3 Глава. "Три капли до правды"

Дождь начался где-то между вторым и третьим глотком. Сначала это был просто шорох за тонкой стеной подсобки — будто кто-то очень осторожно перебирал пальцами по железу. Потом звук стал громче, настойчивее. Капли застучали по крыше клуба, сначала редко, потом всё чаще, пока не превратились в сплошной тяжёлый гул. Эйприл сидела, привалившись затылком к потрескавшейся стене. Виски уже разошёлся по венам мягким жаром, но не настолько, чтобы отключить голову — скорее, чтобы притупить острые края всего, что произошло за день. Нос всё ещё ныло, под глазами темнело, губа саднила, когда она проводила по ней языком. И всё-таки ей было… спокойно? Нет. Не то слово. Просто — не так больно. Дамиан стоял у маленького мутного окна, смотрел вниз, на переулок. Свет уличного фонаря падал ему на скулу и подбородок, выхватывая резкие линии. Он не курил, не говорил, просто стоял. Иногда поворачивал голову, бросал короткий взгляд на неё — проверял, не свалилась ли. – Там крыша, – вдруг сказал он, не оборачиваясь. Эйприл моргнула. – Что? – Выход на крышу. С этой стороны. – Он кивнул в сторону узкой металлической двери в углу комнаты, почти незаметной среди старых плакатов и коробок. – Хочешь воздуха? Она не ответила сразу. В голове плыло: «а вдруг это проверка», «а вдруг там кто-то ждёт», «а вдруг я сейчас просто упаду с этой чёртовой крыши, потому что ноги как ватные». Но вслух сказала только: – Да. Дамиан кивнул, будто другого ответа и не ждал. Подошёл к двери, отодвинул засов. Холодный воздух ворвался внутрь вместе с шумом ливня — мокрый, металлический, пахнущий асфальтом и озоном. Он пропустил её вперёд. Лестница была крутая, ржавая, с узкими ступенями. Эйприл поднималась, держась за перила обеими руками — боялась поскользнуться. Дамиан шёл следом, молча, но близко. Когда она споткнулась на предпоследней ступеньке, его ладонь легла ей на поясницу — коротко, сильно, удерживая. Потом убрал. Дверь наверху оказалась не заперта. Они вышли под дождь. Крыша клуба была плоская, заваленная старыми ящиками, мотками кабелей, ржавыми кондиционерами. По центру тянулась вентиляционная труба, вокруг которой скапливалась вода. Всё блестело чёрным — асфальт, металл, небо. Дождь хлестал почти горизонтально, ветер гнал его волнами. Эйприл сделала три шага вперёд и остановилась. Волосы моментально промокли, прилипли к щекам и шее. Капюшон она даже не пыталась натянуть — смысла не было. Дамиан вышел следом, закрыл дверь. Постоял секунду, потом снял куртку и накинул ей на плечи. Тяжёлая, тёплая внутри, пахнущая кожей, табаком и чем-то ещё — его собственным запахом. – Не простудись, Рыжик. Ты мне завтра нужна живая. Она не ответила. Просто стояла и смотрела, как вода стекает по его лицу, как тёмные волосы прилипают ко лбу, как капли скатываются по шее под воротник чёрной футболки. Он не пытался спрятаться от дождя. Стоял так же спокойно, как стоял бы под солнцем. – Почему крыша? – наконец спросила она. Дамиан пожал плечами. – Здесь никто не мешает. И видно всё. – Он кивнул в сторону города. – Если придут — заметим первыми. Эйприл посмотрела туда же. Огни Копенгагена расплывались в дожде — жёлтые, красные, синие пятна. Где-то далеко выла сирена, но звук тонул в шуме ливня. – Ты всегда так живёшь? – тихо спросила она. – Постоянно ждёшь, что кто-то придёт? Он долго молчал. Потом ответил — почти без интонации: – Когда перестаёшь ждать — тебя находят быстрее. Эйприл обхватила себя руками под его курткой. Ткань уже начала промокать. – А я? Я тоже… должна теперь так жить? Дамиан повернулся к ней. Дождь стекал по его ресницам, собирался в капли на кончике носа. Он смотрел долго, внимательно — будто