8. Дорогой, а ты помнишь, какой сегодня день?

— Правда? Махито не поверил. — И я смогу его изучать? «Гето Сугуру» с сожалением сделал брови «домиком», беспомощно разведя руками: — Увы, не сейчас. Нам нужны его способности для воплощения нашего плана. Махито протянул длительное «ооооо-ууууум», которое означало то ли каприз, то ли размышления. Двое шли по какому-то техническому этажу многоэтажного здания — на это было больше всего похоже, по крайней мере. Ноль освещения, кроме духов-огней, вызванных техникой «Гето», хотя глаза Махито все прекрасно различали и так. Вентиляционные системы и в принципе не знакомые мне механизмы, которые Махито замечал лишь краем безразличного взгляда, сопровождаемые гудением лифтов на грани слышимости. Воздух был одновременно приятно прохладный и неприятно искусственный, с оттенками каких-то синтетических смазок и материалов. Большая часть мне была незнакома. «Что же интересного будет сейчас? — лениво размышлял я. — Расчленение бомжей? Уничтожение гопарей? Может, опять по душу детей пошли?» — Ты защищаешь его, Гето? — внешне без осуждения спросил Махито. — Ну, нет, — проклинатель повернул лицо, освещенное мертвенно-зелёным светом, прямо к нам с проклятым духом. — Причин нашему поведению несколько. Во-первых, сейчас мы не встретим его настоящее тело, а на проклятой марионетке экспериментировать не получится. Там нет ни души, ни плоти. — Вот кааак? — Махито не на шутку заинтересовался. — Это кукловод? — Можно и так сказать, — согласился Кенни. — Следующий момент — это то, что он нам нужен. Видишь ли, у него для обычного мага невероятные способности. Помимо зоны покрытия, которая позволяет ему гулять марионетками по всей Японии, что само по себе напоминает уровень силы Тенген, он еще может быть достаточно незаметен, чтобы скрыться от взгляда Шести Глаз или по крайней мере он их не интересует. — Что? Как это? Шесть Глаз… — припомнил дух. — Это же тот Годжо Сатору, с которым сражался Джого~. Так этот маг нащупал его слабость? — Слабость?.. — спросил Кендзяку у потолка, продолжая осторожно шагать. — Я бы не рисковал так говорить. Сыграть свою роль могло как-то, что маг, к которому мы идем — это ученик Киотского техникума, а Годжо Сатору с детьми не воюет, так и то, что, когда Мута Кокичи оставляет своих шпионов, проклятой энергии в них почти не чувствуется и их легко перекрывает естественным фоном того места, где расположили жучок или скрытую камеру. И я думаю, это второй случай. — И нам от него нужно?.. — Шибари, — с нарочито непроницаемой улыбкой прищурился узкоглазый. — Шибари? — Я тебе уже рассказывал про связующую клятву. У него есть то, что мы можем получить от него для нашего плана. А у нас — то, что можем дать ему только мы. Скажи, Махито, как далеко ты продвинулся в технике Трансформации Неизменяемого? — Э, — начал было Махито. — Способен ли ты привести с ее помощью человеческое тело в жизнеспособный вид? Излечить его? — проницательные узкие глаза приоткрылись, впиваясь в духа. — Излечить, — Махито оценил, как звучит это слово. — Для меня в этом нет проблем, но нет и смысла. — То есть Махито-кун может, — подытожил лже-Гето. — А что, если я скажу, что для нашего плана нам потребуется один участник внутри системы техникумов? — Пособник, — Махито мгновенно подобрал термин, который его устраивал больше. — И как ты сказал, ребенок, с которыми… Годжо Сатору не воюет. И у которого превосходные шпионские способности. — Именно так! — просиял Кенни. — А от чего его надо исцелять? И почему ты тогда не боишься, что он нас подслушает? — с невинным видом уточнил штопанный. — Он уже в деле, и его тело так покорежено врожденной шибари в обмен на невероятную магическую силу, что ему некуда деваться, — поведал «Гето», заворачивая в укромный отнорок. — Что еще важнее — нам нечего от него скрывать, но есть, что предложить. — Так это тот дух, способный изменять людей, — из темноты за трубами нас встретило тусклое свечение белых огоньков и механический голос. — Робот! Вау, — восхитился Махито. — Это такие у магов марионетки? У стены сидел робот. Настоящий. — Мута Кокичи — единственный в своем роде, — льстиво улыбаясь, Кенни указал на марионетку ладонью. — Из-за его полезности Совет презрел даже свою нелюбовь к «нестандартным» проклятым техникам и всячески способствует развитию юного таланта. Превзойдем их надежды: Мута-кун поможет создать противовес Годжо Сатору не в отдаленном будущем, а уже сейчас. — Завязывай с болтовней, ублюдок, — нелюбезно отозвался синтетический голос. — Ну-ну, я уже подобрался к сути. Мута-кун, ты прав: со мной сегодня пришел Махито. Это — проклятый дух, способный вырастить человеческое тело с нуля… — Ни с какого не нуля, ну Гетооо! — Махито скривился от такой ереси. — Для этого мне нужна человеческая душа: преобразование начинается с нее… — Я понял. — Отрезал голос марионетки. — Но не услышал конкретных условий. И не думайте, что я поверю вам на слово хоть в чем-то. — Какой суровый пареееень, — протянул Махито. Я его узнавал. По уровню любезности, скорее, и по наклёвывающейся роли в истории. Сам по себе этот робот не был похож на того самого Мехамару. Обычный такой металлического цвета манекен с глазами-камерами. Разбитый