Глава 15. Те, кто идут дальше

Арена DOATEC в день финала была другой. Не больше и не меньше по размеру, но тяжелее по атмосфере. Как будто бетонные стены за это время впитали все крики, удары, страхи, надежды, и теперь медленно отдавали их обратно. На входах продавали те же дешёвые хот-доги и лимонады, но очередь была длиннее. Камеры на штативах стали массивнее, проводов под ногами больше. На билбордах вокруг арены уже висели плакаты с логотипом DOATEC, поверх которых красовались лица Май Ширануи и Вергилия. Внутри, под куполом, свет был вылизан до белизны. Плазмы гоняли лучшие моменты турнира: заслоупленная подсечка Лея, безумный прыжок Хлои, жёсткий хук Рига, улыбка Брюски в замедлении. За кулисами было тише. В одном из узких коридоров, недалеко от выхода на ринг, стояли двое. Вергилий, уже в своей боевой форме, перчатки затянуты, волосы собраны, взгляд спокойный. И Риг, прислонившийся плечом к стене, с перевязанными кулаками, но без характерного внутреннего огня перед боем. Издалека доносился гул толпы. Диктор как раз прогонял сетку, объявляя, что перед финалом состоится бой за выход в него. "Ну что", - Риг лениво глянул на табло, где горели их имена, - "красиво звучит: Риг против Вергилия". Он усмехнулся: "Толпа, наверное, в экстазе". Вергилий смотрел вперёд, туда, где за металлической дверью начинался коридор к рингу. "Ты не уверен?" - сухо спросил он. "Я более чем уверен, - ответил Риг. - В том, что ты победишь". Он оттолкнулся от стены и подошёл ближе. "Честно? - он слегка вскинул бровь. - Я чувствую, что могу тебе проиграть. Не сразу, не в один удар, но в итоге. У тебя сейчас другая скорость в голове". Вергилий слегка прищурился: "Так тем интереснее бой". "Для толпы да, - кивнул Риг. - Но не для меня". Он сунул руку в карман спортивных штанов, достал сложенный пополам бумажный клочок. На нем ручкой были выведены цифры. Японский номер, ещё по старой разметке. "Смотри, - Риг протянул листок. - У меня странное чувство, что однажды тебе понадобится помощь. Не столько кулак, сколько человек, который умеет шутить, когда всё летит в ад". Вергилий не сразу взял бумагу: "Ты отказываешься от боя?" "Делаю то, что никто не поймёт, - хмыкнул Риг. - Дисквалифицирую сам себя". Он поднял руку и дважды стукнул костяшками по металлической двери. С другой стороны послышался голос одного из организаторов: "Эй, вы там готовы?" "Да, - ответил Риг. - И я официально снимаюсь с боя". Повисла пауза. "Чего?!" "Передай судье, - продолжил он спокойно. - Риг отказывается от участия. По собственному решению". За дверью повисла тишина, затем посыпались ругательства, суета, быстрые шаги. Вергилий смотрел на него так, будто пытался понять чужую логику через стену. "Зачем?" - наконец спросил он. Риг пожал плечами: "Потому что победа в этом турнире для меня не главное. Я тут уже нашёл то, что стоило искать". Он начал загибать пальцы: "Одного демона, который рвётся стать сильнее во что бы то ни стало". Кивок на Вергилия. "Пьяного мастера, который падает только тогда, когда сам решает. Парня, который смеётся, а сам до сих пор поломанный после вертолёта и девочки из додзё". Это был Чаолен. "И одного идиота, который готов умереть на ринге, но потом ещё и признается себе, что ему важнее девчонка-соперница, чем собственная слава". Тут он усмехнулся, вспоминая Брюску. "Мне этого достаточно". Он ткнул бумажкой в грудь Вергилия: "Возьми номер. Если когда-нибудь понадоблюсь - позвони. Я буду где-нибудь между Филиппинами, Австралией и теми местами, куда нормальные туристы не летают". Вергилий, наконец, взял бумагу, скользнул по цифрам взглядом: "Ты не боишься, что пожалеешь?" Риг ухмыльнулся шире: "Я уже спрыгнул с трона. После этого пожалеть турнир? Смешно". Он отступил назад: "И да, ты всё равно сейчас в другом измерении. У тебя на лбу написано: 'Я должен проиграть кому-то, кто перевернёт мне мозги'". Он подмигнул: "Май как раз из таких". Дверь распахнулась. В коридор заглянул взмыленный организатор. "Вы что творите?! Трансляция, ставки, сетка!" "Поздравляю, - Риг хлопнул Вергилия по плечу. - Ты в финале. Без крови. Пока". И, не особо дожидаясь реакции, Риг прошёл мимо, направляясь в сторону раздевалок. Организатор что-то ещё орал ему вслед, но тот только махнул рукой. Вергилий остался на секунду один в коридоре, с бумажкой в руке. Возможно, однажды... Он убрал номер во внутренний карман и пошёл в сторону света арены. Финал турнира Dead or Alive, по меркам того времени, был почти как рок-концерт. Свет погас по краям, прожектора срезали темноту, оставив только круг ринга. Толпа стояла на ногах. На плазме мигали два лица: огненно-красное Май и холодно-серое Вергилия. Музыка ударила «Final Countdown», люди завизжали. Май выходила первой. Её появление уже само по себе было шоу. Красное одеяние, глубокий вырез, широкие рукава, волосы в высоком хвосте. Она шла, крутя веер, бросая взгляды то в одну сторону, то в другую. Каждый её шаг транслировал чистую уверенность: я знаю, что вы на меня смотрите. Вергилий вышел без пафоса. Никаких лишних жестов. Только он, ринг и цель. Для кого-то он стал тем странным, холодным парнем, для кого-то - любимцем за свою стильную, безжалостную манеру. Судья собрал их в центре: "Финальный бой турнира DOA. Без ограничения раундов. Победитель - чемпион". Май чуть наклонила голову, улыбаясь Вергилию: "Ну что, демончик. Посмотрим, насколько ты горяч под всем этим льдом". "Я пришёл не за зрелищем, - ответил он. - Но если тебе нужна сцена - получишь её". Она усмехнулась: "У меня уже есть сцена. Сейчас я просто выиграю". Гонг. Первые минуты боя были столкновением двух философий. Май сразу задрала темп. Её ноги были как огонь: высокие удары, развороты, резкие смены направления. Она напоминала тот самый костёр, который бросает искры во все стороны, но всегда держит центр. Вергилий поставил на дисциплину. Минимум лишних движений. Всё по траектории. Удары руками - прямые, тяжёлые, немного европейские по стилю. Вставки ногами - только когда это давало позиционное преимущество. Толпа ревела. Красота момента была в том, что ни один из них не доминировал безоговорочно. Май раз за разом уходила из-под его атак, хихикала, когда его удары буквально рассекали воздух у её плеча. Он несколько раз ловил её на слишком смелых заходах, вваливал жёсткие удары в корпус, от которых даже через экран становилось больно. Но по мере боя становилось заметно: Май никогда не была просто фан-сервисом. Она читала его. Каждую секунду. Она понимала, что силой его не задавишь. Значит, нужно бить туда, где у него нет брони: в ритм, в терпение, в гордость. Она начинала каждую новую атаку с чего-то слишком очевидного. Это раздражало. Слишком простой удар, слишком прозрачный финт. Это было похоже на издёвку. Вергилий пару раз попытался встретить её жёстко, вложившись по полной. И в эти моменты она либо уходила на миллиметр в сторону, либо поддавалась удару так, что тот не достигал ключевой точки. Постепенно он начал таять. Не физически, а внутренне. Где-то посередине боя в голове впервые за долгое время родилась мысль: Почему она не падает? Он вложился в одну из комбинаций слишком сильно. Серия ударов, почти отчаянная по меркам его обычного стиля. Она пропустила один, второй по корпусу, согнулась, но... это был просчитанный прогиб. Она ушла вниз, как вода, нырнула под его рукой. Рукав платья мелькнул у него под плечом. В следующую секунду её нога, как язык пламени, взлетела снизу вверх и встретилась с его подбородком. Мир качнулся. Ненамного, но этого хватило, чтобы его ноги потеряли идеальный баланс. Она не добивала как мясник. Она добивала как артист. Два быстрых удара: один боковой, один в корпус. Чётко, по правилам. Вергилий упал на мат. Не как мальчишка, а как меч, который выбили из руки. Судья