Глава 14: Подарки

Тео никогда не волновался, когда перемещался в кошмар на ночёвку. Просто появлялся и шёл спать. Без раздумий и без переживаний. Лавгуд? Да какая разница, где она бродит. Лишь бы не мешала спать и не громила убежище. Но вот незадача. Он начал замечать, что думает о её комфорте. Незаметно привык к её присутствию. И теперь сидит и грызёт себя мыслями. Переживает, что перегнул палку там, на башне. Она испугалась и сбежала. Логично. Ожидаемо. «Если она теперь разговаривает со мной только из жалости, я это не вынесу.» Но как это понять? Как вычислить фальшь, если Лавгуд — это Лавгуд, и её странности сами по себе могут выглядеть как жалость? Мысли метались хаотично, как стая разъярённых пикси в клетке. Тео даже принял успокоительное, чтобы разогнать этот хаос. В итоге добился только одного: теперь проблемы были красиво разложены по полочкам. И их было до хрена. Мало того, что случилось на башне, так ещё и Малфой. Тео, наивный, был уверен, что их с Лавгуд связь особенная, а тут выясняется, что она делает подарочки его лучшему другу и ведёт с ним переписки. «Смешно. Я что, ревную? К Малфою? Абсурд.» Только внутри всё равно жгло. Причём не столько от Малфоя, а от осознания, что он даже не знал, с кем ещё Лавгуд общается в том же духе. Всё это слишком хорошо вписывалось в теорию о жалости. Может, сегодня будет их последняя встреча. Он даже принёс с собой то, что следовало ей вернуть. Хотя больше всего его беспокоил не Малфой и даже не жалость. А последний сон. Этот чёртов сон с участием Лавгуд. Если покопаться в памяти, это уже второй… подобного содержания. Первый был обрывистый и неясный, а вот второй — слишком детальный, слишком осязаемый, слишком чувственный. Хотелось спросить, не приходила ли она к нему после их дурацкой вечеринки. «Спроси.» Но ещё сильнее хотелось не слышать ответ. И всё же. Несмотря на страх, часть его, эта глупая и безнадёжная часть, надеялась. На что-то большее, чем их зыбкое равновесие. На большее, чем их странные разговоры. Вот и как ему с ней себя вести? Тео полагал, что если будет холоден, если заденет её парой колкостей, то ему станет легче. «Или она расскажет что-нибудь своё. А я просто… не буду слушать слишком внимательно.» Но, чёрт, он уже знал, что не сможет. Волнение накатило внезапно, знакомым, но оттого не менее раздражающим приливом. Словно предвкушение от возвращения в Хогвартс после долгих каникул. Каждый раз, когда Лавгуд ещё не появилась в его сне, но он уже чувствовал её приближение, внутри что-то сжималось в нетерпеливом ожидании. На мгновение Тео забыл, как дышать. А когда увидел Лавгуд, то и вовсе подавился воздухом. Она была в ночной рубашке. Вернее, в намёке на ночную рубашку. Потому что она была практически прозрачная. Но под ней, если всмотреться, была бежевая комбинация. Для Тео это было слабым утешением. «Она пришла почти голая. Превосходно. Просто охренительно.» Он задержал взгляд дольше положенного. Пришлось с силой оторваться и сосредоточиться на её лице. На шее висели две цепочки: одна покороче, другая подлиннее. На длинной был серебряный кулон в виде морской звезды. В ушах — две маленькие жемчужинки. Он перевёл взгляд на руки — четыре тонких кольца, одно из которых тоже украшала жемчужина. На левой руке висел тонкий браслет-цепочка. Комплект, идеально подходящий для свидания. «О, давай ещё розу в волосы воткнём, чтобы совсем не оставалось сомнений.» Злость вперемешку с волнением накрыла голову. Это всё несколько усложняло. Нет, это вообще всё усложняло. «Удачи, Тео.» Луна застыла на месте словно парализованная. А он так и не сказал ни слова. Нужно было срочно исправлять ситуацию. — Так ты теперь у нас любишь карточные игры? — это была не лучшая тема для разговора, но он уже её поднял. Тео медленно встал с кресла, лениво опираясь на спинку рукой. Он продолжал внимательно изучать Лавгуд, пытаясь понять, что она задумала, появившись в таком виде. Она моргнула, переводя взгляд на свои руки, будто проверяя, не держит ли она случайно какую-нибудь карту. Потом пожала плечами и сделала пару лёгких шагов вперёд. Босые ноги беззвучно касались пола. — А если бы я выбрала игральные кости, ты бы решил, что мы бросаем жребий? «Это она от Драко научилась так парировать колкости?» Тео медленно скользнул взглядом вниз, по её рубашке, потом так же неторопливо вернулся к лицу. Он вздёрнул бровь. Ничего не сказал, только слегка покачал головой. В конце концов, сам виноват, что спросил. — Тео, тебе не стоит завидовать. Ведь у нас с тобой куда более уникальный способ общения, — мягко сказала Луна, наклоняя голову чуть в бок. В её движении было что-то успокаивающее, почти гипнотическое, но он заставил себя не поддаваться. Об этом он не думал. Тео скрестил руки на груди. Но, тут же передумав, поднял ладонь к затылку. Движение получилось нервным. — О, если уж пошла речь о зависти… — в его голосе звенела обида. — Лавгуд, ты хоть понимаешь, какое это унижение — наблюдать, как Малфой получает подарки, а я — только новые поводы для сарказма? «Как она не может понять?!» Лавгуд сделала ещё шаг. Теперь она стояла достаточно близко, чтобы он мог почувствовать лёгкий цветочный аромат. Она смотрела на него спокойно, с задумчивостью. Словно взвешивала его слова. — Мои подарки для тебя невидимые, но разве от этого они меньше? — с искренним удивлением спросила она. — Я подарила тебе спокойный сон. Помогаю справиться с тянущими тебя вниз цепями. А ты всё думаешь о шахматной фигуре и игральной карте? «Да.» Но этот ответ в голове прозвучал очень глупо. Тео почувствовал, как внутри что-то сжалось. От раздражения? От признательности? От досады, что не может понять, как именно она видит их связь? Он фыркнул, стараясь выглядеть безразличным. Но взгляд всё же задержался на её руках. Лавгуд, казалось, услышала его мысль. — А ещё совсем скоро ты получишь подарок на день рождения, — в её голосе появилась лёгкая игривость. Тео тяжело вздохнул. — Даже боюсь представить, — он скептически приподнял бровь, но уголки губ предательски дрогнули. — Опавший лист? Веточку, что я найду под дверью? Как всегда, Лавгуд проигнорировала его тон. Она шагнула ближе, и ему вдруг показалось, что воздух стал плотнее. Луна была слишком… Рядом. «Не может быть, что она…» Но что, если может? В конце концов, какой ещё подарок она могла сделать? Драко, например, сунул бы в руки что-то изысканное. Обёрнутое с таким пафосом, что даже снимать упаковку было бы неудобно. И Тео бы сдержанно кивнул, скрывая истинный восторг. Потому что Малфой знал толк в подарках. «Но Лавгуд — не Малфой. Денег у неё нет.» А выглядит она так, будто подарок — это она сама. В висках запульсировало нечто горячее и опасное. Глупая мысль. Смелая мысль. Абсурдная. И, может быть, единственная, за которую стоило бы себя ударить. Но, чёрт возьми, если это так… День рождения мог наступить прямо сейчас, и Тео был бы не против. Она протянула руку. И прежде чем он успел сообразить, как на это реагировать, прохладные пальцы мягко коснулись его ладони. Слишком лёгкое касание, почти призрачное. И, разумеется, Тео едва не сжал её руку в ответ. Ему оставалось только позволить себя вести. Он отчётливо видел, как ткань её прозрачной рубашки колышется от движения. Ощущал, как шёлк пижамы гладит его кожу. Как каждый шаг приносит с собой тяжёлое предвкушение. Они остановились у письменного стола. Луна развернулась к нему. Её глаза светились чем-то необъяснимым, что Тео никак не мог разгадать. Он смотрел на неё сверху вниз. И всё, что было в ней сейчас — её ровное дыхание, лёгкий наклон головы, чуть прикушенная нижняя губа — заставляло сердце сжиматься. Она взяла его левую руку за запястье и закатала рукав. Тео замер. Луна медленно провела подушечкой пальца по коже, где ещё недавно был ожог. «Жжётся! Но где же огонь?» — Я долго думала, как бы я ещё могла помочь тебе, — её голос был спокойным, убаюкивающим. Тео стиснул зубы. Слишком близко. Слишком тихо говорит. Слишком всё. Она не ждала ответа. Только потянулась к чернильнице. Пальцем подцепила каплю и, не поднимая взгляда, начала медленно рисовать на коже. Холодные чернила и такие же холодные пальцы. Тео с трудом сглотнул, следя за тем, как её рука движется по его предплечью, выводя ровную, неторопливую линию. ᛁ. Он узнал её сразу. — Эта руна не отменит твою борьбу, — продолжила тихо Луна, — но она будет напоминанием, что есть не только огонь. Пускай лёд будет твоим союзником. Он замедлит поток и даст тебе время подумать, чтобы пиромания не взяла верх. Тео молча осмотрел руку. Вдохнул. Медленно, почти прерывисто. Определённо не тот подарок, на который он рассчитывал. Хотя стоило ли удивляться? Луна Лавгуд никогда не делала того, что делали остальные. — Руна льда не сделает тебя слабым, Тео, — добавила она, пристально глядя на него. — Она создаст пространство между тобой и огнём. Это как если бы ты мог сдерживать пламя, не позволяя ему поглощать себя целиком. Тео молча кивнул, задумчиво поглаживая кожу рядом с руной. «Почему, чёрт возьми, самые высокие баллы по древним рунам у меня, а я даже не задумывался об этом? Или это и есть причина, почему целители не лечат сами себя?» Он ощутил, как его накрыло чувство благодарности и даже… спокойствия. «Или это магия руны уже начала тушить мой пожар?» — У меня для тебя тоже кое-что есть. Момент был слишком хорош, чтобы его упустить. Тео запустил руку в карман и достал кожаный браслет. — Я же его потеряла! — удивлённо выдохнула Луна. Тео вскинул брови. — Потеряла? — уточнил он. — В моём сознании, на книжной полке, в самой толстой книге? Не удивлён, что мне на утро было плохо, если ты ещё и читала тут. Лавгуд опустила взгляд. — Я не читала, — едва слышно сказала она. — Я хотела провести эксперимент с забытыми вещами… Он зажмурился. Ну, конечно. Как всегда. Похоже, руна действительно работала. Вместо того, чтобы вспылить, Тео просто выдохнул. Когда он открыл глаза, то увидел, что Луна смотрит в пол, будто ожидая гнева. Внутри всё болезненно сжалось. «Я ведь не такой!» — Я не злюсь, — устало сказал он, зная, что это не совсем правда. — Просто давай на будущее: ты предупреждаешь меня о своих гениальных теориях, и мы проверяем их вместе. Она подняла на него взгляд — удивлённый, настороженный. Слегка приободрившись, Луна потянулась за браслетом. Тео резко сделал шаг назад и отвёл руку в сторону. «Я что, правда собрался это делать?» Луна замерла. Она не собиралась с ним играть. Чувствуя лёгкое смущение, он протянул свободную ладонь. Белокурая ведьма осторожно дала свою руку. Он, стараясь не торопиться, застегнул браслет. — Я… могла бы сама, — сбивчиво пробормотала она. — Да, Луна, я бы тоже справился самостоятельно. Ты не в курсе, но скажу по секрету, — он наклонился чуть ближе и заговорил тише, ловя её взгляд. — У меня даже есть опыт рисования рун в таких местах! Она подняла на него испуганные глаза. Точно такие же, как тогда, на башне. Тео нахмурился. — Только не говори, что я опять тебя напугал. — Опять? Такого никогда не было… — Она попятилась назад. Ему хотелось ухватить её за запястье, но он сдержал порыв. — Тогда почему ты сбежала? — любопытство оказалось сильнее здравого смысла. — И в тот же день напилась? Луна отвела взгляд. — Я испугалась себя. Она быстро зашагала к дивану, схватила в охапку подушку и закуталась в плед. А Тео вдруг почувствовал странное облегчение. Внезапно всё стало проще. Стоило ему сделать шаг в сторону спальни, как… — Тео! Он обернулся. Луна сидела на диване в коконе из пледа и смотрела на него иначе, чем обычно. — Может, увидимся в среду, перед ужином? У меня есть одна идея. Тео кивнул и улыбнулся. — Сладких снов, Луна. И, когда он наконец лёг на кровать, ледяная руна на его коже вдруг показалась не такой уж и холодной.