и покореженный, в половину человеческого роста. Он сидел у стены и выглядел как мусор, который сюда притащили подростки. Динамик был встроен тоже куда-то в голову, в область отверстия в районе рта. На корпусе блестела зелеными отсветами ободранная пластиковая наклейка. — Как насчет такого? Я и Махито-кун даем клятву, что в назначенный день придем и излечим тебя. В ответ ты поможешь нам проникнуть в техникум и проведешь туда, куда был перенаправлен объект с твоим жучком. А еще… — Жучок с первого был утерян, — отмел Мехамару. Робот все так же неподвижно сидел у стенки. Кенни легкомысленно отмахнулся: — Организую повторную попытку. Те жучки же, что еще у меня, рабочие? — Да. — Превосходно. Так вот… — Подробнее о первом требовании. Это уже звучит как нечто чрезмерное. Территории техникумов устроены так, что впускают туда людей поименно, а иных отваживают. Если под барьер проникнет хоть кто-то посторонний, проведенный тем, у кого есть допуск — ему это удастся, но невидимое внимание будет следовать за ним везде, где бы он ни оказался. Эта задача подставляет меня, так как список допущенных и соответственно тех, кто может провести чужака, строго ограничен педагогическим и ученическим составом техникумов. — Что-то он мне не нравится, Гетооо, — Махито скривил рот. — Можно я поиграю с этой штукой? — Погоди, Махито. Строго говоря, еще сюда включены маги и менеджеры, — подметил Кендзяку, отвечая Мехамару. — У них уйдет время на то, чтобы понять, кто виноват. К тому же они не знают про твои дополнительные марионетки… — Не считая спутавшихся с тобой старейшин из Совета, — опять возник синтетический голос. — И после твоих грязных и безумных деяний даже твои союзники отвернутся от тебя. Что это будет значить для меня, как для пособника — ясно без слов. — Все еще предлагаю его пнуть для сговорчивости, — Махито вставил с надеждой. «Гето» вздохнул: — Непременно вернемся к твоему предложению позже. Пока — как тебе такой вариант, Мута-кун? Мы увеличим число подозреваемых, проведя операцию по проникновению в день проведения игр между техникумами, и на следующий день после успешного завершения восстановим твое тело. Робот молчал. — Может, села батарейка? — непосредственно предположил проклятый дух. — Не пойдет, — наконец разродился динамик. — Какой вреднючина, а, — разозлился Махито ноющим голосом, скрещивая руки. Мехамару проигнорировал его: — Если я исчезну на следующий же день, это вызовет у всех очевидные догадки и умозаключения, что не даст мне уйти от погони. — Вот что тебя тревожит, — «Гето» сделал вид, что задумался. Внутри его души, наоборот, зажглись опасные искорки ликования и азарта. — Мы можем сделать это за несколько дней до запечатывания Годжо Сатору, чтобы у магов было меньше времени связать твою пропажу с произошедшим во время мероприятия и как следует заняться поисками. Или же, — проклинатель пригласительно шевельнул рукой, — ты можешь пойти с нами, Мута-кун. — Катись в ад, — лаконично отозвался марионеточник. — Я предпочитаю четкие условия и цифры. Мое условие: вы полностью вылечите меня до состояния здорового мага и не убьете, воспользовавшись моим состоянием первые минуты после излечения или заранее заготовив ловушку. Второе условие… вы не навредите никому из Киотского техникума. — Что-то ты обалдеть какой наглый, — заметил Махито, уже даже не злясь на эту черту. — И третье: достоверно назовите даты событий. Предпочитаю четкое планирование. Клятву даете вы оба. Проклинатель кивнул, как ни в чем не бывало: — В ответ ты добросовестно поможешь нам с воплощением нашего плана, этапы которого я расписал ранее. Махито? — Я потом могу его убить? — После того как вылечишь и он придет в себя, и если не договоримся, — «Гето» пожал плечами, отводя взгляд снова на марионетку. Махито вздохнул так тяжело, как резиновая собачья игрушка, из которой выдавили последний воздух: — Ладно-ладно, если так надо для нашего плана, я согласен. Кендзяку уверенно, с едва заметной улыбкой и колкими глазами, повернулся к марионетке: — Итак? — мягко спросил он. Я бы ни за что не пошел на поводу у человека со столь довольной хладнокровной мордой. Самосохранение бы взыграло. Этот взгляд явно говорит, что данный дабл-трейтор-пенетрейтор получит твою жопу в свое полное распоряжение. — Еще — вы не приведете с собой больше никого на излечение. Кенни со знанием дела кивнул: — Логичная предосторожность. Возражений нет. Махито? Дух устало махнул рукой: — Да, да. — Тогда?.. — проклинатель наклонил голову набок. — … — Молчание марионетки длилось секунды четыре точно. — Согласен. — Согласен, — со скрытым торжеством резюмировал проклинатель. Он успел сделать это за секунду до того, как в горле Махито появилось неприятное ощущение удавки, завязалось узлом — и прошло. — Десятое октября — полагаю, в этом году будет самой вероятной датой проведения соревнований между техникумами. Тогда излечение назначим на двадцатое число октября. Хм, будем в семнадцать часов, ноль минут, ноль секунд. Ты же любишь четкость? — Я сообщу место, — после этих слов сломанный робот замолк и не шевелился. «И пипец котенку», — я подвел итоги встречи. После чего — ни за что не догадаетесь — опять провалился в никуда.

