Глава 8. Сириус Блэк

СИРИУС БЛЭК

Северус впервые за всю свою преподавательскую карьеру столкнулся с подобным. Слизеринцы никогда не шли против правил. Вернее — против правил своего декана. Они могли быть хитрыми, высокомерными, неприятными, но границы понимали прекрасно. Боялись его. Уважали. И то, что происходило сейчас, казалось Снейпу каким-то дурным сном. Он ненавидел, когда что-либо выходило из-под контроля. А сейчас из-под контроля вышло всё. Гнев смешивался с растерянностью — странной, непривычной, почти унизительной. Поэтому Снейп орал сразу на всех, кого успевал поймать взглядом. Его голос разносился по гостиной резкими, холодными ударами: — Вон отсюда! - наконец разморозил он всех. — Немедленно! Мистер Нотт, если вы сейчас же не подниметесь с пола, я лично вышвырну вас в коридор! Его взгляд метался по сторонам, выискивая тех, кто ещё не успел скрыться среди диванов, кресел и дверей спален. Кому еще не досталось от него. Повсюду царил хаос. И именно тогда он увидел, как Роксана буквально топит Елену в фонтане. На секунду Снейпу показалось, что ему это привиделось. Но потом он заметил ещё и Драко, которого Уайт, судя по всему, до этого толкнула в диван, и теперь что-то сердито выговаривала племяннице. И почему-то это зрелище неожиданно пришлось ему по душе. Однако стоило ему снова посмотреть на Елену, как вся эта мрачная удовлетворённость мгновенно исчезла. Глаза Снейпа потемнели. Этой девчонке не место ни на его факультете, ни в школе. Одни проблемы. Если бы не эксперименты Дамблдора — не было бы ни скандалов с Министерством, ни Люциуса Малфоя, ни этой отвратительной сцены посреди ночи. Снейп резко убрал палочку в рукав и быстрым шагом направился к ним. — Мисс Уайт! Он схватил мокрую, полупьяную Елену за локоть и буквально оторвал от хватки Роксаны. Та опешила. — Сейчас же вы отправитесь со мной к директору, — процедил Снейп, нависая над девушкой, — и я лично потребую вашего отчисления. Елена резко раскрыла глаза и замотала головой. — Нет, я... Драко, едва поднявшись на ноги, попытался вмешаться: — Профессор, это... Но тут же рухнул обратно на диван — на этот раз уже после толчка самого Снейпа. — Сидеть, мистер Малфой. Роксана мгновенно потянула Елену обратно к себе. — Профессор Снейп, успокойтесь, давайте... Снейп вспыхнул. — А вам вообще никто слова не давал! Он снова дёрнул Елену к себе. — Мисс Уайт, я буду требовать отчисления. И очень надеюсь, — голос его стал совсем ледяным, — что вы последуете за своей племянницей. — Профессор… ик… Снейп… — промямлила Елена, — я… буду жаловаться… Драко тем временем окончательно сполз с дивана на четвереньки. Снейп бросил на него короткий взгляд. Убожество. Видел бы тебя сейчас отец. После слов Северуса Роксана наконец замолчала. Она прекрасно понимала, насколько всё плохо. Было очевидно, кто именно организовал вечеринку. Чары на стенах, барьер, музыка, алкоголь — всё указывало на Елену. Алкоголь. В школе. Сразу несколько серьёзных нарушений. И где они вообще достали бухло? Роксана понимала: Дамблдор относился к ней неожиданно хорошо, слишком хорошо. Но после подобного даже он может не закрыть глаза. Елену действительно могли отчислить. И Роксана вдруг с ужасом поняла, что сама не останется в Хогвартсе без неё. Да и как потом смотреть Дамблдору в глаза после всего этого? Стыд накрыл её неожиданно сильно. Она снова перехватила Елену. Та уже почти не сопротивлялась, болтаясь между тёткой и профессором, как тряпичная кукла. На этот раз Роксана просто усадила её на диван. Потом поймала за рукав Драко и тоже усадила рядом. Те почти сразу привалились друг к другу, сонные, мокрые и совершенно несчастные. — Я папе... пож...