☾☾☾

Доброе утро, Драко! Как твой сон? Он отложил Туз в сторону, лениво потянувшись. Теперь он, словно потерявший рассудок аристократ, хранил под подушкой и игральную карту, и шахматную фигуру. Сама эта мысль заставляла его поморщиться. «Абсурдно. Неправильно.» Но отказываться от этого диковинного ритуала не хотелось. Кошмар всё ещё приходил. Те же сцены, та же тяжесть, тот же голос, вгрызающийся в сознание. Но в этот раз, когда отец шагнул вперёд, вырываясь из золотой рамы, Драко краем глаза заметил белую королеву, стоящую на столике около портрета. Он схватил её — и всё исчезло. Сон рухнул, растворился в темноте. И Драко остался один. Без кошмара. Это было настолько… необычно, что он едва не рассмеялся. Лавгуд. Чертовски странная, нелепая Лавгуд. Возможно, она действительно была гением, пусть и со своей специфической, раздражающей манерой. Драко даже проникся благодарностью. Настолько, что даже задумался, не стоит ли завалить её галеонами или по-новому представить матери. Наверняка у Нарциссы тоже есть какие-нибудь неприятные сны? Но, конечно, всему своё время. Он потянулся к тумбочке, не вылезая из-под одеяла, и с ленивой уверенностью вывел чернилами на карте: Это было занятно, Лавгуд. Жду от тебя новых приёмов. Затем перевернулся на спину и снова взял в руки шахматную фигуру. Перекатывал её между пальцев, чувствуя холод мрамора. Королева была тяжёлой, гладкой, с мелким сколом на короне, который так и напоминал Драко, что совершенство в этом мире редко имело значение. Пальцы нащупали гравировку на основании. Драко нахмурился, перевернул фигуру. Созвездие Corvus. Посланник богов. А в самом центре созвездия — ᛉ. Малфой вздрогнул от осознания. «Я теперь что, нуждаюсь в защите от самой Лавгуд?» В его внутреннем голосе звучала колкость, но в мыслях… В мыслях он не был против. Карта вспыхнула мягким светом. Драко тут же потянулся к ней, переворачивая. Мы можем встретиться после завтрака? Это важно. Он чуть приподнял бровь. Ну, он всегда любил быть частью чего-то важного. Драко скинул одеяло и поднялся с кровати. Выбрал тёмные брюки и лёгкий кашемировый свитер. Даже если утро началось не по его плану, выглядеть он должен был достойно. Каменные коридоры Хогвартса веяли холодом, и Драко, зябко передёрнув плечами, ускорил шаг к Большому залу. Его догнал Тео. И Малфой едва не споткнулся от удивления. Нотт выглядел… как человек. Осмысленный взгляд, собранное выражение лица, даже волосы не торчали в привычном хаосе. Драко уже решил, что это призрак друга, явившийся в приличном виде на свою поминальную службу, но нет — это был самый настоящий Теодор Нотт. — Неужели Великий пожар в гостиной Слизерина на твой день рождения отменяется? Тео не только не огрызнулся, но даже не ухмыльнулся. — О да. Лавгуд вчера сделала мне лучший подарок. Драко вскинул брови, на секунду задержав взгляд на друге. «Интересно…» У него уже были подозрения, что такого рода лечение ему бы очень подошло. — Оставь свои фантазии при себе, Малфой, — фыркнул Тео, закатывая рукав. На его предплечье красовалась чётко выведенная руна льда. Она слегка мерцала в мраке подземелий. Драко скептически покосился на это художество. — Вы там без меня продолжаете уроки рисования? — он искренне не понимал, что такого в этом грандиозном подарке. — Ага, очень смешно. — Тео закатил глаза. — Руна льда неплохо охлаждает мой разум. Теперь я хотя бы могу просыпаться без желания сжечь школу. Я не понял, как я сам до этого не догадался. Драко сладко зевнул. — Тео, вспомни себя недели три назад и ответь на свой вопрос, — устало прокомментировал он. Тот на секунду завис, нахмурился. Похоже, до него начало доходить, что бессонные ночи, навязчивый шёпот в голове и маниакальное желание устроить пироманьячное шоу действительно мешают размышлять о вариантах исцеления. Драко усмехнулся и покачал головой. — Я рад, что ты наконец похож на человека. Но удивлён, что ты искренне рад такому подарку. Обычно ты ценишь что-то… более осязаемое. — А ничего и не поменялось, — отмахнулся Тео. — Просто что ещё можно ждать от Лавгуд? Найденный у озера камешек? Он провёл пальцем по руне и добавил: — Зато этот подарок однозначно оказался полезен. Драко внимательно посмотрел на него, возражать не стал. Он всё ещё не привык к новому, не сломанному Тео, но признавал: зрелище было приятное. После сытного завтрака и чашки кофе с молоком и тремя ложками сахара Драко, всё ещё слегка недовольный ранним подъёмом в воскресенье, направился в Выручай-комнату. Открывшись, комната встретила его знакомым интерьером. Только один элемент выбивался из привычного: Лавгуд сидела прямо на полу, окружённая разбросанными перьями. Драко застыл на пороге, с недоумением оглядев картину. — Лавгуд, что ты делаешь?.. — спросил он, будучи неуверенным, что хочет знать ответ. Она подняла на него свой привычно отстранённый, мечтательный взгляд. — Сломанные перья — это символы разбитых надежд, Драко. Что, если их собрать? Может, они сложатся в крылья? Драко моргнул. «Она меня для этого позвала?» — …Это самая странная попытка починки вещей, которую я видел, — пробормотал он. — Хочешь, я запишу тебя в Мунго? За мой счёт, разумеется. Лавгуд не обиделась. Она начала быстро сгребать перья в сумку, будто у неё вдруг появилось дело поважнее. — Нет, серьёзно. Зачем ты хранишь этот мусор? — Драко скрестил руки на груди, но вдруг заметил что-то знакомое среди перьев. Он шагнул ближе и, не дожидаясь разрешения, выдернул одно из её охапки. Прищурился. Узнал. — Погоди… Это же моё перо? Стальное оперение мягко поблёскивало в тусклом свете камина, а на кончике темнел след чернил. Драко медленно провёл пальцем по тонкой гравировке, вспоминая, как заказывал его специально под свой почерк: лёгкий изгиб, идеальный баланс, чуть удлинённое остриё. — Ты вообще в своём уме?! — вспылил он. Вспыхнули воспоминания: их редкие разговоры, неловкие попытки помочь, переписка. Тогда он этого не уловил, а сейчас всё встало на свои места. Драко раздражённо взмахнул пером перед её лицом. Но, заметив её напряжённые плечи, чуть сбавил тон: — Лавгуд. Я жду объяснений. Если я тебя так интересую, просто скажи. Не обязательно таскать мои вещи, пытаться сблизиться с моим другом или… какими-то странными способами заказывать чай, как у меня дома. Луна свела брови. Выглядела она искренне озадаченной. — Я не знала, что дома ты пьёшь тот же купаж, — спокойно ответила она. — Если хочешь, могу поделиться, чтобы он тебе холодными вечерами напоминал о… — Лавгуд, я серьёзно! — Драко вздохнул, пытаясь удержаться от раздражённого смешка. — Слишком много совпадений. Откуда у тебя это перо? Она невозмутимо ответила: — Я нашла его. — Ясное дело, что нашла, — прорычал он. — Только не говори, что случайно. Ты что, следишь за мной? А про чай тебе Нотт рассказал, да? Лавгуд посмотрела на него так, будто он только что предложил ей вступить в заговор по захвату Министерства. — Драко, ещё раз. Я не знала про чай. И с чего ты вообще взял, что я за тобой слежу? Я просто подбираю с парт сломанные перья. Он перевёл взгляд на целую охапку перьев в её руках. Но, конечно же, его взволновало только одно. Его. Драко закрыл глаза. Он опять выставил себя полным идиотом. «Хорошо, хоть в этот раз не довёл её до слёз.» Тишину нарушила Лавгуд, бесстрашно продолжая свою мысль: — У тебя очень красивое перо. Я нашла его на прошлой неделе у себя на парте перед трансфигурацией. Не знала, что мы сидим на одном месте. Драко помрачнел. В школе у него раньше хватало поклонниц, и он давно выработал привычку не разбрасываться даже сломанными перьями. Он, конечно, не был против внимания, однако сама мысль, что кто-то коллекционирует его вещи, вызывала странное беспокойство. Тем временем Лавгуд протянула руку. «Я не отдам его тебе!» Но, вопреки своим мыслям, Драко молча вложил сломанное перо в её ладонь. Лавгуд, хоть и была чудаковатой, но точно не из числа его фанаток. И почему-то этот факт слегка задел. Неожиданно его накрыло желание подарить ей новое перо. Хотя он прекрасно понимал, что оно не подойдёт её закруглённому, плавному почерку. И, ко всему прочему, она была правша. «Почему я вообще задумываюсь о таких вещах?» Драко вздохнул и опустился в кресло. — Так о чём ты хотела поговорить? Лавгуд осталась сидеть на полу. Она запрокинула голову, чтобы встретиться с ним взглядом. — Мне нужна твоя помощь. Драко усмехнулся. «Начинается.» На самом деле он любил помогать другим. Но только когда видел в этом смысл. Слишком часто его семью использовали, и это научило настороженно относиться к просьбам. Вот и Лавгуд, едва оказав ему небольшую услугу, уже решила попросить что-то взамен. — Ну, и чего ты хочешь? — устало спросил он. — Денег? Он и так планировал заплатить ей за проделанную работу. Просто хотел это сделать чуть позже. — Нет, у меня есть небольшое поручение для твоего домашнего эльфа. У нас дома их нет. «Я вообще удивлён, что у тебя есть дом.» Драко