Глава 6: Собирая стаю

Утро на старом полигоне встретило Тодзи туманом и холодной росой. Он пришёл за час до рассвета — хотел размяться перед тренировкой. Сделал пятьсот отжиманий, тысячу приседаний, пробежал несколько кругов вокруг площадки. К моменту появления Какаши его мышцы гудели, но дыхание было ровным. Какаши появился из тумана, как призрак — бесшумно, с книгой в руке. — Ты рано, — сказал он, лениво листая страницы. — Я всегда рано, — ответил Тодзи, вытирая пот со лба. Какаши закрыл книгу и сунул её в карман. Впервые Тодзи видел его без неё — джонин смотрел серьёзно, без обычной лени. — Ты хочешь научиться стихийным техникам, — сказал он. — Я владею всеми пятью. Но начать нужно с малого. Он достал из кармана маленький зелёный лист и протянул Тодзи. — Положи на ладонь и заставь вращаться чакрой. Лист должен кружиться, но не рваться. Это основа контроля. Тодзи взял лист, положил на ладонь. Закрыл глаза, сосредоточился. Чакра потекла из центра груди к руке, мягко обтекла лист. Лист закружился. Через секунду он вращался так быстро, что превратился в зелёный круг. Какаши моргнул. — Ты... — он потёр переносицу под маской. — Обычно на это уходят недели. Ладно. Он достал пять свитков и бросил их на землю перед Тодзи. — Огонь, вода, ветер, земля, молния. Выбери один. Тодзи посмотрел на свитки, потом на Какаши. — Все сразу, — сказал он. Какаши усмехнулся. — Нагло. Но даже я не могу учить пять стихий одновременно. — Я могу, — ответил Тодзи. Он сложил печати — и в следующее мгновение полигон заполнили сто теневых клонов. Они стояли плотными рядами, каждый с идеальной стойкой, каждый готовый к тренировке. Какаши замер. — Сто... — прошептал он. — Сто теневых клонов? — он снял повязку с левого глаза, проверяя, не мерещится ли ему. Шаринган вращался, подтверждая реальность. — Ты понимаешь, что техника теневого клона разделяет чакру поровну между всеми? Это требует чудовищного запаса. Уровня джинчурики. Тодзи пожал плечами. — У меня много чакры. Клоны уже разобрали свитки и начали тренироваться. Одни выпускали струи огня, другие создавали водяные драконы, третьи заставляли землю вздыматься стенами. Воздух наполнился звуками стихий — треском молний, шелестом ветра, рокотом земли. Какаши смотрел на это, открыв рот. Потом сел на поваленное дерево, скрестил ноги и достал книгу. — Ладно, — сказал он. — Я буду наблюдать. Час спустя клоны начали исчезать — один за другим, хлоп — и каждый приносил Тодзи знания, опыт, мышечную память. Огненный шар. Водный дракон. Молния в ладони. Ветряное лезвие. Земляная стена. Тодзи открыл глаза. Внутри него теперь жили все пять стихий. Он чувствовал их, как продолжение своего тела. — Готово, — сказал он. Какаши закрыл книгу, встал и медленно подошёл. — Ты выучил пять стихий за час, — голос его был ровным, но в глазах застыло изумление. — Ты не человек, Тодзи. Ты стихийное бедствие. Он достал маленькую металлическую пластину и протянул её. — Держи. Это датчик чакры. Носи с собой. И постарайся не использовать свои додзюцу на людях. Ты и так привлекаешь слишком много внимания. Тодзи взял пластину, сунул в карман. — И ещё, — Какаши замялся, потом решился. — Ты собираешься участвовать в финале? Там будут сильнейшие генины из всех деревень. Но я думаю... тебе нужно не это. — А что? — спросил Тодзи. — Тебе нужно понять, кто ты, — ответил Какаши. — Твои глаза. Твоя чакра. Всё это связано с хвостатыми зверями. Я чувствую в тебе их присутствие. Ты должен найти их. Поговорить с ними. Тодзи посмотрел на свои руки. — Я знаю. Я уже думал об этом. Какаши кивнул. — Тогда иди. У тебя есть месяц до финала. Этого достаточно, чтобы обойти все великие деревни. — Он сунул руки в карманы. — Я прикрою тебя перед Хокаге. Скажу, что ты на спецзадании. Тодзи достал сигарету, прикурил. Сделал затяжку, выпустил дым. — Спасибо, Какаши-сенсей. — Не называй меня так, — буркнул джонин. — Иди уже. --- Тодзи ушёл из Конохи через час. Он шёл на северо-восток, в сторону Страны Молний, туда, где, послухам, обитала