решал, говорить правду или нет. – Ты уже так живёшь, – сказал он наконец. – Просто раньше не замечала. Эйприл почувствовала, как внутри что-то болезненно сжалось. Не от обиды. От узнавания. Она отвернулась, сделала несколько шагов к краю крыши. Там была низкая парапетная стенка — всего по колено. Дождь барабанил по ней, стекал вниз чёрными струями. Эйприл подошла вплотную, посмотрела вниз. Переулок казался очень далёким. Мокрый асфальт блестел, отражая неоновую вывеску «Голубая Лагуна». – Если я сейчас прыгну, – сказала она, почти шёпотом, – это будет считаться, что я ушла? Дамиан оказался рядом мгновенно. Не схватил, не дёрнул — просто встал вплотную за спиной. Его дыхание она почувствовала на мокрой шее. – Нет, – ответил он спокойно. – Это будет считаться, что ты сдалась. А это разные вещи. Эйприл закрыла глаза. Дождь стекал по лицу, смешиваясь со слезами, которых она не хотела показывать. – Я не знаю, как дальше, Дамиан. Он помолчал. Потом очень тихо, почти у самого уха: – Никто не знает. Просто идёшь. Шаг. Ещё шаг. А когда не можешь — стоишь. И ждёшь, пока снова сможешь. Эйприл открыла глаза. Повернула голову — медленно, чтобы встретиться с ним взглядом. Он не отводил глаз. – А если я не хочу больше шагать? – Тогда я понесу, – сказал он так просто, будто это было очевидно. Дождь усилился. Гром прокатился где-то над заливом — низкий, тяжёлый. Эйприл вдруг шагнула назад — не от него, а просто чтобы почувствовать, как его руки тут же ложатся ей на плечи, фиксируя, не давая отшатнуться слишком далеко. – Ты сумасшедший, – прошептала она. – Знаю, – ответил он. И впервые за всё время улыбнулся — не холодно, не насмешливо. Настоящей, усталой, чуть кривой улыбкой. Эйприл почувствовала, как её собственные губы дрогнули в ответ — против воли. Дождь лил и лил. А они стояли так — мокрые, замёрзшие, очень близко — и молчали. Пока она не сказала — почти неслышно, но он услышал: – Я не хочу умирать, Дамиан. Он кивнул — один раз, коротко. – Тогда не умрёшь. И притянул её к себе — не сильно, но твёрдо. Его подбородок лёг ей на макушку. Куртка, которую он накинул, теперь промокла насквозь, но всё равно была тёплой там, где касалась его тела. Они стояли под дождём ещё долго. Пока она не начала дрожать — уже не от холода, а от всего сразу. Тогда Дамиан просто развернул её и повёл обратно к двери. – Пойдём вниз. Тебе надо согреться. Эйприл не спорила. Но когда они уже спускались по ржавой лестнице, она вдруг остановилась на полпути. – Дамиан. Он обернулся. – Что? Девушка слегка смутилась от резкого вопроса парня и отвела взгляд, её зелёные глаза упёрлись в маленькую золотую серёжку с большим синим камнем. Сев на корточки она подняла маленький аксессуар и присмотревшись заметила маленькие инициалы Л.Г. Дамиан слегка приподнял бровь и спросил: – Что там? Эйприл подняла на парня взгляд и слегка приподняв руку в которой лежала маленькая серёжка. Взгляд Дамиана стал сразу холодными суровый. Он быстро схватил серьгу, будто знал чья она. Эйприл резко отпрянула и встав на ноги посмотрела в его глаза. Парень молчал смотря в никуда, а потом убрав аксессуар в карман джинс, развернулся пройдя к письменному столу на котором всё ещё стояла фляжка с недопитым виски, почти закрытый ноутбук около которого вибрировал телефон, а на экране была лишь одна надпись "Сука". Кто она? Пронеслось у Эйприл в мыслях, но они унеслись вслед за каплями дождя и холодным тоном парня. – Тебе пора. Я тебя отвезу. Эйприл даже нечего ответить не успела, Дамиан быстро схватил её за руку и потянул в сторону выхода. Мысли начали появляться когда капли дождя опять начали падать на её лицо. От холода и ледяной воды на лице девушка глянула на парня, его