прищурился. Лучше бы взяла галеонами. — И что за поручение? — Нужно из гостиной взять одну книгу и доставить её сюда, — сказала она воодушевлённо. — Ничего опасного или сложного. Это прозвучало… глупо. — Лавгуд, я не буду просто так посылать эльфов к тебе домой, а потом в Хогвартс, — с раздражением пояснял он, — только потому, что ты что-то забыла. Попроси выслать книгу совой. Или тебе, может, сову подарить? Ведьма поникла. И Драко впервые заметил, как устало она выглядит. — Мне некого просить, — едва слышно сказала она. — Папа в Азкабане, я здесь. Я бы сама аппарировала, но… я под надзором. Дальше Хогсмида мне выходить нельзя. Драко удивлённо вскинул брови. Он был настолько поглощён своими проблемами, что даже не задумывался, что кто-то не из слизеринцев мог сталкиваться с такими же ограничениями. — Твоего отца скоро выпустят, — его голос смягчился. — Он и отправит тебе посылку. Ты ведь можешь подождать? Лавгуд тихо вздохнула. — Нет, не могу. Я хочу подарить эту книгу Тео на день рождения. Драко усмехнулся, перебирая в голове, какие книги по теориям заговора хранятся у Лавгуд дома и какую именно она собирается вручить Нотту. Ради его реакции стоило отправить на задание даже парочку эльфов. «Стоп.» — Подожди-ка. Что-то не сходилось. — Ты ведь уже сделала подарок Тео, разве нет? — уточнил он. Луна наклонила голову на бок, словно это он сейчас нёс какую-то чушь. — Драко. День рождения Тео в следующую субботу. Ты не знал? «Конечно, блять, не знал. Уже который год не знаю.» Он сжал челюсти и просто глубоко вдохнул. — Я в курсе. Но он сегодня уверял, что уже получил от тебя подарок. Она вдруг просияла, а затем рассмеялась — легко, беззаботно, будто всё происходящее было просто забавной нелепостью. — Это был просто очередной эксперимент с рунами, — сказала она. — Но приятно знать, что Тео умеет радоваться даже таким мелочам. «Не умеет, Лавгуд. Ему вообще чертовски сложно угодить. Хотя, может, стоит попробовать подарить ему обычную ракушку? Вдруг, ты права, и он будет визжать от восторга?» — Хорошо, — выдохнул он. — Я согласен. Драко без лишних церемоний призвал домового эльфа. — Блинки рада приветствовать своего хозяина! Она отвесила глубокий поклон. — Тебе нужно аппарировать в дом Лавгуд и принести то, что она тебе скажет. Эльфийка кивнула и обернулась к ведьме. Лавгуд поднялась с пола, взяла Блинки за руку и повела в дальний угол комнаты. — Эй, Лавгуд, не надо только включать Грейнджер, — крикнул Драко. Разумеется, она его проигнорировала. Наклонившись, Лавгуд что-то тихо объясняла. Наверное, как обойти защиту дома. «А у них вообще есть защита? Там есть что охранять?» Блинки внимательно выслушала, кивнула и с хлопком исчезла. Лавгуд вернулась и посмотрела на Драко с любопытством: — Я не знала, что эльфы слушаются тебя. Полагала, что тебе для этого нужно связаться с мамой. Он скептически хмыкнул. — Удивлён, что произношу это, но у нас много общего, Лавгуд. Мой отец тоже в Азкабане. Я теперь глава семьи. — А твоя мама? Почему не она за главную? Драко потёр переносицу. «Почему я вообще это всё объясняю?» — Видишь ли, она из рода Блэков. Если бы я не был совершеннолетним, то она бы временно исполняла обязанности главы дома. Лавгуд кивала так, будто эта информация когда-нибудь могла ей пригодиться. К его облегчению, Блинки уже вернулась и протянула ведьме свёрток из пергамента. Лавгуд осторожно развернула его и тут же расплылась в довольной улыбке. — Спасибо, Блинки, — поблагодарила она. — Ты так ловко и аккуратно всё сделала. Кажется, будто сама магия помогала тебе! Это было очень важно для меня. Эльфийка начала жеманно кривляться. Драко закатил глаза. — Не порти моих эльфов, Лавгуд. Блинки, возвращайся в мэнор. Эльфийка поклонилась и с хлопком исчезла. Драко поднялся с кресла и протянул ладонь. — Показывай, что там придумала. Но вместо того, чтобы послушно отдать свёрток, Лавгуд ещё крепче прижала его к себе. — Нет. Это не для тебя, — возразила она. Драко накрыло раздражение. — Как раз поэтому ты и можешь мне показать. Я не расскажу Нотту. «Просто дай мне посмеяться вволю.» Лавгуд нервно заёрзала. — Лавгуд, — он повысил голос, — я выполнил твою просьбу. Я имею право знать. Она закусила губу. — Ты обещаешь не кричать на меня? «Чего?..» Терпение подходило к концу. — Да мне плевать, что ты ему подаришь, — вспылил он. — Просто покажи и всё. После секундного колебания Лавгуд неуверенно протянула свёрток. Драко развернул пергамент, сбросив его на пол… и перестал дышать. В его руках оказалась одна из редчайших книг по древним ритуалам и алхимии, которую Нотт безуспешно искал уже несколько лет. Бордовая обложка была украшена золотыми буквами: De Igne Magico: Тайны живого пламени. Он медленно поднял взгляд, который должен был говорить громче любых слов. — Где ты её взяла? Голос вышел настолько грозным, что Лавгуд даже отпрянула. — Я её не крала из твоей библиотеки, Драко! — оправдывалась она. — Я её вообще не крала! Ты обещал не кричать! Но Драко не собирался останавливаться: — В этом и проблема, Лавгуд, у меня в библиотеке такой нет! И у Нотта тоже! Неожиданно для него она расслабилась, словно всё это был пустяк. — Это ведь хорошо! — воскликнула она. — Теперь она у него будет. Драко осторожно открыл книгу… и замер. «Нет. Нет… Только не это.» Поля страниц были исписаны комментариями. В глазах поплыло. Он физически на себе ощутил всю боль от испорченного фолианта. Почерк Лавгуд. Конечно. Только она могла додуматься до такого. Взгляд скользнул по её лицу, с удивлением заострившись на том, как спокойно она сидела. — Ты хоть представляешь, сколько стоит эта книга?! — обрёл он дар речи. Драко перевёл взгляд обратно на страницу, пытаясь убедить себя в том, что он не видит в этом чего-то ужасного. — Ты просто взяла и исписала её своими… не знаю… глубокомысленными комментариями?! Лавгуд ответила лёгкой улыбкой, как будто он не держал в руках нечто священное: — А какой смысл в книге, если с ней нельзя разговаривать? — с недоумением спросила она. Драко простонал. С предельной аккуратностью закрыл книгу и передал Лавгуд. Он с такими вещами обращается как подобает, в отличие от некоторых. На самом деле многое становилось ясным. Например, почему род Малфоев имел такое важное положение в обществе, а род Лавгудов — нет. «Ладно. Не моё это дело.» И всё же… — Если найдёшь дома похожие артефакты, то сможешь купить себе неплохой особняк, — дал он совет. Лавгуд снова на него посмотрела, как на глупца, который только что сказал очередную ерунду. — Это просто книга, Драко. «Просто книга. Просто чай. Просто мой отец в Азкабане. Просто я тут тоже в заточении, как и ты. Всё просто. Один я переживаю из-за всякой херни.» Драко повернулся к двери. Он устал от этих разговоров, устал от всего. — Драко? Он остановился, не оборачиваясь. — Тео понравится? — спросила она с надеждой в голосе. — Очень, — ответил он, не в силах скрыть раздражения. И вышел из Комнаты. Драко шёл в гостиную. Всё в нем бурлило. Он даже не мог понять, что именно его так злило — Лавгуд с её пофигизмом или тот факт, что она не приложила средств и усилий к выбору подарка. «Проклятье.» Но хуже всего было то, что его собственный подарок был обречён на провал, потому что Тео безумно хотел получить эту книгу. Он упал в кресло у камина, вертя в пальцах шахматную фигуру, которая теперь прочно ассоциировалась с Лавгуд. Драко не хотел думать о ней. Не хотел вообще думать обо всём этом. Но мысли, как всегда, не спрашивают разрешения. — Ты какой-то задумчивый, Малфой, — голос Забини вырвал его из мыслей. Драко поднял взгляд. Блейз развалился на диване, листая «Пророк». Рядом, поджав ноги, сидела Паркинсон и подслушивала. — Переваривал, — отозвался Драко так, будто это объясняло всё на свете. — Переваривал что? — уточнил Забини, прищуриваясь. — Мысли? Завтрак? — Всё сразу. — Драко едва заметно дёрнул плечом. Пэнси, не моргая, смотрела на него внимательно. — С тобой в последнее время что-то не так, Драко. Ты стал… Как будто ты витаешь в облаках. — Я? — он фыркнул. — Прекрати нести чушь, Пэнси. Он уважал слизеринцев за то, что они не выносили сплетни за пределы гостиной. Но он не мог скрывать раздражения, когда от скуки они начинали выдумывать очередные небылицы. — Ага, именно так ты всегда реагируешь, когда я попадаю в точку, — Паркинсон выглядела до невозможности самодовольной, что Драко чуть не швырнул в неё фигуру. Забини ухмыльнулся и подался вперёд: — Давайте-ка поразмыслим. Вчера ты исчез днём и тебя никто не видел. Сегодня, судя по твоему выражению лица, ты снова где-то шатался. Кто-то завёл себе тайного дружка? Он подмигнул, не скрывая своей насмешки. Драко сжал шахматную фигуру в кулаке так сильно, что пальцы заболели. Он бросил на друзей взгляд, полный презрения. И даже не попытался скрыть просачивающуюся усталость. — У меня дела, — сухо ответил он. — Вооот. Вот оно. — Забини ткнул пальцем в воздух, будто раскрыл великую тайну. — Ты