Глава 1

      Дни за прилавком тянутся неспешно, и у меня есть время понаблюдать за прохожими. Раньше чайная лавка мисс Юнисты казалась мне скучным местом, но я ошибалась. Оказалось безумно интересно наблюдать за существами, столь непохожими друг на друга в наши дни. Да и чаи здесь, как выяснилось, были непростые: в каждой баночке мисс Юниста прятала уникальный аромат и вкус, собранный в тех загадочных местах, что стали открываться повсюду. Иногда она берет меня с собой на поиски ингредиентов. Учусь распознавать травы — навык полезный, ведь сейчас никогда не знаешь, что ждет тебя за поворотом. —Мне, пожалуйста, баночку «западного ветра», — внезапно раздался голос по ту сторону прилавка, выпвав девушку из пусины  раздумий.       Из всей фразы она уловила лишь название чая— остальные слова слились в незнакомый, стрекочущий гул чужого наречия. —Да, сейчас... —встав с места, она подошла к стелажам.       Пальцы пробежались по рядам деревянных и стеклянных емкостей, пока не замерли на нужной. Легкий стук— и баночка стоит перед покупателем. — «Западный ветер», 2 золотых, —Произнесла она уже заученную фразу.       Человек по ту сторону прилавка кивнул, извлек из складок одежды пухлый кошель и выложил на дерево две тяжелые монеты. — Спасибо, — мягко улыбнулся он, забирая покупку, и скрылся в толпе.       Девушка тяжело вздохнула и снова подперла голову рукой, возвращаясь к созерцанию улицы. На перекрестке кипела жизнь: центр города, как-никак. Воздух был пропитан ароматами заморских специй и шумом сотен голосов. Мимо мелькали лица — усталые, восторженные, высокомерные и простые. Скучающий взгляд скользнул выше, по фасадам каменных зданий, и вдруг замер. Там, на самом краю плоской крыши, четко прорисовывался чей-то силуэт. Зрение не позволяло разглядеть детали — был ли это человек или причудливое изваяние, — но незнакомец неподвижно замер, словно наблюдая за муравейником внизу. —Ха, обычно люди по земле ходят, а не по крышам шастают, —едва слышно пробормотала она.       Стоило ей на мгновение моргнуть, как морок развеялся. Секунду назад там кто-то был, но теперь край крыши пустовал, и только заходящее солнце золотило пустые камни. Девушка замерла, вглядываясь в пустоту, пока глаза не зарезало от напряжения. —или же у меня галлюцинации... — она тряхнула головой, прогоняя наваждение.       Списав всё на усталость, она тяжело вздохнула и заставила себя вернуться к работе. Пересчитать остатки трав, поправить баночки, вытереть пыль — привычная рутина всегда помогала забыться, хотя в глубине души всё еще покалывало странное, липкое чувство, что за ней продолжают наблюдать.

***

Вечер опустился на город. Входная дверь со скрипом поддалась, и девушка шагнула в уютную прохладу дома. — Ну, как рабочий день? — донесся глухой голос из глубины дома. Это была миссис Юниста. Хасу кожей почувствовала облегчение: наконец-то родные звуки, которые не нужно расшифровывать с мучительной задержкой в пару секунд. — Всё как всегда, теть Юн, — отозвалась Хасу, стягивая кроссовки и с облегчением шевеля пальцами ног. Женщина вышла в коридор, вытирая руки о фартук и хитро прищурившись: — Как успехи с языком? Понимаешь хоть что-то, кроме названий сортов чая? Хасу иронично вскинула бровь. — Очень смешно. А если серьезно, то фразы «спасибо» и «а чо так дорого?!» я выучила на зубок, — с улыбкой добавила она. — Ха! — миссис Юн горделиво выпрямилась, хотя в голосе проскользнула тень обиды. — Знали бы эти ворчуны, какой ценой я достаю редкие травы, они бы за этот чай в ноги кланялись, а не о цене спорили. — Да-да, само собой, — Хасу примирительно махнула рукой и направилась к лестнице, мечтая только о своей кровати. — Я у себя, если что. Она уже занесла ногу над первой ступенькой, когда в спину прилетело невинное: — Кстати, Хасу... загляни-ка в магазин. Нужно кое-что из продуктов докупить. Девушка замерла, на мгновение уткнувшись лбом в перила. Тяжело вздохнув, она обернулась и встретила лучезарную улыбку тети. — Ладно, схожу, — обреченно выдохнула она, нащупывая ногой кроссовок.

