22. Трудности выбора

Весельчак открыл глаза. Было ещё очень рано, утро только-только просыпалось, не спеша наполняя светом этот день. Его малышка сладко спала, повернувшись к нему спиной. На её правом плече и лопатке уродливой полосой напоминал о прошлых событиях длинный шрам, словно его высекли не только на её теле, но и на его сердце. Трикс, сука, отомстил-таки за их обман.        Последний бой, после которого Кира исчезла на десять долгих лет без следов и особой надежды на встречу. Альянс вычислил их с Глотом тогдашнее местонахождение и посылал к ним на корабль отряд за отрядом, которые они безжалостно уничтожали, собирая союзников и готовясь дать отпор. Альянс это знал и тоже готовился к кровопролитию. Теперь это была настоящая война.        И вот настал этот, как говорят земляне, «прекрасный» день, когда их флагман был атакован силами ММА. Агенты врывались со всех сторон, снимая блокировку с дверей, убивая его команду, продвигаясь к центру корабля, где засели они с Глотом. Конечно, стервец использовал силу космиона, шарахаясь туда-сюда во времени, поэтому так просто блюстителям закона прорываться не удавалось. Но все эти часы, наблюдая за схваткой без особой возможности вмешаться, Весельчак и его чёртово, бьющееся в сумасшедшем припадке сердце не находили себе места, ведь где-то там прямо сейчас по лезвию бритвы бегала его крошка.        Он метался меж двух огней, одновременно отражая атаки, грозящие его собственной жизни и свободе, и пытаясь продумать план, как разыскать Киру и прикрыть её. Свалив от Глота при первой удобной возможности, с отрядом таких же головорезов, он пробивался через силы противника, пытаясь найти хоть одно знакомое лицо из тех ненавистных ему придурков, что были в команде его малышки. Которым он в глубине души завидовал чёрной завистью, потому что с ними она проводила дни, а то и ночи напролёт в бесконечных вылазках и дежурствах. Как ему хотелось одно время стать частью ММА, наплевав на себя, принимая все их идиотские правила, просто быть рядом с ней, сражаясь плечом к плечу. Но он дикий зверь, а она легавая, нет, поизящнее, какая-нибудь борзая. Она всегда будет догонять, бежать по следу, чтобы потом засадить его в клетку, а может затравить до смерти. Хотя из её рук он и смерть бы принял с благодарностью. Но сейчас Весельчак думал совсем о другом. Он сам превратился в охотничью собаку, бежавшую по следу своей любимой женщины, вынюхивая воздух вокруг себя и перебегая глазами от лица к лицу, от тела к телу.        Он чуть не лишился чувств, когда увидел на полу фигуру девушки в луже потемневшей крови с прядью рыжих волос, выбившейся из-под шлема. Бросившись к ней, он резко сорвал шлем, и его колотившееся в полном безумии сердце захлебнулось в груди, уже от облегчения, что это была не она.        В одном из коридоров он, наконец-то увидел свою девочку в столкновении двух отрядов, она билась сразу с двумя пиратами, ловко уходя от ударов огромных мечей. На голове не было даже защиты, буйные локоны, как всегда, укрощены палочкой. Трикс подлетел сзади, размахнулся и хотел, видимо, снести Кире голову, но У вовремя отправил короткий нож в полёт прямиком в спину червю. Лезвие по рукоятку вонзилось в розовую плоть, а меч с зазубринами прошёл по косой, задев плечо и спину его малышки. Полыхнул ярко-красный порез, и она схватилась за пораненное место.        Резко оглянувшись назад, Кира увидела стоящего в проёме У, упавшего с мечом Трикса и всё поняла. И снова взметнулся меч, уже с другой стороны.        — Сзади! — крикнул Весельчак, и она успела отразить атаку. Он рванул к ней, оттаскивая в сторону, а затем в пустой коридор, заталкивая в какую-то объемную тёмную нишу. В суматохе боя их никто не заметил.        — Что ты делаешь?! — закричала Кира. — Я должна помочь ребятам.        — Снимай одежду! — приказал он.        — Ты совсем сдурел? — вытаращила глаза Кира.        — Я заклею рану, — он протянул ей гемостатик. Она виновато потупилась, расстегнула свою форму, сняв её со спины и оголила плечо.        У быстро обработал порез, наклеил большой композитный пластырь, нежно разгладив его руками и поцеловал обнажённую кожу. Кира резко обернулась и одним движением натянула обратно боевой костюм.        — Послушай меня, — быстро заговорил он. — Я же знаю, что ты пришла за Глотом. Тебе приказано изъять космион.        Кира открыла было рот, но он поднял руку в нетерпении.        — У тебя ничего не получится, он завладеет твоим сознанием. А я не хочу… не могу тебе позволить снова рисковать своей жизнью. У меня есть план.        