Часть 6

      — С каких пор ты начала курить?       Ливий помахал рукой перед лицом и отошел от Дии.       Компания из четырех человек стояла сзади бара. Они накинули куртки на рабочую униформу и переобулись, когда Дия предложила поболтать на улице.       — Я и раньше курила! Просто бросала. А сейчас не могу пока себя перебороть.       Эва стояла против ветра, но все равно чувствовала едкий запах. Она неодобрительно посмотрела на девушку, зная, почему та вернулась к сигаретам, но промолчала. Они договорились, что о позоре в главном отеле города будут знать только они.       — Придешь в онкологическое отделение, позвони. Я хочу туда на экскурсию. — Ливий сложил руки на груди, видя, как она достает вторую сигарету.       — Эй, это уже перебор. — Реймсс, привалившись к кирпичной стене, подтолкнул бармена. — Она взрослая девочка, сама знает, что это вредно.       Дия высунула язык, показывая Ливию средний палец. Но все-таки убрала пачку в карман бежевого пальто.       — Все настроение испортил, — она фыркнула, — пойдемте, все равно осталось мало времени.       Парень состроил гримасу, пародируя ее, прошел ко входу, открыв дверь перед девушками:       — Простите, мисс Мораллес! Больше не буду портить ваше настроение какой-то бесполезной статистикой.       Эва не сдержала смешок. Ливий бы точно подружился с Исманом. Даже их юмор был одинаковым.       Переобуваясь, она настраивалась на продуктивную ночь. Амен подтвердил, что она права. Исмана убили. Эва удивилась, но согласно кивнула, когда мужчина сказал, что наркотики могут распространять и клиенты. И четко поставил цель:       Не суешься никуда. Просто слушаешь и запоминаешь. Странное рассказываешь, пока едем. Если тебе кажется, что вопрос срочный, речь идет о наркотиках, о крупных суммах — отойди в раздевалку и напиши мне смс. После идешь дальше заниматься своими делами.       Они с Дией вышли в главный зал. Реммао сегодня не появился, значит, особых предложений для гостей не было. Так было даже легче. Она сможет сосредоточиться.       Эвтида предвкушающе вдохнула, видя заходящих гостей.       Начнем.       Она забрала у Реймсса деревянную подставку с шотами и направилась к компании молодых людей. Трое девушек и двое парней, вероятно, ее одногодки. Подходя ближе, замедлилась, сосредоточилась лишь на них, медленно ставя алкоголь.       — … Пересдачу, если … А завтра… будет конец… Купи ответы… — Она слышала лишь отрывки диалога. Музыка здесь была громче, столик находился недалеко от танцпола.       — О, наконец-то!       Парень с растрепанными темными волосами воскликнул, хватая стаканчик. Рука дрогнула, и доска громко приземлилась на лакированное дерево. Эва нервно улыбнулась.       — Простите! Приятного аппетита… — она посмотрела на стол: кроме алкоголя она ничего не увидела, — то есть времяпровождения!       Гости набирались быстро. К двенадцати половина столиков были заняты, а подвыпившая молодежь уже заполонила большую часть танцпола.       Она подошла к трем девушкам.       — Не, моя получше бреет, видишь? Ни одной волосинки!       Две брюнетки и рыжая кудрявая девушка горячо обсуждали бритвы. Они показывали друг другу свои руки, тыкая пальцами.       Эва взяла со стола три пустых бокала из-под мартини, решила не париться с подносом и несла прямо в руках. Она обернулась, слыша сквозь музыку громкий смех девушек. Те полулежали на диванчике, кивали друг другу и заходились в еще большем.       Внутри появилось легкое чувство зависти. Она всегда была близка только с Исманом. Остальные дети в детском доме были ей скорее собратьями по несчастью, чем друзьями.       Эва отвлеклась лишь на секунду. А повернув голову и сделав шаг вперед, наткнулась на проходящего мимо мужчину.       — Извините! — Она оступилась, но быстро вернула равновесие.       В ответ что-то недовольно пробурчали, и гость продолжил только ему известный путь дальше.       Кажется, я и правда шумная…       Спорт, босс-мудак, отношения, быт. Все, что она слышала за еще четыре стола, которые обслуживала.       Ее взгляд упал в угол зала, на мужчину лет сорока в обычной черной футболке и джинсах. Он приподнялся при приближении другого, в сером костюме и на десяток лет старше. Короткое рукопожатие — и Эва двинулась к их столику принять заказ.       — …Он согласился на пятьдесят тысяч и…       А это уже интересно…       Эва не могла еще больше замедлиться — это было бы странно. Она остановилась позади более молодого мужчины, как бы проверяя записи в своем блокноте.       — … Я не думаю, что это такая большая проблема, по моим подсчетам…       Боковым зрением она видела, как он достает телефон, вводит пароль и…       — Вам заняться нечем?       Коротко стриженный мужчина с сединой на висках обратился к ней. Другой быстро убрал телефон. Блокнот вывалился из рук, Эва оглянулась назад, надеясь, что он обращается к кому-то другому.       — Я к тебе обращаюсь! Иди сюда! — Он возмущенно уставился на нее, ударяя кулаком по столу.       Она подняла блокнот и подошла к нему, но оставалась еще на приличной дистанции. Эва лихорадочно соображала, как оправдаться, но ни одного нормального объяснения в голове не появлялось.       — Извините, я просто…       Мужчина поднялся, в несколько шагов оказался слишком близко. Эва отшатнулась. Опустила голову вниз, боясь поднять на него взгляд.       — Ты знала, что подслушивать плохо, а? В этой красивой, но пустой голове есть что-то?!       Эва сглотнула. Она выдержит. Не будет плакать от какого-то придурка. Пусть проорется, и она продолжит работать.       — Какие-то проблемы? Добрый вечер, меня зовут Агния, старший администратор. — Девушка появилась сбоку, переключая внимание мужчины на себя.       Непробиваемо уверенно смотря на гостя снизу вверх, она мягко надавила ладонью на бедро Эвы. Она послушалась, отступая на шаг назад.       Мужчина с басистым грубым смехом ответил:       — Веди меня к начальству. Если у них не хватает мозгов уволить эту курицу, я подскажу.       Эва поймала косой взгляд Агнии. Прикусила губу, сдерживаясь, чтобы не расплакаться.       — Хорошо, прошу за мной. Эва, ты тоже.       От одного конца зала до другого она насчитала двадцать шесть шагов. Эва боялась представить, что сейчас будет происходить. У Амена Хантера были все основания, чтобы ее уволить. И она останется ни с чем.       Агния остановилась, постучала. Прошло семь быстрых ударов сердца, когда альбинос открыл перед ними дверь.       — Да?       Он задержал взгляд на Эве, но быстро переключил внимание на Агнию.       — Мистер Хантер, клиенту не понравилось обслуживание, он хотел бы лично обсудить требования к персоналу. — Ее ровный голос никак не вязался с хитро прищуренным взглядом.       Амен поднял бровь, приглашающе отступая на шаг назад.       — Интересно будет послушать.       Гость был ниже его на полторы головы, и Эва со злорадством наблюдала, как он остановился посреди кабинета, оглядываясь на Агнию. Его уверенность таяла на глазах.       — Прошу, — Амен приглашающе повел рукой в направлении кресла, а сам сел напротив, за свой стол.       Он положил руки на подлокотники, ожидая. Был в белой рубашке с закатанными рукавами. Та хоть и была достаточно свободной, но не скрывала отличной формы мужчины.       — Почему ваша официантка позволяет себе подслушивать? Я пришел отдохнуть со своим другом, смотрю — стоит, косится в его телефон… В этой забегаловке это допустимо?       Альбинос тяжело вздохнул, скучающим голосом объясняя:       — В заведении есть регламент. Она дожидалась, когда вы окончите разговор, чтобы принять у вас заказ.       Эва моргнула. Она бы хотела так же быстро брать из воздуха решения.       — А телефон?!       — Сотруднику будет дисциплинарное взыскание, напомним о приличиях, не переживайте. За неудобства еда и напитки за счет заведения. — Мужчина даже взгляда на нее не бросил, но она чувствовала, что он еще выскажет за сегодня.       Гость поднялся, отряхнул невидимые пылинки с серого пиджака, буркнул:       — Хорошо. И ее уберите от нас.       Он махнул рукой в сторону Эвы.       Да сдался ты мне!       — Браун, останься. Агния, стол на этот вечер — на твоей ответственности. — Амен встал, обошел свой стол и остановился, облокотившись на него. Руки в предвещающей ничего хорошего позе сложил на груди.       Эва услышала хмыканье, прикусила щеку. Дверь захлопнулась, оставляя ее один на один с пронзающим холодом взглядом. Она поежилась, опустила глаза на пол, рассматривая узор «елочку» на паркете из темного дерева.       — Тебя подослали, чтобы усложнить мне жизнь? — Амен подал голос первым. Смотря на потолок он покачал головой.       — Где ж ты так накосячить успел… — Эва фыркнула. — Я не понимаю, почему он…       — Не сейчас. Посидишь минут пять и иди. Просто работать, Браун.       