Пролог

Наследный принц Василиос Стелларис никогда не чувствовал себя таким живым. Бальный зал Императорской академии сиял тысячами свечей, музыка лилась из-под пальцев лучших музыкантов империи, а воздух был наполнен ароматами цветов и шампанского. Но всё это — лишь бледный фон для той, кто стояла у дальней колонны в бледно-голубом платье. Виолетта Роуи. Его Виолетта. Василиос покосился на Розалию Осканьи, которая замерла рядом с ним с этой своей вечной идеальной улыбкой. Семь лет помолвки, семь лет фальшивой нежности, семь лет её мелких пакостей в адрес тех, кто был слабее. Он терпел ради отца, ради политики, ради империи. Но больше не мог. Сегодня он всё закончит. Он поднялся на возвышение. Оркестр замолк. Гости повернулись к нему. — Леди и джентльмены, — начал Василиос, чувствуя, как сердце колотится от предвкушения. — Я объявляю о расторжении моей помолвки с леди Розалией Осканьи. Шёпот прокатился по залу. Он видел, как побледнело лицо Розалии, как её пальцы сжали веер. Хорошо. Пусть все знают, что она за человек. — Более того, я считаю своим долгом сообщить, что леди Розалия систематически травила жизнь леди Виолетты Роуи… Он перечислял — чернила на платье, сплетни, подставленная ножка на лестнице. Мелко, подло, жестоко. Идеальное подтверждение того, что дочь маркиза не достойна даже смотреть в сторону престола. — Я люблю Виолетту, — объявил он, и голос его дрогнул от искренности. — И намерен жениться на ней. Розалия издала сдавленный всхлип и бросилась к выходу, серебристый шёлк её платья жалко развевался на бегу. Василиос не почувствовал ни капли жалости. Только облегчение. Через полчаса Виолетта сослалась на усталость и покинула бал. Он поцеловал ей руку, пообещал навестить её завтра утром, и его сердце пело. Наконец-то он свободен. Наконец-то он с той, кого действительно любит. Бал закончился в полночь. Василиос не стал ждать утра — он хотел увидеть её сейчас, хотя бы взглянуть на дверь её комнаты, представить, как она спит, улыбаясь во сне. Он поднялся в женское крыло, постучал в дверь Виолетты. Тишина. Он постучал громче. Ни звука. Соседка Виолетты, какая-то баронесса, выглянула из соседней комнаты, заспанная и недовольная. — Ваше Высочество? Леди Виолетты нет. Она не возвращалась после бала. Василиос почувствовал, как внутри всё обрывается. «Не возвращалась?» — переспросил он. Баронесса лишь пожала плечами и захлопнула дверь. Он обыскал всё — коридоры, библиотеку, зимний сад, свои покои, даже чужой мужской этаж. Виолетты нигде не было. Тишина в ответ на его зов, пустота там, где должна была быть она. Он поднял тревогу. Сбежались слуги, гвардейцы, преподаватели. Прибежал запыхавшийся Леонтиос Осканьи, старший брат Розалии, с которым Василиос дружил с детства. «Что случилось?» — спросил Леонтиос. «Виолетта пропала. Её нет в комнате, её никто не видел с тех пор, как она ушла с бала». Леонтиос нахмурился и предложил проверить и других. И тогда начался кошмар. Комната Розалии — пуста. На столе смятый листок с одним словом: «Почему?». Комната Низиды Намаро — пуста, даже следов присутствия почти нет. Комната Шарлотты Нахицуми — пуста, кровать не смята. Комната Корнелии Вивье — пуста, на туалетном столике аккуратно разложены украшения. Комната самой принцессы Мадлен, его сестры, — пуста, и фрейлины клянутся, что видели её в последний раз, когда она уходила с бала. Шесть девушек. Шесть. Василиос стоял в пустой комнате Виолетты, сжимая в руке её забытую туфельку — хрустальную, изящную, такую маленькую. Как она могла исчезнуть? Кто посмел? Он перебирал в голове врагов — политические интриги, завистники, возможно, даже кто-то из соседних государств. Но зачем похищать дочь герцога, дочь графа, дочь виконта, его сестру… и Розалию? Розалию, которую он только что публично опозорил? Это не имело смысла. — Похищение, — прошептал он. — Их похитили. Леонтиос молчал, глядя на пустую кровать. В его глазах читалась та же паника. Василиос выбежал в коридор, где уже собралась половина дворца. «Обыщите всё! — закричал он. — Каждый уголок академии, каждый сад, каждый подвал! Я хочу знать, где они!» В суматохе он заметил своего младшего брата Николаоса. Тот стоял у окна в конце коридора, скрестив руки на груди, и смотрел на суету с выражением, которое Василиос не мог прочитать. Не паника. Не страх. Скорее… спокойствие. Но разве можно быть спокойным, когда твоя подруга детства Виолетта — а Николаос знал её почти столько же, сколько и сам Василиос — исчезла неизвестно куда? Принц хотел подойти, спросить, почему брат не мечется вместе со всеми, но некогда. Сейчас главное — найти Виолетту. Потом он задаст Николаосу все вопросы. Василиос знал только одно: Виолетта исчезла. И, сжимая в руке её туфельку, наследный принц Василиос Стелларис отдавал приказы, которые этой ночью так и не привели ни к чему.