Ястребы против Гризли

      В раздевалке стояла тишина — та самая, которая бывает только перед самым важным матчем в жизни. «Стальные Гризли» сидели на скамейках, уже полностью переодетые в форму. Кто-то поправлял бутсы, кто-то наматывал бинты на запястья, кто-то просто сидел с закрытыми глазами, прокручивая в голове тактику.       Марк Лайер натянул перчатки, проверил шнуровку. Рядом Леон пил воду маленькими глотками. Братья Барс, непривычно серьёзные, сидели молча и не дёргались. Артур, уже в капитанской повязке, обводил взглядом партнёров — проверял, все ли готовы.       Дверь открылась. Вошёл Соуза — без пиджака, в тренировочной кофте с логотипом клуба. Он оглядел команду, кивнул и позвал: — Сьюзен, зайди.       Сьюзен вошла с блокнотом, встала чуть в стороне. Все сразу поняли: сейчас будет речь. Соуза сделал паузу, вздохнул. — Ну что, парни. Сегодня последняя игра на этом турнире. Наш противник сильно мотивирован победить. Они будут давить на нас не только физически, но и морально. — Он обвёл взглядом каждого. — Но я буду краток.       Он подозвал команду в круг. Игроки поднялись и сгрудились вокруг тренера. Сьюзен тоже встала в круг — плечом к плечу с Рафаэлем, который чуть улыбнулся, но быстро спрятал улыбку. — Я скажу лишь одно, — произнёс Соуза, глядя каждому в глаза. — Я верю в каждого из вас. Я уверен на все сто процентов, что вы готовы поднять трофей над своей головой. Он посмотрел на Артура. — Капитан.       Артур серьёзно посмотрел на партнёров. На Марка, который сжимал перчатки. На Леона, который кивнул ему. На Рафаэля, на Кибпли, на Ти Джея, на близнецов, на Шелли, Роуда, Дэниальсона. А потом улыбнулся — своей редкой, твёрдой улыбкой. — Ну что, Гризли, — сказал он негромко. — Заберём у Ястребов трофей? — ЗАБЕРЁМ! — рявкнула команда хором. — Гризли! — СТАЛЬ! — Гризли! — СТАЛЬ! Соуза хлопнул Артура по плечу. — Выходим.       Они двинулись к выходу из раздевалки — плотной группой, плечом к плечу, как единое целое. Впереди шёл Артур, за ним — вся команда. Сьюзен осталась на секунду, поправила блокнот и выдохнула. — Вперëд, — сказала она сама себе и пошла следом.

***

      Сектор «Стальных Гризли» гудел. Шарфы, флаги, крашеные лица. Директриса в своём неизменном шарфе заняла место в первом ряду. Семья Барсов — Агнесс, Алекс и Рональд — сидела чуть правее, перекрикивая друг друга. Элизабет и Дэвид устроились с краю.       Аннета, Ис и Дэймон заняли места на самой верхней трибуне — оттуда поле было видно как на ладони. — Слушай, — Аннета наклонилась к уху Ис, перекрикивая шум. — Хорошая ли была идея рассказывать Артуру всё перед финалом?       Ис, не отрывая взгляда от поля, куда уже выходили команды, спокойно ответила: — Он сам попросил.       Телефон Ис завибрировал, когда она уже собиралась ложиться спать. На экране высветилось имя: «Артур Дойл». Она удивилась — он никогда не звонил так поздно. — Алло? — ответила она. — Ис, — голос Артура был ровным, без лишних эмоций, но она чувствовала напряжение. — Мне нужно кое-что спросить. — Спрашивай. Артур помолчал секунду. — Откуда ты знаешь Джеймса Смита? Игрока «Ястребов».       Ис замерла. Потом выдохнула, откинулась на подушку. — Это долгая история. — У меня есть время, — сказал Артур.       