Добрый стук в дверь

Они танцевали долго, забыв о времени и пространстве. Их движения, сначала неуклюжие, переросли в гармоничный, плавный ритм. Это был их личный Добрый вальс, где каждый шаг смывал остатки тревог, а каждый поворот сближал души. Но идиллию прервал тихий, деликатный стук в дверь. Эбби и Лана замерли на полуслове, переглянулись и одновременно улыбнулись. Они поняли, что, кажется натанцевались: Лана была вся вспотевшая, её волосы слиплись от влаги, а дыхание было сбивчивым. — Я схожу в душ. — тихо сказала Лана, слегка покраснев, и быстро направилась в ванную комнату. Эбби кивнул, проводив её взглядом, и медленно пошел открывать дверь, и открыв её увидел на пороге Дэниеля. — Здравствуйте. — робко произнес Эбби, невольно проникаясь уважением к этому высокому, уверенному в себе мужчине. В нем чувствовалась сила и надежность. — Что случилось? Дэниел тепло улыбнулся: — Не против, если я зайду? Надо просто немного посидеть, отдохнуть перед дорогой к моему хёну. Эбби кивнул и впустил гостя, закрывая дверь. Как только щелкнул замок, он украдкой взглянул в сторону ванной, откуда уже доносился шум воды. Ему было нужно продержать гостя не дольше двадцати минут. И дело было не в недоверии, а в простом человеческом смущении. Эбби, будучи добрейшим человеком на земле наряду со своей мамой и девушкой, категорически не желал делиться видом Ланы сразу после душа ни с кем, даже с таким приятным парнем, как Дэниел. Он видел её мокрой лишь однажды — после проливного дождя, когда он познакомился с её родителями. И сказать, что ему это не понравилось, было бы наглой ложью. То, как вода стекала по её лицу, обтекала изгибы тела... Эти воспоминания заставили его щеки предательски вспыхнуть. Эбби яростно помотал головой, отгоняя навязчивые картинки. Чтобы занять время и отвлечься, Эбби решил поддержать беседу: — Эм, Дэниел Парк... А как зовут вашего хёна? Того, кто... ну, идёт на свидание с Грейс? Лицо Дэниела при этом вопросе чуть изменилось. В его глазах мелькнула сложная гамма чувств: теплое воспоминание, смешанное с какой-то скрытой, глубокой болью. Он тяжело вздохнул и ответил: — Ган Парк. Эбби тут же среагировал на фамилию: — Вы родственники? У вас же одна фамилия — Парк. Дэниел покачал головой, усмехнувшись: — Нет, мы не родственники. Я чистокровный кореец, а он — наполовину кореец, наполовину японец. Просто совпадение фамилий. Эбби кивнул, принимая объяснение, но любопытство взяло верх: — А какой он? Ваш хён? Дэниел замер. Он медленно подошел к краю кровати Эбби и мягко опустился на неё, переплетая пальцы рук в замок. Его взгляд на мгновение устремился куда-то сквозь стену, в далекое прошлое. — Какой он?.. — тихо повторил он, и на его губы вернулась теплая улыбка. — Знаешь, Эбби, Ган — удивительный человек. Он невероятно сильный. Когда он рядом, кажется, что весь мир вокруг замирает в ожидании. Он многому меня научил: стойкости, умению не сдаваться, даже когда против тебя весь мир. Он... он всегда защищал то, что ему дорого. Эбби слушал, затаив дыхание. В его глазах, и без того полных восхищения перед взрослым мужчиной, зажглись новые искорки. Образ Гана Парка в его голове начал рисоваться как фигура благородного рыцаря в черных доспехах. — Но иногда... — Дэниел вдруг запнулся. Его плечи едва заметно дрогнули, а пальцы сжались так крепко, что побелели костяшки. — Иногда его методы... то, как он решает проблемы... В общем, из-за этого проливается слишком много... Он резко замолчал, оборвав фразу на полуслове. В комнате повисла тяжелая, неестественная тишина, нарушаемая лишь глухим шумом воды из ванной. Эбби моргнул, уловив эту внезапную, пугающую перемену в тоне гостя. — Проливается чего, Дэниел? — осторожно переспросил Эбби, подаваясь вперед. — Вы имеете в виду... слезы? Или что-то другое? Дэниел словно очнулся от транса. Он быстро встряхнул головой, прогоняя нахлынувшие мрачные воспоминания, и поспешно взмахнул ладонью в воздухе, будто отгонял назойливую муху. — А, нет-нет, забудь, Эбби! Это я так, о своем, — он вымученно, но мягко улыбнулся, стараясь вернуть разговору прежнее легкое русло. — Просто старые дела. На самом деле Ган потрясающий. Знаешь, он ведь очень начитанный, несмотря на свой грозный вид. Любит хорошую музыку, ценит дисциплину. С ним чувствуешь себя в абсолютной безопасности, как за каменной стеной. — Как за каменной стеной... — восхищенно протянул Эбби, уводя мысли в сторону от неприятного намека. Но в глубине души у него все равно заскреблось странное, липкое чувство тревоги перед этим загадочным Ганом Парком. — Он всегда добивается своих целей. — продолжил