Жучок.

Отдел тайн Министерства Магии работал, как и всегда, с девяти утра, но по-настоящему волшебники проснулись только сейчас — после крика из кабинета главы отдела Гермионы Грейнджер. — Малфой!!! Двое особенно юных стажёров многозначительно переглянулись. Парень с россыпью веснушек прошептал одними губами сидящей напротив блондинке: — Началось. Гермиона была зла. Нет. Она была в бешенстве. Зубы скрипели, а каблуки стучали по полу так, что казалось, всё Министерство сотрясается мелкой дрожью, пока она стремительно направлялась в кабинет Малфоя. И да, это уже стало рутиной южного крыла Министерства. После того как отдел тайн потеснил «нежелательный сосед» — отдел контроля тёмной магии во главе с Драко Малфоем. Было особенно иронично со стороны министра — посадить в один офис бывших врагов. Ну как сказать — бывших. Казалось, они и сейчас продолжали ненавидеть друг друга. Ещё немного — и точно прокляли бы. Непослушные пушистые локоны Гермионы ожили, зашевелились в разные стороны, нарушая законы физики. Сама Медуза Горгона позавидовала бы этому ужасающему зрелищу. Она искрилась от магии. Это выглядело жутко. Ужасно красиво. Пугающе прекрасно. Во всяком случае, так подумал Драко, открыв дверь ровно в тот момент, когда она набрала полную грудь воздуха — наверняка чтобы ещё раз оглушить его подчинённых. — Откуда этот вой соплохвоста? Грейнджер? — он сверкнул глазами прямо в неё, и его чертовски привлекательная злодейская улыбка прилипла к губам. — А, это ты. Хорошо, что сегодня я не пахну полынью. Не думаю, что выдержал бы твои брачные игры. — Малфой! — она подошла к нему ещё ближе, уткнув указательный палец прямо ему в грудь. Девушке пришлось чуть приподнять голову, чтобы посмотреть в глаза. Гермиона Грейнджер была огнём. — Сколько можно повторять? Не заходи в мой кабинет, когда меня там нет! — процедила она сквозь зубы. — Меня там не было, Грейнджер. Твой кабинет интересует меня так же, как и твоя борьба за права обездоленных эльфов, — высокомерно начал он, скривившись. — В твоём царстве пыли, скуки и занудства какие-то проблемы? — Что это такое? — она протянула ладонь прямо ему в лицо. На ней лежал маленький жучок, переливающийся золотисто-изумрудным цветом. — Я, конечно, понимаю, что тупость Поттера и Уизли наверняка заразна, но настолько? — он приподнял бровь. — Это жук, Грейнджер. И при чём тут я? — Это жучок, Малфой. Жучок. И он точно твой, я чувствую твою магию, — она шипела на него дикой кошкой. Он сглотнул. — Грейнджер... не здесь. Зайди ко мне, — тихо, собранно, почти беззвучно. — Я не пойду к тебе в кабинет, Малфой! — начала она распаляться с новой силой. А затем в одно мгновение Драко схватил её за запястье и втянул внутрь. Как только дверь защёлкнулась, он наложил заглушающие чары. А потом резко толкнул её к стене и прижался всем телом, удерживая её руки. — Салазар, Грейнджер, видеть тебя такой яростной — так возбуждает... — прошептал он куда-то в шею. Она вздрогнула от прикосновения, и мурашки покрыли её тело. Но Гермиона не могла позволить себе снова перевести тему. Ей необходимо знать, под что копает Малфой, что за серые делишки он снова затеял. И при чём здесь она. — Малфой... — она собрала всю свою волю и попробовала выбраться из этой хищной хватки. Голос был тихим, но не сломленным. Она дёрнула руками. Не сильно, но достаточно, чтобы он понял: она проверяет, насколько крепко он держит. Блондин сжал запястья сильнее и провёл губами по её щеке. — Зачем тебе следить за мной? — спросила она слегка охрипшим от скрытого возбуждения голосом. Малфой схватил её крепче, провёл губами по шее, а затем захватил мочку уха и прикусил. Гермиона с шумом выдохнула. — Грейнджер, я всё тебе расскажу... позже, — проговорил он между поцелуями, которыми покрывал её шею и ключицу, нежно исследуя каждый сантиметр. — ...после того, как трахну тебя. — Драко положил ладонь на её щеку, большим пальцем медленно провёл по губам, следом жадно, обрывисто поцеловал: — Прямо сейчас, — ещё поцелуй, Гермиона не смогла удержать стон, — у себя на столе. — он попробовал снова её поцеловать. Гермиона отвернула лицо в сторону. — Нет. — Одно слово. Голос здравого смысла сквозь пелену желания. Драко замер на секунду. Убрал руку. Всмотрелся. — Ты хочешь этого так же, как я, — сказал он не вопросом, а фактом. — Хочу, — согласилась она, глядя ему в глаза. — Но пока ты не скажешь мне правду. Что за жучок? Что ты расследуешь? И почему это связано со мной? Она произнесла это так, будто зачитывала пункты отчёта. Только дыхание было слишком частым, и щёки горели. Драко шумно выдохнул. Убрал одну руку с её запястья — провёл по бедру, задирая юбку. — Упрямая, — выдохнул он почти с восхищением. — Ты всегда была такой. Это бесило на шестом курсе. Сейчас... — он сжал её ягодицу, она закусила губу, но не отвела взгляд, — сейчас это чертовски заводит. Зачем ты надела эту юбку? Она преступно обтягивает твою задницу. — он ещё раз обхватил её бёдра ладонями и сжал, она айкнула от боли и удовольствия