подошёл, начал счёт. Встань. Он встал. Конечно. Но внутри уже звенело другое. Этого мало. Бой мог продолжиться. И продолжился ещё на пару обменов. Но исход уже был написан. Его тело всё ещё работало, но где-то глубже он уже понимал: в рамках мира людей сейчас она сильнее. Именно здесь. Именно сейчас. В конце Май поймала его на ещё одной попытке прорвать оборону силой. Подсадка, разворот, удар ногой в висок. Не смертельный. Достаточно тяжёлый. Он снова встретился с матом. На этот раз, когда судья дошёл до десяти, Вергилий всё ещё мог бы встать. Тело слушалось. Но в какой-то момент он впервые в жизни позволил себе признать факт: да. Гонг. "Победительница турнира Dead or Alive... Май Ширануи!" Гул трибун был таким, что арена будто дрогнула. Она подняла руки, выпрямилась, улыбка сияла. Она была в своей стихии. Вергилий сидел на мате, опираясь рукой. Не разбитый, не сломанный. Но очень трезвый. Сила, что у меня есть сейчас, недостаточна. Это было не драматическое прозрение, а сухой вывод. Май подошла, нагнувшись. "Эй, - сказала она тихо, так, чтобы не слышали камеры. - Не мрачней. Ты дерёшься круто". Он поднял взгляд: "Но недостаточно". Она усмехнулась: "Для победы на турнире - нет. Для мира - тоже нет. Но у тебя есть то, чего нет у многих: ты это понимаешь". Она протянула ему руку: "Мемориальный совет от победительницы: не останавливайся. Я хочу увидеть, каким ты будешь, когда решишь вернуться за реваншем". Он взял её руку и поднялся. В этот момент решение внутри уже встало на место. Найти больше силы. Где угодно. Кабинет Хелены был тем же, что и в начале турнира. Стекло, дерево, мягкий свет. Но за окном было темнее, а город светился ярче. На столе лежала папка с надписью «Dead or Alive - итоги». Рядом — тонкий конверт. На стене, в углу кабинета, тихо шёл Sade. Дверь открылась. Вошёл Вергилий. Без пафоса, без стука, но и без хамства. Просто шагнул внутрь и закрыл за собой дверь. Хелена сидела в кресле, ноги скрещены, в руках чашка кофе. Она перевела взгляд на него поверх края чашки. "Ты проиграл", - сказала она спокойно. Без злорадства. Как факт. "Да", - ответил он. Он не стал оправдываться. Она поставила чашку, взяла конверт, повертела в пальцах. "Знаешь, что самое интересное в бизнесе? - спросила она. - Победа не всегда там, где кубок". Она бросила конверт на край стола: "Это твое". Он не шелохнулся. "По условиям, - напомнил он, - деньги и контракт за победу в турнире". "По официальным условиям, да, - сказала она. - По реальным - контракт получает тот, кто окупил шоу". Она слегка улыбнулась ледяной, деловой улыбкой. "Ты привлёк столько внимания, что трансляции побили наши прогнозы. Люди спорили о тебе почти так же много, как о Май. 'Белый демон', 'сын кого-то там', 'слишком серьёзный'. Ты сделал для этого турнира больше, чем многие чемпионы". Она поднялась, подошла к окну, глядя на огни города. "Турнир окупился. Более чем. DOATEC довольна. Я тоже". Она повернулась обратно. "Мы инвестируем в то, что приносит интерес. Ты - приносишь". Он подошёл к столу, взял конверт: "Здесь..." "Всё в этом мире однажды становится проблемой, - ответила Хелена. - Главное вовремя приехать и посмотреть, во что оно превратилось". Она подошла ближе, остановилась на расстоянии пары шагов. "Когда ты закончишь строить свой замок, Вергилий..." На секунду в её голосе мелькнуло что-то человеческое. "Я приеду. И посмотрю, кем ты стал". Он кивнул: "Это будет уже другой человек". "Надеюсь", - тихо сказала она. Он развернулся и вышел, оставляя за собой тишину и лёгкий запах холодного воздуха. На улице было уже поздно. Неон вокруг арены мигал, но народ потихоньку расходился. Автобусы, такси, пара мотоциклов, где-то в отдалении подростки на скейтбордах. У служебного выхода, на бетонной лестнице, стояли четверо. В обычной одежде, без перчаток, без камер. Чаолен опирался о перила, держал сигарету, но так и не поджигал. Просто