ХХ. Мир на грани

⋆ ⚭ ༺ ♛ ༻ ⚭ ⋆

Утро начинается не с новостей―оно начинается с уведомлений. Телефон вибрирует ещё до рассвета. Одно сообщение. Второе. Третье. Сажусь в кровати, открываю экран―и замираю. ―Хан Сок!―иду в гостиную, замечая уже проснувшегося мужчину, смотрящего на экран телевизора, где бежит строка: «ВАВИЛОН ПОД СЛЕДСТВИЕМ: МЕЖДУНАРОДНЫЕ ФИНАНСОВЫЕ НАРУШЕНИЯ» ―Он вышел в прессу. Через европейские издания. Потом подхватили корейские.―Хан Сок медленно поднимается с дивана и надевает рубашку, за что я ему крайне благодарна. ―Значит, решил сделать это публично,―спокойно отвечает он.―Хорошо. Публичность всегда оставляет следы. Телефон председателя звонит. Чхве Мён Хи, отсюда вижу. ―Уже знаете,―говорит она без приветствий.―Заморозка счетов в Люксембурге. Два наших фонда под проверкой. Регуляторы действуют синхронно. ―Банки?―коротко спрашивает Хан Сок. ―Три приостановили кредитные линии. Временно. Но рынок уже нервничает. Он кивает, словно она стоит перед ним. ―Пусть нервничает. Я смотрю на него. ―Он бьёт по репутации,―говорю,―Хочет, чтобы инвесторы испугались первыми. ―Нет,―отвечает муж, застёгивая манжету.―Он хочет, чтобы я вышел из тени и начал оправдываться.―перехватывает телефон другой рукой, всё так же спокойно приказывая: ―Мён Хи. Переходим ко второй фазе.

⋆ ⚭ ༺ ♛ ༻ ⚭ ⋆

Совет директоров Cartwright Group собирается экстренно. Слишком экстренно для меня―человека, который любит контролировать темп. Я сижу во главе стола, лицо каменное. Передо мной―планшет, на экране которого одно за другим всплывают уведомления. ―Что значит «приостановлено»?―холодно спрашиваю. ―Наши азиатские партнёры вышли из сделки,―отвечает юрист.―Без объяснений. Формально―из-за внутренних проверок. ―Это невозможно,―цежу сквозь зубы.―Контракты были подписаны. ―Были,―тихо говорит финансовый директор.―Но с условиями. И эти условия...активированы. Я понимаю раньше, чем мне объясняют. ―Вавилон,―произношу медленно.―Чан Хан Сок, ты всё же решил поиграть в пинг-понг со мной?..

⋆ ⚭ ༺ ♛ ༻ ⚭ ⋆

Хан Сок сидит в кресле, оперевшись на спинку стула, и самодовольно попивает виски из стакана, который всё это время находится у него в руке. Я сижу напротив, в десяти метрах от него. Сразу же убежала сюда, лишь бы не сидеть рядом с ним так долго, за что теперь получаю каждый раз недовольный и слегка издевательский взгляд председателя. ―Мы не атакуем его напрямую,―говорит он.―Мы лишаем его кислорода. Мён Хи переключает экран, пока директора что-то усиленно пишут в своих заметках. ―Три его ключевых поставщика уже получили альтернативные предложения. Выгоднее. Чище. Через структуры, не связанные с нами напрямую. ―А СМИ?―спрашиваю и вновь ловлю на себе пристальный взгляд пылающих глаз. Невольно перевожу на мужа взгляд и он сразу же дарит мне лёгкую улыбку. По коже бегут мурашки и я отворачиваюсь, снова концентрируя всё своё внимание на прокуроре. ―Через шесть часов выйдет материал,―отвечает Мён Хи.―Не обвинение. Аналитика. О том, как Cartwright Group слишком зависима от неформальных решений...принятых покойным членом семьи. Медленно вдыхаю и говорю, смотря на экран, но обращаюсь к председателю: ―Ты бьёшь по его сыну даже после смерти.―мужчина всё так же не сводит с меня глаз. ―Я отвечаю тем, что у него болит.―он ставит стакан с алкоголем на стол и большинство людей в зале мелко дёргаются от этого звука. Это заставляет меня фыркнуть себе под нос. Кручу носком туфля под столом, чувствуя дискомфорт на пятке. Чёртовы шпильки. Так и знала, что одеть их станет моей ошибкой сегодня.. ―Аарон хотел, чтобы я пожалел. Теперь он поймёт разницу между местью и стратегией. Мён Хи кивает. ―Рынок уже реагирует. Акции Cartwright Group просели на четыре процента за утро. ―Это только начало,―говорит Хан Сок спокойно.―Он ещё не понял, что война с Вавилоном―это не взрыв.―он повернулся к директорам. Улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз.―Это медленное исчезновение опор. Невольно снова перевожу на председателя взгляд, словно он был магнитом для моего внимания. Чувствую странное, тяжёлое напряжение внутри, когда вижу этого человека―человека, который шаг за шагом выстраивает войну―и делает это, потому что однажды уже решил: назад пути нет. ―Он ответит,―говорит кто-то из присутствующих. ―Конечно,―соглашается Хан Сок.―И каждый его следующий шаг будет стоить ему дороже. Чхве Мён Хи выключает экран, обратившись к директорам: ―На сегодня это всё. Можете быть свободны. Под шум я тоже встаю с места, неспешно разминая ноги. Прокурор о чём-то ещё говорит с моим мужем, но я не слышу их, витая в собственных размышлениях, и перевожу взгляд на Хан Сока лишь когда он зовёт меня. ―Ча Ён.―смотрю по сторонам и замечаю, что мы остались в зале одни. ―Да? Да, я слышу, просто задумалась.―Поднимаю взгляд выше, когда мужчина делает несколько шагов ко мне, но не позволяю ему приблизиться ещё, поэтому продолжаю: ―Нужно спешить. Идём в пентхаус, мне нужно переодеться, после чего сразу же едем к Ли Кён Хо.