Глава 1: Найдите уже девочкам развлечение, если не хотите, чтобы они регулярно попадали в неприятности

      Когда Деймон увидел дочерей Рейниры в Дрифтмарке, он понял, что все слухи об их незаконнорожденности — чушь, выдумки Хайтауэров.       Он бросил презрительный взгляд на Отто, который вернул себе пост десницы, из-за того, что несколько недель назад Лионель Стронг скончался во сне.       Темные волосы девушек поначалу и могли показаться необычными для Таргариенов, но он-то прекрасно помнил, что в молодости у Рейнис были такие же. Любой, посмотрев на лица девушек, не мог отрицать типичные черты Веларионов. Двенадцатилетняя Джекейра была отражением юной Рейнис. У девочки были такие же острый нос и четкая линия подбородка, а темные, изучающие глаза неприятно напомнили Деймону Рейнис, выдававшую отцу все его мальчишеские проделки. Она была очень высокой для своего возраста, почти ростом с мать, да и платье было сшито скорее для юной леди, чем для ребенка.       Люцера, довольно маленькая для десяти лет, но очень крепкая, больше всего походила на Рейниру, и с неприятным уколом в сердце он понял, что и на Лейну. У нее были губы Рейниры, но улыбка Лейны. Глаза Рейниры, но лукавый блеск Лейны. Ее кудри, как и у Лейны, были неуправляемыми пышными локонами, которые кто-то безуспешно пытался заплести в аккуратную косу, превратившуюся теперь в темное нечто у головы.       А младшая — Деймон сдержал смешок. Джоффрида. Наверное это самая нелюбимая дочь Лейнора, уж точно не Рейнира дала ей такое имя. Ей было шесть, но она была очень недовольна своим присутствием здесь, лениво размахивая палкой, найденной на пляже. Ее хмурый взгляд и угрюмость были точь-в-точь, как у Корлиса.       Это несомненно были дети Веларионов.

***

      Почему-то все недооценивали острое зрение и слух Деймона. Его это не расстраивало: он использовал эту способность, чтобы подслушивать чужие секреты. Он мог одновременно вести серьезный разговор с важным союзником и подслушивать шепот придворных на другом конце комнаты. Сейчас он с огромным интересом слушал разговор между дочерьми Рейниры и сыновьями Алисенты Хайтауэр.       Старший Зеленый мальчишка, Эйгон, жаловался на помолвку с сестрой. Но затем в его голосе появились более озорные нотки.       — Ну, хотя бы у нас с ней есть одна общая черта. Нам обоим нравятся длинноногие создания.       А затем он повернулся и с вожделением посмотрел на Джекейру Веларион. Это неудивительно. Деймон слышал, что любимый наследник престола Хайтауэров был тем еще развратником и пьяницей, и все это — будучи четырнадцатилетнем парнем. Джекейра же была хорошенькой обаятельной девушкой, знавшей манеры, насколько мог судить Деймон. Наоборот он бы удивился, если Эйгон не попытался с ней флиртовать.       Что его удивило, так это реакция Джекейры: румянец окрасил ее лицо, и она решительно отвернулась от своего распутного дядюшки, но все еще поглядывала на него через плечо из-под трепещущих ресниц.       Ой. Какая прелесть. Но Джекейра, как говорят, была разумной девушкой с развитым чувством долга, поэтому Деймон был уверен, что этот незрелый флирт ни к чему не приведет.       — Что такого в длинных ногах? — Люцера смело посмотрела на своего старшего дядю, ее круглое лицо озарилось невинным любопытством.       Злая ухмылка расплылась по лицу Эйгона, и он уже открыл рот, но Эймонд грубо ударил Эйгона в грудь как раз в тот момент, когда Джекейра попыталась его остановить:       — Не смей, Эйгон.       — Это не честно! Я тоже хочу знать. — Люцера потянула Эймонда за другую руку. — Эймонд, тогда ты мне расскажи. Ты же много читаешь. Ты точно знаешь, о чем он.       — Это не та тема, которую можно узнать из книг, — сказал Эймонд.       