***

— Хоть я и сказал Гето, что смогу исцелить человека — удивительно, как я в этом уверен, пусть ничего такого и не пробовал. Ты так не считаешь? — Ммф, — попытался заорать мужчина, зафиксированный на мясном операционном столе. Посреди канализации стояло гротескное сооружение серого цвета. Это было похоже на стол с четырьмя ногами — мужскими — покрытый твердой даже на вид кожей. На полу рядом с одной из ног валялись срезанные летние джинсы, футболка и кроссовки. На самом столе лежал мужчина: субтильный японец лет до сорока. Средняя волосатость, рост как у Махито или ниже. На левом предплечье — старый бугристый шрам. Все его конечности держали мускулистые серые руки, вырастающие прямо из «стола». — Представляешь? Ассистент, освободи ему рот. Две серые шероховатые ладони, которые выходили из «стола» по бокам от головы жертвы, послушно разжались. Подопытный тут же заорал, вскидывая голову: — Ааааааааа?! Есть здесь кто-то?!.. Кто-нибудь?! Кто-тооооооооо! Это несмешная шуткааааааа! Прошу, освободите меня! — Ассистент, закрой, — Махито скучающе покачал ладонью. — Здесь холодно, а еще у меня слуфхвм!.. МММ! МММММИУММВМ! Мужик пытался мотать головой, стряхивая хватку рук, но безрезультатно. — Хааааа… — Махито страдальчески вздохнул в потолок. — И тогда меня осенила страшная мысль. Я не стал делиться ею, но — что, если я, будучи проклятьем, пал жертвой ограниченности? — ММ-М-МХМ! — Я никогда даже не думал пытаться кого-то лечить, но подспудно думал, что всемогущ в работе с душами, и соответственно телами. Однажды было сказано, что, когда у тебя в руках молоток, все вокруг становится похожим на гвозди. Джого считает себя всемогущим, когда все, на что он ни посмотрит, горит; Ханами — когда способна скрыться в лесах и убить кого угодно, не вызывая подозрений до самого последнего момента. — М! — мужик собрал силы и стал ритмично дергаться в попытках пересилить руки, крича с зажатым ртом при каждом рывке. — М! М! Мм! — Что, если я, как проклятье, на самом деле ограничен лишь аспектом уничтожения? И тогда то презрение, что Гето так плохо скрывает от нас, обоснованно на самом деле? Это гложет меня уже целые сутки напролет. Может ли быть, что я угодил в ловушку собственного восприятия? Потому, Ассистент, действуй. От него отщипнешь ты, для чистоты эксперимента: а то вдруг я лучше лечу те повреждения, что нанесены непосредственно мной? Операционный стол притворялся мебелью. На нем рвался и бился мужчина с зажатым ртом, переходя уже на совсем бессвязные вопли и визг. Джурёку густо испарялась в атмосферу вокруг шара души, еще до того как Махито приступил. Внезапно из шершавой серой поверхности сбоку от левой руки человека вырос серый кожастый клюв размером с кулак. Широко раскрывшись, этот клюв с легкостью стесал кожу с мясом. Серое окрасилось кровью, темнеющей в свете туристического прожектора. — Мгнрюююююююююююююююююююм! — заверещал человек с зажатым ртом. Тело забилось, как в припадке. Махито ловко отшагнул в сторону, не попав под обстрел пахучей струи. Проклятье медленно опустило глаза на пол, где остался четкий влажный след. — Ассистент, — прохладно проговорил Махито. Каждый слог звучал ясно и отчетливо. — В конце этот пол будет чист, как вылизанный, умрет наш пациент или нет. Понятно? Мускулистые серые ручищи, росшие из стола, не отпустили подопытного, под которым собиралась лужа, но неуютно поежились. — Убери лишнее, — холодно приказал Махито, — хотя стой. Я сам. Подойдя с нужного боку, Махито положил свою руку на раненое предплечье и сосредоточился. Губы прошептали: — Муи Темпен… Кожа. Незначительный жир. Дрожащие мышцы, сухожилия. Мясо. Все это отзывалось в восприятии Махито по-разному, и в то же время ничего из этого ему не было нужно. Он тянулся глубже: шар души, три даньтяня. Направить назад в тело, добавив джурёку жертвы, чтобы не тратить свою. Покалеченная рука под пальцами вздрогнула еще сильнее и затихла, перейдя на мелкую дрожь. Махито убрал руки, чтобы равнодушно удостовериться: все на месте. — Вот так. Ничуть не сложнее всего остального, — заметил Махито. — А теперь… Он навел ладони на живот несчастного, вдавил их внутрь — и мошонка мужчины стала усыхать, словно втягивалась прямо в пах. Визг перешел на новые ноты. Махито хладнокровно оценил гладкий лобок и стершуюся складку меж ягодиц. — Убирать больше нужного мне не хочется. Пускай это все равно делать не мне. Безымянная жертва лежала молча. Мне показалось, что все, отмучался, и больное проклятье что-то сильно напортачило во внутреннем мире мужика, пока ломало биологию — но шар души не исчезал. А через мгновение оказалось, что из зажмуренных глаз хлынули слезы. «Сука». — Итаааак, — Махито сложил руки, — следующий уровень сложности! Ассистент. Мускулы на серых шершавых руках, росших из стола, пугающе вздулись. По канализации разнесся приглушенный хруст. — … ! Обессиленное