11. "Для никого, только для нас"

Дождь зарядил на весь день. Все трое остались в квартире и занимались всякой полезной ерундой. Кира обследовала кухню и разбиралась в ящиках, У чинил поломанные приборы, а его железный друг пытался их развлечь разными интересными фактами. Они смеялись и шутили, вспоминая свои прошлые встречи.        — Вот скажи, зачем вы тогда с дружками грабанули целый ювелирный дом? — смеясь, спросила Кира.        — Март, две тысячи сто тринадцатого года, ограбление «Ювелирного дома Фулé», все преступники пойманы отрядом Киры Селезнёвой, — добавил Вертер.        — Вот-вот, — поддакнула она. — Неужели тебе для полного счастья не хватало своих побрякушек?        У запустил в неё изолентой. Она ловко её поймала.        — У меня не побрякушки, — надулся он. — Это очень значимые для меня талисманы.        — От пиратского сглаза или нейтрализующие черную метку? — хохотала Кира.        — Что ты вообще понимаешь в искусстве, мисс галифе? — возмущался он. — И ювелирку я грабанул, потому что чувствовал, что мы рано или поздно встретимся, а я без кольца. Я люблю быть ко всему готовым, особенно если это касается тебя. Кто ж знал, что ты материализуешься прямо в этот же вечер? Нафига вы прилетели так рано? Сама же себе испортила сюрприз!        — Какой сюрприз ты планировал мне сделать — предложение руки и секса? Да еще и ворованным кольцом, — скептически подняла брови Кира.        — Я планировал когда-нибудь застать тебя врасплох и отбить от этих самодовольных придурков, с которыми ты вечно торчала. Дальше я не загадывал, — насупился Весельчак.        — Ты думал, я куплюсь на цацки и стану пираткой?!        — Ты была бы самой сексапильной пираткой в братстве, я бы бросил к твоим ногам Вселенную, — распалялся У, а Кира, воздев глаза к небу, только качала головой. — Ну, согласись, что в тебе пропал дух авантюризма! Всё же начиналось за здравие: ты отстраивала города, исследовала планеты… С какого момента всё пошло не так, и ты увлеклась «миро»-творчеством?        Последнее слово он произнес, отметив пальцами в воздухе кавычки.        — С того момента, когда я поняла, что если не заинтересуюсь вами, то мои города будут разграблены и разрушены, — с укором посмотрела на него Кира.        — Селезнёва Кира Людвиговна является автором двадцати проектов по улучшению городской среды и градостроительству, — вещал робот.        — Нет, ну, конечно, не спорю, мы стали чаще встречаться, — Весельчак бросил на помощника быстрый взгляд. — Но Вертер прав, тебе не идёт быть агентом.        Кира запустила изоленту обратно. Он увернулся, катушка попала в кактус на подоконнике.        — Я так плоха в этой роли? — его малышка остро сверкнула глазами.        — Детка, ты прекрасна в любой роли, я всегда восхищался твоими приёмами. Но ты никогда не берегла себя, выезжала на сложные задания. Я не мог быть всегда рядом, чтобы прикрыть тебя. И очень переживал, вдруг что случиться, а я даже не узнаю.        — Селезнёва Кира за четыре года службы в ММА с блеском выполнила двенадцать значимых для Звездной Федерации операций и принимала активное участие в пяти Межгалактических миссиях, — сухо констатировал факты робот. — Она ловила банду, возглавляемую Весельчаком У, в общей сложности…        — Вертер, заткнись! — оборвал его Весельчак. — Как будто я не знаю всего этого.       Кира еле сдерживала улыбку.        — Малышка, ты всё время заставляешь меня или ревновать, или комплексовать, — сдвинув брови, сказал он. — Я не понимаю, зачем я тебе тогда?        — Разве для любви нужны причины? — спросила она, улыбаясь. У совсем немного, но повеселел. Кира щёлкнула пультом, включилась стереосистема. …Ты будешь мёртвая принцесса, А я твой верный пёс. Давай вечером с тобой встретимся, Будем опиум курить-рить-рить. Давай вечером с тобой встретимся, По-китайски говорить. Не прячь музыку, она — опиум Для никого, только для нас. Давай вечером умрём весело, Поиграем в декаданс… — Откуда у тебя эта вещь?! — округлив глаза, воскликнула она. — Это же такой антиквариат!        — Это нетленная классика, детка, — качая головой в такт музыке, сказал Весельчак. — Двадцатый век — легенда, лучшие времена.        — Пф-ф, ты-то откуда знаешь? — засмеялась она. — Тебя и в планах-то ещё не было.        — Неважно, это самый офигенный вайб на свете, — рассуждал он, приложив ладонь к груди. — Для настоящих пиратов. А ты откуда это знаешь?        Он кивнул головой на динамик, а Кира, состроив смешную рожицу, улыбнулась и развела руками.        — Ну, я не такая уж правильная девочка, какой ты меня считаешь… — подмигнула она. — Я тоже слушала музыку лихих девяностых, носила гранж и тусовалась с такими же ребятами.        — Это охренеть, как круто звучит! Как же мы, интересно, не встретились, — удивился Весельчак, — раз у нас было так много общего?        — Мы же жили на разных планетах! — воскликнула Кира, а он хлопнул себя по лбу. — У судьбы своё расписание. Смотри, дождь закончился!        Она выглянула в окно, день клонился к закату, асфальт подсыхал, и вечер обещал быть очень приветливым.        — Давай покатаемся? — с азартом воскликнула она.        — На магнитке?        — Вот ещё! — фыркнула Кира. — После такой-то музыки?        — Да, магнитка здесь не канает, согласен, — вздохнул У. — А на чём же тогда?       Она высветила на экране совершенно невероятный мотоцикл.        — Сайбер?! — воскликнул Весельчак. — На него же нужна лицензия!        — У меня есть, — с гордостью сказала она. — И доступ к нему тоже.        — Детка, ты открываешься с неожиданных сторон, — с благоговением сказал он.        — Ну, вообще-то у всех агентов есть доступ к сайберам, — произнесла Кира, как само собой разумеющееся. — Так что в Альянсе есть еще много чего заманчивого, помимо «фуражек и плёток».        — Дашь порулить? — сверкнул глазами У.        — А ты умеешь? У тебя же нет лицензии.        — Я управлялся с крутыми пиратскими суднами, — подняв подбородок, заметил Весельчак, некстати при этом вспомнив, как грохнул такси сто лет назад. — Так что ничего сложного там нет. И лицензия у меня тоже есть. Погоди.        Он пошарил в памяти, воздев глаза к потолку и что-то беззвучно прикидывая, а потом высветил на экране карточку с лицензией, на которой было его фото.        — Но здесь чужое имя! — воскликнула она. — Ты что, украл её?        — Это был равноценный обмен, — надулся Весельчак.        — Ну, конечно, — поджала губы она. — Наверняка, лицензия взамен на жизнь этого несчастного, как там его зовут? — Чего ты придираешься? — состроив невинные глаза сказал У, мигом свернув экран. — Тот чувак остался жив, он с радостью подарил мне эту безделицу. Зачем ему сайбер, кого он будет на нём катать?        Кира лишь качала головой.        — К тому же, проверь сначала свою, ты же числишься мёртвой, значит и лицензия аннулирована. А моя пока работает. Так что я не совсем бесполезен.        — Хорошо, — выдохнула она. — Пошли одеваться.        Весельчак, ради такого случая, достал из глубин шкафа и облачился в свой пиратский образ, чтобы вспомнить прошлое. Простое переодевание так сильно на него повлияло, кровь снова закипела, захотелось адреналина. Через четверть часа Кира вышла полностью готовой.        На ней были облегающие брюки и косуха из мягкой чёрной кожи, с массой рельефных швов и молний, они выгодно подчеркивали её соблазнительные формы; свободная вязаная водолазка белого цвета, высокие ботинки и гловелетты. Волосы были забраны в конский хвост с начёсом и уложены крупной волной. Винного цвета помада и серо-зеленые глаза делали её совершенной демоницей. У потерял дар речи, не в силах отвести от неё горящего взгляда. Кира светилась удовольствием и предвкушением.        — Ты решила д-добить меня? — произнес он с восхищением. — Сначала это невероятное колдовское платье, а теперь вообще запрещёнка. Что же ты вытворяшь?        — Я тоже хочу поиграть в декаданс, — шепнула она с придыханием ему на ухо, накручивая на палец прядь волос, а он заворожённо смотрел на её яркие губы, вспоминая их вкус.        Кира схватила его за руку и потащила на улицу.