Красные щеки явно выдавали его смущение. Этот, наверное, такой же набожный чопорный засранец, как его мать. Ему сколько, лет двенадцать? Уж Деймон-то в его возрасте думал только о том, чтобы почитать учебники и научиться владеть мечом.       Конечно, это неправда, просто Деймон действовал гораздо тоньше, чем Зеленый Принц Номер Один.       — Ого! Ты так думаешь? Неужели есть книга, которую я читал, а ты нет? — радостно спросил Эйгон. — Племянницы, я настоятельно рекомендую вам ознакомиться с книгой «Советы молодым леди» леди Корианны Уайлд. Она будет для вас… очень познавательной.       Затем он посмотрел на Джекейру, Деймон мог описать такой взгляд, только как страстный. Было довольно неловко наблюдать за этим. Разве он не слишком молод для такого? Разве она не слишком молода для такого? Поразмыслив, Деймон предпочел поведение набожной особы.       Джекейра покраснела, но не испугалась. Храбрая девочка.       Деймон, конечно же, читал эту книгу. Он был уверен, что всем девушкам будет полезно ее прочитать, тогда в Вестеросе браки в среднем будут гораздо счастливее, — но только по достижении определенного возраста. Уж точно старше девяти-десяти, как эта девчонка.       — «Советы молодым леди», — повторила Люцера. Она снова схватила Эймонда за рукав. — Эймонд, ты должен дать мне эту книгу, когда мы вернемся домой.       — Нет! — пролепетал маленький ханжа.       — Но вы постоянно говорите, что мне нужно больше читать!       — Не эту книгу.       — Почему? Я думала, ты ее не читал. Откуда ты знаешь, о чем там?       — Потому что Эйгону она понравилась, — сказал Эймонд, бросив убийственный взгляд на старшего брата. — Если ему она нравится, значит там полно разврата, который точно не для дамских глаз.       — Мне жаль твою будущую жену, — съязвил Эйгон. — Когда ты попытаешься вставить ей в вашу брачную ночь, ты можешь промахнуться мимо ее дырки и…       —Эйгон! — взвизгнула Джекейра, закрывая ему рот рукой. — Не в присутствии Люси!       Эйгон, действуя, надо признать, изящнее, чем ожидалось, ловко поймал ее запястье и потянул к себе, так что прижал девушку к груди. Их лица оказались всего в нескольких дюймах друг от друга, и он ухмыльнулся, глядя на нее сверху вниз.       — Ну что ж, я могу тебе поведать содержание книги, но только наедине.       Джекейра покраснела еще сильнее. К счастью, благодаря благородству и скромности бедной девочки, ее встревоженный крик привлек внимание матерей.       Рейнира, стоявшая ближе, бросилась к Джекейре и Эйгону. Ее прекрасное лицо выглядело по-королевски спокойным, но глаза предвещали огонь и кровь. Эйгон отдернул руки и отступил на несколько шагов. Затем, пытаясь скрыть свой страх, он презрительно усмехнулся и щелкнул пальцами, требуя вина.       Трус столкнулся с чем-то более опасным, чем дети младше и слабее его. Опасение Деймона, что мальчик представляет угрозу для Рейниры, резко спало, но не исчезло полностью. В конце концов, истинным врагом был не сам Эйгон, а те, кто дергал его за ниточки.       Алисента, заметив, что Рейнира пришла первой, прищурилась, глядя на бывшую подругу. Затем королева сменила курс и двинулась к Эймонду и Люцере. Девочка изо всех сил толкала его, пытаясь повалить на землю, а принц же уперся ногами в землю и невозмутимо стоял на месте, словно регулярно подвергался подобному террору.       — Принцесса Люцера, прекрати так себя вести, — резко сказала Алисента. — Леди не должна издеваться над другими.       Люцера остановилась, склонив голову набок.       — О. Так вот почему это называется «мужское самоудовлетворение»? То есть, так можно только мужчине с мужчиной?       Алисента моргнула, совершенно не зная, что сказать. Эйгон выплюнул вино и рассмеялся, дав матери повод развернуться и начать его ругать.       