Ис не знала почему, но она начала рассказывать. —До перевода в эту школу я училась в другой. И встречалась с Джеймсом Смитом, — голос Ис звучал спокойно, но Артур слышал, как внутри неё всё ещё кипит. — Поначалу он был нормальным. Отзывчивым, внимательным. Всегда слушал меня… ну, делал вид, что слушает. А потом начал просить делать за него домашку. Мол, тренировки, нет времени. А я была отличницей — легко справлялась. Артур молчал, давая ей говорить. — Я не придавала значения. Думала, ну, помогаю парню. Но потом он стал отдаляться. Всё меньше времени со мной, всё больше просьб сделать уроки. Говорил, что тренировки, что устаёт. А однажды Аннета увидела его гуляющим с компанией девушек — и с одной из них он целовался. — Аннета была одна? — спросил Артур. —Да. Она случайно наткнулась на них. Сначала подумала — знакомые. А потом увидела поцелуй. И ничего мне не сказала. Решила разобраться сама. — Как? В голосе Ис появилась лёгкая усмешка. — Она купила шампунь. Дорогой, французский — по крайней мере, так сказала Джеймсу. Смит тогда отращивал волосы, очень заморачивался по этому поводу. Аннета подарила ему бутылку, сказала, что привезли из Франции. Он поверил и на следующий день пришёл в школу… лысым. С розовыми пятнами на голове. Артур не сдержал короткого смешка. — Он, естественно, догадался, чьих рук дело. Пришёл к Аннете с группой своих парней, начал оскорблять её при всех. Аннета — ты её знаешь — приняла бой. Отвечала так, что он сам в запале рассказал про измены. Я услышала это, взяла бутылку воды и просто вылила ему на голову. Прямо при всех. После этого мы перевелись в другую школу. Я думала, что больше никогда его не увижу. Но он тоже перешёл — в другую, элитную. И вот он здесь. Ис замолчала. Артур выдержал паузу. — Спасибо, что рассказала. — Его голос стал твёрже. — На поле улыбка с его лица спадёт. Обещаю. — Я знаю, — ответила Ис и положила трубку.       Аннета, слушая рассказ Ис на трибуне, хотя она итак уже знала его, но каждый раз злилась заново, сжала кулаки. — Сегодня он получит своё, — сказала она.       Дэймон, сидевший рядом, хлопнул её по плечу. — Не кипятись. Смотри — команды выходят!       Ис смотрела прямо на поле. Глаза её были спокойны. Она верила.       На поле вышли команды. «Стальные Гризли» в своей серой форме, «Ястребы» — в красно-белой. Стадион взорвался аплодисментами, свистом, криками. Флаги взметнулись вверх.       Судья подозвал капитанов. Артур Дойл и Мэтью Стоун встретились в центре поля. — Монетка, — сказал судья. — Орёл, — выбрал Артур.       Монета упала. Орёл. Артур выиграл жребий.       Стоун пожал ему руку — крепко, формально. — Хорошей игры, — сказал капитан «Ястребов» с холодной улыбкой. — Взаимно, — ответил Артур. Артур выбрал разыгрывать мяч.       «Ястребы» выбрали поле и разошлись по позициям. Свисток.       Первые десять минут прошли в центре поля. Мяч как приклеенный ходил между линиями, ни одна из команд не хотела рисковать. Болельщики подгоняли своих, но игроки не торопились. Гризли прессинговали, «Ястребы» откатывались назад и тут же возвращали прессингом. — Плотно играют, — сказала Алисия, сидевшая рядом с Алексой на трибуне. — Словно сейчас всё взорвётся в один момент. — Согласна, — кивнула Алекса, не отрывая взгляда от поля. — Долго так не протянут. Кто-то ошибётся.       На 23-й минуте случилось первое обострение.       Шелли получил мяч на правом фланге, попытался уйти вперёд, но на него налетел Итан Брукс — жёстко, плечом в плечо, с подкатом. Шелли перевернулся два раза, прежде чем упал на газон.       