всегда так говоришь, когда хочешь отмазаться, но не хочешь врать. Тео это называет семейными делами. Он хотя бы вас двоих за семью считает. «Чего, блять?» Изолированные от мира слизеринцы сходили с ума в не меньшей степени, чем он сам. Но поддерживать эти сплетни он не собирался. Драко уставился на друга с таким презрением, что Блейз закашлялся. — Да плевать, с кем он встречается. — Пэнси махнула рукой. — Меня больше волнует, что ему неинтересно обсуждать насущные дела. Драко нахмурился: — Что за насущные дела? Паркинсон тут же оживилась: — Слышал, что Астория устроила истерику, потому что кто-то подменил её зелье на уроке? Оно неожиданно взорвалось. — И теперь Слагхорн устроил охоту на виновника, — добавил Забини, весело подмигнув. Повисла пауза. Драко перевёл взгляд с Блейза на Пэнси и обратно. «Чего они от меня хотят?» — И как это касается меня? — наконец спросил он. — Как? О, Драко, дорогой, ты же наш лидер, — протянула Пэнси, склонив голову. — Все думают, что ты в курсе. — Ну, во-первых, я не в курсе. А во-вторых, — Драко лениво откинулся в кресле, — если бы я устраивал диверсию, это было бы куда изящнее. Пэнси усмехнулась, а Забини прищурился: — Значит, ты и правда ни при чём? — Зачем мне вредить Гринграсс? — с непониманием спросил Драко. Друзья переглянулись. — Чтобы привлечь её внимание?.. — осторожно озвучила глупую мысль Паркинсон. — Или в твоём случае… оттолкнуть? «Мда, Пэнси…» — Я что, блять, похож на первокурсника? — оскалился он. Забини сделал вид, что записывает это в воздухе, а Паркинсон наигранно всплеснула руками. — Ты, может, и не при чём, но нам теперь надо выяснить, кто это сделал. И желательно так, чтобы Слагхорн не решил наказать весь факультет. Драко закатил глаза. «И это они называют насущные дела?» Хотя, надо признать, в Слизерине такого не происходило уже давно. — Я подумаю, — бросил он. — Вот и чудненько. — Забини кивнул. — А теперь, Малфой, будь добр, скажи честно, чьё же внимание ты на самом деле пытаешься привлечь? — Ничьё? — решил расставить Драко все точки на i. — Или в вашей парадигме мира так не бывает? Забини хитро ухмыльнулся. Пэнси подозрительно прищурилась. — Кажется, Малфой влюбился. — Она повернулась к Блейзу, улыбаясь с явным интересом. — И ты знаешь, в кого? Забини показал свой привычный оскал. Драко молча встал и направился в спальню. — Классическая стратегия ухода от ответа! — весело крикнул Забини вслед. За дверью Малфой вздохнул, провёл пальцами по лицу и хмыкнул сам себе. Шутка Блейза перешла все границы. С чего он вообще решил, что у Драко были чувства к Тео, выходящие за рамки дружбы? Стоило обсудить это с Ноттом, прежде чем кто-нибудь другой успеет это сделать. Авторские заметки: 🎧 «Second Chance» — Glamour Of The Kill I've had enough, it feels like I'm drowning It's like an anchor, that's pulling me down I must escape from this prison around me It's time to turn my life around (С меня довольно — я тону, захлёбываюсь в себе. Будто якорь тянет меня на дно. Я должен вырваться из этой тюрьмы, что вокруг, Пора перевернуть свою жизнь.) Драко уже не ищет бессмертия, величия или славы. Он просто хочет научиться жить нормально: без страха, без ненависти, без ощущения, что он «сломался». Строка «Если не выберусь сейчас, не выберусь никогда» звучит как его внутренний монолог. Он постепенно понимает, что жить ради себя — не эгоизм, а спасение. Эта песня не про бунт, а про восстановление. Не «Драко против мира», а «Драко наконец за себя». Он не отрицает боль. Он признаёт её и двигается дальше.

☾☾☾

Луна сидела за обеденным столом и без интереса тыкала вилкой в тушёные овощи. Чувство тревоги сковывало, аппетит ушёл, мысли не давали покоя. Ком в горле не проходил, а в голове крутились одни и те же фразы. «Это просто привязанность. Мы сблизились, я ему помогла. Вот и всё». И ведь действительно всё. Сегодня должна состояться заключительная встреча. Последний сеанс, где она покажет ему приём осознания огня, а потом — последний визит в сон перед его днём рождения. Это будет последний раз, когда она будет нуждаться в его присутствии так же, как он в её помощи. «Я сделала всё, что смогла. Он уже справляется сам.» Только эти мысли не успокаивали, а, наоборот, заставляли сердце сжиматься. Тео был в полном здравии. Он научился контролировать свою пироманию. Даже если он вновь захочет посоветоваться с ней, Луна знала, что это уже будет не то. Она продолжала смотреть в свою тарелку и прислушивалась к своим чувствам. Луна ощущала себя словно река, которая течёт, не зная своего пути, не понимая, к чему всё это приведёт. Она взяла чашку с чаем и, не торопясь, осмотрела её дно, на котором оставались остатки чайных листьев. Ей показалось, что там было лицо — печальное, потерянное. «Интересно, если я прошепчу ему что-нибудь доброе, оно услышит?» И тихо сказала: — Ты найдёшь свой путь. Ранее Луна была уверена, что когда её пациенты начнут восстанавливаться, она будет чувствовать радость. На деле всё было иначе. Она чувствовала себя опустошённой. Луна встала из-за стола и направилась в спальню. Хотелось чуточку отвлечься, но мысли о Тео не покидали. Она попыталась сосредоточиться на учёбе. В итоге, не выдержав, бросила учебники и решила упаковать подарок. Открыв книгу по пиромании, она нашла нужные страницы и аккуратно положила между ними самодельную закладку. На картинке акварельными красками был изображён закат над лесом. Луна зачаровала её так, чтобы от рисунка исходил лёгкий аромат дождя и хвои — запах, который напоминал бы ему о последней встрече, которая случится совсем скоро. Луна аккуратно прикрепила к книге ленту, на которой висела небольшая стеклянная баночка. Внутри находился важный ингредиент — именно тот, который понадобится Тео для алхимического опыта. Завершив подготовку, она взмахнула палочкой, и тёмно-синяя бумага аккуратно обернула подарок. Сверху Луна завязала изумрудный бант, оттенок которого напоминал свежую листву после дождя. «Или цвет его шёлковой пижамы.» Она тут же тряхнула головой, стараясь выбить из себя эту неуместную ассоциацию. «Просто цвет Слизерина.» Закончив, она взяла в руки игральную карту. Последние несколько дней Туз хранил молчание, но сегодня Луна решила, что настало время сообщить нечто важное. Она вывела своим витиеватым почерком: Перья остаются в воздухе даже после того, как птица улетает. Можно пригласить тебя на чай? На мгновение она задумалась над формулировкой, а затем спрятала карту под подушку. Подойдя к шкафу, Луна провела рукой по рядам вешалок, прежде чем выбрать длинное тёмно-синее шерстяное платье с высоким воротом. Оно было тёплым, уютным, словно могло защитить её от посторонних мыслей. Волосы она собрала в расслабленную косу, вплетя в неё тонкую золотую цепочку. Так, чтобы при движении она сверкала в закатном свете. В ушах появились серьги-полумесяцы, на пальцах — несколько тонких колец, одно из которых переливалось, меняя цвет в зависимости от освещения. Лёгким движением она накинула чёрную мантию и завязала шнуровку на любимых высоких сапогах. На встречу Луна пришла заранее. Чтобы унять беспокойство, она решила смотреть не в сторону замка, а туда, где разрастался лес. Там, среди ветвей и тумана, всегда было легче дышать. — Я смотрю, мы сегодня без Малфоя? — знакомый голос вывел её из раздумий. Луна обернулась и задержала взгляд. Тео выглядел по-новому. Лицо, прежде уставшее, теперь светилось уверенностью. Кудри были аккуратно уложены, а одежда… Тёмно-синий свитер идеально сочетался с её платьем. Чёрное пальто с тонкими, выверенными линиями выглядело элегантно. Брюки, но не такие строгие, как у Драко, и идеально начищенные кожаные ботинки дополняли образ. Луна поймала себя на мысли, что смотрит на совершенно другого Тео. Того, кого она знала, волновали совсем другие вещи. И уж точно не его внешний вид. «И так будет со всеми, кому я буду помогать?» — Луна, ты же знаешь, что думать вредно? — с улыбкой спросил он. — Особенно так сосредоточенно. Она моргнула, вынырнув из потока мыслей, и улыбнулась. — Привет, Тео, — вымолвила она. — Нам пора. Луна пошла по дорожке, ведущей в сторону леса. Слышала, как Тео идёт следом, ощущала на себе его взгляд. Тропа была влажной, воздух пропитан свежестью. Ветви ещё хранили капли дождя, и когда ветер пробегал сквозь пожелтевшую листву, они осыпались на плечи — прохладные, прозрачные, словно дыхание осени. — Только скажи честно, — нарушил он тишину. — Почему именно сегодня? Целый день дождь лил, как из ведра. Она покачала головой, чуть приподнимая подол платья, чтобы не испачкать его в грязи. — Скоро распогодится. Тео усмехнулся, но спорить не стал. — Я бы поверил, если бы ты была грозовидцем. Но ты же не предсказываешь погоду? — Конечно, нет, — улыбнулась она ему. — Я просто ведьма. Тео улыбнулся в ответ, и на мгновение между ними всё стало легко. Они остановились на небольшой поляне, окружённой густым лесом. — Ты готов? — наконец спросила