Дэниел, и в его голосе снова промелькнула та самая странная, едва уловимая тень. — Чего бы это ни стоило. Даже если для этого приходится... ломать чужие... — Ломать? — тут же зацепился за слово Эбби, округлив глаза от легкого испуга. — Ломать чужие вещи? Дэниел снова замер, осознав, что опять сболтнул лишнего из того мрачного прошлого, которое связывало его с Ганом. Он неловко рассмеялся и опять замахал руками, прерывая расспросы юноши: — Пустяки, Эбби, не бери в голову! Я имел в виду стереотипы. Да, ломать стереотипы о людях! Дэниел ободряюще хлопнул себя по коленям и резко поднялся с кровати: — Ладно, мне уже пора двигаться в путь, время поджимает. Рад был поболтать с тобой перед дорогой. Сказав это, он быстро, почти бегом, выбежал из комнаты, понимая, что мог случайно омрачить образ своего хёна, приоткрыв завесу правды. Эбби проводил его взглядом до закрытой двери, чувствуя странное дежавю. Ему казалось, что он уже сталкивался с этой аурой силы и опасности. Но когда? "Чувствуя себя в безопасности..." — подумал он, и нечаянно всплыл момент, когда огромный мужчина в черных очках спас его от аварии. Тот мужчина выглядел грозным, непреклонным, как скала. "Неужели это был Ган?" — с удивлением подумал Эбби, осознавая, насколько мал их мир. И тут у него закралась тень сомнения насчет отношений Грейс и этого Гана. Внутри Гана, хоть и теплилось добро, но его было мало, и оно было запрятано глубоко-глубоко, под слоями льда и боли. Так просто он не раскроется. "Удачи вам, Грейс!" — мысленно пожелал Эбби, надеясь на лучшее. — "Пусть у вас все получится. Растопите этот лёд внутри Гана, ведь даже у самой холодной стены есть сердце."." Он крепко сжал кулаки, глубоко выдохнул и медленно опустился на кровать. И с каждой секундой Эбби всё острее осознавал, что отпустить Дэниела так рано было фатальной ошибкой. Теперь, когда гость ушёл, исчез последний якорь, удерживающий разум Эбби в реальности. Ничто больше не отвлекало его мозг от того, что происходило всего в нескольких метрах, за тонкой деревянной дверью. И самое страшное открытие ждало его только сейчас: дверь не была заперта. От этого осознания кровь прилила к лицу Эбби так сильно, что ему показалось, будто голова вот-вот взорвется. Множество образов, ярких и детальных, промелькнули в его сознании со скоростью света. Его нервная система работала на пределе, рисуя картины того, как выглядит Лана под струями воды, как капли стекают по её коже... Раньше, во время разговора с Дэниелом, он мог отвлечься, заглушить эти мысли. Но теперь защита пала. Сердце Эбби забилось с бешеной частотой, отбивая такую дробь в груди, что казалось, её слышно во всем отеле. И вдруг он встал. Нет, это был не его член, это был сам Эбби. Его ноги сами сделали шаг вперед. Он медленно, словно лунатик, двинулся к ванной. Им двигало всё сразу: стучащее сердце, затуманенный разум, горячее тело и... Доброта? Доброта? Да, именно она! В её голове родилось гениальное, хоть и шаткое оправдание: "А вдруг Лана поскользнулась? Вдруг она упала в душе и повредила себе ногу? Ей нужна помощь! Ты обязан "проверить", всё ли с ней в порядке, и абсолютно ничего более с ней не делать." Эбби чувствовал, как внутри него всё кипит. Дверь приближалась. Вот он уже стоит прямо перед ней, чувствуя тепло и влажность, исходящие из-за щели. Его рука дрожаще поднялась... И он постучал. "Ля, идиот..." — простонало всё его существо, понимая, какой невероятный шанс он только что упустил из-за своей врожденной застенчивости. Можно было просто войти! — Лана, у тебя дверь открыта! — крикнул он быстро, боясь, что если замешкается, то передумает. И, не дожидаясь ответа, он резко развернулся и почти побежал обратно к кровати, спасаясь бегством от собственного желания. Не знаю, кому он молился в эту секунду, чтобы сохранить хоть каплю выдержки, но факт остается фактом: он устоял. Но судьба решила иначе. — Ты можешь войти сюда. — послышался из-за двери голос Ланы. Он звучал тихо, полно смущения, но в нём также сквозило нечто иное... скрытое, манящее желание. Эбби встал в ступор посередине комнаты. Его тело окаменело, мозг отказывался обрабатывать информацию. Что делать? Вернуться? Остаться? Но выбора, казалось, не было. Голос Ланы звал. Надо идти. И Эбби, сделав глубокий, прерывистый вдох, сделал свой первый шаг навстречу новому миру, который собиралась ему открыть его девушка . А что же случилось дальше в этой маленькой ванной комнате? Сможет ли Эбби преодолеть свой стыд и "станцевать" с Ланой настоящий танец любви под шум воды? Или его доброта снова сыграет с ним злую шутку? Продолжение следует...