―не даю вставить ему и слова. Направляюсь поспешным шагом к двери, открываю её и выхожу на коридор, прикусив внутреннюю сторону губы из-за неприятной боли в ноге. Чтобы я ещё раз дала второй шанс неудобной обуви, чёрт возьми.. Слышу за спиной догоняющие меня шаги Хан Сока, а после и его голос: ―Ча Ён. ―Что случ...а!―не успеваю сориентироваться, ведь председатель быстрым шагом нагоняет меня, хватает одной рукой мою талию, вторую подставляет под колени, и ловко поднимает меня на руки. ―Опусти меня на пол, немедленно! Хан Сок!―держусь за его шею, возмущённо уперев в него свой взгляд. Ну что за наглец! Будто я самостоятельно к лифту добраться не могу! Вырываюсь из его хватки, брыкая ногами, на что мужчина мне спокойно отвечает: ―Ещё раз дёрнешься и я, клянусь, поцелую тебя прямо здесь.―удивление на моём лице, кажется, не имеет предела. Что за.. ―Хан Сок..―он переводит на меня взгляд и я вмиг замираю в его руках, веря каждому его слову. ―Имей в виду, что я очень хочу это сделать.―я сглатываю, неуверенно перехватив его шею поудобнее, пока этот псих несёт меня коридорами Вавилона, не обращая внимания на взгляды, какими нас провожают работники. ―На нас...смотрят...―чувствую, как щёки покрываются предательским румянцем, пока Хан Сок всё с таким же каменным лицом направляется к лифту. ―Мне нельзя носить свою жену на руках? Это прозвучало...слишком. Слишком. Закрываю рот, опустив взгляд куда-то на галстук Хан Сока, не желая встречаться с ним взглядами. ―Больше такую обувь не носи. ―Чего? Что хочу, то и ношу!―вспышка моего возмущения быстро тает под его взором. ―Хорошо. Тогда привыкай к этому.― с этими словами он подкидывает меня в воздух, перехватив поудобнее, и я издаю перепуганный писк, прижимаясь к председателю ближе. Вот же мерзавец.. Мы заходим в лифт и он, убедившись в моей хватке на его шее, отпускает мою талию, нажимая последний этаж. Двери лифта плавно закрываются и вскоре я слышу тихое: ―Чёрт. Нужно было и тут его остановить.. Вот теперь моё возмущение даёт о себе знать. ―Так, всё, достаточно! Пускай меня давай!―я снова дёргаюсь в его руках, и Хан Сок медленно поворачивает ко мне голову. Притягивает меня ближе к своему лицу и я рвано выдыхаю, когда между нашими лицами остаётся несчастный сантиметр. ―Нет-нет-нет! Отпусти! ―Я настолько тебе противен?..―замираю, поднимая взгляд к его глазам, отчаянно ждущим моего ответа. Рот приоткрывается, чтобы выпалить правду, но я быстро закрываю его, оставив её у себя в голове: Нет, наоборот. Ты настолько притягателен, что я боюсь не выдержать и провалиться в тебя с головой, Чан Хан Сок.. Но вголос говорю: ―Да. Настолько. Двери лифта медленно открываются и мужчина аккуратно ставит меня на ноги, отпустив. Ком в горле никуда не девается, когда я вхожу в пентхаус, чувствуя спиной его внимание и молча направляясь в гардеробную. Лучше бы ты швырнул меня на пол, чтобы я с грохотом упала, что-то себе поломав. Так мне было бы проще справляться с тем, что вылетает из моего рта последнее время..

