39. Время пришло

Мы выпили жизнь, но не стали мудрей.

Мы прожили смерть, но не стали моложе.

гр. «Агата Кристи»

На следующий день, стоя по колено в сугробе на кладбище перед раскрытой дверцей колумбария, Кира общалась с табличкой Урбана, держа в руках письмо. Неизведанное доселе чувство гнева вперемешку с волнением и иррациональностью охватило её.        — Что означает всё, описанное здесь? Как я могла прожить все события вместе с тобой, если ты умер, а я стою перед твоей могилой? Нас разделяют сто лет. Ты не мог написать это письмо, а кто тогда это сделал? Что ты скрываешь, и сколько мне ещё мучиться?        Она вздохнула и уставилась на табличку. Какой смысл злиться на мертвеца? Затем провела пальцем по ледяному мрамору с прожилками. Урбан Рейнер — это звучало красиво. Ей бы тоже хотелось вернуть свою девичью фамилию и начать семейную жизнь заново. Снег залетал в открытую дверцу и оседал на буквах. Кира стала аккуратно смахивать его. Под именем в мраморе была выбита линия, но краски на ней не было. Она медленно провела пальцем вдоль углубления. Оно определённо заканчивалось стрелкой, смотрящей вправо на дверцу, расположенную слева от У.        Слева… Образы замелькали друг за другом в голове: отрубленная левая кисть с зажатым в ней мечом, Вертер, парящий над левым плечом своего капитана, синяя татуировка на левой части груди, рядом с сердцем…        Цифровой пропуск распространялся на всю стену колумбария. Запястье с браслетом прижалось к соседней дверце. Та открылась, Кира оцепенела и зажала рот ладонью. Нет, только не это!        «Кира Рейнер» — было выбито чёрными буквами на белом мраморе. Её собственная ниша с прахом по левую руку от любимого мужчины. «Я всегда буду рядом» — он не обманул, так оно и было. Дат на табличке не стояло, и слава Богу, иначе бы её хватил инфаркт прямо на кладбище. Зато был рисунок из диагональных линий. Именно таким она его и представляла, хотя не знала на эллефериском ни слова. А внизу курсивом эпитафия: «Люблю тебя, малышка, на все времена».        Откуда он знал слова, которые Кира когда-то писала дочери в письме из прошлого? Либо тот, кто устроил всё это, зашел настолько далеко, либо… Либо действительно именно она и поведала Весельчаку о том, что сейчас происходило в её жизни, именно она и была автором той таинственной книги, потому что прожила все описанные там события. Она написала письмо Максу, а У отправил бандероль, поскольку, безусловно, прожил дольше. А сейчас её табличка безмолвно смотрела из стены как непоколебимое и самое истинное доказательство произошедшего.        Значит Кира Рейнер смогла переместиться в прошлое, смогла подарить своему любимому жизнь, полную счастья, семью и любовь, поэтому он оставил ей письмо с благодарностью. Это всё было правдой. Её присутствие в его жизни и стало той веской причиной, о которой говорил университетский профессор, почему Весельчак не искал встречи с её молодой копией. Потому что они и так были счастливы вместе, они боялись нарушить ход событий, помешать своему воссоединению. Вот почему так аккуратно произошло вмешательство во время. Его малышка должна была прийти к своему решению осознанно и постепенно и влюбиться в У, сама того не ведая.        Теперь, когда она знала, что теоретически у неё всё получилось, оставалось только одно — найти практический способ вновь переместиться в прошлое. И именно это сейчас казалось абсолютно невозможным. Видимо, настало время всерьёз заняться поисками профессора Монро.        В эту же ночь Кира увидела прекрасный сон. Они с У гуляли по уютному маленькому городу, погружённому в мягкий свет огней рождественской иллюминации. А потом в не менее уютном домике сидели у огня в объятьях друг друга, которые плавно перетекли в жаркие поцелуи и страстный секс.        — Как долго мы будем счастливы вместе? — спросила она, лёжа на его груди и заглядывая в любимые серые глаза.        — Ровно до того момента, как меня объявят в межгалактический розыск, — ответил он. — Земля, войдя в состав Звёздной Федерации, предоставит доступ ко всем своим камерам и системам слежения, браслетам и ID-шникам. Поэтому, мою молодую версию поймать не удастся, а меня теперешнего очень даже быстро вычислят на вашей планете, если, конечно, им придёт в голову искать на Земле. Возможно, новое имя меня и прикроет, но доля риска всё равно есть.        — Я не могу этого допустить!        — Тогда надо получить амнистию из будущего. У тебя точно получится, я это знаю.        Кира резко проснулась и посмотрела на пустое место рядом с собой. Бархатный голос У эхом раздавался в её голове, как будто он только что лежал в этой кровати.