тело выгнулось и попыталось на этот раз все-таки вырваться под страшноватый хруст, равномерно доносившийся из-под каждой руки, что держала жертву на «столе». Мышцы вздулись сильнее. С явным «крак!» мужчина захрипел и взвизгнул одновременно: сломаны оказались конечности во всех местах фиксации, ребра, возможно, шея и нижняя челюсть. — Вот теперь проверим. Махито возложил руки на макушку человека, у которого закатились глаза и носом шли то ли сопли, то ли слезы в перемешку с кровью, вырываясь булькающими пузырями. Дух опустил веки: — Муи Темпен. Он широким жестом собрал всю джурёку, что успела выделиться — и прогнал через все даньтяни, выводя наружу, к реальному миру, действуя через голову жертвы. Весь входящий поток шел через руку на черепе человека. Муи Темпен заставило пульсировать три даньтяня в резонанс, как три сердца. Тело мужчины на столе на какую-то секунду потекло, как глина. Словно это был обычный первый шаг Махито по складыванию жертвы в «сухофрукт». Изнутри стал слышен знакомый треск чипсов, сломанных внутри пластилина, но лишь на очень короткий момент. Тело на столе изменялось под властью Темпен, но при этом не сплющивалось, не складывалось и не скатывалось. Его колыхало в пределах старой формы и старой кожи. — Отпусти его, — коротко бросил Махито. Серые руки разжались, позволяя подопытному корчиться — но он не мог, так как Муи Темпен не приказывала его телу стать двигающимся телом. Его колбасило в микроимпульсах и судорогах: сгибались колени, дергались руки, но тело оставалось человеческого вида. Три даньтяня тоже не сплющивались в одну точку, как это случалось в процессе работы техники Махито. И это было самое сложное: концентрироваться на удержании формы «фрукта», который обычно беспечно пропускается через соковыжималку. Получалось два направления внимания: не сделать все как проще, то есть как обычно — и проделать то новое, что требуется. Джурёку после начала работы Муи Темпен не испарялась: она попала в закрытую систему и на мощной тяге летела к некому умозрительному узлу преобразования. Личных запасов и объемов, что были у жертвы, уже начинало не хватать. Если сравнивать с водоемами, то условное озеро запасов джурёку этого человека исчерпалось, а питающая озеро речка не могла покрыть потребности прожорливой техники. Хотя джурёку продолжала прибывать из неопознанных источников, из глубин души, ее было категорически недостаточно. Канал джурёку от Махито расширился, чтобы завершить процесс. По телу прошлась волна финального преобразования. Руки человека судорожно вцепились в «фиксаторы» операционного стола. Махито вынырнул из творческого угара. Взглянул на тело на столе: — Ксо, перестарался! — возмутился дух. Мужик вновь был цел, во всех местах. Он только судорожно дышал, глядя белками закатившихся глаз в потолок. Одна нога согнулась в колене так, словно ее свело, и застыла на месте. Махито похлопал его по щеке: — Хора, ты давай не помирай, — пожелал он. — Мне же нужно получить как можно больше данных о результатах эксперимента… — Эксперме… — пробормотал мужик заплетающимся языком и моргнул. Закатившиеся глаза показали темные зрачки. Зрачки выкатились заторможенно и неспешно. Человек попытался привстать, вцепившись в край стола, противоположный тому, где стоял Махито. Его руки с усилием дернули за стол, и он наполовину сел, часто дыша. Мужчина огляделся мутным взглядом. Подняв руку, он внутренней стороной локтя размазал кровь со слюнями по носу и рту. Повернув голову на опасный угол назад, жертва Махито уставилась прямо на него: — Вы… ставите эксперименты? — просипел он. — Ха… аааа, — глаза Махито широко распахнулись. Он подавился вздохом. — Ты можешь меня видеть?! — Зрение… Я должен был его потерять?.. — мужчина вяло поднес руку к лицу, потом нахмурился, полусидя с опорой на локоть, и оглядел поверхность вокруг себя. — Вы вкололи мне что-то? Глаза человека не могли оторваться от многочисленных рук, торчащих из стола. Махито сжал кулаки и согнулся. — Дааааа! — проклятье выпрыгнуло из полуприседа. — Я знал! Проклятья — просто более совершенная форма жизни. — Махито схватился за голову с широкой улыбкой. — Вот и всё, Гето! — Отпустите меня, — прохрипел мужчина, под которым подкашивалась рука. — У меня есть деньги… с собой и на счете… копил на машину… Я… Махито взглянул на него, как на дурака: — Совсем рехнулся? Ты мне тут пол загадил. Штопанная рука вцепилась в голое плечо, которое стало голубеть и твердеть под пальцами Махито, превращая вскрик человека в кваканье широкоротого уродца, сидящего на «столе». Второе касание заставило «стол» истошно заскрипеть, превращаясь в ползающую тварь с мягким губкоподобным телом. — За уборку, — Махито махнул рукой, выдвигаясь в соседний тоннель. — Пойду пока проверю другой эксперимент… Хм. Проклятье нырнуло в темноту тоннеля. — Проклятые, но не убитые, видят меня?..

