Часть 19

Вечер опускался на Мистик-Фоллс. Чемоданы собраны, план составлен. Амелия нервно поправляла волосы, пока Ник окончательно обсуждал детали с Элайджей. У Елены взяли кровь — на всякий случай, чтобы в пути Ник мог создавать гибридов. Елена вздохнула, в её взгляде была тревога: — Только… вернитесь живыми. — Обязательно, — уверенно ответил Ник и обхватил Амелию за плечи, направляя её к машине. Они вышли на дорогу. Амелия смотрела в окно, город медленно оставался позади — она чувствовала и страх, и волнение, и жгучую надежду. Ник завёл двигатель и машина мягко набрала скорость. Они вышли на дорогу. Машина мягко набирала скорость — Мистик-Фоллс оставался позади. Но вдруг — сверкающий серебристый Aston Martin обгоняет их и резко, но элегантно, перекрывает путь. Ник сжал руль, глаза сузились: — Кто этот гений, который решил поиграть со мной в гонки? Амелия тревожно посмотрела на него: — Ник… пожалуйста, спокойно. Aston Martin остановился прямо перед ними. Ник вышел — весь напряжённый, как перед нападением. Дверь машины распахнулась, и первое, что они услышали: — Надеюсь, вы не думали уехать без нас? Кэролайн вышла, поправляя волосы, будто только что сошла с подиума. С другой стороны — Элайджа, безупречный, как с обложки журнала. Ник нахмурился: — Серьёзно? Вы решили устроить парад на шоссе? Кэролайн улыбнулась самодовольно: — Это называется стиль, Ник. Попробуй когда-нибудь. Амелия выскочила из машины почти на бегу и сразу же оказалась в крепких объятиях Кэролайн. — Кар… как ты здесь?.. — голос чуть дрожал. — И… как мама вообще согласилась меня отпустить? Кэролайн отстранилась ровно настолько, чтобы посмотреть сестре в глаза, и подняла брови: — Ну… давай скажем так. Мы с Элайджей очень постарались. Элайджа сделал маленький вежливый поклон, как будто это было самое обычное дело: — Я заверил Лиз, что мы позаботимся о тебе. И что ты поедешь учиться… и путешествовать. В разных местах. Звучало убедительно. Амелия ошарашенно хлопнула глазами: — Мама… действительно поверила? — Она хочет, чтобы ты была счастливой, — мягко ответила Кэролайн и снова прижала её. — Но знай — когда вернёшься, она устроит нам обоим допрос с пристрастиями. Амелия коротко рассмеялась в плечо сестры — с облегчением, с благодарностью, с любовью. Ник, наблюдая за ними, скрестил руки на груди и ухмыльнулся: — Что ж. Похоже, семейное благословение мы получили… пусть и с оговорками. Кэролайн метнула на него взгляд: — Не думаешь же ты, что я позволю моей сестре ехать неизвестно куда с гибридом без меня? Амелия схватила Ника за руку и гордо сказала: — Теперь всё по-настоящему. Мы едем вместе. Ник впервые за весь вечер перестал выглядеть напряжённым. Его черты смягчились — редкая, очень настоящая улыбка.

***

Через час трасса опустела совсем. И вдруг — фары позади резко приблизились. Громкий рёв двигателя. Машина охотников выстреливает вперёд и блокирует путь. Клаус раздражённо выдохнул: — Ну конечно. Добро пожаловать в мою жизнь. Амелия схватила его за руку: — Ник… — Останься в машине, — тихо, но уверенно приказал он. — И ни звука. Он вышел. Без страха. Без паузы. Без тени сомнений. Двери машины врагов распахнулись — люди с арбалетами. Клаус лишь усмехнулся: — Серьёзно? Болты против короля гибридов? Он исчез — и появился уже за ними. Крик. Треск костей. Тишина. Он вернулся, как будто ничего не случилось: — Прости, что отвлеклись. Продолжаем? Амелия смотрела на него — не со страхом. С восторгом.

***

Едут дальше. Музыка тихая. Амелия задумчиво смотрит в окно. — Ты делаешь это ради армии? — спросила она. — Ради власти, — честно ответил он. — А… я тогда зачем? Он задержал взгляд на её шее — там, где лежит кольцо. — Чтобы напомнить мне… ради чего стоит жить. — Я люблю тебя Ник — Я тоже дорогая очень сильно люблю тебя.