⋆ ⚭ ༺ ♛ ༻ ⚭ ⋆

Ночной Сеул выглядит иначе, когда ты знаешь, что едешь не за информацией, а за человеком. А ещё выглядит иначе, когда ты готов умереть от безысходности прямо сейчас. «...―Я настолько тебе противен?.. ―Да. Настолько...» Если бы мне дали в тот момент в руки револьвер, клянусь, я бы застрелился. Зачем ты так мелко кромсаешь мою душу, Ча Ён? Зачем ошмётки выбрасываешь в разные стороны, наблюдая, как они сгорают, превращаясь в пепел? «...Я уничтожу тебя, Чан Хан Сок..» Что ж. Ты выполняешь свои обещания. Ты уничтожаешь меня так, как я себе даже не смел представить. Это хуже смерти. Хуже. Больнее. Лучше бы я правда умер.. Навигация гаснет за квартал до точки. Полуподвальное офисное здание, выкупленное через три прокладки. Ни вывесок. Ни охраны. Только одна машина у служебного входа. ―Он здесь,―говорит моя зависимость, проверяя сигнал телефона.―Вышел в сеть пятнадцать минут назад. Один. Я молча снимаю пиджак и бросаю его на заднее сиденье. Рукава рубашки закатаны. ―Он не сбежит,―произношу спокойно, но чувствуя, как ярость клокочет внутри.―Я намерен сегодня хорошенько развлечься. Ча Ён смотрит на меня боковым зрением, но ничего не отвечает, за что я ей крайне благодарен. Лучше и правда молчи. Твоё безразличие начинает меня выводить из себя не на шутку. Мы заходим без шума. Лифт не работает―идём пешком. На втором этаже свет пробивается из-под двери. Я открываю её одним движением. Ли Кён Хо сидит за столом. Перед ним―ноутбук, выключенный, руки на коленях, спина прямая. Слишком собран для человека, которого только что нашли. Он поднимает взгляд. ―Председатель,―произносит он глухо.―Я знал, что вы придёте. Не отвечаю. Просто иду вперёд. Медленно. ―Ты исчез,―говорю холодно.―Не предупредил. Не оставил отчёта. Не вышел на связь. Это плохая стратегия для человека, который хочет жить.―оскал всё же появляется на моём лице. Ли Кён Хо сглатывает. ―Я...я боялся. Ча Ён подаёт голос: ―Где Винченцо Кассано? Винченцо Кассано. Неужели вся проблема в тебе? Из-за тебя эта женщина не хочет быть со мной? Или я правда настолько ужасен в её глазах?.. Ли Кён Хо вздрагивает. Чуть заметно. Но этого достаточно, чтобы я сощурился. ―Я...я не знаю точно,―быстро говорит он.―Но я могу помочь. Выпрямляю корпус. ―Ты уже помогаешь. Вопрос―кому. Тишина тянется. Ли Кён Хо нервно сжимает пальцы. ―Он...―начинает он, но замолкает.―Он слишком опасен. Вот теперь я правда искренне улыбаюсь. ―Ты сейчас находишься в комнате с человеком, который раздробил тело твоего бывшего партнёра за девять ударов клюшкой. Попробуй ещё раз сказать, что он опасный, и я устрою тебе поход по стопам твоего приятеля. Ли Кён Хо опускает голову, перепугано вздрогнув. ―Есть аэродром,―выдыхает он.―Частный. На побережье. Его используют для нерегулярных перелётов. Без имён. Без маршрутов. Я подхожу ближе. ―Координаты.―Он достаёт из ящика папку. Слишком подготовленно. Слишком аккуратно. Передаёт её мне дрожащими пальцами. ―Я уверен,―добавляет он поспешно.―Его держали там. Или...переправляли. Это последнее место, где его видели. ―Кто видел?―уточняет Ча Ён, и я перевожу взгляд на неё. Она переобулась в кроссовки, и теперь еле дотягивала макушкой к моему плечу. От этого факта у меня пересыхает в горле. Чёрт.. ―Контакт. Итальянская сторона. Через «Зельберг Фармс». Отрываю взгляд от жены и принимаюсь листать документы. Медленно. Проверяя не цифры―уверенность. ―Ты понимаешь,―говорю, не поднимая головы,―что если ты врёшь, я вернусь. ―Я не вру!―резко отвечает Ли Кён Хо.―Я...я просто хочу исчезнуть. ―Ты исчезнешь,―улыбаюсь. Ли Кён Хо кивает слишком быстро, и я закрываю папку. ―Исчезни,―повторяю.―Сорок восемь часов. Ни звонков. Ни сигналов. Если я увижу твоё имя в системе― ты покойник.―напряжённо закрываю глаза, видя перед собой звёздочки злости, кипящей внутри, почти молящей, чтобы её выпустили наружу. Хмыкаю и вдруг направляюсь в машину поспешными шагами. ―Ты куда?―слышу позади удивлённый голос Ча Ён, но не оборачиваюсь. Быстро спускаюсь вниз, достаю из бардачка пистолет и возвращаюсь обратно. ―Знаешь, а я вдруг передумал.―направляю дуло на перепуганного мужчину и.. Бах! Бах! Бах! Бах! Я продолжаю стрелять, пока в венах вместо крови циркулирует дикая ярость. Ярость на себя, на Ча Ён, на то, что она, чёрт возьми, сводит меня с ума! ―Fuck! Fuck! FUCK! Бах! Бах! Бах! Останавливаюсь лишь когда заканчиваются пули. Тяжело дышу, оборачиваюсь к Ча Ён, и не вижу на её лице ни капли страха. Чёрт побери, хоть что-то в ней меня сейчас радует. Этот удивлённо-скептический взгляд говорит мне о том, что это было неожиданно в данном контексте, но вполне в моём характере. ―Он врал.―выдыхаю. Адвокат поворачивает голову ко мне. ―Нет.―её голос ровный.―Он говорил то, во что сам верил. Это разные вещи. Смотрю на папку, оставшуюся на столе. Беру её в руки. ―Координаты реальны. Аэродром существует. Но ощущение такое, будто нам дали не точку...а направление. Встречаю взгляд Ча Ён. ―Неважно. Цель уже рядом. Нужно топить до конца..―она опускает взгляд, и я вижу, как в её глазах перед этим мелькнули странные искры. Вопросительно щурюсь, стараясь узнать, что же она скрыла от меня только что, но Ча Ён поспешно говорит: ―Едем в Вавилон. Сегодня нам уже нечего здесь делать..