***

Коридор был странный: подземный, каменный, а освещался огнем в каменных же фонарях, стоявших на равном удалении друг от друга. Подросток с волосами двух цветов, розоватого и темно-коричневого, по сторонам не глядел, а только время от времени душераздирающе зевал. Тем не менее он внимательно слушал сопровождающего. — Поскольку я сам буду занят, то не смогу уделять тебе время как следует. А ведь пора уже переходить к практике, ну, как я и говорил, — весело вещал долговязый беловолосый маг в черной повязке на глаза, идущий рядом с ним. — Делать ты это будешь под руководством другого мага. — Это мы к нему сейчас, верно? — переспросил парнишка, ловивший каждое слово. — Тооочно! — Годжо остановился перед высокими и прочными окованными дверями и положил на створки руки. — Постарайся с ним подружиться, ладно? Ты не беспокойся, я ему доверяю. — А это значит, что я перестану скрываться? — неуверенно глядя на двери, уточнил парень. — Пока нет, — бодро отмел беловолосый. — Но этот маг обо всем в курсе. И Годжо открыл двери, между которыми сразу пробился солнечный свет. Створки страдальчески скрипнули, не собираясь сразу распахиваться во всю ширь. — Как это?! Крутооо, — вполголоса воскликнул Юджи, сначала заглядывая в щель, а потом запрокидывая голову. — Почему кажется, что это кусок поверхности под землей?.. — Это магия, — Годжо произнес, улыбаясь. Парень на миг надулся на скрытое поддразнивание. — Опять не хочет объяснять, — пробубнил он. Двери полностью распахнулись. И парнишка тут же отвлекся от этого эпизода. Из полутемного коридора они оказались в помещении, которое было залито золотым светом. Свет в кубическом помещении шел из потолка, но там вверху ничего, кроме слепящей белизны, и не было. Стены — грубо обтесанная порода. У одной из них стояло маленькое, но изящное строение в духе буддийского святилища — точнее, из обтесанной скалы едва-едва выступал фасад. Словно само здание утонуло в камне почти целиком. Пол в кубическом помещении был уложен квадратными каменными плитами. Кроме их дверей, в которые вошли двое, там было еще несколько. С первого взгляда это помещение выглядело неестественным. А посреди него оказался какой-то человек. Он стоял боком ко входу, скрестив руки и независимо приподняв подбородок. Светлого цвета рабочий костюм и темные туфли сочетались с прилизанной прической незнакомого блондина. Однако очки без дужек, прочно сидящие на лице, уже выглядели неуместно. Повернувшись на звук, мужчина засветил рубашку: яркой небесной синевы. На ней ядовито желтел галстук с леопардовыми пятнами. Лицо его оказалось худым и жестким, с острыми скулами. Нахмуренные брови и плотно стиснутые челюсти выдавали настрой, даже если забыть про скрещенные руки. Пока Юджи неуверенно застыл на входе, Годжо наоборот ускорил шаг, распахивая объятья с широчайшей улыбкой. — Хэээй, Нанамиииии! Длинная рука в черном загребла мужчину в светлом костюме за шею и притянула к Годжо. Названный Нанами не расцепил рук и не перестал хмурить брови. Вместе с лучившимся Годжо, который на нем повис, они составляли резкий контраст. — Позволь тебе представить: Нанами Кенто-кун! — со счастливым видом учитель показал ладонью свободной руки на стоического знакомого. — Маг первого ранга, мой кохай со времен учебы и человек, которому я полностью доверяю. Сомнение в глазах розоволосого парня, застрявшего в дверях, уступило место вопросам. Годжо прекратил так стискивать человека в костюме. — Обычно все маги прибабахнутые, — Годжо ещё не закончил представление, — но Нанами — бывший офисный работник… — Никому не интересно это слушать, — маг с чуть гнусавым голосом воспользовался возможностью и сбросил с себя чужую руку, поправляя очки. — …Так что у него есть голова на плечах, — как ни в чем не бывало закончил маг особого ранга, вставая ровно с руками в карманах. Оказалось, сенсей выше своего кохая на десяток сантиметров. — А почему вы пошли работать в офис, если вы учились на шамана? — Итадори искренне подивился. Однако здесь беседу взял в руки Нанами. — Наверное, стоит начать с приветствия, — стальным чопорным тоном сказал маг и кивнул. — Приятно познакомиться, Итадори-кун. — А… — парень резко повторил за ним, кланяясь, — п… приятно… познакомиться… Поехавшего на него катка официальщины парнишка явно не ожидал и растерялся. Годжо, который только что говорил о вменяемости мага, повернулся к тому и вытянул губы в опасливую трубочку. — Есть кое-что важное, что я вынес из своей учебы на мага. И это… — Нанами резко закончил. — Что работа мага — полное говно! — Э? — едва разогнувшись из поклона, Итадори застыл на месте. — А когда я пришел в офис и поработал там, то стало ясно, — маг ровным тоном продолжал. — Что работа в компании — тоже полное говно! — Серьезно?! — Если и то