Танец Добрых душ

Эбби и Лана шагнули в номер отеля, мягко закрывая за собой дверь. Щелчок замка прозвучал как финальный аккорд, отрезающий их от внешнего мира. И как только они оказались в тишине номера, их Доброты материализовались и вылетели из тел хозяев, оставляя их наедине с этим важным, интимным моментом. Доброта Ланы, сияющая мягким розовым светом, посмотрела на парня-Доброту. Она не могла понять одной вещи, которая мучила её всё это время, и наконец спросила: — Что с тобой не так? Почему ты заставлял Эбби заняться этим? Ты же — проявление его безграничной доброты! Разве добро должно толкать кого-то на такие шаги против воли или из страха? Парень-Доброта глубоко вздохнул, его фигура мерцала спокойным золотистым светом. Он посмотрел на неё с бесконечной нежностью и ответил мягким, убедительным голосом: — Ради добра. Всё, что я делал, было ради высшего блага. Эбби — мой хозяин, и я не могу причинять ему вред или дискомфорт. То, что я подталкивал его, было исключительно на его пользу. Эбби из-за этого никак не страдал, наоборот, он получал счастье. Ведь истинное счастье нужно уметь замечать даже в мелочах, даже в тех моментах, которые кажутся пугающими. — Это я и без тебя знаю. — фыркнула Доброта Ланы, но в её глазах плясали озорные искорки. Она была довольна таким ответом, понимая глубину его логики. Она перевела взгляд на дверь, за которой скрылись их владельцы, и тихо, с теплотой прошептала. — Будь счастлива, моя хозяйка. Пусть этот момент исцелит его душу. — Что значит "будь моим"? С радостью! — вдруг озорно воскликнул парень-Доброта, набравшись храбрости у своего хозяина. Нельзя же всю жизнь сидеть сложа руки и бездействовать, когда рядом такая богиня добра! Надо брать быка за рога, а Доброту обеими руками. — Я весь твой! Девушка-Доброта мгновенно покраснела до кончиков своих светящихся ушей и отвела взгляд в сторону, смущенная такой прямотой. Но парень-Доброта не собирался так просто отступать. Он чуть подлетел, продолжая свой любовный натиск. Однако его слова повисли в воздухе, так и не достигнув цели: Доброта Ланы быстро закрыла уши с помощью "Добрых берушей" и надела на глаза "Добрую повязку", чтобы ничего не видеть. — Не трогай меня. — сказала она приказным тоном, который, впрочем, звучал как просьба. Она понимала простую истину: раз он воплощение чистого добра, то он ни за что не сделает того, что будет ей неприятно. "Но тебе будет приятно." — хитро подумал парень-Доброта, понимая ход её мыслей. Он уже протянул руку, собираясь коснуться её талии, но в последний момент замер. Он понял, что есть маленький шанс на провал, а значит, лучше продолжить уже с её разрешения. — Удачи тебе, мой хозяин. — пробормотал парень-Доброта, отлетая от неё на метр и глядя на заветную дверь с надеждой. — Пусть доброта сопутствует тебе. Ну а что же происходило за закрытой дверью? Сказать, что Эбби было стыдно — значит ничего не сказать. Когда они вошли в номер, его мозг буквально отключился от перегрузки. Он стоял посередине комнаты, окаменевший от смущения, не в силах пошевелить даже пальцем. Мысли о сексе, которые роились у него в голове, теперь казались чем-то запретным и ужасающим в этой тихой, уютной комнате. Только тепло руки Ланы, легшее ему на плечо, смогло вернуть его в чувства. — Эбби, это я, Лана. — говорила она, махая ладонью перед его лицом, пытаясь привлечь внимание. — Ты где витаешь? Эбби моргнул, приходя в себя от нахлынувшего смущения, и поднял взгляд на девушку. Он открыл рот, чтобы сказать что-то умное или романтичное, но не успел. Лана опередила его вопросом, который перевернул всё его представление об этой ночи: — Эбби, а какие движения будут в нашем танце? Как нам начать? Эбби снова замер. Его мозг лихорадочно заработал: "Что ответить?! Мне сказать правду? Или соврать?" Он долго думал, потея от напряжения, но наконец выдавил первое, что пришло на язык: — Примерно такие же, как в вальсе. — ответил он, и, к своему удивлению, отчасти это было правдой. Вальс требует близости, ритма и доверия. Уже собравшись с духом, чтобы начать раздеваться или хотя бы сделать шаг к кровати, он почувствовал прикосновения. Лана положила одну руку ему на плечо, а другой нежно схватила его за ладонь. — Я не умею танцевать вальс. — робко произнесла она, глядя на него глазами, полными любви, доверия и чистого добра. — Будешь вести меня? Эбби кивнул, чувствуя, как ком в горле тает. Он сделал шаг вперед, она сделала шаг назад. Еще шаг, еще. Их движения были неуклюжими, смешными, но невероятно трогательными. И тут Эбби осенило: "Неужели Лана подумала о реальном танце? А не о... э-э-м... сексе?" Осознание ударило его как молния. Он почувствовал себя последним ублюдком, который хотел воспользоваться этой прекрасной, чистой девушкой, интерпретировав её желание помочь как приглашение в постель. Ему стало так стыдно, что хотелось провалиться сквозь пол. Но сейчас он понял свою ошибку. Лана хотела исцелить его душой, а не телом. А значит, надо загладить свою вину. Нужно станцевать этот танец так, как никогда раньше. Эбби отдал всего себя этому процессу. Он мягко вел Лану, кружил её по комнате, шептал ритм. Лана, в свою очередь, полностью доверилась ему. Они веселились, смеясь каждый раз, когда она случайно наступала ему на ногу, или когда он, увлекшись, чуть не сталкивался с тумбочкой. Их смех заполнял комнату, вытесняя неловкость и страх. И так они проводили время: кружились в медленном, странном, но таком добром танце. Возможно, именно в эти моменты, через смех, прикосновения и полное принятие друг друга, зло внутри Эбби начало растворяться, нейтрализуясь силой их совместной доброты. Какой же прекрасный танец добра получился у них. А что случилось после танца? Смог ли этот вальс полностью нейтрализовать тьму в душе Эбби? Продолжение следует...