силуэт был в свете фонаря и шёл впереди, прямо к парковке. Его куртка всё ещё промокла я висела на ней отдавая запахом табака и одеколона, что вызывало у неё чувство комфорта не смотря на его холодное поведение и мёртвую хватку на запястье. Дойдя до чёрного мустанга, Дамиан открыл дверь переднего сидения усаживая Эйприл, когда она застегнула ремень безопасности он обошёл машину и сев за водительское сидение завёл её. Внутри сразу начала работать печка предавая несуществующего тепла. – Дамиан... Резко произнесла его имя девушка поняв взгляд на парня и спросив. – Почему ты начал так нервничать? Он ответил не сразу, сначало молча вёл машину смотря на дорогу, но когда машина остановилась на первом же светофоре, Дамиан повернулся к ней, молча смотря на неё будто обдумывая говорить или нет. Тяжело вздохнув парень всё таки заговорил. – Забудь, ты не должна была видеть эту серьгу. Он перевёл взгляд на светофоре который всё ещё горел красным. Слегка откашлявшись Дамиан приоткрыл окно и закурил сигарету. Как только их окружил зелёный свет, он нажал на газ и машина тронулась. Уже заезжая в бедный район Эйприл видела родные улицы на которых выросла и старые разрушенные дома. Когда машина подъехала к её дому, девушка не сразу вышла, а сначало обернулась на парня. Дамиан сидел молча смотря в телефон и ожидая когда та выйдет из машины, но она не вышла, а быстро протянулась к нему и поцеловала в щёку. Быстрое и лёгкое касание её губ заставило его сердце замереть, он обернулся, но девушка уже вышла из машины забегая в свой подъезд. Дамиан прикоснулся кончиками пальцев к своей щеке где пару секунд назад были её губы и неловко улыбнулся посмотрел на сидение. Улыбка пропала когда теолефон опять зазвонил, на последок парень произнёс. – Спокойной ночи, Рыжик. И отвечая на звонок поехал прочь. Эйприл забежала в подъезд переводя дух, сердце так и пыталось выпрыгнуть из груди, поднимаясь на свой этаж девушка краснела ещё больше чувствуя как щёки становятся красными от стыда. – Я… Я поцеловала его… Боже… Прошептала девушка прикоснувшись к своим губам кончиками пальцев. На мгновение она расплылась в улыбке, а в мыслях проносилось лишь одно слово: “Поцеловала” Зайдя в квартиру она прошла дальше во коридору замерев напротив зеркала. Его куртка всё ещё была на ней, волосы были растрёпанные, а на лице дурная улыбка, но она не обращала на неё внимание. Сняв кроссовки Эйприл прошла к своей комнате не снимая куртку и сев на кровать достала телефон с кармана. На нём было уже несколько пропущенных от Элизы. Девушка вздохнула и позвонила подруге по видео связи, та ответила сразу же слегка с наездом на Рыжика. – Эйприл! Ты сумасшедшая!? Тебе для чего телефон, если ты на него не отвечаешь!? – Прости Элиза, я на работе была… Ответила робко девушка, но подруга не стала дальше возмущаться увидев стыдливое лицо подруги и чужую куртку на ней. Брови Элизы взлетели вверх со своистом на который Эйприл как раз и подняла глаза на телефон где была её подруга. – Ну нечего себе, а ну расскажи кто этот счастливчик? Поняв о чём подруга Эйприл ещё больше смутилась и записала со стыда закрывая руками лицо. Элиза засмеялась утешая подругу. Элиза засмеялась ещё громче, откидываясь назад так, что её лицо на секунду исчезло из кадра. – Ооо, Эйприл, ты покраснела до ушей! Это же не просто куртка, это его куртка, да? Тот самый Дамиан, который «просто подвозит» и «ничего особенного»? Ну всё, колись давай. Что произошло? Он тебя обнял? Прижал к стенке? Поцеловал? Эйприл зажмурилась, уткнувшись лбом в подушку. – Нет… ну… почти… я сама его… в щёку… быстро… и убежала… Повисла тишина. А потом Элиза взвизгнула так, что Эйприл испуганно отодвинула телефон. – ТЫ ЕГО ПОЦЕЛОВАЛА ПЕРВАЯ?! Эйприл О’коннор, ты мой герой! Я сейчас расплачусь от гордости. И что он? Замер? Улыбнулся? Сказал что-нибудь? – Он… коснулся щеки… и улыбнулся… так неловко, но тепло… а потом я уже дверь захлопнула. Боже, Элиза, я идиотка. Он теперь подумает, что я ненормальная. – Он подумает, что ты в него втрескалась по уши, — безапелляционно заявила подруга. — И это нормально. Элиза ещё минут десять подбадривала и шутила, пока Эйприл не начала зевать. – Ладно, иди спать, героиня. Завтра увидимся в школе. И не вздумай прятаться от него весь день! – Не буду… наверное. Эйприл положила телефон на тумбочку, но куртку так и не сняла. Завернулась в неё плотнее, уткнулась носом в воротник и закрыла глаза. В голове крутилось только одно: «Он улыбнулся. Он точно улыбнулся». А на следующее утро, открыв глаза, она первым делом посмотрела на телефон. Новое сообщение от неизвестного номера. «Рыжик, ты мою куртку не потеряла?» Сердце снова подпрыгнуло. А на щеках появился лёгкий румянец. «А если потеряла, то что сделаешь?» Написала Эйприл в ответ. С едким сарказмом. Но только после отправления она задумалась. А зачем я так написала? Поняв что ответа не последует, девушка встала с кровати и посмотрела на себя в зеркало шкафа. На ней всё ещё была его куртка, на губах появилась дурная улыбка. Влюблённая улыбка. Весь день прошёл как в густом тумане. Эйприл не помнила как она вообще дошла до дома и села за уроки. Пришла она в себя только после очередного звонка подруги. Ответ не заставил себя долго ждать, подняв трубку Эйприл сразу услышала возмущённый голос Элизы. – Эйприл! Чёрт бы тебя побрал. Ты почему не отвечаешь? Я тебе сообщений двадцать отправила. Что случилось? Девушка слегка растерялась и на автомате ответила. – Прости, занята была. – Занята!? Возмутилась подруга и с возмущением спросила. – Ты чем занимаешься? Эйприл задумалась. А и вправду, чем она занимается? Думает как избежать вопросов? Или как не вспоминать то что было прошлой ночью? Эйприл замерла с телефоном у уха. Элиза ждала ответа, а в трубке слышалось только её нетерпеливое дыхание. – Ну? — подтолкнула подруга. — Ты там уснула или опять утонула в его куртке? Эйприл тихо выдохнула. Посмотрела на свои пальцы, всё ещё сжимавшие рукав чужой кожи. – Я… думаю о нём, — призналась она неожиданно даже для себя. Голос вышел хрипловатый, честный. — Всё время. Даже когда пытаюсь не думать. Повисла тишина. Редкая для Элизы. – Ого, — наконец произнесла та уже совсем другим тоном. Мягким. — Тогда это уже не просто «поцеловала в щёку и убежала», да? Эйприл слабо улыбнулась в пустоту комнаты. – Кажется, нет. Она откинулась на подушку, не выпуская куртку. Телефон лежал на груди, экран всё ещё светился их перепиской. – Элиза… а если он правда опасный? Если всё это… — она запнулась, — …кончится плохо? Подруга ответила не сразу. А когда ответила — без привычного сарказма. – Тогда ты хотя бы почувствовала, что жива. По-настоящему. А это уже не мало, Рыжик. Эйприл закрыла глаза. В комнате было тихо, только дождь всё ещё постукивал по подоконнику — уже не злой, а усталый, как будто и он решил наконец отдохнуть. – Спокойной ночи, Элиза. – Спокойной ночи, влюблённая идиотка, — ласково хмыкнула та и сбросила. Эйприл не стала выключать свет. Просто свернулась калачиком в его куртке, уткнулась носом в воротник и впервые за очень долгое время позволила себе просто лежать и дышать. Телефон коротко завибрировал. Одно сообщение. «Спокойной ночи, Рыжик. Не потеряй куртку. Она тебе идёт.» Эйприл улыбнулась — сонно, тепло, по-детски счастливо. И впервые за долгое время засыпала не от усталости, а просто потому, что ей этого захотелось. Дождь за окном затих.