она. — Знать бы ещё к чему. — Пожал он плечами. Луна боролась с волнением, но продолжала вести себя как настоящий целитель. — К последнему штриху на холсте твоего разума, — пояснила она. — После этого картина будет завершена. Тео нахмурился. — Что это значит? — с недоверием уточнил он. Луна задержала взгляд на капле, скользящей по тонкой ветке. — Только то, что ты со всем справишься. — Справлюсь, — он тихо повторил это, чуть наклоняя голову. — Но я не хочу прощаться с тобой так. Слышать это было больно. Из последних сил Луна выдавила из себя улыбку. — Мы и не прощаемся. Я в пятницу приду, чтобы вручить тебе подарок, — несмотря на лёгкость, с которой она это сказала, слова дались тяжело. Тео моргнул. Едва заметно свёл брови. — Ты ведь вручила мне его вчера? Она медленно покачала головой из стороны в сторону. — Руна не была подарком на день рождения, Тео, — сказала она на выдохе. — И это не веточка. Тео искренне засмеялся. Всё-таки он сильно поменялся за эти полтора месяца. Теперь на его улыбку хотелось отвечать тем же. Луна запрокинула голову, наблюдая за редкими грозовыми тучами, подсвеченными закатным солнцем. Небо постепенно окрашивалось в фиолетово-малиновые оттенки. Тёплый свет коснулся её лица, и она глубоко вдохнула. — Ты когда-нибудь видел огонь, который не сжигает? — спросила она. Тео удивлённо посмотрел на неё. — Ты про… закат? Луна кивнула. Он покачал головой, будто пытаясь что-то сложить в уме. — Ты всё это время учила меня осознанию огня… чтобы в конце показать тот, который ничего не разрушает? — спросил, он приподняв брови. Луна молча улыбнулась. Она перевела взгляд на горизонт. Там, за деревьями, был огонь, который горит и не сжигает. У неё ещё не было столь запоминающихся закатов. Пришлось собрать все силы, чтобы сдержать слёзы. Ей очень не хотелось, чтобы солнце так быстро садилось, но это молчаливое ожидание неизбежного и без того было настоящей пыткой. — Вот и всё, — сказала она едва слышно, когда солнце практически скрылось. Его последние лучи прорывались сквозь листву стоящих впереди деревьев. Она развернулась и поспешила обратно. — А если я не хочу, чтобы это был конец? — спросил Тео. Она остановилась и повернулась к нему, подыскивая правильные слова. — Тео… Он заглянул ей в глаза, не давая уйти от ответа: — Я просто спрашиваю. Она опустила взгляд на его руки. Они всё ещё были скрыты в карманах пальто, но Луна заметила, как сильно были напряжены плечи. Холод от влажного воздуха проникал под кожу, вызывая дрожь. Или она дрожала по другой причине. — Мы провели много времени вместе. И я тебе помогла, — проговорила она, заставляя себя звучать спокойно. — А это… просто моя привязанность. Мне нужно научиться не поддаваться ей, если я хочу помогать людям. Луна развернулась и вновь пошла в сторону замка. — Так ты это называешь? — не сдавался Тео. Она молчала. — Значит, если я… — он сделал паузу перешагивая через ветку, — … захочу увидеть тебя после. То это будет уже ни к чему? Она с трудом сглотнула. Каждое слово давалось очень тяжело. — Ты не будешь в этом нуждаться, — с горечью ответила она. «Только не убегай, Луна. Только не беги.» — А если буду? — спросил он то, что она не готова была услышать. Это просто привязанность. Привычка. Луна ускорила шаг. Тео дал ей немного времени и догнал. — Луна, — его голос прозвучал тише, — ты же понимаешь, что я уже знаю ответ? Она не повернулась в его сторону. Руки дрожали, когда она попыталась спрятать их в карманах мантии. — Тогда тебе не нужен мой. Он улыбнулся — горько, с каким-то скрытым пониманием. Быстрым шагом она дошла до замка. Тео больше не пытался её догнать. За ужином Луна так и не смогла заставить себя притронуться к еде. Она пыталась отвлечься, слушая, как однокурсники обсуждают предстоящий Хэллоуин, но каждый раз ловила себя на том, что смотрит на Тео. Как свет падает на руки, когда он держит столовые приборы. Как он пьёт чай. Как с улыбкой что-то увлечённо рассказывает Пэнси. Как не смотрит на неё. И чем дольше это длилось, тем сильнее разрасталось новое чувство — эта глухая, почти болезненная тоска. Авторские заметки: 🎧 «The Mother We Share» — CHVRCHES We've come as far As we're ever gonna get Until you realize That you should go (Мы зашли так далеко, Как только могли зайти. Пока ты не поймёшь — Что тебе пора уйти.) В песне поётся о Mother we share — и в контексте истории это, конечно, Мать-природа. Луна чувствует, что их связь с Тео подошла к завершению. Она живёт в ожидании конца, убеждая себя, что эти отношения с самого начала были неправильными.

☾☾☾

Однокурсники всю неделю не могли заткнуться — обсуждение вечеринки было чуть ли не единственной темой для разговоров. Ожидание профессора Феннер у класса древних рун затянулось, и это только усугубляло раздражение Драко. — Если бы мне пару лет назад сказали, что я закончу школу на год позже, я бы впала в истерику, — протянула Пэнси, лениво потягиваясь. Блейз, стоя у стены, скрестил руки на груди и хмыкнул: — И что же изменилось? — Представь, что ты бы уже сейчас не был студентом. — Пэнси подняла бровь. — Война закончилась, наши имена запятнаны. Чем бы мы вообще занимались? Наступила пауза. Драко сжал челюсти. Слишком уж знакомый вопрос. Слишком частый. — Определённо не работал бы, — ухмыльнулся Тео, перебрасывая яблоко в руках. — Надо ведь поддерживать репутацию безответственного богача. — Точно, — согласился Блейз. — А я бы свалил в Италию. Там умеют ценить чистую кровь. — И заодно оседлал бы какую-нибудь графиню, — фыркнула Пэнси. — Ну а ты что? — Блейз перевёл взгляд на неё. — Я? — она задумалась, накручивая тёмную прядь на палец. — Вышла бы замуж за кого-нибудь с чистой репутацией, раз уж моя семья потеряла половину связей. — Вот только теперь всё сложнее, да? — спокойно заметил Драко, впервые вступая в разговор. Пэнси бросила на него косой взгляд, но не стала возражать. — А ты? — поинтересовался Тео. Драко пожал плечами. — Не знаю. Я не успел придумать себе будущее, — он усмехнулся, но в голосе прозвучала горечь. Тишина затянулась. — Может, это и к лучшему, — наконец сказал Блейз. — Теперь у нас есть шанс сделать хоть что-то осознанно. Драко закатил глаза и отвернулся. Красивые слова. Но звучали они так, будто их позаимствовали из мотивационной брошюры для потерянных душ. Из-за угла появилась Гвендолин Феннер — молодая, чертовски красивая профессор. Изучала руны в Северной Европе, знает материал до мельчайших деталей. Иногда Драко даже наслаждался её лекциями. Но не сегодня. Сегодня в голове звучали совсем другие мотивы. Сделать что-то осознанно. Слова Забини отдавались эхом в голове. Что он вообще мог сделать? Переехать? Оставить Англию и сдаться? Он хмыкнул. Малфои не бегут. Но, Салазар его подери, вариантов было маловато. «Может, стоит спросить совета со стороны?» Желательно у человека, у которого ещё не началась аллергия на присутствие Драко. На примете была одна такая. Он достал из рукава карту, смахнул предыдущее сообщение и быстро написал: Предложение ещё в силе? Почувствовав на себе взгляд, Драко медленно повернул голову. Тео. Смотрел прямо на карту. О такой взгляд можно было порезаться. «Да, Нотт, у нас с тобой один целитель на двоих. Что ты будешь делать, когда узнаешь, сколько у неё таких как мы?» Как здорово, что Лавгуд всегда быстро отвечает. Конечно! Я всегда рада тебя видеть. Интересно, с чего это вдруг? Он ей столько всего наговорил за время их странного общения. Она либо святая, либо мазохистка. Нормальный человек давно бы перестал с ним разговаривать. После обеда под ивой. На улице шёл дождь и ему он был на руку. Их точно не увидят. А ещё предстоял разговор с Тео. Пока Драко вращал слова в голове и так и эдак, урок закончился. — Нотт, надо поговорить. Тео тут же расплылся в лживой ухмылке. — Ну, надо так надо, — отозвался он, но в голосе чувствовалась скрытая напряжённость. «Похоже, слухи уже дошли… Великолепно.» Они вышли в коридор и молча прошли до небольшой ниши, скрытой от чужих глаз. Тео сразу скрестил руки на груди, встав в позу обороны. — Я хочу, чтобы ты это услышал от меня, а не от кого-то ещё, — начал Драко, сверля его тяжёлым взглядом. Тео приподнял бровь и безрадостно усмехнулся: — Официальное признание? «Мерлин, какое официальное? Они уже и детали додумали?!» — Я не знаю, что там наплёл Забини, но я думал, ты достаточно умён, чтобы не верить в этот бред. Тео секунду смотрел на него, потом вдруг расслабился. — А, ну, конечно. Он сказал, что ты в меня влюблён и боишься признаться, да? Драко прищурился. — Ты вообще слышишь, что несёшь? Тео кивнул. — Конечно слышу, — с задорной улыбкой ответил он. — Смеюсь уже который день. Особенно когда представляю, как ты пытаешься оправдаться. Он приподнял голову и смерил Драко оценивающим взглядом. — Но знаешь, — добавил он. — меня не сильно заботят эти слухи. Драко моргнул. «Неужели он вообще ни о чём не переживает?!» — Ты не боишься, что это может кого-то… смутить? — бросил