***

Останавливаются у небольшой неоновой гостиницы. Вывеска мигает. Кэролайн фыркает: — Супер. Бутик-курорт Никлауса Майклсона. Элайджа берёт два ключа: — Я и Кэролайн — комната 12. Клаус и Амелия — 11. Кэролайн округляет глаза: — Ты серьёзно?.. Элайджа спокойно смотрит на Клауса: — Не притворяйся, что ты не хотел именно этого, брат. Клаус только уголком губ ухмыляется. В их комнате — одна кровать. Одна. Большая. Пугающе-тесная. Амелия вздыхает: — Кажется, у нас… ошибка бронирования. Клаус, делая вид, что это случайность: — Если хочешь, можешь занять всю кровать. Я… на полу. — Нет! — слишком быстро отвечает она. — Я… не против делить. Пауза. Сердца бьют слишком громко. Амелия садится, снимает куртку. Клаус садится рядом. Очень близко. Он наклоняется: — Сегодня ты была смелой. Мне это нравится. Она шепчет почти в его губы: — Я могу быть ещё смелее. Их дыхание смешивается. Он осторожно прикасается к её щеке… Стук в дверь. Кэролайн: — Эм! Ты там не умерла случайно? Давай зубы чистить и спатки! И вообще — дверь лучше не запирать! Клаус закрывает глаза, глубоко вздыхает: — Вечно они мешают. Амелия тихонько смеётся и касается его руки: — У нас вся ночь впереди. Он смотрит на неё так, будто ночь — его личная территория. Комната погружена в мягкий полумрак. Свет от ночника золотой, тёплый — будто специально созданный для опасно близких расстояний. Амелия скинула кроссовки и села на кровать, поглаживая пальцами кольцо на цепочке. Клаус молча наблюдал за каждым её движением, будто изучал — или запоминал. — Думаешь, Кэролайн будет дежурить у нашей двери? — спросила Амелия, поднимая бровь. Клаус тихо рассмеялся: — Она боится, что я сведу тебя с ума. — Поздно, — усмехнулась Амелия и посмотрела прямо ему в глаза. Это был вызов. Клаус сделал шаг — и ещё. Он остановился перед ней, так близко, что её колени коснулись его ног. Его пальцы легко коснулись её подбородка, заставляя поднять голову. — Ты даже не представляешь, насколько опасно говорить такие вещи мне, — прошептал он. — А может, представляю, — тихо сказала она. Он наклонился — но не коснулся. Оставил расстояние в полвздоха, в полцелуя. Медленно, мучительно. — Ты уверена? — его голос стал чуть хриплым. Амелия подняла руку и коснулась его шеи, пальцы скользнули к воротнику. Её ответ — прост, без сомнений: — Ник… я знаю, чего хочу. Он наконец перестал держать себя в руках. Его губы нашли её — уверенно, жадно. Не первое касание — а настоящее. Поцелуй, от которого мир под ногами исчез. Он осторожно уложил её на кровать, но не давил — держал так, будто она была чем-то хрупким и бесценным. Её пальцы запутались в его волосах, притягивая ближе. Каждое прикосновение — огонь. Каждый вздох — обещание. Клаус замедлился первым, тяжело дыша. Его лоб коснулся её лба. — Если я продолжу… — шёпотом. — Я не остановлюсь. Амелия улыбнулась, чуть приподняв подбородок, снова касаясь его губ: — А я тебя и не просила останавливаться. Он выдохнул коротко, будто она ударила в самую слабую точку его самоконтроля. — Ты сводишь меня с ума, маленькая ведьма, — прошептал он ей на ухо. — Я не ведьма, — прошептала она в ответ. — Нет, — он снова коснулся её губ. — Ты хуже. Он снова хотел поцеловать её — но… Громкий скрип кровати в соседнем номере и приглушённый голос Кэролайн: — Клаус, только попробуй! Я слышу каждый звук! Амелия прыснула от смеха, закрыв лицо руками. Клаус едва сдерживал звериный рык. — Я уничтожу эту стену, — пробормотал он. — Потерпи, — Амелия притянула его за руку обратно. — У нас впереди вся дорога… и вся ночь. Он снова лёг рядом, обняв её так, будто охранял. Её голова нашла место у него на груди — там, где сердце бьётся немного быстрее из-за неё. — Спи, — прошептал он, целуя её волосы. — Завтра начнётся всё. Амелия закрыла глаза, но перед сном сказала тихо, искренне: — Ник… я счастлива. Он улыбнулся — настоящей улыбкой, не защитной. — Я тоже. Примечание спасибо Kiraa1212 за прекрасную идею без них было бы скучно и Когда Кэролайн разрешить им быть вместе?