Глава 1. Первый день

      Утренняя электричка. Слышны лишь негромкие перешептывания. Пока с трудом держишь открытыми предательски слипающиеся глаза, кажется, словно поезд торопится в какое-то иное измерение. Только механический женский голос, объявляющий очередную остановку, является ниточкой, удерживающей в реальности.       Как же непривычно просыпаться в такую рань. Опоздать в новую школу в первый же день звучит, на самом деле, не так уж и криминально, когда тебе приходится выключать три будильника подряд, чтобы подняться с постели. Но вот объявляют нужную остановку, и двери поезда открываются. Солнце яркое, тёплое, противное. Сентябрьская погода в Токио ещё жаркая, от которой хочется прятаться в комбини под потоком прохладного воздуха из кондиционера. Но, увы, ноги сами ведут к стенам школы.       Академия Пик Надежды. Место, которое почти сотню лет выпускало самых талантливых людей. Место, полное тайн и загадок, обмана и слухов. Место, из-за которого изменилась история, а мир оказался поглощён самой ужасающей Трагедией. Здание по прежнему возвышается в центре Токио, притягивая к себе взгляды, полные смешанных эмоций. И сюда по прежнему принимают настоящие молодые таланты страны, несмотря на возмущения доли общественности. Понадобились годы, огромный труд администрации и педагогического персонала, чтобы академия смогла вернуть хотя бы толику былой репутации. Всего через чуть более часа пройдёт торжественная приветственная церемония, после которой новое поколение абсолютных начнёт своё обучение в этих стенах.       Глядя на здание, молодой человек, который вот-вот станет частью всего этого, хмуро фыркнул. — И всё же я здесь, — тихо бросил он, без особого энтузиазма. — Это надо ж было умудриться сюда вписаться.       Сегодня на пороге академии Пик Надежды — Абсолютный Мастер оригами. И зовут его…       Комаэда Хисока.       Стоять и прожигать взглядом стены вечно нельзя, так что Хисока сделал глубокий вдох, отошёл в сторону к воротам, достал телефон и стал кого-то ждать, не поднимая глаз на проходящих мимо учеников. Пока он зависал в новостной ленте, мобильник слегка завибрировал от прилетевшего уведомления. «@amber_falkon, ты добрался? Всё в порядке?» — высветилось сверху экрана.       Хисока задумчиво дождался, пока уведомление скроется, и продолжил листать новости дальше. Но почти сразу же появилось новое. «Успел познакомиться с одноклассниками? Или найти себе проблем?» — гласило новое сообщение, за которым последовал мило улыбающийся смайлик.       Нахмурившись, парень всё же зашёл в семейный чат, чтобы обнаружить, что первое сообщение принадлежало обеспокоенной маме, а последующие — отцу, любителю совать свой нос в чужие дела. Палец ненадолго замер над экраном, прежде чем из-под него в строке стали появляется слова: «Добрался. Внутрь ещё не зашёл, так что никаких проблем пока не нашёл».       Немного поразмыслив, он добавил: «Находить проблемы это больше по твоей части, мистер детектив».       Сообщения были отправлены, и Хисока закрыл чат. Пока в его новостной ленте мелькали заголовки об очередном загадочном убийстве, страшной аварии на трассе, скором тайфуне через месяц, краем глаза он заметил того, кого ждал. Заметив его тоже, она широко улыбнулась и пулей донеслась до него, от чего её короткие лиловые хвостики забавно развивались на ветру.       — Какие люди! Неужели начало учебного года — это достаточно весомый повод, чтобы не опоздать и прийти даже раньше меня?! — громко, задорно поприветствовала она его.       — Не поднимись я с постели сам, меня бы сюда приволокли, — пожал плечами Хисока. — Тем не менее, я поздравляю вас с поступлением, величайший учёный столетия Датэ Теруко.       Она гордо выпрямилась от того, что её самопровозглашённый титул произнесли вслух.       — А ты умеешь поднять настроение с самого утра, — толкнула она его в плечо. — И я тебя поздравляю с тем, что ты будешь учиться вместе со мной, мой многоуважаемый помощник Комаэда Хисока.       — О, для меня честь обучаться наравне с вами, — с приличной дозой театральщины в голосе, сделал поклон Хисока.       — Ладно-ладно, — рассмеялась Теруко, — переигрываешь, чертила. Давай уже перешагнём этот злосчастный порог. Что бы нам не приготовила академия, против нас двоих шансов ни у кого нет!       — Потому что мы всегда можем всё подорвать и отправить в небеса? — изогнул бровь Хисока.       — Это меньшее, что мы можем устроить, разве я не права?       Она подмигнула и выставила кулак вперёд. Хисока ухмыльнулся и вытянул кулак в ответ. Лёгкий стук ознаменовал завершение их подготовки, и они вместе вошли в ворота академии.       