***

декабрь, 2129-го

Прошёл год с момента, как Кира узнала правду, и задалась целью вернуться в прошлое любой ценой. Она выполнила почти все задачи. С амнистией для У было непросто, но она добилась встречи с Суржем и убедила его выдать разрешение на получение чипа для Весельчака У посмертно за его подвиг по спасению космиона и Вселенной.        Перепрограммировать чип было ещё сложнее, но Макс не зря считался одним из лучших, поэтому микросхема теперь имела новые данные, которые давали У из прошлого полное право на свободу. Кира надеялась, что в его жизни никогда не возникнет ситуации, когда эта штука вообще пригодится, но иметь её было лучше, чем не иметь.        Оставалось самое сложное — перемещение во времени, в которое она до сих пор не верила. Встречу с профессором Монро она организовала ещё два месяца назад, у него был крайне плотный график. Работа в архиве позволила выйти на людей, оказавшихся более сговорчивыми, и поделившимися данными, о которых не знали или умалчивали общие знакомые или известные базы с адресами. Довольно долго между ней и профессором шла переписка, результатом которой стал договор о личной встрече.        — Прошу-прошу, очень давно хотел с вами познакомиться, — известный на весь мир учёный-физик радушно пригласил её в свой кабинет. — Легендарная Кира Селезнёва, которой удалось выцарапать космион из рук врага и хранить его целых десять лет в прошлом вне своего тела. Невероятно любопытная история.        — Всё так и было, профессор Монро, и в этом мне помог один пират, который дал возможность обезвредить Глота и отобрать у него артефакт. Я бы хотела рассказать полную историю всех событий.        С полчаса она описывала всю свою жизнь, показала книгу, письма, фото с кладбища. Она была полностью уверена в том, что нужно начать с правды, если хочешь, чтобы с тобой тоже были искренни. И это сработало. Профессор не перебивал, лишь делал какие-то пометки в блокноте.        — Девочка моя, это самая невероятная история про игры с временем, которую я когда-либо слышал. Если всё это правда, то я поражён до глубины души. Получается, что время всё равно победило, сначала вас, а потом и вашего спутника, но оно дало вам фору, длиною почти в сто лет. Так что же вы хотите от меня, зачем пришли?        — Я хочу узнать, был ли космион единственной разработкой его автора? — волнуясь, спросила Кира.        — Нет, не был, — подтвердил её догадку пожилой мужчина. — И мало кто об этом знает. Согласно официальной версии, все прототипы были уничтожены его создателем, поскольку являлись крайне опасной и нестабильной субстанцией, но я абсолютно уверен, что мой напарник не поступил бы столь опрометчиво. В его лаборатории имелся секретный бункер со всеми изобретениями, а их, деточка моя, было, ой, как много. Молодой человек родился гением! Намного умнее и талантливее всех нас, вместе взятых, поцелованный самим Господом Богом. Для меня было большой честью работать с ним. Но, к сожалению, трагическая гибель, сколько всего он успел бы еще изобрести, если б не…        — Как он погиб?        — Как, разве вы не знаете? Вы же супруга Игоря Селезнёва, а создатель космиона связан с ним напрямую.        Рот Киры приоткрылся, она с недоумением смотрела на профессора, который стучал карандашиком по фамилии соавтора одной из своих статей, лежавшей открытой на столе.        — Но это же? Я думала, это просто…        — У него была фамилия матери, и она очень распространённая, поэтому вы даже не поняли, что ответ лежал так близко, буквально на поверхности. Так что да, самые сложные вопросы чаще всего имеют очень простые ответы.        Кире не хватало воздуха, выходит, она так долго искала то, что лежало у неё прямо перед носом. Получается, если время нельзя обмануть или переиграть, то с ним можно просто договориться, и она прекрасно понимала сейчас, что договариваться придётся не со временем, а с конкретным человеком, которого она знала почти четверть века и меньше всего на свете искала встречи с ним… На новогодние праздники Алиса и Марк, которые снова приехали в гости, объявили, что зачислены в Академию элитных войск и теперь на очень долгий срок улетают в другую Галактику на новое место службы, в поисках самых невероятных приключений.        — Мамочка, этот Новый год, похоже, последний перед нашей дальней поездкой. Так что надо максимально им насладиться! — радостно щебетала дочь.        — Но ведь это ни в какие ворота не лезет! — возмутился Игорь, конечно, он никогда не понимал нежелание женщин сидеть дома. — Мне эта идея совершенно не нравится!        — Папочка, зато теперь у тебя появится столько времени для мамы, вы наконец-то останетесь вдвоём, а то мне кажется, ваши чувства немного приугасли…        Игорь и Кира переглянулись, сейчас им обоим этого хотелось меньше всего.        — А как же семья, дети? — не сдавался Игорь.        — Ох, об этом еще очень рано думать! Сейчас гораздо важнее наше будущее и карьера. Пусть всё идёт своим чередом. Я выросла самостоятельной, не думаю, что моим детям, если таковые когда и будут, нужны будут мамки и няньки. Наверное, лет через десять-пятнадцать мы прилетим их показать.        — Профессор Селезнёв, у вас невероятно независимая в суждениях дочь, — улыбнулась Кира.        Она понимала, что Алиса давно «отпочковалась», как бы Игорь тому не препятствовал, и ей уже не терпелось проявить себя на просторах Вселенной. Кира была такой же двадцать лет назад, удержать её дома было невозможно. Но вот теперь, в этом «прекрасном далёко» для неё уже не осталось ничего прекрасного.        Алиса уедет далеко и надолго, Игорь будет продолжать "ходить налево". Макс вернётся обратно в свой грандиозный проект. На днях они слёзно прощались, он сообщил, что встретил там свою любовь, и желал Кире удачи и счастья. Всем будет хорошо, а её ждёт архив и полная безнадёга. Если она не изменит свою судьбу. Время пришло — сейчас или никогда. Вернее, после праздников. В конце концов, это последние каникулы с дочерью. Поэтому из архива она тоже уволилась и спалила дотла все мосты, решив поставить на карту ни больше, ни меньше, чем свою жизнь и судьбу.