Глава 4: Ничего нового

Субботнее солнце било в окна. Слишком яркое, слишком живое. Оно раздражало. Стёкла в окнах блестели, словно издевались. Пыль кружилась в воздухе, как будто у неё есть право на лёгкость. Красиво? Тео обожал осень. Но не в этот раз. Он шёл за Драко. Не быстро. Просто шёл, как по инерции. Мысли вязли в голове. Голос весь предыдущий день не умолкал. Её голос. Нормальный сон так и не пришёл. И, если честно, Тео уже и не ждал. Кошмары стали привычкой. Как утренний чай. Как Драко с его вечной хмуростью. Ночи тянулись одна за другой, будто кто-то растянул время и вылил на него целое ведро тьмы. Вдох. Выдох. Пульс. Жар под кожей. Шум в ушах, будто кровь аплодирует собственному упрямству. Он не чувствовал усталость. Тео ею стал. Она прилипла к нему, как запах зелья, который не смывается неделями. Вчерашний вечер был маскарадом. Фальшивые улыбки, вежливые реплики, дежурный смех. Все играли роли, и он тоже. Только роль у него была без текста. Он хмыкнул. Пришлось импровизировать. Иногда казалось, что весь замок — это сцена, а он — зритель, которого заставили выйти в центр. Смотреть на всех сверху вниз было бы проще. Но он смотрел внутрь. И видел там ровно ничего. Тео глубоко вздохнул. Он бы отдал всё за несколько часов нормального сна. Без голосов. Без образов. Без неё. Но даже это было слишком много для просьбы. Когда Драко распахнул дверь в класс, Тео едва не врезался в него. Хотел что-то бросить — ехидное, стандартное, — но слова застряли. Свет. Слишко много света, словно он лез прямо под кожу. В центре класса находилась фигура. Она не стояла на месте. Не танцевала, но и не шла. Что-то между. На ней было платье, которое словно выпало из старого сундука. Лавандовое. Слишком мягкое для этого замка. Подол скользил, открывая одно колено. И эти тяжёлые осенние ботинки. Абсурд. А кружева на колготках? С прилепленными мотыльками, которые, видимо, решили, что они не просто аксессуар, и должны мерцать в ритм шагов. «Что это вообще? Кто так одевается?» Он уже хотел отвернуться. Но не смог. Волосы были длинные и белые, как разлитое молоко. На запястье блестел браслет, детский, из кривых бусин. Но пальцы держали палочку уверенно. «Лавгуд. Конечно.» Сердце дёрнулось. От осознания, что он вообще позволил себе её заметить. — Expecto Patronum! — высокий голос разрезал воздух. Пространство на мгновение сжалось, свет будто стал гуще. Тео завороженно уставился в центр зала, готовый увидеть патронуса. Своего он вызывать так и не научился, зато при возможности любил разглядывать чужих. Но… Вместо светового шоу с призрачными животными, он увидел, как Лавгуд безжизненно осела на пол. Как марионетка, у которой перерезали нити. «Никогда не видел, чтобы это заклинание работало в обратную сторону.» Она сжалась, обняла себя. Словно пыталась убедить мир, что это всё часть какого-то сложного ритуала, а не очередной безумный момент её жизни. Шептала что-то неразборчивое. А солнечные блики издевательски плясали по плечам, будто решили подыграть. Тео почувствовал, как сжимается грудь. Не от жалости. От раздражения. Смотреть на неё было невозможно. И вместе с тем — невозможно не смотреть. Авторские заметки: 🎧 «All for me» — In Flames I don't need another friend I burn when I do the things I do for you Forever, the night, and it's all for me now I'm sure that one day I can get you all that you lost (Мне не нужен ещё один друг. Я сгораю, когда делаю всё это ради тебя. Ночь — навеки моя, и теперь всё это — только для меня. Я уверен, что однажды смогу вернуть тебе всё, что ты потерял.) Эта песня звучит, когда парни идут в класс ЗоТИ. Тео застрял в состоянии внутреннего горения. Не вдохновения, а боли, как единственного подтверждения того, что он жив. На самом деле он скептически настроен к идее с сон-сферой, но у них просто нет других идей…

☾☾☾