говно, и это говно, — маг нахмурился еще сильнее. — То лучше я буду заниматься тем, к чему у меня лежат способности, — твердо закончил он все тем же голосом чуть-чуть в нос. — Вот и вся причина. Ученик во время речи бочком придвинулся к учителю. Тот отзеркалил его маневр. — Мрачный он какой-то… — прикрывшись ладонью и понизив голос, «тайно» поделился Юджи. — Скажиии? — так же «тайно» поддержал Годжо. — Итадори-кун, пожалуйста, не надо думать, что мы с Годжо-саном люди одного склада ума, — Нанами обратился прямо. Итадори без восторга покосился на учителя, который в ответ посмотрел на него и самодовольно взялся за подбородок. — …Я верю и доверяю ему… — сказал новый знакомый и по сложившейся традиции припечатал: — Но совершенно не уважаю! — Хааааа?! — Мне не нравится, как ведет дела начальство, но правила я чту и им следую, — Нанами полностью проигнорировал недовольство Годжо. Розоволосый парнишка попытался понять ход мысли мага по его выражениям и жестам, поскольку слова нового взрослого вызывали на простоватом лице легкое недоумение. На своего учителя он не косился, поскольку и так видел невмешательство черной фигуры краем глаза. Нанами сделал короткую, но отчетливую паузу. — Наша беседа до ненужного затянулась. Суть в том, что я не признаю тебя как настоящего мага, Итадори-кун. Ты можешь сколько угодно быть носителем этой бомбы имени Сукуны, но, пожалуйста, хорошенько постарайся, чтобы доказать, что ты полезен и сам по себе. Очевидно ожидался ответ. Парень опустил взгляд в пол из квадратных каменных плит. — В последнее время многое произошло, — негромко сказал он. — И я понял, что слаб и беспомощен. Но так будет не всегда. Я хочу стать, и я стану сильнее, чтобы самому выбирать, как умереть. Светло-карие глаза наконец поднялись на мага. Парень уверенно улыбнулся: — Мне все равно, даже если вы не скажете этого вслух. Я заставлю вас признать меня, вот увидите! — он задорно прикрыл один глаз, приложив руку ко лбу «козырьком». Нанами с раздраженным вздохом драматично загладил волосы назад: — Нет, пожалуйста, говори это не мне, а начальству. Мне, по сути, все равно. — А, да… — Юджи смешался. — Говоря откровенно… мне совершенно наплевать! — Да понял, понял! Забытый Годжо то ли хмыкнул, то ли хихикнул себе под нос: — Похоже, вы поладите. Итадори одарил его невероятно кислым взглядом, от которого улыбка беловолосого мага стала только шире. — Ну, у вас есть время, чтобы выйти до того, как техникум закопошится активнее. Я пошел. Иджичи в вашем распоряжении. Юджи. Большая ладонь взъерошила розовые волосы и надавила: — Помни уроки и слушай Нанамю. — Угу, — парень твердо посмотрел в ответ на черную глазную повязку, хотя взгляд ученика на миг застыл при звуке исковерканного имени мага. Нанами дернулся, грубо сведя брови и уже открыв рот, но ему на плечо хлопнулась рука, сбивая его: — Нанами… доверяю Юджи тебе, — легким тоном сказал Годжо. — Ты уж пригляди за ним. Маг широким и стремительным шагом подошел к дверям в стене, по левую руку от того места, где они зашли, и скрылся за створкой. Тяжелая дверь гулко грохнула. Вместо Годжо осталась лишь тишина. — Тч, — оставшийся за старшего маг одернул рукава и позвал: — Итадори-кун, не отставай. Иначе потеряешься при переходе. Нанами направился к другим дверям, которые по стилю смахивали на фасад буддийского строения. — Да! — розоволосый мгновенно затормозил за плечом старшего мага, осведомившись: — А как это — можно потеряться? Маг остановился перед рядом раздвижных дверей и раздраженно помассировал переносицу. — Ты живешь в техникуме месяц, Итадори-кун? — Угум, ну, примерно. Еще у Годжо-сенсея и Иджичи-сана иногда. — Парень задумчиво закатил глаза. — Думаю, месяц в техникуме наберется. — И тебе до сих пор не сообщили про барьерные пространства? — Это то, что не дает зайти тем, кто не маг, что ли? Как та Завеса? Нанами запрокинул голову и надрывно вздохнул в светящийся золотистым дневным светом потолок. Яркий блик стёк по стеклам очков без дужек. — Я совершенно его не уважаю. — Эээээмммммм… — Слушай внимательно, Итадори-кун, — сдержанно проговорил маг. Он положил руку на дверцу. Рука легла в выемку, но не стала отворять проход сразу: — Пройти сейчас ты сможешь и без знания, но снаружи об этом говорить не очень принято. Все так из соображений безопасности. — Нудный голос говорил ровно и спокойно. — Однако тебе не повредит иметь в виду хотя бы то, что техникум расположен в сложной системе барьеров. Итадори недоверчиво приподнял бровь: — Я такого не заметил… Темных куполов видно не было. — И не будет, — отрезал светловолосый с укладкой, поворачиваясь к подростку. — Барьеры могут быть самых разных условий. У тех, которые видел ты, в условиях прописано мешать обозрению, кроме того, они не высочайшего качества. В