Малфой. — Если кто-то смутится от того, что мы с тобой друзья, то это исключительно их проблемы, — устало прокомментировал друг. Тео пожал плечами и добавил с задумчивой улыбкой: — Хотя, знаешь, я бы не сказал, что ты не привлекателен. Драко ощутил, как у него едва заметно дёрнулся глаз. — Мерлин всемогущий, ты же не думаешь, что я всерьёз… — Нет, — Тео наклонил голову и хитро улыбнулся, — но в этом есть своё очарование. Вдруг, ты ещё передумаешь? Жизнь иногда подбрасывает интересные варианты. Драко шумно выдохнул. Развернулся и зашагал прочь, решив, что на сегодня ему уже достаточно потрясений. Но стоило сделать пару шагов, как за спиной раздался довольный смешок. За обедом он даже слегка приободрился, увидев на подносе свой любимый пастуший пирог. Казалось бы, маленькая радость, но, учитывая последние события, Драко решил за неё уцепиться. Он даже включился в разговор с друзьями — они продолжили рассуждать, кем собираются стать после выпуска. Драко украдкой прислушивался, надеясь, что кто-то подкинет ему хоть крошку вдохновения. Не подкинули. Разочарованно смахнув уже реальные крошки с мантии, он накинул водоотталкивающие чары и вышел на улицу. Конечно же, Лавгуд уже была под деревом, восседая так, будто её никто и ничто не могло потревожить. Чары на ней тоже были. Вытянутая ладонь лениво ловила капли, но вода так и не касалась кожи — она отпружинивала, натыкаясь на невидимую преграду. Драко дёрнулся. «Это выглядит… мило?» Нет. Он не собирался находить в действиях Лавгуд ничего милого. Определённо. Хотя, может, проблема вообще не в ней, а в его собственных предрассудках? Он мысленно отмахнулся от этого вопроса и, вместо того чтобы покопаться в себе, выбрал проверенную стратегию — раздражение. — Лавгуд, что ты творишь? Она повернулась, и он наконец разглядел её лицо. Бледная, с потускневшим взглядом и этой дурацкой, вымученной улыбкой. — Каждая капля дождя — это чья-то память, — начала она с привычной задумчивостью. — Когда мы промокаем, воспоминания проникают в нас. Может, поэтому люди чувствуют себя такими грустными, когда долго идут под дождём? «А, всё в порядке. Просто Лавгуд. Когда у тебя нет нормальных проблем, всегда можно придумать себе вот такие.» — Ты, кажется, не промокла, — заметил он. — А меня и не чужие воспоминания сейчас беспокоят, — она посмотрела на него отрешённо, словно сквозь. — О чём ты хотел поговорить? «Ой, идеально. Пришёл за мудрым советом к целителю, который сам уже при смерти.» Драко недовольно передёрнул плечами и поправил мантию, будто складки на ткани были ответственны за его настроение. Он сел рядом с Лавгуд, не спрашивая разрешения. Но всё же ухмыльнулся: — Не возражаешь? — Возражать — это довольно бесполезное занятие, если честно. Мир обычно не меняется, даже если ему возражать, — ответила Лавгуд, снова подставляя ладонь под дождь. Драко тихо хмыкнул. — Ты же понимаешь, что твоя теория про дождь — полная чушь? — А ты можешь доказать обратное? — с удивлением спросила она. — Нет, — философски ответил он, — но это не делает её правдой. Она вздохнула. — Не делает, — Лавгуд кивнула, будто сама эта мысль её вполне устраивала. — Но иногда, если не знаешь, что делать, проще придумать себе что-то, во что можно верить. Драко закатил глаза, но почему-то не нашёл в себе желания язвить. Вместо этого он задумался. — А если ничего не придумывается? Лавгуд медленно повернула голову, изучая его лицо так, будто искала в нём тени ответов. — Тогда можно просто подождать, пока кто-то поделится своей идеей, — тихо сказала она. — Или подождать дождя. Драко посмотрел вдаль. Из-за пасмурной погоды даже леса не было видно. — Великолепно, — проворчал он. — Буду сидеть и ждать вдохновения с неба. — Это неплохая стратегия. — Она улыбнулась, но как-то грустно. — Иногда ветер приносит хорошие идеи. Драко фыркнул, но всё равно поймал себя на том, что смотрит, как её длинные волосы чуть шевелятся под лёгким дуновением ветра. — Ветер приносит только сквозняки. Молчание повисло между ними. Не из неловких, а из тех, в которых даже дышится по-другому. — Ты боишься, — вдруг сказала Лавгуд, глядя в сторону озера. Он повернул голову в её сторону. — И чего же? Она скосила на него внимательный взгляд. — Выпуска, — тихо сказала ведьма. Драко сжал пальцы в кулак. — Глупости, — обронил он. Только он ещё не привык, что Лавгуд была не из тех, кого можно обмануть или запугать. — Но ты сидишь здесь и жалуешься на отсутствие вдохновения, — возразила она. — Я не жалуюсь, — отрезал он. — Нет, конечно, — тут же исправилась она. — Просто написал сообщение, затем оказался рядом, завёл разговор о том, как сложно придумать, во что верить. И теперь отрицаешь всё, что говоришь. Драко покосился на неё: — Знаешь, Лавгуд, ты могла бы сделать карьеру в области раздражения людей. Лавгуд снова улыбнулась, но не отступила. — Ты не хочешь сидеть в своём поместье. Но не знаешь, чем хочешь заняться. Так? Драко сжал челюсти до скрипа. — Может, тебе всё-таки в прорицатели пойти? — съязвил он. Она запрокинула голову и посмотрела в небо. — А ты думал, что я не замечу? — тихо спросила она. — Страх не обязательно плох. Иногда он помогает понять, чего именно ты не хочешь. — Отлично, я понял, — вспылил Драко. — Не хочу быть затворником. Спасибо, Лавгуд, я так многому научился. Он уже собирался возвращаться в замок. Толку от этого разговора было мало. — А что если попробовать наоборот? — неожиданно сказала она. Драко завис. — Что наоборот? Она говорила, не отрывая взгляда от воды. «Или она смотрела на что-то сквозь воду?..» Драко передёрнуло от этой мысли. — Представить, что у тебя нет ни прошлого, ни имени. Нет истории. Есть только ты и день, в котором ты живёшь. Что бы ты делал? Он открыл было рот. Но понял, что ему нечего сказать. Идея была непривычной. — Никаких ожиданий, — продолжила Лавгуд, чуть прищурившись. — Никаких семейных традиций. Никаких обязанностей. Ты просто просыпаешься. И что дальше? Драко мрачно уставился в пустоту. — Это какой-то странный целительский трюк? — недоверчиво спросил он. — Это просто ещё одна теория. Но ты же не можешь доказать, что она не сработает? Он тяжело выдохнул. — Я подумаю. Лавгуд улыбнулась. — Это хороший первый шаг. Она снова подставила руку под дождь, и на этот раз Драко тоже смотрел, как капли прыгают на её коже, не оставляя следа. — Как у тебя продвигается с Ноттом? — нарушил он тишину. — Он выглядит так, будто наконец-то держит себя в руках. Лавгуд не сразу ответила. — Мы закончили, — сухо ответила она. — Ему больше не нужна моя помощь. Драко усмехнулся, но ведьма на него и не посмотрела. — А Тео в курсе? — Конечно. Я ему всё сказала, — кивнула она. Выражение её лица было нечитаемым. Драко вскинул брови. — И он так просто тебя отпустил? Она наконец повернулась к нему, нахмурив брови. — Что ты имеешь в виду? «Только то, что Нотт сам решает, когда ему надоедают его игрушки.» — То, что Нотт не любит, когда кто-то за него ставит точку, — ответил Драко с подчеркнутой небрежностью, как если бы говорил о чем-то незначительном. Лавгуд не отвела взгляда, но в её глазах не мелькнуло ни удивления, ни тревоги. — Мне ему больше нечего дать, — ответила она спокойно. «И это тоже решать не тебе.» — Иногда нужно просто подождать, — добавила она. Драко хмыкнул. — Иногда ветер приносит хорошие идеи, да? — Она улыбнулась, но уже без прежней отрешённости. — Иногда. Иногда — предупреждения. Он не стал уточнять, поняла ли она его намёк. Просто поднялся, встряхнул невидимые капли с мантии и, не прощаясь, зашагал обратно в замок. Авторские заметки: 🎧 «Mayday» — Three Days Grace Вся песня про коллективную травму и одиночное молчание. Это гимн внутреннего выгорания, где герои живут на автопилоте — ходят, дышат, даже шутят, но внутри давно мертвы. Слизеринцы пережили войну, но не знают, что делать дальше. Всё кажется бессмысленным, но они держатся из упрямства — «we’ll never say mayday», то есть мы не попросим помощи, даже когда тонем. «We walk like dead people who haven’t died yet» («Мы идём, как мертвецы, которые ещё не умерли»). Это прямо про то, как Драко выглядит после войны: жив, но выжженный. Он двигается, учится, разговаривает, но всё это механически. Он не чувствует настоящей жизни — просто существует. «We ride like passengers without a pilot» («Мы мчимся, как пассажиры без пилота»). Прекрасная метафора для его состояния: он больше не управляет своей жизнью. Раньше всё решали за него — семья, война, обстоятельства. Теперь всё вроде свободно, но он не знает, куда идти. «It’s hard to keep fighting when you’re barely surviving» («Трудно продолжать бороться, когда ты едва выживаешь») — о его усталости и притворстве, когда он делает вид, что всё под контролем. На деле... он просто выживает. «We’ll never say mayday» («Мы никогда не подадим сигнал SOS»). Пусть лучше все думают, что он высокомерный и холодный, чем увидят, насколько он на самом деле надломлен.