Ученики суетились. Старшеклассники с интересом приглядывались к новым лицам, гадая, какие таланты поступили в школу в этом году. Первым делом пришлось идти в раздевалку переодеться в форму. Даже несмотря на то, что Хисока подгонял её себе по размеру, рубашка всё равно ощущалась неудобной. Ладно, один раз он будет при параде, а потом — не обессудьте. Вновь встретившись с Теруко в коридоре Хисока заметил, что той форма тоже не особо по душе.       — Рубашка как из бумаги, честное слово! — ворчала она, безуспешно пытаясь поправить воротник и дать себе больше воздуха. — Такая, кх, жёсткая и шершавая! У академии настолько всё грустно с бюджетами?!       — Ну, теперь же их не спонсируют так активно, — неосознанно повторял действия Теруко он, также пытаясь поправить ворот. — И с резервного курса деньги не льются рекой.       — Могли бы уж тогда старый образец формы оставить или взносы ввести. Элитное же заведение, как-никак, — продолжала бухтеть Датэ.       — Если они ещё и взносы при поступлении запросят, учащихся у них вообще не будет.       — Ну, не без этого. Но рубашки отвратительные, поскорее бы это с себя снять.       Возможно, рубашки не были так уж плохи, а эти двое просто придирчивы к одежде. Теруко в здании не ориентировалась совершенно, поэтому доверилась Хисоке, который, наоборот, шёл крайне уверенно, без проблем добравшись до их класса. Здесь лежала лишь пара сумок. Видимо, не все сообразили оставить вещи перед церемонией. Хисока приметил свободную последнюю парту у окна и кинул сумку на стул, заняв себе место. Теруко остановилась на второй парте среднего ряда. Закончив с этим, они не спеша двинули в направлении спортивного зала.       — Погодите! — раздался голос позади них. — Вы тоже из класса девяносто три?       Теруко бросила вопросительный взгляд на Хисоку, тот молча кивнул, и тогда она уверенно ответила:       — Ага, верно.       — Славно! А то я всех наших растерял, а как добраться до спортзала ещё не запомнил, — неловко рассмеялся он, почесав голову. — Не помешаю, если пойду с вами?       — Без разницы, — бросил Хисока. — Всё равно всем нужно быть там.       — Отлично, спасибо! — широко улыбнулся парень, но удивлённо замер, пока Теруко старательно рассматривала его. — У меня что-то на лице?       — Не, просто знакомо выглядишь, а никак не вспомню, откуда знаю… — пробормотала Датэ.       — Ватари Даичи, — без задней мысли выпалил Хисока. — Футболист. Раньше был капитаном «Юных фениксов».       — Точняк! — стукнула себя по лбу Теруко. — Тебя вечно во всяких фанблогах восхваляют! То-то лицо запомнилось, если по десять раз на дню попадается.       — Эхе, — вновь неловко усмехнулся он. — Ну, не может же быть всё настолько плохо, верно? Вы тогда, получается, уже знаете моё имя. Но я всё же представлюсь, как полагается!       Он выпрямил спину, лучезарно улыбнулся, и отчеканил:       — Меня зовут Ватари Даичи, я принят как Абсолютный Капитан футбольной команды! Надеюсь, мы поладим.       От него исходила тёплая, жгучая энергия, словно когда подходишь к камину после долгой лыжной прогулки на морозе. Теруко этот настрой понравился, она гордо тряхнула головой, прежде чем представиться.       — Я — Датэ Теруко, Абсолютный Электротехник. Советую запомнить моё имя, потому что скоро оно будет греметь по всему миру!       Её громкий смех заполнил коридор, заставив нескольких учащихся обернуться. Но Даичи это нисколько не смутило.       — О, я слышал о тебе! Ты занималась какими-то разработками для Фонда Будущего, верно?       — Ты совершенно прав! Слыхал, Хисока, меня уже начинают узнавать!       — Вполне заслуженно, — кивнул он. Поймав на себе взгляд Даичи, Хисока лениво представился: — Комаэда Хисока. Рад познакомиться или типа того.       — Комаэда… Комаэда… — задумчиво повторял Даичи. — Не могу вспомнить, где я о тебе слышал…       — Не стоит того, — развернулся он. — Идём уже в зал, пока церемония не началась.       Хисока так быстро и неожиданно начал движение, что Теруко и Даичи понадобилось несколько секунд, прежде чем они двинули следом за ним.       В зале стоял гомон. Школьники смеялись, радовались встрече, обсуждали планы на год. Хисока рыбкой просочился меж людей, чтобы встать в конце зала. Не слишком близко к двери, чтобы находиться в самом потоке, но достаточно близко, чтобы чуть что ускользнуть из толпы в числе первых. Теруко недовольно хмурилась, пытаясь приподниматься на носках и выглядывать из-за голов учащихся, но это было бесполезно. Так что она одарила Хисоку взглядом, полном негодования, на который тот ответил, пожав плечами. Как бы говоря: «Ну, а что ещё ты от меня ожидала?» Раздраженно фыркнув, Датэ скрестила руки на груди и подпёрла стену в ожидании начала церемонии. Даичи уже успел исчезнуть где-то в центре зала, так что в этом относительно укромном уголке они тусовались вдвоём.       