки, мне было похуй. Тут уборщиков целая армия, справятся. Я согнул рамку пополам и дерево жалобно затрещало в попытке выдержать напряжение, но сегодня у него не было и шанса. Рамка треснула с громким щелчком, а фотография внутри, наверное, порвалась. Я не стал проверять. Похер на это, всё равно сейчас уничтожу. В середине зала был камин. Вчера тут танцевали люди, а сегодня было развлечение иного рода. Я закинул туда останки рамки и фото, залил всё это сверху абсентом. Вся бутылка с громкими бульканьями опустошилась за секунды. У меня в кармане лежала зажигалка от «S.T.DUPONT». Подарок одного из друзей. Чёрная, матовая - словно создавалась для меня. Присев на корточки, я открыл крышку и нажал на кнопку. Синее пламя тут же появилось в виде тонкой полоски. Мой инстинкт подсказывал, что кто-то идёт в мою сторону, но слишком расслаблено, чтобы отвлечь меня полностью. Я поднёс пламя к краю сломанной рамы и огонь тут же вспыхнул. Абсент сработал на славу. — Надеюсь, твои выебоны стоили того, что теперь Бити может стать изгоем в их семье и её будут травить. — Отец возвышался надо мной, потому что я всё ещё не поднялся с корточек, внимательно разглядывая как сгорает фотография. — Она бы стала. Ты всё для этого делаешь. Но теперь каждый урод в этом зале знает, что будет, если попробовать опозорить её. — Ты ничего не сделал. Просто показал всем какой идиот. Я поднялся и мы сравнялись в росте, сверля друг друга взглядами. — Я показал, что уничтожу всё, что может как-то оскорбить мою семью. Ты меня учил этому. — Радостно, что ты запомнил это так хорошо. Мы должны защищать свою семью, но ты должен понять границы. Бити знала, куда хочет вступить, и я не просил её об этом. Она захотела и приняла их правила. Единственная причина, почему я всё ещё не выстрелил тебе в голову - я понимаю, почему ты это сделал. — Он замолчал на мгновение, глядя на огонь. — Возможно, в твоём возрасте никакие уговоры и меня бы не остановили. Но это не отменяет того, что дома мы обсудим твоё очередное тупое решение. Я только хмыкнул в ответ и развернулся, чтобы наконец-то пойти позавтракать. Отец был спокоен только с виду. Его глаза сразу мне рассказали об истинном положении вещей: дома будет пиздец. Но всё это стоило того. Надеюсь, Амато уже готов начать отвечать за благополучие и счастье Бити своей жизнью. Его испытательный срок начался прямо сейчас. В следующий раз именно он будет уничтожать такое дерьмо, подложенное от его тупорылой семьи. А если промолчит или сделает вид, что это норма, то я закуплю партию носовых платков для сестры и оторву его башку, прямо на глаза их дона. По дороге к нашему столу я снова увидел семейство Лонго. Брат и сестра смотрели на камин, где уже догорали останки рамки и фото. Их взгляды встретились и даже со стороны я увидел, как Леон молча клянётся Альбе устроить то же самое, окажись она на месте Бити. Впервые я увидел лёгкую улыбку у неё на лице. Кажется, у этих двоих была очень крепкая связь. Я считал Леона тупым пижоном, но он определённо имеет в себе что-то нормальное... Завтрак прошёл напряжённо. Сначала мать поглядывала на меня, а на её лбу буквально светилось красными неоновыми буквами «С тобой всё в порядке? Я волнуюсь!». Братья сидели по обе стороны от меня и каждый из них был взвинчен. Они поддерживали моё решение, но их совесть и уважение к отцу не позволяли поступать так, как хотелось. Амато попытался со мной поговорить, но Бити вовремя его остановила. Она знала меня и понимала, что будет, если этот урод попытается оправдаться. Его папаша бросил на меня пару гневных взглядов, но мне абсолютно похуй. Хочет войны? Можем устроить. Хочет убить меня? Ну, пусть попробует. Вкус завтрака даже не отразился в памяти. Нам принесли несколько блюд. Круассаны с рыбой, омлет и какой-то сладкий лимонный пирог. Мне было плевать на еду. Как только ненависть к семейству Бономо утихла, я вспомнил, что ещё хотел сделать сегодня перед отъездом. Она всё ещё была в зале и пила кофе, слушая свою кузину. Я встал из-за стола, и, кажется, вся моя семья прекратила