☾☾☾

Кто бы знал, как сложно окажется игнорировать её эти два с половиной дня. Тео это бесило. Только в отличие от Лавгуд, он хотя бы не отрицал очевидного. Он разбирал ощущения, примерял на себя новые мысли, пытался анализировать то, что не поддавалось логике. Появились ли его чувства из-за того, что руна льда остужала его одержимость огнём? Или это не связанные явления? «Вот уж не хватало списывать это на магию. Не настолько я жалок.» По логике руна должна была замораживать всё — гасить любые эмоции, притуплять желания. Но стоило ему на миг расслабиться, и мысли о Луне вспыхивали вновь. «Выходит, она сильнее магии? Превосходно. Осталось разобраться, сильнее ли она меня.» Мысль была тревожной, однако Тео не боялся правды. Он хотел бы даже проверить эту теорию, только не ценой потери контроля. Он знал, на что способен. Вернее… не знал. А незнание пугало его куда больше, чем огонь. Он планировал почитать перед сном, но взгляд скользил по страницам, не улавливая смысла. В последнее время он плохо концентрировался. «Хватит читать, просто сожги её.» Голос был уже не столько приказом, сколько ленивым предложением. Как будто они оба знали, что он этого не сделает. Как будто голосу это было не столь важно. Тео почти ничего не поджигал, но перестать смотреть на огонь он не мог. Впрочем, это была наименьшая из бед. Пришла пора погружаться в кошмар. Спать не хотелось, но Тео поймал себя на мысли, что теперь процесс засыпания стал больше похож на погружение в медитацию. Ему стоило закрыть глаза и расслабиться, как его сразу затягивало в домик на дереве. Мир сна был привычным. Всё находилось на своих местах. Всё, кроме одного элемента. Невысокая, с длинными ресницами и роскошными волосами, в которые так и хотелось запустить руку. «Перестань.» Но он чувствовал явное предвкушение. Луна Лавгуд была не как все девушки. Она была немного дикой. Это было непривычно. Интригующе. Приятно. И, что самое главное, он прекрасно знал, кто из этой игры выйдет победителем. Воздух дрогнул. Он почувствовал её приближение и напрягся, как перед боем. Луна появилась в портале, и Тео едва не фыркнул. Она явно пыталась выглядеть наименее привлекательно. Он скользнул взглядом по шёлковому комбинезону, закрытому, как монашеский наряд. И зацепился за взлохмаченные волосы, будто она только что встала с постели. «Какая трогательная попытка. Действительно думаешь, что растрёпанные кудри — это барьер, а не приглашение?» Украшений не было. Только тот самый браслет, что он вернул ей. «Интересно, а она его снимала?» Его взгляд зацепился за свёрток в её руке. И сердце дрогнуло. «Это подарок?» Как много вопросов сразу. Но нужно вести себя непринуждённо. — Добрый вечер, Луна! — беззаботно поприветствовал он. — Проходи, чувствуй себя как дома. Я бы предложил угощение, но… сама понимаешь. Во сне мы на строгой диете. Он указал ладонью на диван. — Здравствуй, Тео. Я ненадолго, — она махнула перед лицом свёртком. Он скривился. — Только не говори, что ты собиралась вручить его сегодня, — выразил он своё недовольство. — Лавгуд, мой день рождения завтра. Я не приму подарок ни минутой раньше полуночи. «А до полуночи у нас есть ещё два часа.» Она кивнула, признавая его правоту, и пошла к дивану. Тео тут же оживился и сел в кресло. — Я приношу извинения за то, что раньше был не слишком гостеприимным, — продолжал он. — Всегда, когда ты приходила, у нас не было времени на беседы. Но раз уж это наша последняя встреча, не составишь мне компанию до полуночи? Луна кивнула, будто услышала именно то, что хотела. — Как твоё самочувствие? — спросила она. — Насколько помогает руна? Тео расслабленно закинул руку на спинку кресла. — Помогает. Я обновляю её каждый день. И знаешь, это удивительное чувство — просыпаться с ясной головой и не хотеть всё сжечь дотла. Он небрежно махнул рукой, будто шутил. — А голос в голове? — Луна оживилась. «Какая трогательная забота. Если бы я не знал, что ты ненавидишь себя за привязанность, мог бы подумать, что ты в меня уже влюблена.» — Она стала спокойнее. Почти не злится, когда я её игнорирую. Иногда бормочет что-то забавное, вроде того, что самовозгорающиеся факелы — жалкое зрелище. В остальном… тишина. — Тео закинул руки за голову. — В общем, мне не на что жаловаться. Но потом он опомнился. Резко сел прямо, сцепил пальцы перед собой и задумчиво посмотрел вниз. — Разве что кроме одного, — добавил он страдальческим тоном. Луна, ожидаемо, наклонилась в его сторону с обеспокоенным лицом. — Я так и не отходил от дерева дальше, чем на пару шагов, — признался он. — Я не знаю, что там. Я не знаю, где монстр. И, если честно, стараюсь не смотреть в окна. Всё это было чистейшей правдой. Тео в принципе не любил лгать. — Ты хотел бы проверить? — осторожно уточнила она. Он с ужасом посмотрел на неё. — Нет. Ни малейшего желания, — сказал он честно. — Я не хочу потерять контроль и превратить свою вечеринку в кремацию. Луна не понимала, к чему он клонит. Поэтому Тео продолжил: — Но если на следующей неделе ты составишь мне компанию… Я бы рискнул. Она нахмурила брови. — Ну, знаешь, — торопливо пояснял Тео. — Если мне вдруг понадобится помощь. Я не прошу оставаться на ночь, просто пройдёшься со мной до берега. Со стороны проконтролируешь. Луна задумалась, прижав палец к губам. «Она согласится. Конечно, согласится. Вопрос не в том, могу ли я её удержать. Вопрос в том, хочу ли я её отпускать.» — Думаю, это было бы разумно, — сказала она, обдумав. — Прости, что раньше не предложила. «Какая забота. Я прямо тронут.» Тео скромно улыбнулся. Всё шло именно так, как он хотел. — Не прощу, — спокойно сказал он. Глаза Луны округлились. Она явно не ожидала такой реакции. — Луна, ну это же безответственно, — отчитывал её, как ребёнка. — Я понимаю, что у тебя нет опыта целительства, но ты бы хоть записывала такие вещи! Она пристыжено опустила глаза. «Нет, нет! Смотри на меня, а не в пол!» Тео наклонил голову набок, внимательно разглядывая её. Затем вдруг широко улыбнулся — чуть насмешливо, чуть вызывающе. — Но я готов тебя простить… если ты ответишь на пару вопросов. Когда она подняла взгляд, её глаза казались ещё больше и полны замешательства. — Что самое странное ты когда-либо делала? — невозмутимо спросил он. Луна чуть закивала, обдумывая. — В смысле? — уточнила она. — Странное для кого? Он пожал плечами. — Для всех. Для меня, например. Она поджала губы, потом вдруг просияла: — О, однажды я провела ночь в лесу, слушая, как разговаривают деревья. Тео моргнул. А что он вообще ожидал услышать? — Разговаривают? — растерянно переспросил он. — Да. Просто ты недостаточно прислушивался. Тео хмыкнул. — А вдруг это был кто-то другой, а не деревья? — попытался он добавить каплю тревоги. — Может быть, — задумчиво протянула Луна. — Но мне нравится думать, что это были они. Тео посмотрел в потолок и кивнул. — Зачтём. Второй вопрос: если бы ты могла изменить одно событие в своей жизни, что бы это было? Луна замолчала, глядя в пространство. — Мне кажется, если что-то изменить, получится совсем другая история, — тихо сказала она. — А я хочу знать, чем закончится эта. Тео смотрел на неё дольше, чем следовало. Он часто любит мечтать на тему «а что было бы если». И будь такая возможность, он бы в своей жизни поменял… примерно всё. — Даже если она закончится плохо? — уточнил он. Она уставилась на него в ответ. — А как ты поймёшь, что плохо — это плохо? Он усмехнулся. — Всё-таки странная ты, Лавгуд. Но я обещал, что прощу тебя, и я прощаю. Луна лучезарно улыбнулась. — Могу я узнать, — начала она осторожно. Тео откинулся назад и жестом пригласил продолжить. Он был готов ответить буквально на любой вопрос. — Чем ты занимался во время… войны? Ой. Вот это было неприятно. Почти так же неприятно, как давка в коридорах Хогвартса в сентябре, когда каждый смотрел на него с вопросом, который никто не решался задать. А Лавгуд задала. — Не участвовал, — отрезал он, смахнув невидимую пылинку с рукава своей пижамы. — Да, я заметила, — спокойно ответила Луна. — Но я и не пыталась тебя в этом обвинить. Просто хотела узнать, где ты был, что делал. Прости, если вопрос неуместный. Прости. Это волшебное слово. Она смотрела так, будто только что разбила его сердце. Тео склонил голову, разглядывая её. — Не прощу, пока не ответишь на штрафной вопрос, — продолжил он свою игру. — Расскажи что-нибудь, что меня действительно удивит. Луна задумалась, уставившись в пустоту. Потом перевела на него взгляд. — Можно сказать, что я знакома с твоим папой. Тео едва не подавился воздухом. Он ожидал чего угодно, но только не этого. — Прости, что? — выдавил он. Луна спокойно кивнула. — Когда я была на четвёртом курсе, мы проникли в Отдел тайн. И во время битвы он ранил меня. А я — его, — она запнулась. — Если это, конечно, можно назвать знакомством… У Тео зазвенело в ушах. «Нет. Нет. Так не должно быть. Чёрт возьми.» Он лихорадочно пытался справиться с потоком эмоций. Руки похолодели. В глазах поплыло. Дыхание сбилось. Он намеренно держался подальше от темы войны. А теперь выяснилось, что отец не просто был в первых рядах, но ещё и напал на его… Тео стиснул зубы. «Не додумывай.» Сердце билось так громко, что казалось, его было слышно с улицы. Лавгуд что-то ещё говорила, но он её резко прервал: — Ты хотела узнать, где я был? Жил среди маглов. Даже подумывал с концами покинуть волшебный мир, потому что в случае победы змеелицего мне бы там не было места. Да и в случае победы Поттера — тоже. Луна склонила голову. — Но ты здесь. — Нотт здесь, да, — сухо бросил он. — Потому что меня объявили в розыск, как сына Пожирателя. И если бы я не явился добровольно, то за мою голову объявили бы награду. Дождусь окончания школы, а дальше… ещё не решил. Он скрестил руки на груди, бросив на неё острый взгляд. Неопытная Лавгуд сумела испортить даже такой изысканный флирт. — И что ты делал в мире маглов? — нарушила она тишину. Тео тяжело выдохнул, чувствуя, как раздражение постепенно утихает. — Поселился в отеле. Сказал, что мне нужен лучший номер, и, представляешь, мне дали тот, где обычно останавливаются президенты. Ну, главы стран. Лавгуд кивнула. — Но ты же не президент! — Я в курсе! — Он вскинул руки, словно это и его самого сбивало с толку. — Может, выглядел соответствующе, я не знаю. В общем, я жил в президентском номере в центре Лондона, и, честно сказать, это был лучший период в моей жизни. Глаза Луны засияли — и, к счастью, теперь по приятной причине. — Я жил свою лучшую жизнь, — Тео говорил взахлёб, вспоминая сказочный мир маглов. — Театр, мюзиклы, опера… даже на рок-концерты ходил! Днём — музеи, библиотеки, книжные магазины. У них столько всего! Магазины на любой вкус, рестораны с любыми блюдами, развлечения на каждом шагу, толпы людей… И в этом хаосе я впервые почувствовал себя по-настоящему свободным. Она слушала с открытым ртом. — Но разве тебе не было одиноко? Тео чуть пожал плечами. — Сначала я наслаждался уединением и новым, дивным миром. А когда у меня появилась девушка, то вообще забыл про это слово. Луна посмотрела так, как если бы он только что признался в преступлении. — Ты встречался с маглой?.. «А я думал, ты свободна от предрассудков.» — Я