пож... жалуюсь. - сквозь сон пробубнил Драко. Волосы Елены прилипли к его лицу. Боже, парень. Тебе бы к психотерапевту, - подумала про себя Уайт Снейп скривился так, словно сама эта картина вызывала у него физическое отвращение. — Профессор Снейп… — тихо сказала Роксана. — Прошу. Выйдем в коридор. Поговорим. — Ни о чём я с вами говорить не собираюсь, — угрожающе процедил он, наклоняясь ближе. — Пожалуйста. И вот это «пожалуйста» заставило его замолчать. Потому что прозвучало оно неожиданно. Не дерзко. Не иронично. Почти жалобно. Как последнее слово перед приговором. Снейп сердито выдохнул и направился к выходу с видом человека, которого невозможно переубедить. Роксана бросила последний взгляд на разгромленную гостиную, будто пыталась убедить себя, что всё не настолько ужасно. Но легче не становилось. Повсюду был чудовищный бардак. Она устало прикрыла глаза и пошла следом, на ходу лихорадочно придумывая, как уговорить Снейпа не ломать Елене жизнь окончательно. В коридоре Снейп резко развернулся к ней и сложил руки на груди, заранее закрываясь от любых попыток давления. — И? Роксана посмотрела прямо на него. — Не рассказывайте директору. Снейп даже улыбнулся. Холодно. — Крайне неубедительно. — Я сделаю так, что подобное больше не повторится. Он слегка наклонился к ней. Из-за разницы в росте ему постоянно казалось, что иначе она его просто не услышит. — Подобное больше не повторится ровно в тот момент, когда вы обе покинете Хогвартс. Я не привык полагаться на обещания. Роксана нахмурилась. — Такое чувство, будто вы даже рады, что у вас появился повод избавиться от нас. — Я этого даже не скрываю. Он выпрямился. — И дело не только в вашей племяннице, хотя она совершенно не подходит Слизерину. Дело в вас. Вы — ошибка системы. Вас здесь не должно быть в принципе. Директор узнает обо всём и наконец поймёт, насколько ошибался. Роксана медленно скрестила руки. Она поняла — по-человечески он её не услышит. Снисходительность не в стиле этого упыря. Она шагнула ближе. Снейп сразу напрягся и скривился. — Тогда и Драко следует отчислить. И половину вашего факультета заодно. Он коротко усмехнулся. — Что за чушь вы несёте? — А как вы докажете, что именно Елена всё организовала? А даже если и так — никто ведь не возражал. Там все пьяные. Все участвовали. Она смотрела на него спокойно. — У вас есть возможность замять это прямо сейчас. Или вы можете пойти к директору, устроить разбирательство… и уже завтра вся школа будет обсуждать, как грозный профессор Снейп не справился со своими полномочиями. Снейп резко побледнел и взялся пятнами. Он вновь склонился. Аура его пылала едва сдерживаемой агрессией. — Охамела, магл? Снейп умел давить. Его голос, тон, сама атмосфера вокруг него становились тяжёлыми, густыми, по-настоящему недобрыми. Рядом с ним люди обычно терялись, начинали оправдываться или замолкали вовсе. Честно говоря, Роксана не была храброй. Но она слишком хорошо умела держать страх и эмоции под контролем. Жизненный опыт научил её сначала думать, а уже потом паниковать. Она молча проглотила его слова и спокойно продолжила. — А я ещё... я лично расскажу, как вы ворвались ко мне посреди ночи с криками, потому что не справились с барьером пятнадцатилетней девчонки без диплома. — Это шантаж? — Нет, — спокойно ответила она. — Я просто защищаюсь. Он коротко, зло усмехнулся. — Не испытывайте моё терпение, мисс Уайт. — А вы не испытывайте моё. — Вы хотя бы понимаете, что