Он полез в карман и достал оттуда металлический ошейник.        — Всё, что тебе нужно — это подкрасться сзади и замкнуть это устройство, — говорил У, протягивая ей незнакомую штуку. — Оно заблокирует его психоспособности, и он не сможет подавить твою волю. Но это надо сделать максимально незаметно, иначе нам всем хана.        Кира смотрела на него во все глаза.        — Зачем ты это делаешь? Ты что, спятил? — с благоговением произнесла она.        — Ты же не остановишься, — утвердительно произнес он. — А я… я не переживу твоей смерти. Забирай космион, только выживи, прошу тебя…        Она кивнула, взяв ошейник, и, сдвинув брови, смотрела на него.        — Глот в отсеке D, в самом центре на смотровой площадке, бери своих ребят, пусть они отвлекут его, а ты заходи сбоку. Я прикрою ваш отряд.        — Береги себя, — она притянула У к себе за шею и быстро поцеловала в губы. — Спасибо. И за то, что снова спас мне жизнь!        Кира дёрнулась было, но он крепко обнял её за талию, придвинул к стене и страстно поцеловал, врываясь языком в её манящий рот. Она не упиралась, потому что знала, что любое сопротивление с её стороны мгновенно сносит ему башню. Сильными руками он настойчиво схватил её за ягодицы, жадно прижимая к своему паху. Насладившись поцелуем, Весельчак отпустил её и сделал пару шагов назад. Его глаза развратно блестели нагло скользя по её телу, и он самодовольно улыбался, прижав кончик языка к клыку.        — Ты опять раздразнила меня и убегаешь, но долго у тебя так не получится, детка. Я найду тебя любой ценой. С космионом или без, от меня ты не спрячешься, — пообещал У своим бархатным голосом. Бросив на него испуганный прощальный взгляд, она рванула вбок по коридору, вызывая через браслет подкрепление. Он открыл карту и стал смотреть, кого стоит обезвредить на её пути.        Весельчак не видел исход операции: не хотел, чтобы его заметили свои, но когда он прибежал на смотровую площадку, Глота уже скрутили, а Киры нигде не было. От отчаяния он чуть не заорал, но дал себя взять, чтобы никто ничего не заподозрил, а еще, потому что только так он мог выпытать у своего подельника, что же произошло на самом деле, и где сейчас его малышка… У провёл рукой по зарубцевавшейся полосе. Конечно, Кире не удалось её свести, в двадцать первом веке шрамы всё еще оставались проблемой. Хотелось бы верить, что она сохранила его целиком на память об их последней встрече. Он нежно коснулся губами её плеча. Она проснулась и повернулась к нему.        — Привет, — улыбнулся Весельчак и поцеловал свою малышку, она тоже поприветствовала его, светясь счастьем. У провёл пальцем по контурам её губ.        Она прикоснулась тыльной стороной ладони к его щеке и медленно, любуясь им, продолжила путь по подбородку с жесткой щетиной, шее, груди, замерев ногтем на левой её части. Там, рядом с сердцем, была очень необычная синяя татуировка, типа шрамирования. Несколько параллельных диагональных линий: длинных и пунктирных, напоминающих потоки дождя и азбуку Морзе одновременно.        — Что это означает? — Это твоё имя, — просто ответил он. — На эллеферийском.        Кира удивлённо раскрыла глаза, уставившись на него. — Вернее, имя и фамилия, в общем, что-то вроде философии, — смутившись, продолжил У.        — Селезнёва? — подняв бровь, спросила Кира.        — Нет, конечно! — возмутился Весельчак и тихим голосом добавил. — Твоя девичья фамилия.        — Рейнер? — потрясённо спросила она. — Откуда ты её знаешь?        — Я знаю о тебе больше, чем ты думаешь, — глядя ей прямо в глаза признался У. — Ведь твоя фамилия означает то мимолётное время после дождя, когда с планеты полностью смыта вся грязь. Для меня ты именно такая: ты делаешь всех вокруг себя чище.        Она не знала, что ответить на это. И просто поцеловала его, прижимаясь всем телом и обнимая со всей нежностью. Он повернул её на спину и продолжил ласки, спокойно, без привычного безумия.        