одновременно. — Я сидел всё совещание со стояком. Разве можно быть такой жестокой ко мне? — Мне плевать, что тебя заводит, Малфой. И как ты от этого страдал. Он тихо рассмеялся. — Врёшь. — Не вру. — Она толкнула его свободной рукой в грудь. Он не сдвинулся. — Скажи мне про жучка. Я не отступлюсь. Тогда он сделал то, чего она не ожидала. Отступил сам. На полшага. Опустил руки. Встал перед ней — взлохмаченный, тяжело дышащий, но не прикасался. — Ты действительно не успокоишься, да? — спросил он хрипло. — Нет. — Даже если я сейчас упаду на колени и буду умолять? — Даже тогда. Он покачал головой. Усмехнулся. И вдруг резко схватил её за талию, развернул и прижал к стене, навалился сзади, касаясь губами её уха. — Упрямая, любопытная гриффиндорка... — он немного грубее прижал её к стене, намекая, кто на самом деле управляет ситуацией. — Ладно. Коротко. Жучок — не для слежки за тобой. Мне нужно узнать, кто владеет одним артефактом. Твой кабинет — единственное место в Министерстве, где этот человек бывает. Ты просто... удобный наблюдательный пункт. Не отпуская её, он снова развернул её к себе лицом и запустил руку под юбку. — Малфой, можно просто попросить, — выдыхая, произнесла она. — Ты бы не согласилась, Грейнджер. Ты бы пыхтела, упрямилась и говорила о профессиональной этике. — Он остановился и снова глянул на неё, замерев, а потом хищно улыбнулся: — И вообще, я бы тогда так и не узнал, как ты стонешь, когда мечтаешь обо мне. После нашего скандала в холле. Это было занимательно. Гермиона замерла. — Ох, не смущайся, принцесса. Я тоже хорошо провёл время. — Он начал ласкать её грудь сквозь рубашку, и она снова ожила под его руками. Он отодвинул её трусики. — Грейнджер... ты такая мокрая. — он с шумом выдохнул и снова глубоко поцеловал её, одновременно вводя в неё пальцы. — Плохая девочка. Нравится быть тут такой для меня, когда за этой дверью твои подчинённые роются в бумажках? Мисс Грейнджер, вы очень плохо себя ведёте... Он продолжил двигать рукой. Гермиона плавилась от ощущений, от его запаха, от тепла его тела на своей коже. — Ты псих, Малфой. — О, мы уже перешли к комплиментам, — промурчал он. — Грейнджер, давай на стол. Быстро. Он подтолкнул её к письменному столу, шлёпнув по заднице. Она не сопротивлялась — она уже давно признала своё поражение перед Драко Малфоем. Она хотела его, она думала о нём, она мечтала о нём. Гермиона села на край стола, а потом медленно, глядя на своего личного искусителя, раздвинула ноги — приглашая, маня. Драко не нужно было ждать. Он бросился к ней в два шага. Она слышала, как он отрывисто расстёгивает ремень и стягивает штаны. — Если ты врёшь про артефакт, я лично отправлю тебя в Азкабан, — серьёзно предупредила она. — Идёт, — ухмыльнулся он. — Грейнджер, ты восхитительная. — он снова поцеловал её, она почувствовала, как его член упёрся в неё, и он одним толчком прекратил эти мучения. Они оба шумно выдохнули. — Блять... Как я скучал... Он начал двигаться, набирая темп. Гермиона чувствовала, как удовольствие каждым толчком разливается по телу. От макушки до кончиков пальцев. Драко знал, что делал. Он тяжело дышал — возбуждённый, красивый, потный. Кабинет наполнился звуками, громкими, пошлыми. Звуками желания и удовольствия. Он резко притянул её к себе за затылок, поцеловал грубо, почти дико, а потом развернул, уложив животом на стол, и вошёл с новой силой. От смены положения Гермиона почувствовала, что скоро её накроет. Драко стал ускоряться. — Грейнджер, давай, принцесса, кончи для меня. Сделай это громко. — он наклонился вперёд и прошептал на ухо: — Пожалуйста. И Гермиону разорвало на тысячу маленьких осколков. На секунду ей показалось, что она вылетела из тела и вернулась обратно. Так мог делать только Драко. Ей казалось, что это какой-то вид беспалочковой магии или особое физическое попадание. Это было невероятно. Она чувствовала, как он тоже сорвался. Он тяжело дышал, припав к ней. — Грейнджер... будь моей, — прошептал он почти в губы. Гермиона потихоньку приходила в себя. — Малфой... — она начала подниматься. Её голос был грустным. Он отодвинулся, поправляя одежду, присел перед ней на колени и стал надевать на неё слетевшие туфли. Он очень нежно смотрел на неё снизу вверх. — Хватит. Просто будь моей. Не думай. Просто будь, — он говорил это открыто. Это был Драко без масок. Её Драко. — Ты же знаешь, мы не можем, — она погладила его по щеке и, опустившись на колени, посмотрела прямо в глаза. — Я люблю тебя, Драко. Я уже твоя. Но я не готова встречаться с проклятием от твоего отца. Она нежно поцеловала его в губы, а потом прижалась лбом к его лбу. — Я найду, как его снять, — тихо проговорил он. — Я знаю, — она встала, поправила юбку и взъерошенные локоны. — И Малфой... — он поднял на неё голову. — Не затягивай. Я хочу трахнуть тебя в Мэноре, перед портретами твоих чистокровных предков. Она ослепительно улыбнулась, а он расхохотался. — Я приступлю сейчас же, — услышала она вслед, когда закрывала дверь его кабинета.