Тео замер. Драко не смотрел на него, но кожей чувствовал — тот на грани. Как натянутая струна, готовая лопнуть при малейшем звуке. «Только не начинай, Нотт. Не сейчас.» Но Тео, разумеется, начал. Его смех прорезал тишину, сухой, нервный, слишком громкий для этого пространства. Как треск от разряда молнии. Драко даже не вздрогнул, просто закатил глаза. Друг внезапно развернулся к нему, картинно вскинул руку, указывая на Лавгуд, и его голос, полный издёвки, эхом разнёсся по классу: — Если у неё не получается патронус, то нам с тобой остаётся только написать завещание! Нет, это было не просто злорадство. В этих словах ощущался надлом, что-то резкое, слишком личное. «Мерлин. Он правда решил устроить сцену? Вываливать свои проблемы на публику — гениально, Нотт.» Малфой медленно выдохнул. Нужно было отвлечь их. — Ну что, Лавгуд, — произнёс он ядовито, — никто не пришёл на твоё сборище? Видимо, даже у безумцев есть инстинкт самосохранения. Мы тут не по твою душу, не мечтай, что записались в твои пациенты. Он ожидал реакции. Любой. Но она просто подняла голову. Её глаза были настолько усталые, что казалось, мир уже выжал из неё всё. И улыбнулась. Едва. Драко скривился. «Она что, просто промолчит? Признала поражение? Или сошла с ума настолько, что ей уже всё равно?» Лавгуд поднялась, будто из принципа, и направилась к ним. С каждым шагом он ощущал, как в нём поднимается раздражение — то самое, что всегда вызывали люди, не умеющие вести себя нормально. На ней висело платье, которое, возможно, когда-то было приличным, но теперь напоминало тряпку из кладовки Филча. На плече сидела аппликация нелепого карикатурного кота, раскинувшего лапы, словно его размазало по ткани. Глаза у этого существа моргали, а лапки иногда подёргивались, будто оно всё ещё пыталось выбраться из этого тряпичного ада. Драко ощущал, как у него дёргается глаз. «Да что с этой дурой вообще не так?» Он сжал челюсть. В её ушах висели серьги в виде серебристых паутин, которые меняли форму при каждом её движении. Он не собирался всматриваться. Но поймал себя на том, что вглядывался в Лавгуд, словно пытался найти ещё что-то, что добьёт его терпение окончательно. Хотелось отвернуться. Но взгляд зацепился за лицо. Бледная кожа. Огромные голубые глаза. Фарфоровая, кукольная. Вся в слезах. Настолько, что даже шея и ворот платья мокрые. И при этом выражение лица… Никаких эмоций. Глаза не опухли, губы не дрожали. Как будто её уже ничего не касалось. «Пэнси бы половину состояния отдала за умение плакать с таким изяществом.» Драко осознал, что молчит слишком долго. Всё в ней бесило. И этот нелепый вид, и неуместная тишина, и её способность смотреть прямо на него, как будто она пыталась его понять. Что, впрочем, только злило сильнее. Несколько секунд она смотрела ему прямо в глаза. Будто кукла, у которой не было никаких эмоций. «Окклюменция ей, наверное, ни к чему. В такой голове и так ничего не найдёшь.» Драко не рискнул применить легилименцию. Вдруг, подцепит её безумие. Затем Лавгуд спокойно повернулась на Тео. Её глаза стали стеклянными, будто она смотрела сквозь него. Нотт дёрнулся, словно его ударило проклятием, и отшатнулся назад. Лавгуд не шелохнулась, даже не заметила. Драко скосил на него взгляд.   «Да что с ним? Он, блять, что, боится её?» Эта сцена длилась слишком долго, он уже был готов что-то сказать, чтобы вышвырнуть её из класса, но… Но что-то удерживало его. И это злило ещё больше. Он не был полным подонком. И не собирался добивать её словами о позорном целительском таланте. «Мерлин его упаси, ещё пойдёт и утопится под аплодисменты своих вымышленных озёрных созданий.» А Малфой и без того находился на испытательном сроке. Лавгуд вдруг сфокусировала взгляд и, не моргая, заговорила: — Сколько ночей ты уже не спишь, Тео? Драко подавился воздухом. «Тео? Мы тут тебе что, друзья?» — С твоими кошмарами нельзя шутить, — продолжила она. — Если и дальше будешь их игнорировать, они начнут проявляться наяву. Ты знаешь это так же хорошо, как