⋆ ⚭ ༺ ♛ ༻ ⚭ ⋆

Я закрываюсь в ванной комнате и из глаз тут же начинают литься рекой слёзы. Сползаю по стенке вниз, закрывая рот ладонями, чтобы приглушить горькие всхлипы. Почему?.. Почему я всё ещё чувствую к тебе всё это? Чувствую даже после того, как снова увидела то, как ты несёшь своими руками смерть?! Почему продолжаю тянуться к тебе, доверять тебе, хотеть тебя и... Чёрт!! ―Ча Ён..―напуганно поднимаю глаза, слыша за дверью тихий голос Хан Сока. ―Уйди. Пожалуйста, оставь меня в покое..―не хочу ничего. Убежала из того офисного здания лишь потому что боялась расплакаться прямо посреди дороги. У нас ещё было несколько часов, чтобы поехать на тот чёртов аэродром, но я не смогла бы выдержать ещё столько. А теперь волна слёз снова накатывает, ведь я слышу за спиной его голос. ―Не уйду. Ведь хочу узнать причину твоих слёз. Ты не одна, Ча Ён. Уже нет,―слышу как он терпеливо подбирает слова и глушу очередной всхлип.―Если что-то случилось, скажи мне. Если тебе нужна помощь, скажи мне. Всё что угодно. Слышишь? ―Я не могу.. ―Открой дверь. ―Нет. ―Пожалуйста, Ча Ён.. Выдыхаю весь воздух из лёгких и стараюсь собрать все свои силы, всю волю. Скребу по стенкам сознания, собирая всю свою злость в одну кучу, чтобы дать ему отпор. После встаю и открываю дверь, холодно посмотрев на него сквозь пелену слёз. ―Мне не нужен такой человек как ты, Хан Сок.―моргаю и мир вокруг становится чётче. Вижу, как играют желваки на мужском лице, когда он отвечает мне, почти рыча: ―Да, я никогда не стану хорошим парнем. Но тебе и не нужен хороший, разве нет?―он приближается ко мне и, не смотря на свою злость, аккуратно смахивает пальцами слёзы с моих щёк, пока я делаю медленный шаг назад.―Тебе нужен дьявол, который будет сражаться с твоими проблемами, потому что ты не желаешь бороться с ними в одиночку. Ты самодостаточная, но не хочешь такой быть. Тебе нужен зверь на пьедестале, который будет править твоей преисподней, пугать, убивать людей, но с которым ты всё равно будешь чувствовать себя в безопасности. Скажи, что это не правда. Давай, соври мне, Ча Ён! ―Уйди, Хан Сок...Пожалуйста..―сердце вырывается из груди при одном лишь взгляде на председателя, но я сжимаю зубы до боли, опираясь всему этому хаосу. Он не отступает. Наоборот―делает шаг на меня. ―Не уйду, пока ты не скажешь мне правду. ―К-какую..правду?―смотрю в разъярённые глаза напротив, и стараюсь держать здравый ум при себе, когда он говорит мне: ―Ту, которая жрёт нас обоих ещё с Канн. Ту, которая разьедает моё нутро каждый раз, когда ты смотришь на меня так, словно не ты жалась ко мне каждый раз ночью, не ты сгорала от взаимности ко мне. Почему я готов это признать, а ты нет?! ―Ч-что ты готов признать?! ―Что я люблю тебя, чёрт возьми!! В этот момент моя вселенная останавливается. Сжимается вокруг нас двоих, пока я ошарашенно приоткрываю рот, всё-таки услышав эти слова. Н-нет...нет...только не это.. Взгляд Хан Сока словно выцвел за несколько мгновений. Он покорно вздыхает и повторяет уже спокойнее: ―Я люблю тебя, Ча Ён. Разве ты не чувствуешь даже капли того, что чувствую я?.. ―Я...я..―не могу сказать ничего. У меня просто нету слов внутри. Нет даже воздуха, чтобы выдохнуть его вместо ответа. Я просто стою и не могу пошевелиться. Не могу.. На затворках сознания я слышу телефонный звонок. Медленно возвращаюсь в реальность и понимаю, что это мой единственный шанс убежать, ускользнуть от ответа. Поэтому я быстро бегу к телефону, пока Хан Сок стоит на том же месте, провожая меня потерянным взлядом. ―Алло? Папа, это ты? ―Привет, дочка. У меня для тебя есть.. ―Я уже еду! Сейчас я буду у тебя, папа! Жди меня! ―Но.. ―Жди! ―Ладно, хорошо. Хорошо. Быстро ложу трубку и поспешно обуваюсь. ―Мне...мне пора бежать! Я...я потом приду!―мужчина всё так же молчит, наблюдая за мной, но я не смотрю на него, не могу, ведь если взгляну хоть на мгновение.. Вылетаю из пентхауса и бегу к машине, чёртыхаясь у себя в голове. Вот же дерьмо! Дерьмо! Полное дерьмо!