***

Желтый свет фонарей ложился на асфальт неровными пятнами, оставляя между столбами глубокие провалы тени. На улице было непривычно тихо, но Хасу кожей чувствовала на себе чей-то липкий, пристальный взгляд. Пакет с продуктами в её руке казался сейчас непомерно тяжелым, а шорох пластика при каждом шаге раздражающе громко нарушал ночную тишину. Она резко остановилась и оглянулась. Никого. Пустая мостовая и закрытые ставни лавок. Однако напряжение не отпускало, оно сгущалось в воздухе, как туман. Из узкого, темного переулка донесся отчетливый звук: кто-то или что-то возилось в мусоре. Перехватив пакет поудобнее — так, чтобы в случае чего использовать его как щит или снаряд, — Хасу осторожно шагнула в темноту. Сердце колотилось о ребра, а пальцы до боли впились в пластиковые ручки, в которых предательски загремели банки. Шорох стал громче. Хасу замерла, приготовившись атаковать первой, как вдруг из-за ящиков прямо ей под ноги вылетела черная тень. Девушка вскрикнула, отпрянув назад и едва не потеряв равновесие вместе с пакетом продуктов. — Боже... это всего лишь кошка, — выдохнула она, прижимая ладонь к бешено стучащему сердцу. Дыхание со свистом вырывалось из груди, а испуганный зверь уже растворился в ночи. Но стоило ей развернуться, как чувство чужого присутствия вернулось с новой силой. Казалось, за ней наблюдают не из темноты подворотни, а откуда-то сверху, или прямо из-за спины. Больше не желая проверять свою храбрость, Хасу прижала покупки к груди и почти бегом припустила к дому, стараясь, чтобы продукты в пакете больше не издавали ни единого лишнего звука.

***

Часы показывали примерно 6 утра. За горизонтом только-только показалось солнце, лениво освещая крыши многоэтажных домов своими золотистыми лучами. На одной из крыш можно было увидеть довольно бодрую старушку и очень сонную девушку. —Ну же Лотос поактивнее, а то так никогда не проснёшься! — бодро провозгласила мисс Юниста, энергично подпрыгивая на месте, описывая руками широкие дуги. —Почему бы нам не заниматься этим днем? —пробормотала Хасу. Голос её звучал глухо и сонно. Она вяло, словно во сне, повторяла движения, борясь с желанием свернуться калачиком прямо на бетонных плитах. Легкий прохладный ветерок шевелил её волосы, а солнце, вопреки её мольбам, поднималось всё выше, беспощадно слепя глаза. — Кто рано встает, тому духи благоволят! — с задорной улыбкой отрезала женщина, даже не сбив дыхания. В ответ Хасу лишь обреченно вздохнула. Спорить было бесполезно: она знала, что эти изнурительные утренние часы — единственный путь к пробуждению её истинного потенциала. — Кстати, о дарах... Думаю, это заставит тебя взбодриться, — миссис Юн внезапно остановилась и направилась к своей сумке, оставленной у края крыши. Она бережно извлекла оттуда потрепанный временем свиток и вернулась к ученице. Хасу замерла, недоверчиво глядя на артефакт. — Свиток? В наше-то время? Я думала, такие вещи остались только в музеях или сувенирных лавках для туристов. — Ошибаешься, — голос миссис Юн стал серьезным, а взгляд — пронзительным. — В этих строках заключено мастерство техник Кицу. Освоить их под силу лишь тому, в чьих жилах течет кровь Китцунэ. Недоумение в карих глазах Хасу сменилось тревогой. — Но разве того, чему ты меня учила недостаточно? — То была лишь закладка фундамента, — мягко пояснила женщина, протягивая реликвию девушке. — Без которого ты бы просто не смогла освоить эти знания. Хасу осторожно приняла свиток. Едва она развернула грубую бумагу, как дыхание перехватило. Иероглифы, казавшиеся поначалу чужими, вдруг сложились в знакомые с детства слова. —Это же.. —не успела она договорить, как ее тут же перебили. —Да, все верно. —Подтвердила её догадки миссис Юн—И с этой секунды, Хасу, твоя настоящая учеба только начинается!