я. Напряжение в комнате расширилось до предела. Тео вновь дёрнулся, отвёл глаза, открыл рот, чтобы что-то сказать… Драко всем телом ощутил, что тот собирался вывалить что-то важное, и резко вытянул руку, словно мог физически остановить друга. «Чёрта с два, Нотт. Эта информация не для её грёбаных ушей.» — Если бы у тебя был такой талант, как ты говоришь, — процедил Драко сквозь сжатые зубы, — то твой патронус бы вызвался. Лавгуд повернулась к нему. Её голос звучал так отстранённо, словно она говорила не с ними, а с кем-то в своей голове: — Патронус слабеет от страха и боли. А ещё он умирает, если впускаешь в себя тьму. Она обошла их и уже была у выхода, когда Тео вдруг моргнул и выдал, ровным, холодным голосом: — Стой. Малфой резко повернулся к нему, и в голове пронеслась единственная, наполненная бешенством мысль: «Блять, мы бы и без неё справились.» Авторские заметки: 🎧 «Eye Of The Storm» — Watt White I am the eye of the storm Inside I am silent and strong Just waiting for the right right moment to strike Coiled like a cobra (Я — глаз бури. Внутри — тишина и сила. Жду своего момента, чтобы нанести удар. Свернувшись, словно кобра.) Драко всегда готов нанести удар, если потребуется. И, конечно, защищать друга — тихо, уверенно, с той скрытой силой, которая всегда рядом, даже когда никто не смотрит.

☾☾☾

Она обернулась через плечо. — Что ты увидела? — голос Тео едва дрожал, будто он сам боялся услышать ответ. Луна сжала пальцы. Сердце билось, как птица в закрытой клетке. Слизеринцы давили одновременно со всех сторон, и стены класса сжались так, что воздух стал густым, липким, как тёплая паутина. «Надо было просто уйти молча.» Сделав глубокий вдох, она почувствовала, как лёгкая дрожь пробежала по коленям. — То, что ты не в силах помочь себе сам, — наконец сказала она тихо. В гробовой тишине класса слова прозвучали отчётливо. Тео вздрогнул, но промолчал. — Лавгуд! — прорычал Драко. Хотелось раствориться в воздухе, спрятаться под невидимым куполом тишины, исчезнуть. Но она осталась. Парни ждали ответа. Тео выглядел не просто напуганным или злым. Его нервозность была настоящей, и Луна ощущала это всем телом. — Когда я говорила о том, что вижу, — сказала она медленно, почти с вызовом, — я слышала только насмешки. Тео едва заметно кивнул, отворачиваясь. Словно признавая, что остановить Луну было большой ошибкой. Но едкие слова в её адрес так и не прозвучали. — Ты можешь прекратить тянуть время? — огрызнулся Драко. — Если тебе есть что сказать, говори. Если нет — убирайся. Луна стояла неподвижно. Сердце колотилось так, что казалось, его слышали слизеринцы. Внутри головы кружился поток мыслей: «Говорить или молчать?» Тео медленно поднял на неё взгляд. Его зелёные глаза, усталые и напряжённые, были как лесная чаща, в которой можно заблудиться. Она чувствовала, что он ждал от неё объяснений. — Я не уверена, что вы хотите знать, — честно призналась она, ощущая, как во рту пересохло. Драко закатил глаза. — Отлично, — отрезал он. — Тогда проваливай. Но Тео шагнул ближе, и Луна почувствовала лёгкий холодок тревоги, словно воздух между ними внезапно сжался. — Лавгуд. Луна. — Он наклонился чуть вперёд. — Ты видишь. Ты понимаешь. Я на грани. Это был первый раз за все годы, когда кто-то с их факультета назвал её по имени. Луна ощутила странное, тёплое движение внутри себя: смесь удивления, робкой доверчивости и осторожной надежды. «Может, я правда могла бы помочь…» Но стоило ей заговорить, как Драко скрестил руки на груди и насмешливо наклонил голову. — Неужели сейчас начнётся сеанс предсказаний? — насмешливо выдал он. — Мне какой кристалл взять? Луна зажмурилась. — Если ты считаешь, что это смешно, Драко, то я, пожалуй, пойду, — холодным тоном сказала она, разворачиваясь к двери. Тео резко вскинул голову: — Заткнись. Его друг прищурился, но промолчал. — Расскажи, — твёрдо сказал Тео. — Что ты увидела? Луна глубоко вздохнула.