⋆ ⚭ ༺ ♛ ༻ ⚭ ⋆

Она просто убежала. Слышу где-то издалека, как из собственного горла вырывается истерический смешок. ―Holy shit.. Закрываю глаза и рвано выдыхаю. Ложусь на диван и не шевелюсь несколько минут. Думаю. Ей нужно время подумать? Или это так выглядело слово «нет»? Что мне сейчас делать, чёрт побери?.. Я люблю её. Признался себе в этом на днях и всё никак не мог поверить в то, что правда это чувствую. Я люблю её. И не могу без неё. Не могу ничего сделать, пока она не со мной.. Что, если она и правда ненавидит тебя, идиот? Что ты тогда будешь делать? Умру. Я умру. Ведь жить без неё не смогу теперь. Уже слишком поздно. Она уничтожит меня своей ненавистью и тогда Вавилон с грохотом падёт. А мне будет плевать. Ведь она не будет моей. Пусть весь мир сгорит до тла, если это будет так.. Открываю глаза и поспешно решаю занять себя делом. Вскоре мониторы светят как прожекторы, на столе―кипа документов: схемы перевозок, сведения об объекте, фотографии. Я пролистываю отчёт из папки Ли Кён Хо, которую нашёл у него в столе, после того, как застрелил его. Страница 12. Страница 13. Страница 14… Страница 15―пустая. И внизу едва заметная строка: «Дополнение прилагается устно». Щурюсь, разворачиваю файл, пролистываю физическую папку. Там―тонкий конверт. Никаких отметок. Просто вложение, запечатанное на крошечный кусочек прозрачной плёнки. Осторожно вскрываю её. Внутри―маленький аудиочип. Хмыкаю и подключаю его к своей системе. Экран вспыхивает. Звучит мужской голос― слишком спокойный. Слишком расчётливый. И―слишком знакомый. «―Ли Кён Хо. Слушай внимательно. Если хочешь остаться живым―ты скажешь им то, что я велю. Передашь Хан Соку и Ча Ён координаты. Только эти. Они должны идти по ложному маршруту и им нельзя приближаться к настоящему объекту. Понял? ―Д-да...но зачем? ―Потому что Хан Сок должен быть занят. Отвлечён. Выведен из игры в моменты, когда ищет меня. Пока я работаю. ―А Ча Ён...? ―Она сама найдёт путь. Теперь слушай дальше. Ты исчезнешь на сорок восемь часов. Никому не звонишь. Если Хан Сок попытается тебя искать―он найдёт только то, что я оставил.» В конце―шорох бумаги и последняя фраза, от которой холодеют пальцы: «―Когда всё закончится, он всё равно узнает правду. Но поздно.» Аудио обрывается. Тишина становится почти звуковой. Сижу неподвижно. Монитор освещает только руки на столе. Медленно перематываю запись обратно―переслушиваю. Второй раз. Третий раз. На четвёртом нажимаю стоп. Встаю. Прохожу по гостиной. Останавливаюсь напротив окна и смотрю вниз на ночной город. В воздухе―ощущение, что мир только что перевернулся. Прижимаю пальцы к губам, будто пытаясь остановить мысль, которая слишком быстро собирается в целую картину: Всё это время... Снова включаю файл. Только одну фразу. «Хан Сок должен быть занят.» Ещё. «Отвлечён.» Ещё. «Пока я работаю.» Медленно опускаюсь на край стола, зажимаю файл пальцами так сильно, что бумага сминается. А потом делаю резкий, чёткий вдох. Собираю себя по частям обратно и произношу только одно: ―Винченцо.. Как констатация факта. Не эмоция. Не позволяю себе сейчас эмоции. Открываю ноутбук и ввожу код доступа, захожу в закрытую систему. Сличаю ложный маршрут, который дал Ли Кён Хо, настоящие операции Интерпола, точки, где пересекались их пути, документы, которые «случайно» попадали к ним, бесследные исчезновения свидетелей и «ошибки», которые никто не должен был заметить. И всё это сходится ровно в одну линию―линию, которую мог построить только один человек. Смотрю на граф и тихо выдыхаю: ―Это был ты. Все эти дыры в Вавилоне. Всё это время...это был ты, Винченцо Кассано.

⋆ ⚭ ༺ ♛ ༻ ⚭ ⋆