***

Наступил полдень, тишина окончательно сдалась под натиском гула машин и спешных шагов прохожих. Было весьма интересно наблюдать за этим нескончаемым потоком людей, которые вечно куда-то спешат, но не в этот момент. Девушка чувствовала себя как свеже выжатый лимон. Утренняя тренировка вытянула все соки, и теперь стоять за прилавком было настоящей пыткой. —Проклятая старуха.. — едва слышно прошелестела она, роняя голову на руки.—Видит же, что я сейчас помру на месте, нет же: «Иди открывай лавку!» Легкий ветерок ласкал лицо девушки, едва касаясь ее каштановых волос. В этой относительной тишине Хасу могла бы задремать, если бы не липкое, колючее чувство чужого взгляда. Она резко подняла голову. Никого. Улица жила своей жизнью, но рядом с прилавком было пусто. — Это уже начинает напрягать...—пробормотала она, озираясь. Чужая речь вокруг сливалась в монотонный шум, в котором ей трудно было вычленить смысл. — Правда ли, что кровь кицунэ обладает огромной ценностью? Низкий мужской голос раздался так близко, что Хасу подскочила. Незнакомец стоял прямо перед ней, хотя мгновение назад улица была пуста. Он произнес это на её родном языке — чисто, без тени акцента, отчего слова вонзились в сознание, словно иглы. — Простите… что? — она растерянно захлопала глазами, не до конца веря, что правильно расслышала страшный вопрос. — Мне, пожалуйста, «Да Хун Пао», — мужчина перешел на местный диалект. Теперь его лицо украшала легкая, почти вежливая улыбка. Хасу охватила тревога. В этом человеке было что-то глубоко неправильное, что-то, что заставляло кожу покрываться мурашками. Механически, стараясь не выдать дрожи в руках, она достала чай. Когда она на местном языке озвучила цену, мужчина молча положил монеты и ушел, мгновенно затерявшись в толпе. —Жуть какая... —сказала она, складывая деньги в кассу.

***

В округе разливалось радостное щебетание птиц, а легкий ветерок нежно колыхал ветви деревьев. Из лавки доносился манящий аромат высушенных чайных листьев. Она методично расфасовывала заготовки, пытаясь заполнить пустующие полки, и эта рутина немного успокаивала после утреннего происшествия. Её отвлек голос. Обернувшись, девушка увидела молодого человека. Первое, что её в привлекло — светлые льняные волосы, растрёпанные ветром. Его образ дополняли  ярко-зелёные, почти изумрудные глаза. — Здравствуйте, я ищу одного человека. Вы его не видели? — спросил юноша, вынимая из кармана листок. Когда он развернул портрет, Хасу внутренне содрогнулась. С бумаги на неё смотрел тот самый странный мужчина, чей визит оставил липкий осадок тревоги. —«Значит, он его разыскивает?»—пронеслось в голове. Хасу коротко кивнула, подтверждая, что видела его. — А вы знаете, куда он ушел? — последовал новый вопрос. Девушка замерла, вопросительно глядя на парня. Внутри шевельнулась досада: она понимала названия сортов чая и цифры, но сложные фразы местного наречия по-прежнему оставались для неё непреодолимой стеной. Объяснить, что незнакомец просто растворился в толпе, не зная языка, было невозможно. Да и поймет ли парень её родную речь? Хасу лишь отрицательно покачала головой, чувствуя себя неловко. — Ясно, спасибо, — блондин дружелюбно улыбнулся и зашагал прочь, оставив её в тишине лавки. Девушка тяжело вздохнула и с силой опустила руку на прилавок. — Да что за день такой? — пробурчала она под нос на родном языке, не скрывая раздражения. — Может, табличку на шею повесить: «Продавец, а не собеседник»? Это был далеко не первый раз, когда к ней обращались с праздными разговорами. Раньше она просто вежливо кивала, делая вид, что понимает, но после пары неприятных инцидентов поняла: за её молчаливым согласием часто следовало то, к чему она совершенно не была готова.

***

Город окунулся в темные сумерки. Недавно шумные улицы погрузились в безмолвие, а лунный свет окутал крыши домов. Хасу шла по тротуару, тихо напевая придуманную мелодию. Хасу проходила мимо знакомых улиц, любуясь огнями, мерцающими в окнах домов. Возле темного переулка раздался шорох. Хасу замерла, вглядываясь в пустоту, но увидела лишь тени. «Опять кошка», — успокоила она себя, не понимая даже надписей на указателях рядом, не то что скрытых угроз. Она сделала шаг, но внезапно чья-то рука рванула её назад, а у горла блеснуло лезвие. Холодный металл обжёг кожу. Из-за спины донеслась грубая, отрывистая фраза. —Ещё одно движение, и я перережу тебе горло...