☾☾☾

Лавгуд прошла вглубь класса и села на ступеньку у кафедры. Тео последовал за ней и прикоснулся затылком к каменной стене. Холод приятно обжигал кожу, даря ощущение реальности, на мгновение притупляющее головную боль. Драко возился с запирающими и заглушающими. На удивление, вёл себя тихо. Может, устал. А может, просто выбирал момент, чтобы взорваться и наорать на Лавгуд. Тео мысленно пробежался по плану. «Выслушать. Сделать выводы. Стереть память.» После этого он и Драко выполнят инструкции, полученные от авторитетного источника, и всё вернётся на круги своя. «Ах да, ещё Непреложный Обет с Малфоя…» Чтобы ни один из них, даже под пытками, не проболтался о том, что здесь происходило. Тео хмыкнул. Обычная вечерняя рутина. Если ты Теодор Нотт. «Красивая. А она любит огонь?» Он замер. Глаза распахнулись сами. Голос в голове ещё никогда не комментировал других людей. «Молчи, Тео. Сейчас не время вести диалог с воображаемыми женщинами.» Он посмотрел на Лавгуд. Она выглядела задумчивой, будто собиралась с мыслями. А он гадал, насколько идиотской окажется её теория. И насколько сильно ему потом захочется себя убить за то, что он вообще на это согласился. — Твоя руническая аура выглядит аномально, — произнесла она тихо, будто боялась, что слова распадутся в воздухе. Драко, закончив с чарами, подошёл ближе. — Ты знаешь, что Нотт — лучший по древним рунам? — подал голос Малфой. — И он, представь себе, не заметил, что с ним что-то не так? — Нарглов вы тоже не видите, — спокойно возразила Лавгуд. Тео глубоко вдохнул. Остатки сил? Ушли. Остатки терпения? Туда же. Самоуважение? Его он потерял, как только начал говорить с этой ведьмой. — Что это значит, Лавгуд? — устало спросил он. — Я не могу это объяснить словами, — ответила она. — Но могу провести диагностическое заклинание. Тогда вы увидите, в чём именно проблема. Мне нужно твоё полное доверие. Тео усмехнулся. — Ты же знаешь, что ни о каком доверии нет и речи, — вмешался Драко, явно почувствовав его слабину и решив взвалить препирательства на себя. — По сути, оно мне и не нужно, — пожала плечами Лавгуд. — Просто так будет проще. Она повернулась к Тео. — Тео, ты почувствуешь, будто лишился всей магии. Но когда я отменю заклинание, всё вернётся. Он усмехнулся снова. Безрадостно. Скатываться ниже уже некуда. — Валяй. Лавгуд одним резким движением достала палочку из рукава и направила ему в висок. Драко среагировал мгновенно: — Expelliarmus! Палочка вылетела у неё из руки, но блондинка даже не дрогнула. — Вот об этом доверии я и говорила, — спокойно сказала она. — Лавгуд, ты скажешь мне заклинание, и я его выполню, — Драко сложил руки на груди, в голосе звенело раздражение. Тео сидел на полу, не двигаясь. Смотрел на них, как на очередную пьесу, поставленную ради чужого удовольствия. «Это же просто искра, но сколько жара!» Голос сегодня был особенно навязчив. «О да, если бы я чувствовал себя получше, сам