произошло? Алкоголь. Незаконная вечеринка. Магическое вмешательство в архитектуру школы. Если бы кто-то пострадал... — Никто же не пострадал. — Вы безответственная... Он снова посмотрел на неё. — Ваша племянница совершенно не контролирует себя. И вот тут Роксана впервые за весь разговор устало прикрыла глаза. Не раздражённо. Просто… устало. — Ей пятнадцать, профессор. Я не говорю, что она права... — Правда? — Да. Она помолчала секунду. — Я понимаю, что она натворила. Понимаю масштаб. Снейп скрестил руки крепче, явно ожидая очередного оправдания. Но Роксана вдруг сказала совсем другое: — Накажите её. Он усмехнулся. — О, не сомневайтесь. — Заставьте отмывать гостиную вручную. Без магии. Одну. Хоть всю неделю. Снейп представил это зрелище и злорадно усмехнулся. — Лишите походов в Хогсмид. Назначьте отработки. Что угодно. Роксана пожала плечами. — Я даже слова против не скажу. Снейп задумался. Посмотрел сверху вниз на Роксану. Ее слова были отвратительно убедительными. Ладно бы только Елена оказалась виновной. Бухими были все. Вся старшая часть его факультете - малявок явно не пустили на вечеринку. Слава Богу. И он понимал, что Дамблдор может повторить слова Уайт, что мол: если отчислять Елену, то вместе с ней и остальных - весь цвет пожирателей смерти. Снейпа даже передёрнуло. Уайт наблюдала за его мимикой, пока он смотрел куда-то невидящим взглядом. Потом он посмотрел в ее глаза, тонкие губы расслабились. Он словно собирался сделать великое одолжение. Опустил руки и неожиданно сказал так, чтобы последнее слово оставалось за ним: — У вас отвратительный парфюм, мисс Уайт. Резко развернулся и пошел в сторону гостинной. — Отвратительный... Характер у тебя отвратительный, — тихо буркнула Роксана ему вслед. Снейп уже не услышал. Или сделал вид, что не услышал, что вряд ли. Уайт ещё несколько секунд стояла в пустом коридоре, пытаясь перевести дыхание. Сердце всё ещё колотилось после разговора. Она прекрасно понимала: Северус Снейп только что сделал ей огромное одолжение. Такое, на которое, вероятно, не пошёл бы ни для кого другого. И потому сейчас было бы верхом идиотизма продолжать его злить. Елена и Драко остались на его растерзание. Но Роксана была почти уверена — дальше угроз дело уже не зайдёт. Она устало потёрла лицо ладонями и медленно пошла прочь из подземелий. Хогвартс глубоко спал. Было уже далеко за два часа ночи. Каменные коридоры утонули в густой тишине, нарушаемой лишь редким потрескиванием факелов. Где-то высоко лунный свет проливался через узкие окна серебристыми полосами, ложась на пол холодными пятнами. Сегодня была полная луна. И замок казался особенно огромным и пустым. Роксана шла медленно. Усталость навалилась разом. Тяжёлая. Почти болезненная. Навстречу ей внезапно вылетел Пивз. — О-о-о! — захохотал полтергейст, кувыркаясь в воздухе. — Славно тебя Снейп вздёрнул, магл! Славно! Обычно Пивз цеплялся надолго. Но Роксана даже головы не подняла. Просто прошла мимо, словно его не существовало. Полтергейст удивлённо притих. — Эй?.. Ноль реакции. И именно это его обезоружило. Пивз недовольно скорчил рожу, фыркнул и улетел в потолок. Роксана продолжила идти. Она уже почти дошла до лестницы первого этажа, когда вдруг услышала голоса. Очень тихие. Торопливые. Уайт мгновенно нахмурилась. Сначала она решила, что это слизеринцы, сумевшие улизнуть после вечеринки. Но потом прислушалась внимательнее. — Быстрее, пока Филч нас не заметил, — прошипел знакомый голос Рона Уизли. Роксана замерла. — Тише ты, — нервно сказала Гермиона. — И перестань наступать мне