Рейнира воспользовалась моментом, чтобы схватить Люцеру за плечо и отвести обеих дочерей подальше от Зеленых. Маленькая ручка Люцеры взметнулась в воздух и слегка помахала.       Рука Эймонда на мгновение поднялась, а затем резко метнулась к голове, почесывая ухо, и он присоединился к матери, чтобы отчитать Эйгона. Подойдя к Алисенте, он скривил губы в презрительной ухмылке точь-в-точь, как и королева.       Угадайте с трех раз, какой сын был ее любимым, первые две попытки не засчитываются. Близость мальчиков к матерям никогда ни к чему хорошему не приводила. Это делало их мягкими и немужественными.       Ну что ж, это точно не проблема Деймона.       Говоря о сыновьях Алисенты, где был самый младший из них?       Деймон не был удивлен, увидев младшего принца в компании младшей принцессы Рейниры. Словно они все договорились объединиться по парам. Если бы у Рейниры был сын, он однозначно возился бы в грязи вместе с этой бормочущей, помешанной на насекомых принцессой.       Дейрон с широко открытыми глазами наблюдал, как Джоффрида, — Деймон, снова едва сдержал смешок от этого имени, — поправляет темный лист пергамента.       — Ты уверен, что это сработает, Джофф? — спросил Дейрон.       Ах, Джофф. Так звучит гораздо менее ужасно.       — Это правда. Я уверена. — Джофф придавила его углы камнями. Ее пухлое лицо застыло в мрачном выражении. — Давай пиши, Дейрон.       — Почему я?       — Ты старше. У тебя почерк лучше, — буднично сказала она. Дейрон был старше ее максимум на год.       — Но я не хочу, чтобы из-за меня кому-то стало плохо.       — Ладно. Я не заставлю его страдать. Все будет быстро. А теперь пиши, Дейрон. — Она бросила на него мрачный взгляд, слишком убийственный для столь юной девочки. Блеск ее черных глаз не обещал ничего хорошего.       Маленький Дейрон лишь вздохнул, мечтательно улыбнулся племяннице и взял карандаш, который она ему протягивала.       — Деймон? Деймон, ты вообще слушаешь?       Деймон повернулся к брату.       — Конечно, Визерис. — Он выдержал паузу и продолжил: — Очевидно нет, мне плевать на дела при дворе. У меня есть вопрос по поводу Джофф.       — Ах, моя дорогая Джоффрида! Разве она не прелесть? — Визерис засиял и снисходительно взглянул на свою младшую внучку.       — Да. Прелесть. Именно так я бы ее и описал, — ровным голосом ответил Деймон. — Братец, ты хоть представляешь, что у нее сейчас в руках?       Визерис прищурился, глядя вдаль.       — Какой-то пергамент? Она любит рисовать. У меня есть ее последний рисунок, где, по ее словам, Тираксес уничтожает врагов. Какая развитая! Эта девчонка — настоящий дракон.       Теперь у Деймона отпали все вопросы.       — Она и твой младший сын пишут на пергаменте проклятия.       — Что? Проклятия? Не глупи, Деймон. Где она их могла взять и кого вообще прокляла? Нянек за то, что они запретили ей есть сладости перед сном? — Визерис издал смешок, который тут же перешел в приступ кашля.       Пока жена засуетилась вокруг брата, Деймон снова обратил внимание на Рейниру. Она подвела Джекейру и Люцеру к его дочерям, которые жались к Рейнис. Рейнис поприветствовала остальных внуков, за исключением Джофф, которая что-то диктовала Дейрону, и вскоре все четыре девочки столпились вокруг бабушки, пытаясь согреться от пронизывающего ветра.       Он знал, что ему следует пойти к Бейле и Рейне. Сказать что-нибудь утешительное. Но он боялся сделать еще хуже. Мастерство Деймона заключалось в разрушении, а не в исцелении. Пусть каждый будет верен своему ремеслу. Он не станет рисковать. Рейнис прекрасно справлялась утешением.       Когда Рейнира отошла от дочерей, он поймал ее взгляд. Сердце, которое он почти не ощущал со смерти Лейны, забилось чаще.