Они занимались любовью так бережно и трепетно, как никогда еще не было до этого. Ощущение тихого щемящего благоденствия заполняло Киру изнутри. Сейчас она ни за что бы не смогла покинуть У, ей хотелось остаться с ним до самой смерти, остановиться, замереть, раствориться… Ей казалось, что она знает этого мужчину сто или тысячу бесконечных лет, что всегда была с ним. Как будто внезапно вернулись и встали на место воспоминания какой-то прошлой забытой жизни, где она была беспредельно счастлива…        Они провели весь день в объятьях друг друга, за милыми пустяками и просмотром старых фильмов. Но вечер неумолимо приближался, и Весельчак виновато посмотрев на свою малышку, напомнил, что ему пора сделать ещё одну вылазку в город. Быстро собравшись, он бросил на неё беглый взгляд и покинул квартиру…        …Он ехал в то место, от которого больше всего на свете хотел держаться подальше. Добравшись до роскошного особняка, У позвонил в ворота, и ему открыли. На крыльце дома его встретил здоровый мужик в костюме и проводил внутрь. Войдя в огромный зал, он увидел своего врага, полулежащего на обитом шёлком диване с сигарой во рту и стаканом виски в руке.        — Что надумал? — не здороваясь, спросил он.        — Я выполню твои условия, если ты дашь мне возможность отправить мою девушку в безопасное место, — твёрдо ответил У.        — А ты не приборзел ли часом, Весельчак? — хищно улыбаясь, процедил тот. — Как распорядиться твоей шалавой, решать не тебе. Вы оба у меня на крючке.        У оскалился, сжав кулаки, но промолчал. С обеих сторон стояли два вооружённых до зубов головореза.        — Ты обещал рассказать, как тебе удалось меня вычислить? — гневно сверкая глазами, спросил он.        — А ты думал, что можешь вот так запросто грохнуть Карена и весь его картель, и это сойдёт тебе с рук? — прищурив глаза, выплюнул бандит. — Ну, так ты ошибся. Ладно, я свои обещания держу, слушай внимательно.        Мой отец, как тебе известно, был той же расы, что и твой бывший подельник. Он прекрасно чувствовал волны космиона и всегда хотел его заполучить. Но вы, мерзавцы, вмешались в его планы, выкрали артефакт и по-быстрому расправились с ним и его командой. Мне тогда было всего десять лет. Но вы не учли тот факт, что моя мать — арканианка. Она успела спастись вместе со мной, поскольку живет в многомерном мире, и может увидеть любое развитие событий. В одном из них в тот день Карена должны были убить. Поэтому мать забрала меня и поспешно улетела, незадолго до появления вашей банды в нашем доме. Она эмигрировала на Землю, поскольку эта планета в ближайшем развитии ваших судеб не фигурировала. А вы с Глотом даже не заметили, что нас нет, так были поглощены своей кровавой расправой!        Весельчак смотрел на него, сжав челюсти.        — Ренат, хорош раскрывать все карты, — вмешался один из бандитов.        — Ничего, пусть знает, он себе уже не принадлежит, — брезгливо ответил тот. — Это пёс, который теперь будет сидеть на моей цепи и служить мне до самой смерти. Ну, так вот, поскольку я унаследовал способности обоих родителей, для меня не существует времени и конкретного мира. Я могу пронизывать любое пространство в любой временной плоскости. Да, в этой реальности вас теперешних нет, но твою мерзкую сущность я узнаю из тысячи, где бы ты ни оказался. Какая разница, в какой параллели вы сейчас существуете, если я вижу их все одновременно?        — Как ты нас вычислил? — с яростью спросил У.        — Проще простого, — ответил Ренат. — Я ж говорю, что у меня способности за двоих. Я чувствовал волны космиона, пока тот находился в руках Глота. В сто четырнадцатом хранитель сменился. У меня было время подготовиться и узнать, что в том бою на вашем флагмане агент Кира Селезнёва победила Глота, а потом исчезла. Именно она и стала временным хранителем. Я всё узнал про неё, и вместе с матерью мы внедрили своих людей в те места, с которыми она была связана: в Альянс, архитектурное бюро, космовет и много куда ещё.        Второго октября я почувствовал космион в том же времени и пространстве, где находился сам, и буквально на следующий день из космовета пришли интересные новости.        Один из моих людей, который работал там охранником, подтвердил, что некая дамочка в архиве интересовалась смертью Киры Селезнёвой, Глота и твоей. Я понял, что это именно она. Дальше мы просто выследили вас обоих.        Теперь ты можешь строить какие угодно планы, но я раскрою любой из них, потому что вижу все варианты развития событий. — Но, к счастью, ты не знаешь, какой именно произойдёт, — самодовольно улыбнулся Весельчак. — Это решать не тебе. Там случайно нет будущего, где я тебя прикончу?        — Конечно, есть, — осклабился Ренат. — Но я так просто не сдамся.        Весельчак почувствовал укол в шею и грязно выругался. — Это чтоб ты не надумал сбежать, — злорадно процедил хозяин дома. — Визит окончен, проваливай. Жду тебя завтра, сам знаешь где. Получишь противоядие в обмен на свою душу, иначе сторчишься за неделю, как твоя никчёмная мамаша. Это тебе за моего отца.