Югито — джинчурики Двухвостой кошки Мататаби. Лес сомкнулся за спиной, и Коноха исчезла за горизонтом. Тодзи шёл не спеша, наслаждаясь одиночеством. Внутри него тихо урчали звери — пока только половины тех, кого он ещё не встретил, но они уже чувствовали своих собратьев. --- Три дня пути — и он вышел к горам, где, по словам Какаши, пряталась Югито. Место было глухим: скалы, сосны, холодный ветер. Ни души вокруг. Тодзи закрыл глаза и активировал Бьякуган. Мир стал прозрачным. Он увидел её — женщину с длинными светлыми волосами, сидящую на поваленном дереве у ручья. Рядом с ней, материализованная из синей чакры, парила огромная кошка с двумя хвостами. Мататаби. Тодзи выключил Бьякуган и пошёл вперёд. Югито услышала его шаги за сотню метров. Она вскочила, её глаза сверкнули. — Стоять! — крикнула она. — Кто ты и что тебе нужно? Тодзи остановился, поднял пустые руки. — Меня зовут Тодзи. Я из Конохи. Пришёл поговорить. Мататаби обошла Югито и встала между ними. Её синие глаза изучали парня. — В нём сидят другие звери, — сказала кошка. — Шукаку... Исобу... и ещё кто-то. — Она наклонила голову. — Он не врёт. Югито опустила руки, но не расслабилась. — Зачем ты здесь? — Я хочу, чтобы вы были свободны, — ответил Тодзи. — Все хвостатые звери. Не оружие, не пленники. Просто... свободные. Он протянул руку ладонью вверх. — Дай мне каплю своей чакры, Мататаби. Всего каплю. Я создам маленькую копию тебя — она будет видеть мир, путешествовать, дышать свободой. А ты останешься с Югито. Мататаби молчала долго. Потом повернулась к своей джинчурики. — Я хочу попробовать, — сказала она. Югито вздохнула. — Если ты уверена... Мататаби открыла пасть, и из неё вырвалась струйка синей чакры — тёплой, пульсирующей. Она впиталась в ладонь Тодзи. Внутри него, рядом с песком Шукаку, появилось синее пламя — маленькая кошка с двумя хвостами свернулась клубком и замурлыкала. Тодзи достал из кармана кусок обсидиана — чёрный, блестящий, похожий на застывшую лаву. Он влил в него каплю чакры Мататаби, и камень вспыхнул синим, расплавился, превращаясь в маленькую фигурку. Мататаби-крошка открыла глаза. Она была размером с котёнка, с двумя пушистыми хвостами и шерстью, переливающейся синим. — Свободна... — прошептала она, оглядываясь. Югито смотрела на маленькую копию своего зверя, и на её глазах выступили слёзы. — Спасибо, — сказала она. Тодзи кивнул, посадил Мататаби на плечо и пошёл дальше. --- Следующие дни превратились в череду встреч. Тодзи находил джинчурики одного за другим — в горах, в пещерах, на дне озёр. Исобу, трёххвостая черепаха, спала на дне озера Нами. Она согласилась отдать часть чакры без боя. Сон Гоку, четырёххвостая обезьяна, жил в Скрытом Камне с Ханом — старым воином, который устал быть оружием. Он тоже согласился. Кокуо, пятихвостый дельфин, нашёлся в подземном озере. Сайкен, шестихвостая улитка, пряталась в туманных горах. Чомей, семихвостый жук, обитал в Стране Травы. Гьюки, восьмихвостый бык-осьминог, был с Киллером Би — тот сначала набросился с мечами, но когда Тодзи прочитал ему рэп о свободе, рассмеялся и согласился. Курама, девятихвостый лис, был самым сложным. Он сидел в Наруто, и Тодзи не хотел тревожить мальчика. Но была и вторая половина — запечатанная в теле Минато Намиказе, отца Наруто, который давно умер. Для этого нужен был особый ритуал. Тодзи вернулся в Коноху через две с половиной недели. На плечах у него сидели восемь маленьких хвостатых зверей — Шукаку, Мататаби, Исобу, Сон Гоку, Кокуо, Сайкен, Чомей, Гьюки. Каждый размером с игрушку, каждый живой и любопытный. Какаши, встретивший его у ворот, уставился на этот зверинец и только покачал головой. — Ты невыносим, Тодзи, — сказал он. — Знаю, — ответил Тодзи, поглаживая Мататаби, которая уснула у него на голове. --- Оставалось четыре дня до финала. Но Тодзи знал, что главный бой будет не на арене. Он смотрел на луну и видел будущее. Тёмное, кровавое. Войну, которая придёт из тени. Но он был готов. Продолжение следует...