Судья свистнул мгновенно. Жёлтая карточка.       Брукс поднял руки, изображая невинность, но в глазах его плясала наглая усмешка. Он развернулся и, не оглядываясь, потопал на свою половину. — Вот же малолетний... — взревела вдруг Агнесс Барс, вскакивая с места. — ... МУДИ...       Алекс и Рональд одновременно схватили её за руки. Алекс прижал ладонь ко рту жены. — Агнесс, не здесь! — прошипел он.       Агнесс сверкала глазами, но села, тяжело дыша. Рядом с семьёй Барс сидели Солвейг и Мирана — они вздрогнули от такого напора, но промолчали. Солвейг шепнула Миране: — Я начинаю понимать, откуда у близнецов характер.       Мирана кивнула, не отрывая глаз от поля.       Штрафной удар у Гризли. Леон Крамм встал над мячом. Он поднял голову, сканируя штрафную «Ястребов», и сделал подачу — высокую, на дальнюю штангу. Туда выпрыгнул Андре Барс… но его сбили корпусом — в пределах правил, чисто, но жёстко. Андре рухнул на газон, и на секунду внутри «Гризли» ёкнуло.       Агнесс Барс стала мрачнее тучи. Её глаза сузились, пальцы вцепились в подлокотник. — Если с ним что-то случится, — сказала она тихо, и в этой тишине было больше угрозы, чем в любом крике.       Андре встал, отряхнулся. Жив. Гризли выдохнули.       Тайм подходил к концу. Шла 44-я минута.       Гризли атаковали — но атака захлебнулась, мяч перехватил Жерсон и мгновенно отдал на Вайна.       Люк Вайн принял на скорости, рванул к штрафной. Удар! Марк Лайер бросился в угол — и поймал мяч. Намертво. — МАРК! — закричала Элизабет с трибуны, вскакивая. — ДАВАЙ!       Марк не услышал еë, но быстро поднялся, выкатил мяч на Леона. Крамм принял, увидел разрез в обороне «Ястребов», сделал пас…       Перехват. Мэтью Стоун, капитан «Ястребов», словно прочитал его мысли. Он выскочил перед мячом и моментально начал контратаку. — Назад, назад! — заорал Соуза с бровки, но было поздно.       Стоун отдал на Брукса. Брукс, из-за которого Агнесс чуть не выбежала на поле, ловко ушёл от Рафаэля Сильвы и отдал пас в разрез.       Там, набежав, появился Джеймс Смит. Артур Дойл потянулся ногой, пытаясь выбить мяч, но Смит успел нанести удар первым.       Низ, в угол. Марк Лайер рухнул, вытянулся — но мяч проскользнул под перчаткой.       ГОЛ! 1:0 «Ястребы» (44-я минута, Джеймс Смит с передачи Итана Брукса).       Джеймс Смит развернулся, посмотрел на Артура и Марка — тех, кто лежал на газоне — и медленно, нарочито неторопливо, пошёл праздновать. Он поднял руку с растопыренными пальцами и улыбнулся. Нагло, уверенно, по-хозяйски. — Идиот, — выдохнула Алекса на трибуне. — Ненавижу таких. Следом, громче: — Смит, ты червяк!       Но её слова потонули в гуле. Кто-то рядом обернулся. Георг Рассул, сидевший неподалёку со своей командой, они пришли посмотреть финал, повернул голову. Алекса заметила его взгляд. — Что случилось? — спросила она. Рассул покачал головой. — Ничего. Извините, — сказал он быстро и отвернулся.       На поле Марк Лайер встал, достал мяч из сетки и с досадой — не глядя — выбил его в центр поля. Слишком сильно. Мяч улетел за пределы поля.       Судья посмотрел на часы и добавил три минуты к первому тайму.       Свисток на перерыв прозвучал почти сразу после розыгрыша мяча.       1:0 в пользу «Ястребов». Но «Стальные Гризли» ушли в раздевалку с горящими глазами. Этот гол не сломал их — только разозлил.

Впереди был второй тайм.