отличие от местных барьеров. Второе. — Это было только первое?.. — пробубнил парень, хмуря лоб. Нанами проигнорировал, словно никаких звуков кроме его собственного голоса и не раздавалось: — Барьеры над техникумом сами по себе не несут защитной функции, но при этом работают как сигнализация. Любое существо с джурёку, кроме тех, кому было дано разрешение, не может проникнуть под барьер так, чтобы в техникуме не узнали. На лице парня отобразилась работа мысли. — И наконец, последнее. То, что ты увидишь сейчас, Итадори-кун. Пройдем. С этой фразой маг отодвинул дверь в сторону и ступил на каменные плиты, освещенные утренним сентябрьским солнцем, которое сумело пробиться через листву деревьев. Подросток сделал шаг почти вровень со взрослым, выдерживая дистанцию. Он посмотрел себе под ноги, прищурившись. Странная тень падала ему под ноги. Нанами в это время встал сразу после порога и, не оглядываясь, задвинул дверь за их спинами одним скупым движением. Сделано это было с хорошим таким замахом. Стука не последовало. Юджи резко запрокинул голову, уставившись над собой. Над головой темнела поперечная балка каменных врат тории. На фоне — голубело небо, волосы на затылке встрепал ветерок. — Э? — вырвалось у парня. Юджи оглянулся: — А? Сзади была каменная дорожка, ведущая, очевидно, в техникум, проходила через незнакомый вход в невысокой стене, весь из серого камня и поросший зеленым мхом — и терялась на тенистой территории. — Э… А где… — парень подозрительно покрутил головой в поисках двери. Никакой двери не было. — Барьеры над техникумом изредка могут менять местами выбранные участки, — непоколебимо продолжал маг. — Похоже, на сегодня Годжо-сан каким-то образом устроил запасной выход, чтобы твое появление никому не мозолило глаз, или узнал текущее состояние переходов. — А как вы закрыли за нами воздух?! — Парень лихорадочно очертил воображаемый прямоугольник указательным пальцем, сделав несколько кругов подряд там, откуда они только что вышли. — Это что, портал? — Я закрывал, держась за дверь с той стороны, — Нанами поправил очки. — Подробности работы такой высококлассной магии барьеров лежат вне моей компетенции, пожалуйста, спрашивай своего учителя. В конце концов, из нас двоих он владеет расширением территории. — Рёики тенкай — это та жуткая штука, да? — желтоватые глаза задумчиво поднялись вверх. — Слишком много вопросов, которые тебе следовало бы конкретизировать. Между тем нас ждет Иджичи-кун. Нам стоит поторопиться. Мужчина в светлом деловом костюме поправил галстук и первым начал спускаться по ступеням вниз. Паренек промолчал, но сделал он с таким говорящим выражением лица, что… Впрочем, подобным нельзя было пронять не только Годжо. Удаляющаяся спина в белом костюме скрывалась среди тенистых зарослей, в которые превратилась очевидно непопулярная лестница. Ему ничего не оставалось, кроме как поторопиться и нагнать старшего в их двойке. Старый бетон на узкой лестнице потрескался и пошел колоситься островками травы. Спускающимся приходилось смотреть под ноги. — Судя по тому, что я вижу, Годжо-сан готов справляться с последствиями твоего выживания, Итадори-кун, но в наших интересах было бы не ускорять события. — Ясно, этооо… — парень протянул, глядя по сторонам. — Что ничего я не понял. — Твоя форма весьма приметна, — сухо указал Нанами, спускавшийся впереди. — На ней всегда был красный капюшон? — Угу. — И кроссовки. — Да. — Юджи приподнял капюшон, чтобы видеть его вблизи: — Эту форму Годжо-сенсей придумал. Он сказал, что можно по просьбе вносить изменения, хотя Фушигуро, кажется, не очень понравилась… — парнишка разглядывал алый капюшон. — Но она реально прикольная, я думаю. Маг промолчал. Тишина и шорох шагов со скрипом камушков под ногами звучали так, словно вместо них могло что-то быть. Но старший из магов молчал еще с минуту, пока наконец не продолжил, будто паузы и не было: — Нарываться не в наших интересах. Потому, Итадори-кун, никуда не убегать, в соцсетях не возникать… — Благодаря Годжо-сенсею у меня уже с июля телефона нет, только-только выдал… — По возможности реже бывать на людях, но намеренно их не избегать, иначе наоборот будешь выглядеть подозрительно. Тут все ясно? — Ясно. — Если встретишь магов, идущих с тобой на сближение, или заметишь слежку — будь добр, немедленно, — Нанами выделил голосом, — сообщи мне либо Иджичи. — Ясно. — Я не люблю глупых вопросов, поэтому, пожалуйста, сначала думай, прежде чем спросить. Однако я здесь для того, чтобы ввести тебя в профессию мага, и моя задача — ответить на как можно большее количество твоих вопросов так, чтобы потом их возникало как можно меньше. — Угу, — буркнул парень, и они дошли до конца спуска. Выложенная плиткой дорожка с уклоном вниз повиляла в стороны, потом превратилась