же не Малфой, не смотри на меня так, — вымолвил он. Она прищурилась, но промолчала. А Тео, почувствовав момент, продолжил: — Мы познакомились в Британском музее. Я рассматривал статую Гермеса Бельведерского. И в этот момент подошла ко мне она и начала рассказывать, что, оказывается, это не Гермес, а Меркурий, римская копия древнегреческой статуи. И вообще, у римлян своих идей почти не было, они только копировали греков. — О, она была историком? — заинтересованно спросила Луна. Тео был рад поделиться впечатлениями о магловском мире. Ему было не с кем их обсудить, кроме Малфоя, который быстро уставал от его рассказов. — Ага, и с очень категоричными взглядами, — охотно делился он. — Я стою, молча слушаю, а она вещает, будто ведёт лекцию. В какой-то момент я не выдержал и сказал: «А вы уверены, что греки сами это придумали? Может, у кого-то заимствовали?». — Хороший вопрос, — кивнула Луна. Он всплеснул руками. — А она вспыхнула! Смотрит на меня так, будто я оскорбил всю мировую культуру, — его голос звенел. — Говорит: «Вы что, историк?». Я, естественно, не могу сказать, что просто помню греческую эпоху из уроков по истории магии, поэтому отвечаю: «Нет, но я обожаю древности». — Изящно, — обронила Луна, затаив дыхание. Тео кивнул. — Спасибо, я старался. В общем, она прищуривается и спрашивает: «А вы в каком университете учитесь?». Тут-то я и понял, что попал. Говорю: «В закрытой частной школе». Она кивает с умным видом и произносит: «О, в Итоне?». — И что ты сказал? — с придыханием спросила она. Тео усмехнулся. — А что мне оставалось? Сказал: «Ну, да. В Итоне!». Она прыснула от смеха. — И вот представь, через пять минут мы уже сидели в кафе при музее, обсуждали историческую реконструкцию. А через неделю я водил её на оперу, делая вид, что у меня богатое наследство и страсть к искусству, — он театрально взмахнул кистью руки. — Ну, насчёт страсти к искусству ты не соврал. Тео завис и уставился на Лавгуд. «Она умеет шутить?» — Конечно, — Закатил он глаза. — Но знаешь, в какой момент я чуть не провалился? Луна придвинулась к краю дивана. — Когда она предложила познакомить меня со своим отцом, потому что он тоже окончил Итон. Луна ахнула, прикрыв рот руками. — Вот именно. Я подумал: «Ну всё, Тео, твой час пробил». Но, к счастью, её отец оказался снобом, который терпеть не мог младшее поколение, так что он сам отменил встречу. — Ты просто невероятный, — покачала головой Луна, всё ещё посмеиваясь. — И что было дальше? — О, всё шло прекрасно, пока я не забыл спрятать палочку и не использовал заклинание, чтобы отыскать её потерявшееся кольцо, — без былого энтузиазма сказал он. Луна поджала под себя ноги. — Нет… — Да… — выдохнул он. — Она сказала, что я — волшебник. Я, конечно, сделал вид, что это метафора, но она почему-то не поверила. После этого я поспешно ретировался. Луна покачала головой, улыбаясь. — Зато ты прожил настоящую магловскую романтическую историю. Тео провёл рукой по волосам. — Да уж, с элементами триллера! Она тихо рассмеялась, и Тео вдруг понял, как уютно стало здесь и сейчас. Вечер растянулся, разговор перетёк из одной темы в другую, и теперь казалось, будто они знакомы целую вечность. — Мы здесь уже довольно долго, да? — заметила Луна, оглядываясь. Тео прищурился, будто мог высчитать время по теням в углу. — Думаю, сейчас… полночь, — сказал он. Луна чуть игриво наклонила голову. — Ты так уверен? — Ну, раз часы нам не подсказывают, кто-то должен взять на себя ответственность. — Он сделал паузу, потом наклонился ближе. — А ещё, полночь — идеальное время для сюрпризов. Луна посмотрела на него с лёгким прищуром. — Ты просто хочешь поторопить меня с подарком. — Разумеется, — без стеснения признался он. — Давай, Лавгуд, порадуй меня. Луна поднялась с дивана и пошла к столу, где оставила свёрток. Тео уже собирался проводить её уставшим взглядом, но стоило ей отвернуться, как он увидел то, чего не ожидал. Закрытое одеяние Лавгуд. Столь скромное спереди, оказалось возмутительно открытым сзади. От шеи и до поясницы — одна сплошная полоска бледной, почти светящейся в полумраке кожи. В висках забилось. Внутри всё сжалось. Затем стремительно покатилось вниз, вызывая дурное, неподобающее тепло. Он не мог заставить себя отвести взгляд. «Разве можно так выходить к людям?!» Тео не знал, кого ему сейчас хочется убить больше — Луну за её наивную провокацию или себя за то, что, как идиот, уставился ей в спину. «Она вообще осознала, что она сделала?» Он наклонился вперёд. Пробежался пальцами по затылку, пытаясь сбросить жар. Не помогло. Где-то в глубине сознания самодовольно раздался голос Малфоя: «А ты говорил, она тебя не интересует…» Луна обернулась. — Всё хорошо? Тео мигом вернул на лицо невозмутимость. — Прекрасно, — отозвался он, хотя в горле пересохло. Она подошла ближе, протягивая свёрток. — Это тебе. Не рискуя подниматься с кресла, он потянулся за подарком. Упаковка приятно зашуршала под пальцами. Его сердце глухо ударяло в рёбра. «Если это книга о силе дружбы, боюсь, я закричу.» Тео нетерпеливо разорвал упаковку. И замер. Знакомые латинские буквы, исполненные тяжёлым золотым тиснением, впились в глаза. Время будто замедлилось. De Igne Magico: Тайны живого пламени. Воздуха стало катастрофически мало. «Откуда у неё такие деньги?!» — Лавгуд… — выдохнул он, переворачивая книгу в руках. Фолиант старый, добротный. Из тех, что пахнут древностью. Он поискал глазами издательство, но взгляд скользнул ниже, где на лентах переплёта крепилась маленькая баночка с чем-то тёмным внутри. От содержимого шла успокаивающая нервы энергия. «Неужели?..» — Это… — Он поднёс ближе, недоверчиво всматриваясь. — Ты сама в курсе, что это? Луна чуть склонила голову. — Конечно. Пепел звёздного дракона. Тео уставился на неё ошарашенно. — Луна, ты связалась с гоблинской мафией? — строго спросил он. — Нет, — она ответила абсолютно серьёзно. — Продала старому богатому аристократу свою девственность?! «Надеюсь, что первое.» — Нет! — возмущённо воскликнула она. Тео недоверчиво покачал головой. Но ему немного полегчало. Он глубоко вдохнул и открыл фолиант. Бумага приятно похрустывала, страницы оказались слегка пожелтевшими. Однако внимание привлекло не это. На полях — десятки заметок. Витиеватый, округлый почерк. Тео прищурился. — Чьи это записи? — Мои, — с опаской ответила Луна. Он медленно перевёл взгляд на неё. «Я впервые вижу её почерк.» Тео ощутил странное покалывание в груди. За два месяца знакомства он видел её в отчаянных ситуациях. В слезах, в приступах смеха, в самых необычных настроениях. Но ни разу не видел её почерк. Не то чтобы это имело большое значение. Задевало только то, что Малфой с ней вёл переписки, а Тео — нет. Он вернулся к книге. — Ты исправила формулу на двадцать восьмой странице? Она пожала плечами. — Там была ошибка. Затем он заметил закладку с рисунком заката и открыл книгу в этом месте. — Ты… изменила ритуал высвобождения огня? Луна села на пол рядом с креслом. — Он был слишком сложным, поэтому я его упростила в соответствии с новыми законами арифмантики, — мягко сказала она. — Для него тебе пригодится этот пепел. Остальные ингредиенты найти не так сложно. Тео покачал головой. Он был в своём уме и не собирался использовать пепел звёздного дракона от неизвестного источника. Но эта книга… — Мне не стоит спрашивать, где ты всё это достала? — Спросить ты, конечно, можешь. Но разве тайна не делает всё чуточку интереснее? — она загадочно улыбнулась. «Конечно. Используй пепел — и узнаешь!» Но сарказм застрял в горле. — Пожалуйста, скажи, что ты это не украла, — пробормотал он едва слышно. Тео снова опустил взгляд на книгу. В крови всё ещё бушевал адреналин. Он мечтал о ней. Искал. Годами. А теперь она была у него в руках. «Лучшая ночь в жизни.» И вдруг — тихий щелчок. Как замок, что долгие годы оставался неприступным. Но поддался в ловких руках. Тео находил Лавгуд интересной, забавной, порой даже чересчур эксцентричной, но теперь… Теперь что-то изменилось. Всё, что раньше было просто симпатией, лёгким азартом, внезапно обрело вес. Стало чем-то большим. Луна не просто удивила его — она увидела его. Подобрала ключ с пугающей точностью, даже не осознавая, что делает. И, кажется, Тео уже не мог оставаться прежним. Он осторожно захлопнул книгу. Глубоко вдохнул, пытаясь прийти в себя. Но стоило ему поднять глаза на Луну — улыбчивую, чуть склонённую вперёд, явно предвкушающую его реакцию — как мысли сделали резкий поворот не туда. — Ладно. Можешь идти, — он постарался, чтобы голос прозвучал ровно, отстранённо. Она замерла на мгновение. В глазах мелькнула неуверенность? разочарование? Лавгуд старалась скрыть эмоции, но он всё равно заметил. «То, что нужно.» Отложив книгу, Тео поднялся с кресла и протянул руку. — Позволь, я тебя провожу в этот раз. Луна не сразу поддалась. Будто решала что-то про себя. В конце концов кивнула, и её пальцы коснулись его ладони. Тео сжал их — уверенно, но без лишнего. Без намёков. Но стоило им подойти к порталу, как он внезапно дёрнул её, разворачивая к себе. Луна не успела среагировать. Потеряла равновесие и инстинктивно ухватилась за него, упираясь ладонями в грудь. Тео не собирался её ронять. Удержал её за талию. Пальцы скользнули по мягкой ткани. Луна растерянно смотрела снизу вверх широко распахнутыми глазами. — Ой, как неловко… Кажется, я ошибся направлением, — его голос был низким, чуть приглушённым, и он проговаривал слова нарочито медленно. Зрачки Луны дрогнули и чуть расширились. На фоне светлых глаз это было заметно настолько, что хотелось отвернуться. «Она вообще дышит?» Пальцы скользнули выше, по её спине. Чувствовали тепло её кожи, покрытую мурашками. А потом — волосы. То, что он хотел сделать так давно. Тео медленно провёл пальцами вверх, зарываясь в их мягкость. И вдруг понял, что сам не дышит. Слишком близко. Он склонился чуть ниже, ощущая тёплый цветочный аромат, до боли узнаваемый. Его дыхание скользнуло по её виску, по коже за ухом, когда он прошептал: — Спасибо за подарок, Луна. Он ощутил, как напряглось её тело, как чуть дрогнули пальцы, всё ещё сжимающие ткань его рубашки. Рефлекс. Не ответ. То, что было нужно. «Если бы ты могла видеть себя сейчас… Какая же ты красивая, когда не дышишь.» Он задержался, просто чтобы увидеть, как эмоции борются на её лице. Затем плавно отстранился, продолжая смотреть ей в глаза. «Спокойно, Нотт. Без ошибок.» — Сладких тебе снов. «А теперь попробуй уснуть.» Луна сделала шаг назад. Её губы были чуть приоткрыты, будто она хотела что-то сказать… но передумала. А затем исчезла в тёмной дымке. Тео проводил её взглядом. Только когда воздух стал снова холодным, он позволил себе выдохнуть. «Это было легко. Она ведь уже моя… Осталось только заставить её это осознать.» Он направился в спальню, мельком глянув на подарок. Когда лёг, понял, что спать уже не сможет. «Скоро, Лавгуд. Уже совсем скоро ты забудешь, как жить без меня.» Авторские заметки: 💌На отношение Тео к миру маглов меня вдохновила любимая история «Из Уилтшира с любовью». Мне всегда нравилось наблюдать, как Драко в ней постепенно открывает для себя жизнь без магии — простую, несовершенную, но по-своему тёплую.