***

      Чертов песок! Он был повсюду в одежде, обуви. Но Деймон не показывал виду, входя в Зал Семерых.       Бейла выглядела очень злой, а Рейна плакала, но главное, что они не пострадали. Поняв, что ему не нужно срочно отрубить кому-нибудь голову, Деймон не спеша осмотрел остальных людей в комнате.       Рейнира бросилась к дочерям, хотя ни одна из них, похоже, не пострадала. Лицо Джекейры было мрачным, она нервно заламывала руки. Джофф забралась на мягкое кресло и уже почти засыпала: по-видимому, ее не беспокоило происходящее. Люцера стояла неподвижно, как статуя, что резко контрастировало с ее натурой. Кулаки были сжаты, лоб нахмурен, она смотрела себе под ноги. Губы дрожали — признак надвигающейся истерики и плача.       В другом конце комнаты стояли Хайтауэры. Эйгон, Хелейна и Дейрон, как будто только проснулись. Алисента маячила за стулом, где сидел Эймонд. У юноши не было видимых травм, но его лицо выражало сильную боль, он был напряжен и сжимал ноги.       — Мейстер, вы принесли лед, в конце концов? — пронзительно закричала королева.       — Мама, я же сказал, мне не нужен лед. Я в порядке! — рявкнул Эймонд, покраснев.       Визерис громко ударил тростью по полу.       — Теперь, когда мы все наконец собрались… — Он бросил на Деймона многозначительный взгляд, при этом игнорируя, что Рейнира вообще-то тоже опоздала на семейную «вечеринку». И вообще, а где Лейнор? — Я требую полного отчета о произошедшем. — Король оглядел всех детей и выбрал того, кто казался самым спокойным: — Джекейра, дорогая, расскажи мне правду.       — Эймонд избит, — возразила Алисента. — Это он должен рассказывать.       — Избит? Посмотри на него, с мальчиком все в порядке, — пренебрежительно бросил Визерис. Затем он повернулся к девочке. — Джекейра? Во всех подробностях.       Джекейра стояла, выпрямившись и расправив плечи, но трясущиеся руки выдавали волнение. Рейнира положила руку на плечо дочери, казалось, это придало Джекейре уверенности, и она деликатно откашлялась.       — Мы с сестрами спали, когда Бейла и Рейна разбудили нас. Они сказали, что кто-то украл Вхагар и они решили разобраться с вором. Мы впятером вышли и встретили Эймонда в туннеле. Рейна обвинила его в краже дракона ее матери, а он сказал: «Ты уже давно могла оседлать ее сама, если тебе это так нужно». Я сказала ему, что красть дракона тети Лейны на ее похоронах — это неуважительно, а он ответил: «Вы не поймете, вы же всего лишь кучка маленьких глупых девочек». Тогда Бейла сказала: «Эта маленькая девочка сейчас тебя выпотрошит, если ты не вернешь Вхагар», а он обозвал ее дурой, потому что драконы не так выбирают себе всадников. Потом он сказал… Э-эм…       — Продолжай, — подбадривал ее Визерис.       Джекейра, учитывая волнение, рассказывала о случившемся на удивление четко. Тем не менее девушка неуверенно посмотрела на Люцеру. Люцера, избегая смотреть сестре в глаза, лишь коротко кивнула. Поэтому Джекейра продолжила:       — Потом он сказал: «Вам всем пора бежать в кроватки, пока вас не напугали крысы и вы не обмочились от страха, как Люцера». Это очень расстроило Люси, и она начала на него кричать. Потом он обозвал ее… Э-э… обозвал некрасивым, плаксивым ребенком, который даже читать не умеет. А потом… а потом…       Голос Джекейры стал таким тихим, что всем пришлось напрячь слух, чтобы расслышать:       — …потом Люси ударила его в пах.       Деймону с трудом хватило самообладания, чтобы не запрокинуть голову и не расхохотаться. Он был прав. Люцера была такой же вспыльчивой, как ее тетя. Лейна бы ею гордилась.       Он на мгновение — на очень, на очень короткое мгновенье — выразил сочувствие Эймонду. Деймон никогда бы не признался в этом кому-нибудь, но его яички тоже когда-то были жертвами, поэтому он чувствовал себя обязанным хоть немного пожалеть это поганое отродье Хайтауэров. Впрочем, это минутная слабость. Не надо к этому привыкать.       Остальные мужчины в комнате, от Визериса и Отто до Корлиса и мейстеров Высокого Прилива, сочувственно поморщились. Эймонд избегал встречаться с ними глазами, сердито глядя на камин.       