вертел между пальцами. Брюска сидел на ступеньке, локти на коленях. Риг стоял, засунув руки в карманы, шлёпая кроссовкой по маленькой лужице. Вергилий, как всегда, стоял чуть в стороне, но всё-таки внутри круга. Между ними повисло то самое чувство конца главы. "Ну, - первым заговорил Риг. - Кто начинает пафосную речь?" Брюска хмыкнул: "Давай ты, принц без трона. У тебя с этим талант". Риг вздохнул театрально: "Ладно, поехали". Он посмотрел в сторону дороги. "Я, значит, беру небольшую паузу от всей этой официальной красоты. Сматываюсь куда потеплее. Филиппины, может. Там хорошая уличная еда и много народу, который любит драться за дешево". Он усмехнулся. "Потом можно в Австралию. Говорят, там кенгуру дерутся так, что некоторые люди нервно курят. Надо проверить". Он посмотрел на Вергилия. "А ещё у меня новый маршрут. В Индии есть один старик, которого мне посоветовали. Так что если однажды ты увидишь в газетах заголовок 'Странный тип в кожаной куртке устроил драку в ашраме' — это буду я". Чаолен улыбнулся: "Главное, чтобы тебя не выгнали до того, как он тебя чему-то научит". "Меня невозможно выгнать, я сам ухожу", — отстрелялся Риг. Он повернулся ко всем: "Короче, пацаны. Если кому-то придёт в голову идея 'нужен человек, который залезет в самую дыру мира и будет там шутить' — вы знаете, кому звонить". Он хлопнул по карману, где лежал ещё один экземпляр его номера. Брюска глубоко вдохнул, глядя в сторону города: "Я, пожалуй, тут ещё задержусь. В Японии". Он почесал затылок. "Тут есть один... мотиватор". Чаолен ухмыльнулся: "С хвостиками?" "С ногой в мою голову, - усмехнулся Брюска. - Ксяоми". Он слегка пожал плечами: "Не знаю, что там будет. Но теперь есть причина не валить сразу. Потом, может, сгоняю в Китай. Домой. Пока ещё помню, как пахнет наша кухня". Он перевёл взгляд на Чаолена: "А ты?" Чаолен выбросил сигарету в урну, так и не зажёг. "В горы, - сказал он. - Есть один ниндзя, который говорит правильные вещи". Он усмехнулся: "И есть голова, в которой слишком много шума. Надо бы её прочистить". Вергилий чуть кивнул: "Хаябуса". "Ага, - кивнул Чаолен. - Его деревня. Если не сдохну по дороге, буду хоть понимать, кто я, кроме 'парня с вертолёта и телефона'". Он посмотрел на Вергилия: "А ты?" Вергилий поднял глаза на ночное небо. Оно было не таким тёмным из-за огней мегаполиса, но достаточно глубоким. "Копенгаген, - сказал он. - Есть земля. Будет замок". Он говорил без понтов. "Там, среди леса и камней, я построю то, что можно назвать наследием". Он сжал кулак: "И найду ту силу, которой мне не хватило здесь". "Замок демона, - хмыкнул Риг. - Звучит как название плохого боевика". "Единственный, кто будет оценивать этот фильм, - ответил Вергилий, - я". Они замолчали. Город жил своей жизнью. Где-то проехал мотоцикл. Вдалеке мигнула вывеска круглосуточного магазина. Брюска поднялся, хлопнул Рига по плечу, потом Чаолена, потом, чуть осторожнее, Вергилия. "Ладно, - сказал он. - Было круто". "Ещё увидимся", - кивнул Чаолен. "Если кто-то из вас вляпается в неприятности, - добавил Риг, - постарайтесь сделать это красиво. Чтобы мне было не стыдно, если я приеду разбираться". Вергилий посмотрел на них по очереди: "Вы все..." Он сделал небольшую паузу, подбирая слово: "Достойные противники. И... полезные люди". Для него это уже была почти сентиментальность. Они разошлись не пафосно. Без объятий в стиле голливудских финалов. Просто каждый пошёл в свою сторону. Брюска - обратно к свету города, где где-то наверняка уже ждала Ксяоми, чтобы в очередной раз спорить, кто из них сильнее. Риг - к дороге, где его ждали дешёвые билеты, рискованные рейсы и драки в портах. Чаолен - к вокзалу, откуда ночью уходили поезда в сторону гор. Вергилий - к пристани, к кораблю или парому, который увезёт его к холодным ветрам Копенгагена. Турнир Dead or Alive закончился. Но все настоящие бои у них только начинались.