Началось. На сцену позвали директора Киригири Кёко для приветственного слова. Хисока достал из кармана телефон, облокотился на стену и отключился от этих пафосных речей. Он пытался найти наушники в карманах, но сообразил, что оставил их в классе, так что смирился с тем, что мало-мальски слушать ему всё же придётся. На экране мобильника уже снова высветилось уведомление, но уже не из семейного чата. «Сегодня мы выезжаем на повторный осмотр места преступления. Не хочешь присоединиться после занятий?»       Хисока хмыкнул. Теруко под боком широко зевнула, пока со сцены говорили что-то о значимости серьёзного отношения к учёбе и развитию своих талантов. Комаэда настрочил язвительный ответ: «Не припомню, чтобы мне обещали платить сверхурочные. Не считая того, что мне вообще не платят за помощь тебе, мистер детектив».       Сообщение тут же прочли, показалась иконка «печатает». Из динамиков доносился разговор про достижения предыдущих поколений абсолютных, победу над отчаянием. Или вроде того. Хисока не особо вслушивался. «Мне казалось, что мы сможем договориться за миской рамэна, или я не прав?»       Хисока прожигал взглядом смайлик в конце сообщения. «Ты слишком часто рассчитываешь на то, что я не стану задавать вопросов. А у меня их к тебе много. И я не хочу слепо принимать участия в твоих планах».       После паузы, он добавил: «Я не хочу быть просто использованным».       По залу пронеслась волна громкого смеха. Хисока одной рукой прикрыл ухо, когда какой-то идиот рядом разразился хохотом до слёз. Наверное, он должен смеяться вместе с остальными в этот момент. Наверное, должен радоваться. Должен быть благодарен, что находится здесь. Наверное.       Иконка «печатает» то появлялась на экране, то исчезала. Хисока терпеливо ждал. Пока, наконец-то, не пришло сообщение. «Я знаю, что ты всё ещё злишься. Но стоит начать вести себя взрослее. Тебе нужны были ответы, тебе нужна была правда…»       — И не забывайте, — подвела итог Кёко, — что все вы являетесь не просто самыми талантливыми старшеклассниками Японии. Вы — опора, прогресс и залог процветания страны. Вы — её надежда на светлое будущее. «…Разве не поэтому ты стал частью академии?»       Парня резко передёрнуло с такой силой, что Теруко встрепенулась и с беспокойством уставилась на него. Крепко сжав челюсти, с хрустом в костяшках пальцев он напечатал: «Я занят. Поговорим потом».       Зал разразился аплодисментами. Хисока выключил телефон, убрал его в карман и угрюмо уставился куда-то перед собой. Овации сливались в единый давящий на уши грохот. Внутри что-то скручивалось в колючий ком. Не дождавшись завершения церемонии, Хисока вышел из спортзала.       — Что, старик тебя донимает уже с первого дня? — вскоре вышла следом за ним Теруко.       — С ним я разберусь потом, — вздохнул Хисока, сдув с лица чёлку. — Надо идти в класс, пока вся эта толпа не ломанулась.       — Хисока.       Он повернулся к ней. Теруко смотрела на него строго, взволнованно. Совсем не в её образе. Комаэда на секунду прикрыл глаза, почувствовал своё сердцебиение, и открыл их.       — Я в порядке, — ровно произнёс он. — Пойдём.       — …Идиот, — неодобрительно щелкнула языком Теруко, но дальше спорить не стала. Хисока этот комментарий проигнорировал.       До класса они добрались не самыми первыми. Каким-то образом впереди за партой, уже ссутулившись, сидел парень, точно пытаясь слиться со стулом, чтобы не попадаться на глаза. Когда Хисока и Теруко зашли, он лишь на секунду бросил пугливый взгляд и тут же спрятался за экраном смартфона. Комаэда лениво зевнул и прошёл мимо, к своему законному месту на задней парте. Датэ проводила его взглядом, качнула головой и упала ровно за незнакомым парнем, от чего тот заметно вздрогнул.       Хисока уставился на пейзаж за окном. Солнце ярко освещало старые, ныне неиспользуемые исследовательские корпуса академии. По крайней мере, официально неиспользуемые. Исходя из чертежей изначальной планировки, которые видел Хисока, некоторых зданий уже нет. Скорее всего, их разрушили во время Трагедии. А те, что сохранились… Стоят явно не для красоты. Вроде бы их должны отремонтировать и переделать под нужды города, но с этим катастрофически затягивают. А в этих зданиях может много чего занимательного находиться, учитывая, для чего они использовались раньше. При всём при том, что они неиспользуемые, они ещё и в аварийном состоянии, поэтому проход запрещён. Придётся пораскинуть мозгами, чтобы придумать, как всё же туда попасть…       — Не против, если я сяду сюда?       Хисока не сразу понял, что обращаются к нему. Он перевёл взгляд от окна к собеседнику, которым оказался уже знакомый Даичи. Тот стоял, рукой держась за спинку стула у парты, располагавшейся впереди, глядя на Комаэду с вежливой, доброжелательной улыбкой.       — Да без разницы, — отвернулся обратно к окну Хисока, никак не отреагировав на последующее «спасибо» от Ватари.       В классе постепенно начиналась суета. Хисока видел, как одна девушка отчитывала другую за яркий макияж в школе, что вторую, похоже, не особо напрягало, так как она лишь отшучивалась, пока возилась с видеокамерой. В другом углу парень в очках и со шрамом над левой бровью в виде креста о чём-то увлечённо рассказывал девушке со строгим, спокойным взглядом. В конце класса неожиданно раздался угрюмый рёв парня, который выглядел, как источник неприятностей. Хисока вздохнул, просто надеясь, что урок поскорее начнётся, пока не стало совсем уж невыносимо.       Кто бы мог подумать, что школьный звонок окажется для Комаэды столь желанным звуком? Суетясь, народ всё же расселся по местам, пусть гул и не стих до появления учителя в классе. Тогда даже Хисока изволил повернуть голову и направить свой взгляд на женскую фигуру в светлом лимонном костюме.       — Добро пожаловать в академию, дорогой класс девяносто три! — с яркой улыбкой поприветствовала она всех. — Меня зовут Асахина-сенсей, и с этого дня я буду вашим классным руководителем! Давайте вместе постараемся, чтобы эти три года прошли плодотворно и незабываемо!       Зазвучали аплодисменты. Хисока не без ехидства подумал о том, что «незабываемыми» эти годы могут стать по очень разным причинам. И хитрый взгляд Теруко, который она ему бросила на этой фразе, тому подтверждение.       — На этой неделе нам нужно будет выбрать старосту класса и заместителя, — начала организационную работу Аой. — Подумайте, кому бы хотелось занять эту роль или же кого из ваших одноклассников стоит рассмотреть.       Девушка, что ранее отчитывала другую за макияж, резко вытянулась как по струнке. Видимо, эта тема её сильно взволновала. Хисока с минуту подумал о том, что он точно не хочет быть старостой, и его точно никто не предложит. А если такой безумец и найдётся, класс ни за что кого-то вроде него на подобную должность не поставит. Придя к такому заключению, Комаэда вновь отстранённо уставился в окно.       — Через два дня начнутся профильные занятия, — продолжила Асахина. — Они проходят в определённое время и на некоторые собирают учеников из разных классов. Я пущу по рядам карту занятий, постарайтесь за эти дни состыковать основное расписание с профильными уроками.       Юноша в очках поднял руку, и Аой кивнула ему.       — Сенсей, нам необходимо полностью самостоятельно составить своё индивидуальное расписание? — спросил он. — Это не самое лёгкое задание.       — Я понимаю, — согласилась она. — Если у вас возникнут трудности, можете подойти ко мне или к преподавателю, который ведёт профильный предмет. Мы поможем подкорректировать расписание или что-то передвинуть.       В этот момент до Хисоки добрался листок, на котором находилась довольно громоздкая таблица, где были отмечены основные уроки, вроде математики, языка, истории Японии и другого, а также профильные предметы. Раньше система школы предполагала полностью свободное посещение занятий, чтобы учащиеся могли целиком себя отдавать развитию таланта. Теперь правила игры были другие, появились обязательные предметы, которые необходимо посещать всем классом и по которым сдавались экзамены, а также профильные. Набор последних у каждого ученика был свой, в зависимости от назначенного школой титула. Так, Хисока видел в этой таблице, что его профильными занятиями являлись искусство, физика и иностранный язык. И отмечено, что он в праве выбрать дополнительные профильные занятия на своё усмотрение. Что, в целом, его устраивало, за исключением того, что физкультура тоже была в числе основных обязательных к посещению предметов. Об этом он подумает позже.       — Асахина-сенсей, — негромко раздалось с первой парты от девушки со строгим взглядом, — Вам разве не нужно провести перекличку?       Этим вопросом Аой была застанна врасплох. Видимо, это её первый год в качестве классного руководителя, поэтому об этом она даже не подумала. Асахина судорожно пересчитала присутствовавших, убедилась, что их по крайней мере одиннадцать, как и должно быть, после чего полезла искать списки.       Но прозвенел звонок. Она с неловкой улыбкой замерла, рассмеялась, и сказала:       — Перекличку вам проведут на математике, ладно? Постарайтесь, чтобы Куроамэ-сенсей на вас не ругался!       На этом урок и закончился. Аой в спешке вышла из класса, так как у неё уже разрывался мобильник от звонков. На некоторое время повисло неловкое молчание, прежде чем ребята стали ходить по классу, обсуждая, кто как будет посещать профильные занятия.       — На физику и химию мы с тобой попадаем вдвоём, — водя карандашом по таблице, сверяла Теруко. — А вот на английский никак, у меня в это время должен быть труд…       — Мы могли бы ходить вместе в четверг, но тогда у тебя будет окно в два урока, которое никак не закрыть, — рассуждал Хисока. — Если только не хочешь взять себе литературу.       — Да щас! — тут же возмутилась Датэ. — Ни за что не пойду добровольно на литературу! Мне хватило, спасибо! Лучше лишний раз учебники по механике почитаю, достойное чтиво.       — Тогда на английский вместе не ходим, — перечеркнул эту клетку Хисока. — Общаться будем исключительно на японском.       Они вплоть до следующего звонка разбирались с этим, пока не пришлось отложить и настроится на математику. В этот раз в класс вошёл мужчина среднего возраста. Глаза обрамляли морщинки, словно он ими улыбался, тёмные волосы убраны со лба и зачесаны назад. Костюм у него был идеально выглажен. Пусть тот и повидал многое на своём веку, выглядел всё ещё строго и празднично. Мужчина, которого Аой упомянула как «Куроамэ-сенсей», поправил свои очки и окинул взглядом класс.       — Доброе утро, — спокойно и бархатисто поприветствовал он. — Рад нашей с вами встрече. Меня зовут Куроамэ Тадаши, с сегодняшнего дня я буду преподавать вам математику. Меня попросили начать с переклички, но не хотелось бы попусту тратить время. Поэтому я проверю всех присутствующих по ходу занятия, пока буду вызывать к доске… Не стоит так волноваться, — улыбнулся он, заметив, как напряглась добрая половина класса от таких новостей. — Сегодня только первый день занятий. Я всего лишь хочу получить представление, какой у вас уровень знаний в моём предмете, чтобы дальше мы смогли работать более продуктивно. Так что не переживайте, хорошо?       Кого-то это действительно успокоило, но парень с первой парты, что вернулся в класс раньше всех после церемонии, продолжал сжиматься на своём месте. Тадаши включил электронную доску, сверившись с учебником записал на ней уравнение с двумя переменными. Начинать с простого он явно не намеревался. Затем взял журнал, кажется, собранный им вручную, глазами пробежался по списку, выбирая, с кого можно начать.       — …Комаэда Хисока сегодня присутствует? — подняв глаза, спросил он у класса.       Хисока медленно поднялся со своего места. На него тут же устремились взгляды одноклассников, некоторые из которых впервые обратили внимание, что на задней парте кто-то сидит.       — Значит, Комаэда-кун, — как можно доброжелательнее обратился к нему Куроамэ. — Могу попросить тебя взяться за первое задание?       Вздохнув, Хисока подошёл к доске, взял ручку, и на какое-то время замер, изучая уравнение. Когда Тадаши уже собирался спросить у него, не нужна ли тому помощь, Комаэда принялся расписывать своё решение. Строчки он выводил не торопясь, аккуратно, сверяя в уме свои расчёты. Стук по экрану раздавался эхом по классу, который, почему-то, совсем притих. На самом деле работать в тишине было проще, так что Хисоку это особо не напрягало.       Проверив правильность полученных ответов, Комаэда красиво вывел решение уравнения отдельной строкой, ровной линией подчеркнув его, и отошёл в сторону, чтобы остальным могли увидеть. Тадаши пробежался глазами и одобрительно кивнул.       — Хорошая работа, Комаэда-кун. Это было не самоё лёгкое уравнение, я впечатлён.       — Благодарю, — без особого восторга отозвался Хисока, радуясь лишь тому, что можно вернуться на своё место.       — На самом деле я правда впечатлён, — продолжил Куроамэ, пока Комаэда шёл к своей парте. — У тебя действительно крепкие знания для того, кто среднюю школу провёл на домашнем обучении.       Хисока мог поклясться, что в него моментально уставились десятки глаз. Он дошёл до своего места, никак не реагируя, развернулся и, прежде чем сесть, ответил:       — Я не «провёл» три года на домашнем обучении. Я учился, сенсей.       На лице Тадаши улыбка на мгновение замерла, после чего он рассмеялся.       — Конечно же, прошу прощения, что усомнился.       Хисока сел, до конца урока более не отсвечивая. Хотя продолжал чувствовать на себе любопытные взгляды. К чему вдруг учитель вообще придумал упомянуть о таком? Хисока знал, что его появление в академии явно взбудоражило педсостав по… Определённым причинам. И тем не менее, а какого чёрта? Что ещё за «впечатлён крепкими знаниями для того, кто был на домашнем обучении»?       Глядя в учебник, на уравнения и вопросы, Хисока тихо постукивал ручкой по тетради. «Это учителя, — подумал он про себя. — Они везде одинаковые. Даже здесь они такие же». От ручки в тетради осталось несколько крупных точек.       Дальнейшие уроки прошли без особого внимания Хисоки. Вроде, это были гражданское право и два занятия японского языка, между которыми как-то втиснулся обед. Стоило учёбе подойти к концу, Комаэда кинул свои вещи в сумку, кивнул Теруко и первым вышел из класса. Датэ вскоре догнала его в коридоре.       — Ты после математики как-то совсем скис, — отметила она. — Но мне тоже этот мужик не понравился. Не поймёшь, чё у него там на уме. Такой слащавый, а глаза хитрые, мерзкие прям.       Теруко скрючила лицо, будто съела с десяток лимонов.       — Как будто нового парня своей мамы описываешь, — бросил Хисока.       — …Ну, слушай, что-то общее у них есть! — с ужасом осознала Теруко. — Так, ладно, забыли о мужиках и математике. Ты куда так уверенно собрался?       — Хочу зайти в библиотеку.       — Я знаю, что ты у нас задрот, но чтоб в первый же день! Это даже для тебя странно. Или ты какую себе редкую энциклопедию за авторством некого абсолютного океанолога или морского биолога облюбовал?       Теруко издевательски ухмыльнулась, на что Хисока фыркнул.       — Смейся-смейся, пока тебе не приспичит посмотреть чертежи очистителя воздуха из физической лаборатории, госпожа величайший учёный, — Датэ хотела возмутиться, но ей этого не дали. — Сегодня мы идём погружаться в историю.       — Хорош загадками, говорить, что ты там успел придума…       Неожиданно перед ними возникла дверь библиотеки. Две массивные тяжёлые створки здесь находились, казалось, со дня основания школы. С тихим, протяжным скрипом ребятам удалось её открыть и зайти внутрь. От книжных полос исходила таинственность и спокойствие, словно это архивы в древнем замке. Хисока подошёл к библиотечной стойке, за которой, уткнувшись лицом в книгу, сидела женщина. Её тёмные волосы, цветом напоминавшие вино, были убраны в тугой пучок, украшенный парой длинных металлических заколок. Если не присматриваться, издалека могло показаться, что в причёске находилась пара изящных ножниц. Теруко громко демонстративно прокашлялась, привлекая к себе внимание библиотекаря. Когда та оторвала глаза от книги и взглянула на посетителей, то от ужаса у неё очки сползли на кончик носа.       — Т-тебе что здесь нужно?! — бесцеремонно выпалила она сгоряча.       — И вам добрый день, Фукава, — и бровью не повёл Хисока. — Я хотел спросить, есть ли сейчас копия тома «История академии Пик Надежды»?       — С ч-чего вдруг тебе п-подобные книги понадобились? — недоверчиво прищурилась Токо, поправляя очки.       — …Очевидно, чтобы ознакомиться с историей Пика Надежды.       — …Очевидно, — пробухтела она, отложила своё чтиво в сторону и стала спешно набирать что-то на клавиатуре. — Есть сейчас эта книга.       — Где найти?       — Раздел собраний академии, — Токо кивнула в дальний угол библиотеки. — Предупреждаю: там сейчас бардак.       — Ага, принял к сведению, — лениво отозвался Хисока, уже вместе с Теруко направившись к нужному стеллажу.       Когда они принялись искать на полках и среди стопок на полу желаемую книгу, Датэ тихо пробормотала:       — Она всё такая же противная, как и была. Неудивительно, что её компания — это книги.       — Ну, у абсолютных свои причуды, — проверяя очередную обложку, пожал плечами Хисока.       — Хочешь сказать, что мы тут все немного того? — наклонила голову Теруко.       — А хочешь сказать, что нет? — ответил тот ей вопросом на вопрос. — Может, никакая это не академия, а отделение психиатрии, и у нас всех массовая галлюцинация.       — Скажешь тоже, — усмехнулась Теруко, после задумчиво уставилась на лицо Хисоки, прежде чем уточнить: — Ты же не серьёзно так думаешь? — Комаэда молча уставился на неё в ответ. — Просто уточняю, лады? Просто. Уточняю. У нас с тобой была шуточная теория о том, что на самом деле вселенная по своей форме является тарелкой, и мы тогда оба чуть в собственный бред не поверили.       — Кстати, вселенная — это тонкоцу-рамэн или сёю-рамэн? — перебирая книги, спросил Хисока.       — Однозначно сёю-рамэн, это не обсуждается, — гордо сложила руки на груди Теруко. — Причём токийский.       — М-м-м, не, всё же тонкоцу-рамэн, — покачал головой Хисока. — Вселенная — это хаката рамэн, не иначе.       — …Ну вот ты совсем придурок, я не пойму? — облокотилась на стеллаж Теруко, пока Хисока сдерживал ухмылку. — Как ты себе представляешь, чтобы вселенная была…       В этот момент Комаэда вытянул из глубин полки массивный том, успевший покрыться пылью. Аккуратно смахнув плотный слой с обложки, ребята увидели заветное «История академии Пик Надежды». Споры о теории рамэнной вселенной было решено отложить на потом.       Токо сделала в электронной картотеке отметку, вписала дату в листок под обложкой книги, и отдала громадину в руки Хисоке.       — Я н-надёюсь, что ты не задумал ничего странного, — с подозрением поправила очки Токо.       — То, что мы сюда пришли в первый же учебный день, уже самое странное, что можно было задумать, — закатила глаза Теруко, на что Фукава недовольно зыркнула на неё.       — Я помню, что у вас личные счёты с моим отцом, — положил книгу в сумку Хисока.       — Трудно сказать, у кого их нет, — прыснула Токо.       — Справедливое замечание. В любом случае, пока что я просто взял книгу. И в ней даже нет инструкции по сборке бомбы, — с выражением отметил Хисока. — Так что в ближайшее время школе ничего не угрожает.       — Ты так говоришь, будто спланировал устроить что-то позднее, — прищурилась она.       Хисока закинул сумку на плечо, встретился взглядами с Токо. Она раздражённо шмыгнула, прежде чем вернуться к своей книге. Теруко покрутила пальцем у виска, после чего они с Хисокой отправились в раздевалку, переодеться из формы в обычную одежду.       — Ну, ты к своему старику на работу? — уже на выходе из академии спросила Теруко.       Хисока глубоко вздохнул вместо ответа. Датэ похлопала того по плечу.       — Ладно, может, хотя бы на кафе его разведёшь, — пыталась подбодрить его подруга.       — Одним походом в кафе он у меня не откупится, — сердито и утвердительно произнёс Хисока, на что Теруко рассмеялась.       — До завтра тогда. Если пойдёшь вечером играть, то меня зови, а то достал прокачиваться один!       Хисока помахал ей на прощание. Тёплый ветер трепал волосы, которые утром были старательно приглажены до приемлемого вида. Теперь, в целом, особого значения это не имело. Хисока поплёлся на остановку ждать нужный ему поезд.       И вновь это полусонное состояние. Пейзажи сменяли друг друга за окном. Люди заходили в вагон и выходили из него. Одной рукой Хисока держался за поручень, в другой у него находился телефон, где он старательно набирал сообщение с вопросом, всё ещё ли на месте следственная группа. Подняв глаза, Хисока застал, как золотом солнце освещает высотки и низко плывущие облака. Всё же, Комаэде больше нравилась атмосфера заката и сумерек. Этот переход от насыщенного шумного дня в тихий вечер и молчаливую ночь, под покровом которой творилось всякое. Телефон завибрировал, и Хисока увидел, что группа всё ещё на месте. «Хорошо, я скоро буду. Вам захватить кофе, Хината-сан?»       Вместо ответа в чате появился лишь «большой палец вверх». Хисока прыснул. Коротко и по делу. Убрав телефон в карман, парень ещё какое-то время любовался видом из окна поезда. «Зарисовать бы», — подумал он.       Зайти в кофейню по дороге не заняло много времени. С брендированным пакетом в руках, Хисока крайне уверенно зашёл на огороженную территорию. Однако один из полицейских его затормозил.       — Гражданским сюда нельзя, — строго сообщил он. — Здесь идёт следствие.       — …Вы — новенький в отделе? — присмотревшись к его лицу, уточнил Хисока.       Вопрос застал полицейского врасплох и тот в недоумении уставился на парня. В этот момент к ним подскочил другой мужчина в форме.       — Хисока-кун, ты, что ли? — поправляя фуражку, улыбнулся тот. — Даже после школы приходишь к отцу на работу? Ты проходи, он там у входа сейчас.       Хисока кивнул в знак благодарности и продолжил свой путь. До его ушей лишь донеслись обрывки последовавшего разговора между полицейскими.       — …ещё не знаешь, да? Это сын одного из следователей. Ага, Комаэды… Знаю-знаю, звучит странно…       Поздоровавшись ещё с несколькими знакомыми лицами, Хисока перешагнул через несколько мест, отмеченных табличками с номерами улик, и услышал странный грохот впереди. Почему-то, он уже догадывался, что произошло, и немного ускорил шаг.       — С вами всё в порядке? — спросил полицейский, оказавшийся ближе всех к месту происшествия.       — Кажется, сегодня не мой удачный день, — рассмеялся мужчина, сидя на земле, весь в сухой пыли. — Не могли бы вы… Ох.       Он поднял серые глаза на подоспевшего Хисоку, выражение лица которого выражало… Смирение. Не в первый и не в последний раз парню суждено увидеть подобную картину.       — Ты всё же пришёл, — улыбнулся пострадавший. — Могу тебя попросить протянуть мне руку помощи?       — …Ты действительно всю жизнь собираешься шутить про это? — пробормотал Хисока, не зная, раздражён ли он от такой наглости, утомлён или совершенно не удивлён.       И тем не менее, он протянул ему руку, помогая подняться с земли. Отряхнувшись, мужчина поправил светлые волосы, убранные в хвост, и очки, которые чудом не разбились.       — Ну, как прошёл первый день в школе, Хисока-кун? — мягко улыбнулся ему Нагито.       — …Я не нашёл неприятностей? — задумчиво ответил парень. — Так что… Сойдёт?       — Только ты можешь так описать первый день в стенах академии Пик Надежды, — рассмеялся Комаэда-старший.       Хисока с шумом выпустил воздух из ноздрей, одарив отца настолько выразительным взглядом, что тот виновато сложил ладони перед собой.       — Помню, ты всё ещё злишься. И даже так ты пришёл на расследование, спасибо.       — Я просто хотел занести Хинате-сану кофе, — отстранённо пояснил Хисока. — По крайней мере он тут реально работает, надо чем-то порадовать человека.       