свои разговоры и молча замерла, глядя на меня. — Пойду соберу вещи перед поездкой, — буркнул я и с громким скрипом задвинул стул на место. — Я тоже, — бросил Фелис и начал подниматься следом за мной. Мы шли с ним молча и я видел, как некоторые бросают на меня осуждающие взгляды. Видимо, это крысы из Бономо. Как только двери зала закрылись, Фелис провёл рукой по своим волосам и тяжело вздохнул. — Блять, ну и пиздец. Я хочу схватить Бити прямо сейчас и увезти домой, — странные нотки в его обычно спокойном голосе подчёркивали, как он нервничает. — Попробуй, может она хоть тебя послушает. Фелис посмотрел на меня и ухмыльнулся. — Я должен был сделать это вместе с тобой или вместо тебя. Чувствую себя грёбанным ссыклом. — Забей. Мы все знаем, кто мы такие, и ты - точно не ссыкло. Ты - золотой мальчик нашей семьи. Оплот трезвого разума. А я - «Цербер», и мне похуй. Я двинулся в сторону подсобки, где вчера зажал Лонго, планируя сегодня закончить начатое. — Эй, ты куда? Наши комнаты в другой стороне. — У меня ещё дело. Иди без меня, — бросил я на ходу. — Пиздец, ты серьёзно? Хочешь посраться со всеми семьями? — я ушёл достаточно далеко и еле расслышал последние слова. Фелис решил не мешать мне. Сбоку от лестницы, ведущей на второй этаж, где был её номер, на мою удачу сделали небольшое углубление. Оно вмещало пару книжных шкафов и бархатное кресло. Солнце не попадало сюда, и уголок освещало двойное бра. Удобно, чтобы читать в полумраке, но видеть текст. Хорошее место для засады. Я устроился в кресле в ожидании своей жертвы. Вчера я поймал её так же. Через десять минут послышались голоса. Один из них принадлежал Леону и какой-то девушке. Точно не Альба. Но судя по звукам шагов, их было трое или четверо, непонятно. Я замер. Чёрт, если она там со всей своей семьёй, то придётся вламываться в её номер. Ехидная улыбка сама появилась на моём лице. Зато будет весело. Один из людей замедлился. Это была девушка, потому что её каблуки громко цокали по каменной плитке. — Да, Стив, привет! — а вот это уже был её голос. — Идите, я отвечу на звонок и приду. — Боже, Альба, только не ныряй в работу. У нас самолёт через три часа. — А это, видимо, была её кузина. Я не знал её имени. — С каких это пор ты учишь меня пунктуальности? — Её голос прозвучал так ехидно, что я невольно сжал ладони в кулаки чуть крепче. Её кузина что-то буркнула ей в ответ, парни заржали. Они ушли, оставив для меня жертву в самой лучшей позиции. Она что-то обсуждала по работе. Видимо, с юристом, потому что они спорили о том, как лучше оформить документы для проверки. Блять, она правда умная, я-то надеялся, что рассказы преувеличены. Её каблуки громко цокали по плитке на полу, пока она ходила из стороны в сторону. Я слышал голос мужчины из её телефона. Через пару секунд пора. Она слишком близко подошла к моему укрытию. Лучший момент. Я встал со стула, не издав ни звука, подошёл к краю. Альба была увлечена разговором и не заметила меня, даже когда я подошёл слишком близко. Она слушала своего собеседника, кусая губу и несколько раз поправила волосы. Повернув голову, Альба наконец-то заметила меня. Её глаза расширились от удивления и она замерла на месте. Очевидно, продумывая план, как сбежать от меня. Хочу запомнить это её выражение лица… Я схватил её за плечи и затащил в укромный уголок. Вчера мне пришлось тянуть её в подсобку, потому что мимо постоянно кто-то шнырял. Сегодня людей стало меньше, особенно в их части особняка. Лонго так сильно вздрогнула от неожиданности, что её телефон выпал из рук и с громким звуком приземлился на плитку. — Я вчера по твоим глазам понял, что ты хочешь этого так же сильно. От неё снова пахло теми духами. Такой свежий и холодный аромат. Больше напоминает аромат чистой постели в дорогих отелях. После моих слов её взгляд изменился. Она смотрела так зло и пронзительно, что-то дикое пробудилось во мне. — Чужие эмоции - не твой конёк. Я наклонился ближе и она не отстранилась. Наши носы почти касались друг друга. Она дрожала. Не знаю, от возбуждения или ненависти, похуй — это слишком охуенно, чтобы хоть что-то в этом мире заставило меня остановиться. Она попыталась вырваться, но я схватил одну её руку, переплетая наши пальцы, прижал к стене. Альба замерла и внимательно посмотрела на меня. Всего пара мгновений и что-то изменилось. Её взгляд стал совсем другим. Я прижался к ней так сильно, что, наверное, след её тела отпечатается на моём. С виду она казалась мне хрупкой, но сейчас, прижимаясь к ней так близко, я понял, что ошибся. Она твёрдо стояла на ногах, не уступая моему давлению. Судя по попыткам вырваться, её график тренировок составлен грамотно. Блять, даже в этой темноте эти синие глаза сводили меня с ума. Вдруг она положила свою свободную руку на мой затылок и сжала волосы. Приятная боль щекотала нервы. Она прижалась ближе ко мне своей грудью и громко выдохнула. Этот звук, такой охуенный, она словно выключила свой контроль. Я наклонился и захватил её губы в поцелуй, пробуя на вкус. Сначала она замерла и я решил, что все мои догадки были ошибочны. Всё же это просто «Ледяная сука». Но затем Альба тихо застонала и встретила мой язык своим. Она целовалась яростно, кусая мои губы и позволяя мне проделывать то же самое с ней. Мы оторвались друг от друга, дыша так часто и громко, что нас могли услышать. Мне было абсолютно похуй. Я чувствовал, как тыльная сторона ладони начинает болеть в месте, где она впилась своими ногтями, но это только добавляло кайфа. Её хватка на моем затылке ослабла и я понял, что пора продолжить. Я снова наклонился к ней и она сразу раскрылась, больше не притворяясь холодной. Я вдыхал её запах духов. Чувствовал её вкус. И понимал, что теперь одного поцелуя мне будет мало. Она - грёбанное совершенство, и мне не терпится трахнуть её как следует, чтобы слушать эти стоны и наслаждаться оставленными царапинами. Альба явно не хотела и не ждала нежности, она хотела чего-то более острого. А я был готов дать ей всё. Она опустила свою руку с моего затылка на шею и прижалась ещё ближе. Хотя это казалось невозможным. Мой член не вставал так быстро с момента окончания пубертата, но эта ледышка сводила меня с ума. Мы целовались и она почувствовала мой стояк, мне показалось? Или в тот момент она правда тихо застонала? Сука! Я хочу, чтобы она взяла мой член в свои руки. Чтобы её прекрасные губы обхватили головку и я мог наблюдать, как эти синие глаза темнеют. Она чуть сильнее прикусила мою губу, оставляя небольшую ранку. Я только зарычал от удовольствия. Ни одна тёлка так не целовала меня. — Ах, — послышался испуганный вздох где-то со стороны. Мы тут же оторвались друг от друга и посмотрели на того, кто прервал наше милое сближение. Дебора смотрела на нас широко раскрыв глаза, её рот был открыт от шока и, кажется, даже лицо побледнело. Альба дышала так же часто, как и я, но она быстрее взяла над собой контроль, отпихнув меня от себя. Я не стал сопротивляться и сделал пару шагов назад. Вряд ли ей захочется продолжить перед сестрёнкой, но я бы продолжил… — Альба, вы… с Нико? — растерянно спросила Дебора. Альба сделала несколько шагов вперёд, подальше от меня и ближе к сестре. Её лицо снова стало маской без единой эмоции, только красные распухшие губы сразу всё выдавали. — У меня скоро самолёт. Она наклонилась и взяла с пола свой телефон. Дебора поражённо смотрела ей вслед. Моё сердце выбивало дикий ритм. Может, она думала, что это конец, но теперь это только начало. Жди меня, Льдинка. Я приду и трахну тебя так, что твои ноги будут трястись. Только когда Альба пропала на втором этаже, её сестрёнка снова посмотрела на меня. — Ты и Альба, вы? Вы? — она даже сказать не могла. — Мы развлекались. Разве свадьбы не созданы для этого? Твоя сестра оказалась очень интересной добычей. — Ты плохо её знаешь. Альба никогда не будет добычей. — Может, просто ты плохо знаешь меня? — я ухмыльнулся. Дебора сделала пару шагов назад. Она всегда меня боялась, а вот её сестрёнка — очевидно, нет. Я облизнул маленькую ранку на губе, которую мне оставила Альба. Вкус крови вперемешку с её вкусом ощущался как грёбанный грех.