Визерис бросил на Люцеру строгий, отеческий взгляд.       — Люцера, дорогая, тебе не следует бить мужчину между ног. Это бесчестный поступок. Ты должна пообещать, что больше никогда не будешь так делать, если только это не касается жизни и смерти.       — Обещаю, — пробормотала девушка, все еще хмуро глядя в землю.       — Хорошо. Ну, что ж все решили… — начал Визерис.       — Решили? — недоверчиво перебила Алисента. — Мой дорогой муж, она напала на твоего сына, принца короны, просто за то, что он воспользовался своим правом по крови. Она даже не извинилась. Ты должен все исправить.       Деймон хихикнул, и все уставились на него.       — И как ты предлагаешь все исправить, моя королева? Нам стоит позволить твоему сыну пнуть Люцеру в пах?       — Нет! — возмутился Эймонд, вскакивая на ноги. — Бить девушек — это не по-мужски, тем более так.       Люцера резко прекратила смотреть в пол и подняла свой горящий взгляд на принца.       — Не по-мужски? Не по-мужски? — взвизгнула она. — Ты не поймешь значения этого слова, даже если прочтешь десять тысяч книг, Эймонд Таргариен! Но что я знаю о тебе? Так это то, что ты всего лишь глупый, неграмотный ребёнок. И королеве придется отрубить мне ногу, потому что я буду бить тебя снова и снова, если еще когда-нибудь увижу твою глупую рожу.       Затем она разрыдалась.       Все застыли, словно всхлипывания Люцеры предвещали второй Рок. Визерис, хромая, подошел к Рейнире и Джекейре, которые сгрудились вокруг Люцеры, воркуя и успокаивающе поглаживая спину. Корлис скрестил руки на груди и сурово нахмурился, глядя на Эймонда, который с ужасом смотрел на дрожащее тело Люцеры, словно повредил что-то дорогое.       Эйгон вздохнул и хлопнул Эймонда по спине сильнее, чем требовалось.       — Ты придурок, — мудро сказал старший брат.       Джофф села на кресле и, прищурившись, посмотрела на Эймонда. Деймон подумал, не замышляет ли она еще одно проклятие. Интересно, что она сделала с первым.       Двери зала распахнулись, и вбежал слуга.       — Мой лорд! — выдохнул он, резко остановившись перед Корлисом.       — У нас сейчас неотложное семейное дело, — резко сказал Корлис.       — Прошу прощения, милорд, это срочно! Это… это… — Слуга вздохнул. — Это сир Лейнор. Он… он…       Рейнис протиснулась вперед.       — Что с моим сыном? — спросила она.       — Он… он утонул, принцесса.       Все детские ссоры быстро забылись. Зал наполнился криками горя и недоверия. Рейнира, бледная и дрожащая от потрясения, прижала к себе дочерей.       — Как это могло случиться? — спросила Алисента, в ее голосе слышалась искренняя обеспокоенность.       Слуга бормотал о том, как Лейнор, охваченный горем по сестре, бросился в воду. Словно в трансе, он погружался все глубже и глубже, игнорируя призывы своего спутника Кварла Корри вернуться. Все произошло быстро, никто не успел среагировать. Он полностью погрузился под воду.       — Сын Дрифтмарка утонул? Наверняка что-то здесь нечисто, — сказал Отто, его взгляд упал на Деймона, который лишь нахмурился в ответ.       Ну, если честно, Деймон бы тоже подозревал Деймона. Он раздумывал, о том как убрать Лейнора, чтобы жениться на Рейнире. Они с Рейнирой одновременно ушли из замка и занимались сексом на пляже… Не на том самом пляже, где утонул Лейнор. Они бы заметили. Наверное.. Он часто бывал замешан во всяких подозрительных смертях, а утопление морского лорда вроде Лейнора действительно вызывало подозрения. Но на этот раз он вообще ни к чему не причастен. Он невиновен.       Как необычно. Нужно почаще выходить из зоны комфорта.       Затем краем глаза он увидел, как Джофф шаркающей походкой подошла к камину и бросила в огонь блестящий черный листок.       Я не заставлю его страдать. Все будет быстро.       Джофф обернулась и заметила, как Деймон пристально смотрит на нее. Она лишь моргнула, потом вернулась к своей скамье, снова свернулась калачиком на подушках и зевнула, закрыв глаза, словно собираясь снова заснуть.       Вот… черт.