Урок 2

      Прошла неделя с тех пор, как аль-Хайтам согласился помочь тебе.       Помимо запланированных вечеров, у вас были работа, друзья и стандартная рутина. К тому же, вернулся Кавех. Ты следила за созданием набросков из-за его плеча. Пускай ты мало интересовалась архитектурой, тебе нравилось наблюдать, как он рисует, его линии всегда были точными и чистыми благодаря плавным движениям — до тех пор, пока он не решал заняться чем-нибудь другим, забраковав собственный дизайн или детали. Казалось бы, был проделан значительный объем работ; ты предпочитала сохранять свои наброски.       Когда пробило восемь часов, ты невозмутимо пошла в комнату аль-Хайтама. Похоже, он только что дочитал книгу, если судить по закрытой обложке у него на коленях. Увидев тебя, он встал и закрыл за тобой дверь, после вы оба устроились на кровати. Ты уже догадалась, что сегодняшний урок будет продолжением предыдущего.       — Я буду прикасаться к тебе чаще, чем в прошлый раз.       — Хорошо, — ответила ты, приподнимая рубашку.       — Что ты делаешь?       — Разве я не должна частично раздеться? — удивилась ты. — Ты сказал…       — Сейчас в этом нет необходимости, — вздохнул аль-Хайтам. По крайней мере, ты была последовательна в своих поступках. Он сел рядом. — Я дам знать, где я собираюсь тебя коснуться. В свою очередь, ты дашь мне знать, если тебе станет некомфортно.       — Ладно, — кивнула ты, наблюдая, как он тянется к тебе. Аль-Хайтам не спешил, чтобы ты могла следить за его движениями.       Он взял твою ладонь, прежде чем наклониться к тебе; другой рукой он коснулся твоего запястья, вызывая у тебя дрожь. В прошлый раз ты не придала этому особого значения, но рука аль-Хайтама была намного больше, чем ты себе представляла. Тем временем он дотронулся до твоего плеча и начал рисовать маленькие круги на твоей коже.       Постепенно аль-Хайтам переключился на бока, затем, скользнув вверх по спине, добрался до шеи. Его поглаживания не прерывались ни на секунду. Следующие ласки достались твоей груди; ты чувствовала его прикосновения через тонкую ткань бюстгальтера. Снова возник трепет, он охватывал все твое тело. Аль-Хайтам дотронулся до твоего живота. Всхлипнув, ты попыталась увернуться но из-за рефлекторного движения только сильнее прижалась к руке аль-Хайтама. С твоих губ сорвался стон.       Аль-Хайтам, нависающий над тобой, явно увлекся. Он наблюдал за твоей реакцией, когда прикасался к тебе. Ты подумала, что его пристальный взгляд, вероятно, был вызван скорее разгадкой причинно-следственных связей, чем твоим смятенным видом. На самом деле, аль-Хайтам отмечал для себя, где находятся твои эрогенные зоны. Он приподнял твою рубашку, намекая, чтобы ты ее сняла. Помимо нее ты избавилась и от лифчика. Для пущей убедительности аль-Хайтам повторил предыдущие ласки.       Ты простонала его имя:       — Аль-Хайтам… Это… — смущает больше, чем ты предполагала. Ты по-прежнему дрожала под его пальцами. Неожиданно застеснявшись, ты прикрыла грудь.       — Хочешь, чтобы я остановился? — уточнил аль-Хайтам. Ты посмотрела на него снизу вверх; бирюзовые глаза излучали серьезность.       — Нет. Мне приятны твои прикосновения, — признание прозвучало сбивчиво, что сильно разнилось с твоим обычно уверенным тоном. Ты медленно убрала руки, полностью демонстрируя верхнюю часть тела.       Аль-Хайтам кивнул.       — Я продолжу, — просто сказал он и вновь дотронулся до тебя.       Почему ты только сейчас поняла, на что именно подписалась? При этой мысли твое лицо стало ярко-красным. Ты не могла смотреть на аль-Хайтама. Ты определенно должна была убедиться, что он знает, как ты… Еще один стон разнесся по комнате, когда аль-Хайтам начал ласкать твою грудь. Он обвел пальцами твои соски, отчего у тебя свело низ живота. Он мял их, пощипывал и оттягивал. В сочетании с уже имеющимся возбуждением ты почувствовала, как по тебе словно проходит электрический ток.       — Ааа… Хайтам, — всхлипнула ты, сжимая ноги. Ты и не подозревала, что можно испытывать такое наслаждение.       Честно говоря, аль-Хайтам не мог зайти дальше без твоего разрешения, даже если ты практически стонала.       В конце концов, ты сорвалась на мольбы.       — Пожалуйста, мне нужно больше твоих прикосновений.       На этот раз он воспользовался ртом, продолжая массировать твою вторую грудь. Он посасывал нежно, затем сильнее, когда начал оценивать, какими способами можно ласкать тебя. Без особого нажима он взял твой сосок зубами.       — Не кусайся, — ты попыталась отстранить его от себя, но прекратила, как только прошла легкая боль.       Не прерываясь, он облизывал сосок по-разному — иногда сильно, иногда нежно. Он провел по бутону кончиком языка.       — Аль-Хайтам… Я чувствую себя странно, — тело казалось непривычно горячим и напряженным. Ты по-прежнему цеплялась за волосы Хайтама, ощущая, какие они мягкие и шелковистые.       Он переключился на другую грудь, накрыв ртом сухой сосок и обхватив пальцами влажный.       Ты чувствовала, как твердеют твои соски; ты думала, что они становятся такими только тогда, когда на улице холодно или одежда их натирает. Ты ощущала, как вытекающая из влагалища смазка пачкает нижнее белье. В голове у тебя помутилось.       Заметив, что ты молчишь, аль-Хайтам посмотрел на тебя. Твое тело дрожало, а на заплаканном лице застыло ошеломленное выражение. Ты моргнула и закрыла глаза, засыпая под аль-Хайтамом. Ты не заметила, как его внимательный взгляд задержался на твоем лице. Тебя так утомили его ласки? Он хотел попробовать кое-что еще — например, поцеловать те места, которые были чувствительны к прикосновениям его пальцев. Должен ли он был пройти весь этот процесс, чтобы проверить, являются ли эти области твоего тела более отзывчивыми к различным раздражителям? В любом случае, аль-Хайтам надел на тебя рубашку, прежде чем отнести тебя в твою комнату и накрыть простыней.       Утром ты обнаружила, что он уже покинул дом. Проснувшись в своей постели, ты сразу поняла, что аль-Хайтам для тебя сделал, и по достоинству оценила его заботу. Пусть то были небольшие жесты. Он укладывал тебя спать, готовил чай, хотя сам пил кофе, объяснял уклад здешней жизни, тем самым помогая освоиться в незнакомом мире. Все это вкупе лишь подтвердило правильность твоего решения доверить аль-Хайтаму свое тело. Хотя в глубине души ты осознавала, что он не мог спать рядом с тобой, не доставляя вам обоим неудобств, и ему нужно было вернуться к себе. Ты снова легла. Тебе было о чем подумать.