Он оборвал ее, раздраженно вздохнув, и вернулся обратно за стол. Начал печатать на клавиатуре, совсем не обращая на нее внимания.       Эва решила не спорить. Она чувствовала себя виноватой, поэтому даже порадовалась, что мужчина ей ничего не сказал. Оглянулась, видя сбоку от двери настенные часы. Стрелка была на четверти третьего.       Она посмотрела на стеллаж-шкаф, рядом с которым стояла. Папки были подписаны: по месяцам, лицензии, пожарная безопасность. Она прочитала «персонал» и скосила взгляд на мужчину. Он все так же не обращал на нее никакого внимания.        Может, там осталось что-то об Исмане…       Она сделала шаг ближе к шкафу, повернулась, как бы рассматривая. Потянула руку…       — Браун.       Отдернула руку обратно. Обернулась с невинным взглядом:       — Да?       — Сядь.       Амен отодвинулся от компьютера, взял из стопки папок одну и разложил перед собой, с шелестом файлов переворачивая страницы.       — Я постою. — Она сцепила руки перед собой в замок, смотря на часы.       Мужчина оторвался от бумаг, буравя ее взглядом.       — Они подчистили за собой. Можешь не стараться.       Эва поджала губы. Еще раз посмотрела на время. Три минуты. Присела на край кресла перед ним, вытащила уставшие ноги из туфель, разминая их.       С души как камень упал, когда она поняла, что Хантер не будет ее выгонять. Осталось только разочарование в себе.       Кажется, она переоценила свои силы. Она сегодня же расспросит больше о том, как она должна двигаться, на что обращать внимание. Как сделать так, чтобы ее не заметили, даже когда она стоит рядом.       Эва оглянулась — прошло уже семь минут. Обулась обратно в орудие пыток, вставая:       — Я пойду?       — Да.       Он ответил, даже не поднимая головы. На секунду стало обидно, а потом она вспомнила, что вообще-то он и не должен с ней возиться. Она приносит информацию — он ее принимает. Все. Пара уроков дана, а размусоливать он, возможно, и не собирается.       Остальная часть ночи прошла спокойно. Эва больше не пыталась лишний раз подслушать, приходила, принимала заказ, подавала заказ, убирала грязную посуду и уходила.

***

      — Тебя в детстве били? — Амен подождал, пока Эва разместится, и спросил, повернувшись к ней.       Вопрос выбил воздух из легких. Она предпочитала не вспоминать этого. Но мозг услужливо подбрасывал образы, въевшиеся в подкорку. Запах алкоголя, пьяные крики, мать, улыбающая очередному ухажеру… А потом наказывающая их с Исманом, за то что помешали ей. Предплечье обожгла ее фантомная рука, хватающая и тянущая к платяному шкафу. Щелчок замка. И темнота.       Психологи долго работали с Эвой. Но бояться замкнутых, темных пространств и резких движений или звуков она так и не перестала.       — Это ты к чему? — Она не подала виду. Пристегнувшись, Эва поелозила на кресле, как бы устраиваясь поудобнее.       Мужчина переключил передачу, и машина тронулась с места.       — Понятно теперь, почему дерганная такая.       Она перевела взгляд на только начинающий просыпаться город. Промолчала, не зная, что ответить.       — Ты должна чувствовать себя уверенно, а не отвлекаться на каждый громкий звук. — Амен говорил это настолько легко, что Эва закипела.       — Откуда ты..? Ладно, допустим. Скажи, как мне быть уверенной, когда ко мне сначала подсылают двух мужиков, пытающихся меня изнасиловать, а потом как вишенка на торте — записка с угрозой? Да тут радоваться надо, что я в паранойю не скатилась! Мне нигде не безопасно. — Она приоткрыла окно, чтобы остудиться. — Я старалась, как ты говорил, двигаться плавнее, замедляться… думала, что если осознаю, то смогу. Не получается, ясно? Уж прости, что мои инстинкты все еще работают.       Амен молчал почти минуту. Сосредоточенно смотрел на пустую, укрытую подтаявшим снегом дорогу.       — Я же вначале сказал тебе. Пока я рядом, ты в безопасности. Я слежу по камерам, если тебе будет спокойнее. Если что-то и случится в баре, хоть это и крайне маловероятно, то я помогу.       Эва открыла рот. Закрыла. Вся озлобленность на происходящее в ее жизни сейчас, отошла на второй план. Ее интересовало только одно.       — Почему? — еле слышно спросила она. — Какая тебе разница, что со мной будет?       Он поджал губы, оторвал взгляд светлых глаз от дороги, внимательно проводя по ней взглядом. Ответил просто:       — Жалко тебя, без меня ты пропадешь, Браун. Как бы это ни звучало.       Что ж, ей было достаточно и этого, чтобы снова почувствовать, что она не одна.