Нагито замер с улыбкой на лице, а затем неожиданно стал трепать сына по голове. И без того растрёпанные за день волосы окончательно превратились в пушистый бардак, и Хисока был катастрофически недоволен этим, уворачиваясь от рук отца, как мог.       — Я вроде отошёл всего на минуту, а оба Комаэды уже дурью маются на месте преступления, — с усмешкой подошёл к этому действу Хаджиме.       — И вам здрасте, Хината-сан, — взъерошенный и возмущённый, протянул ему кофе Хисока.       Хаджиме взял в одну руку кофе, а затем другой немного пригладил волосы парня. Не идеально, но хотя бы немного прилично.       — Мне ты кофе, полагаю, не захватил? — поинтересовался Нагито.       — Не заслужил, — показал ему язык Хисока, но в следующий момент протянул второй стаканчик, на что его отец с благодарностью похлопал по плечу. — Ладно, чего вдруг на место преступления вернуться решили?       — Видишь ли, — сделал глоток кофе Нагито, — мы пытались понять, как убийца подошёл к жертве. Удар же пришёлся спереди, как ты помнишь, — Хисока кивнул, — а чётких следов на земле у нас не осталось. Поэтому мы решили ещё раз осмотреться, чтобы выяснить, как двигался убийца.       — И поэтому ты вызвал меня? — догадался Комаэда-младший.       — После этого пойдём в рамэнную, — подмигнул Нагито.       — Не вселенский рамэн, конечно… — Хаджиме и Нагито переглянулись, не очень понимая, про что говорил Хисока. — Но сойдёт.       С этими словами он подошёл к месту, где нашли тело, и стал оглядываться вокруг. Стены зданий, мусорный бак, заброшки рядом… Затем Хисока пару раз развернулся на месте, проверяя слепые зоны и углы. Закрывал глаза и бесшумно бормотал себе под нос. После ещё нескольких минут размышлений, он подозвал отца к себе.       — Основных варианта у меня два, учитывая следы крови на земле, — заключил Хисока. — Первый, более очевидный, что жертва стояла лицом на север, пока убийца подходил с юго-запада. Там есть дорога в твой любимый райончик, куда можно сразу и смыться. Скорее всего, так он и сделал, раз в мусорном баке обнаружили окровавленный осколок бутылки, что определили как орудие убийства. Так вот, когда он стал подходить к жертве ближе, то задел стену. Видно, что несколько кирпичей отвалились недавно. Жертва это услышала и повернулась. Отсюда и удар спереди.       Хисока задумался, прогоняя сказанное в своей голове ещё раз, убедившись, что ничего не забыл, продолжил: — Второй менее очевидный, потому что тогда жертва стояла лицом на юг и видела, как убийца на неё двигался. Менее очевидный, потому что не ясно, почему жертва не сбежала, пока видела, что на неё идут с бутылкой. А бутылка была уже разбитая, потому что осколков на месте не обнаружили, да и раны у жертвы колотые… В общем, в остальном передвижения убийцы примерно такие же. Но стоит поискать осколки и следы крови в той стороне, чтобы в этом убедиться.       Нагито негромко ему поаплодировал.       — Великолепная работа, Хисока-кун. Ты как всегда невероятен, — улыбался он.       — Ты бы с лёгкостью сделал это сам, — отвёл взгляд в сторону Хисока.       — Конечно, я могу к этому прийти. Но совсем иными путями, нежели ты. У тебя есть навык схватывать комплексную картину с учётом окружающей среды. А ещё ты особенно внимателен к деталям. В этом тебе нет равных.       Хисока мог бы поспорить с этим, но промолчал. Главное, чтобы теперь от его слов был какой-то толк.       — Я заполню документы и пойдём домой, хорошо?       Облака уже перестали переливаться золотом. Теперь их окрасили нежно розовые и лиловые тона. Ветер стал немного прохладнее, но пока что ночью всё равно тепло настолько, что спать приходилось с включённым кондиционером. Хисока в общих чертах рассказал Нагито, что было в школе.       — «История академии Пик Надежды»? — переспросил он. — Не ожидал, что ты заинтересуешься таким.       — Сам же сказал, что я хотел ответов. Я их и намерен искать, — ровно ответил Хисока.       Нагито лишь немного грустно улыбнулся.       — Может, от академии ты сможешь получить не только это? Она всё ещё открывает множество возможностей, несмотря ни на что.       — Мы уже говорили об этом, — вздохнул Хисока. — Давай оставим тему. Нет никаких гарантий, что меня не вышвырнут оттуда при малейшей удобной возможности.       Они шли какое-то время молча. Вокруг ходили и другие люди, но создавалось ощущение, будто это было в каком-то другом измерении. И Хисока с Нагито лишь наблюдали за ними из своего. Жуткое чувство, от которого приходилось себя отвлекать.       — Я уверен, что так просто они тебя не вышвырнут, — всё же подал голос Нагито. — Не забывай, что ты признан талантом. Абсолютным. И кто бы что не говорил, это нельзя подвергать сомнению.       Хисока промолчал.