на ноги. — Это ты мне на ноги наступаешь! Уайт удивлённо моргнула. Она никого не видела. Абсолютно никого. И только спустя пару секунд в воздухе вдруг мелькнула голова Рона — буквально на мгновение — и снова исчезла. Роксана тихо выдохнула. Что за?.. Они были под чем-то. Под какой-то странной тканью или артефактом, который делал их невидимыми. — Бродяга нас уже ждёт, — тихо сказал Гарри. — Давайте быстрее. Бродяга? Роксана решила, что речь о каком-то ученике или приятеле, которого ребята тайком вытащили наружу. И, сама не до конца понимая зачем, пошла следом. Они были шумными. Слишком шумными для ночных вылазок. Под чьей-то ногой хрустнула ветка. Потом зашуршали листья. Гермиона тихо зашипела на Рона. Гарри кого-то торопил. По этим звукам Роксана и ориентировалась. Они выбрались наружу. Ночной воздух оказался ледяным. Ветер тянул сыростью от Запретного леса. Полная луна освещала холмы серебристым светом, и тени казались длиннее обычного. Ребята быстро двигались к каменистым склонам неподалёку от школы. Роксана всё больше хмурилась. Что вообще происходит?.. Наконец впереди показался вход в небольшую пещеру. Голоса затихли. Роксана осторожно приблизилась, стараясь не шуметь. И вдруг внутри пещеры что-то зашевелилось. Огромная чёрная собака. Уайт едва не вскрикнула. Животное выглядело дико: худое, лохматое, с горящими глазами. Роксана инстинктивно огляделась в поисках палки или камня. Но Гарри вдруг шагнул вперёд. — Бродяга! Собака дёрнулась — и прямо у неё на глазах начала меняться. Роксана застыла. Тело вытянулось. Лапы превратились в руки. Шерсть исчезла. Перед детьми стоял человек. Худой до болезненности. Заросший. Измождённый. Одежда висела на нём мешком. На лице — царапины, тени усталости, голод. И всё же даже сейчас было видно: когда-то этот мужчина был очень красив. У Роксаны перехватило дыхание. Сириус Блэк. Тот самый. Тот, о ком несколько дней назад говорили в учительской. Тот, кто сумел проникнуть в Хогвартс. Тот, кого называли убийцей. Она приготовилась увидеть панику. Крики детей. Но вместо этого, гермиона отвернулась, Рон улыбался, а Гарри шагнул к нему, отдал одежду и крепко обнял. Роксана в шоке моргнула. Рон и Гермиона тоже явно были рады его видеть. Не испуганы. Не насторожены. — Ты похудел ещё сильнее, — тихо сказала Гермиона. Сириус усмехнулся уголком губ. — А ты всё такая же наблюдательная. Да... На полевых крысах особо не раздобреешь. Потом он снова посмотрел на Гарри. И взгляд у него мгновенно изменился. Стал мягче. Почти болезненным. — Я скучал, Гарри. Уайт замерла ещё сильнее. — Я же писал тебе, что не нужно было приходить, — пробормотал Гарри. — После того, что случилось на чемпионате мира? — резко ответил Сириус. — После Метки? Гарри, ты серьёзно думал, что я останусь сидеть в стороне? Рон нервно поёжился. — Эти пожиратели смерти… Они будто снова ожили. — Они и не исчезали, — мрачно сказал Сириус. — Просто прятались. Он прошел ближе к стене и уселся. Блек выглядел уставшим и слабым. — У меня есть подозрение, что он вернулся. Или очень близок к этому. Роксана нахмурилась. Кто — он?.. И именно в этот момент Гарри почти шёпотом произнёс: — Волан-де-Морт. У Роксаны внутри всё оборвалось. Она знала это имя. Конечно знала. Весь мир знал о безумно Темном Лорде. Даже маглы в волшебном мире слышали о нём. Особенно маглы, чьи дети были волшебники. О человеке, которого когда-то остановил младенец Гарри Поттер. О чудовище, из-за которого погибло столько людей. И сейчас эти дети и Блек… говорили о нём так, словно он действительно мог вернуться.