бы поучаствовал в этом концерте.» — Ты не сможешь, — объясняла Лавгуд, не отводя взгляда от Драко. — Ты не видишь его ауру. А заклинание нужно направить в тёмное пятно. «Тёмное пятно? Всего одно? Ну, могло быть и хуже.» — Если что-то пойдёт не так, ты ответишь за это своей жизнью, — ровным голосом произнёс Драко. — Я знаю, — тихо ответила она. Малфой молча кинул ей палочку. Она наклонилась, подбирая её, и неловко прижала подол к колену. «Что, впервые носит платье? Она точно его где-то стащила…» Мысль прервалась заклинанием. — Revelatio Sigillorum! Он не заметил, как она направила палочку прямо ему в голову. «Хорошо, что Малфой рядом и не допустит оплошностей.» Лавгуд выглядела сосредоточенной. Она отвела руку в сторону, и Тео чуть не задохнулся от ощущения пустоты. Он потянулся к своей магии… и не нашёл её. Всё плыло перед глазами. Воздух стал вязким, мир — глухим. Так, наверное, чувствуют себя маглы. Или те, кто уже умер. Он смутно слышал, как Малфой процедил: — Это по-твоему похоже на диагностику, Лавгуд? Ты вообще знаешь, как выглядит чёртова диагностика? Тео моргнул, пытаясь сфокусировать взгляд. Ведьма стояла напротив, её глаза были широко раскрыты. — Это всё ты сделал?.. Он моргнул ещё раз. Воздух вокруг был полон рун. Они вспыхивали и гасли, переливаясь густым, тёмно-красным светом, словно их писали кровью и поджигали заново каждое мгновение. Руны огня. Сколько раз он их начертал своей кровью, уже и не сосчитать. «И что с того? Они бы ещё начали считать, сколько раз я использовал Люмос.» — Нотт, ты серьёзно так злоупотребляешь магией крови? — Драко смотрел на него с какой-то смесью удивления и отвращения. И он туда же. — Откуда ты знаешь это заклинание? — прошептала Лавгуд. — Ниоткуда. — Тео посмотрел на неё. — Я его всегда знал. Драко резко отвернулся и, нервно проведя рукой по волосам, отошёл в другой конец класса. Лавгуд отменила заклинание, и магия вернулась, ударом, как дыхание после долгого погружения. Он стиснул зубы. От боли. Или от удовольствия. Уже не понять. «И зачем нужно было устраивать весь этот фарс?» Он не узнал про себя ничего нового. Авторские заметки: 🎧 «Tot Musica» — Ado ᚷᚨᚺ ᛉᚨᚾ ᛏᚨᚲ ᚷᚨᚺ ᛉᚨᚾ ᛏᚨᛏ ᛏᚨᛏ ᛒᚱᚨᚲ (gah zan tak gah zan tat tat brak) Только Тео слышит эту музыку, когда Луна выполняет заклинание. Какой тёмный уголок его сущности она потревожила? 💌 Тео в большинстве историй — один из лучших студентов Хогвартса и, конечно, гений древних рун. Я не стала отбирать у него эти заслуги, пусть пользуется знаниями, добытыми в параллельных вселенных. Комбо магии крови и руны огня я подсмотрела в «Мы все умрём. Но это неточно». Уж слишком красиво, чтобы не украсть (учитывая, что две моих любимых школы навыков во всех играх — это Некромантия и Пирокинез). А сцена, где руны заполняют воздух, вдохновлена «Hellblade: Senua’s Sacrifice». Это выглядело так кинематографично, что потом мне даже приснилось… Вместе с этой историей.