в тропинку, а потом неожиданно трава стала ниже и реже. Впереди стала видна стена из кустов, в проход между которыми виднелся асфальт проезжей части. Дорога вилась серпантином. Мужчина и удивленный подросток вышли на проезжую часть, где второй тут же воскликнул: — О, это ж — здравствуйте, Иджичи-сааан! — он махнул рукой. Зажатый мужчина заморенного вида, только вылезающий из машины, вздрогнул и от неожиданности чуть не упал, запнувшись об собственную ногу. Он едва успел удержать на носу очки и разглядеть знакомых. — Итадори-кун, — взволнованно сказал он и выпалил в узнавании, — Нанами-сан! Доброе утро. — Доброе утро, Иджичи-кун, — спокойно поприветствовал Нанами. Сказал он это и правда спокойно: без холода или попытки навязать инициативу. Юджи с интересом бросил взгляд на него сбоку. — Очень любезно хотя бы с твоей стороны ничего не затягивать. Благодаря отдельным личностям мы уже промедлили на предыдущем этапе. Не хотелось бы сегодня дотянуть до переработок по подобной причине, — но тут из Нанами вновь полилась желчь. Иджичи ответил что-то невразумительное, в неловком облегчении от того, что эти эмоции направлены не на него: это было видно невооруженным глазом. В машине Нанами, как и Юджи, сел сзади. Осанка взрослого, словно в спине у него палка от швабры вместо позвоночника, вставленная в зад, неожиданно расслабилась, позволяя ему откинуться назад с большим комфортом. Изучающий взгляд Итадори скользнул по линии рта — и поскучнел: губы мага первого ранга плотно сжимались, как в недовольстве, а брови немного хмурились. — Итак… — Иджичи неловко произнес, защелкивая ремень безопасности, и взглянул в зеркало заднего вида. Юджи опомнился и пристегнулся сам, излишне тщательно следя за тем, чтобы ничего не повредить. — В Канагава, Нанами-сан. — Всей полнотой информации по делу из нас троих обладаешь ты, Иджичи-кун… — Маг надрывно выдохнул в потолок. — Маршрут построен, — вклинился механический голос. — …Так что мы рассчитываем на тебя. — Ум, да, в общем, — помощник директора нервно сжал руль и вздохнул, успокаиваясь. — Тогда — поехали. Иджичи втопил одну педаль, отпуская другую: — Сейчас мы едем по той части дороги, по которой едут только автомобили, которые так или иначе… связаны с техникумом, вот, так что… Юджи поймал обеспокоенный взгляд худого Иджичи в зеркале заднего вида и вопросительно воззрился на него: — Ум? — Постарайся не высовываться, если кого-то встретим тут, Итадори-кун. В городе уже можно быть спокойными. — Понял, Иджичи-сан, — подросток уверенно кивнул. — Ты уже давно в этом, Иджичи-кун? — немного гнусавый голос заставил всех вспомнить о третьем присутствующем. Иджичи Киётака весь как-то сжался. Можно было подумать, что он надеется слиться с рулем. — А, э-это, ухм… Е-е-если я правильно понял вас, Нанами-сан… С самого начала п… — Иджичи сильно запнулся. — Присутствовал. — Вот как, — с мрачной аурой прогундосил Нанами в потолок, сидя со скрещенными руками. — Прошу прощения за это отступление от темы. Пожалуйста, давай вернемся к заданию, Иджичи-кун. Итадори с любопытством попереводил взгляд между этими двумя, после чего наклонился вперед и вцепился в спинку сидения перед собой: — Так, Иджичи-сан, куда же мы сегодня едем? — Юджи уже привычно начал разговор. — Да, пожалуй, н-начнем. — Иджичи поправил очки левой и опять вернул руку на коробку передач. — Как ты знаешь, у техникумов существуют Окна: те зрячие, которые сотрудничают с нами, и прочие контакты. Канагава является довольно спокойным местом в сравнении с Токио. Но… Она все равно слишком близка к агломерации, да и сама по себе далеко не маленькая. — Угуууум, — Юджи поддакнул, демонстрируя внимание. — Как ожидалось от области с кучей необычных мест, вроде «Космо ворлд». — Нет, Итадори-кун, «Космо ворлд» — в Ёкохама. — Ой. — Нет, ты все верно говоришь, но… Нас интересует другой город Канагавы. В городе Кавасаки начались загадочные исчезновения людей. — Иджичи, когда заговорил о деле, стал адекватно спокоен. Это не повлияло на его голос, который так и остался подрагивающим. — Случаев, один в один похожих друг на друга, более нескольких десятков, и ситуация тянется уже более двух месяцев. Пропажи людей сами по себе не редкость, однако в данном случае СМИ насторожило одно: от пропавших остается одежда или ее фрагменты. Простоватое лицо Юджи замерло в моменте, перестав как-то изменяться. — Я хотел сказать, довольно много случаев, когда остается вообще вся одежда: от обуви до нижнего белья. Следов крови нет, борьбы — тоже нет, криков никто не слышал. Собственно, после одного такого комплекта и связали одежду с пропажами. И — ох, — Иджичи бросил короткий взгляд назад и чуть не сбил очки об кресло при повороте головы. — О некоторых случаях есть лишь слухи, но они укладываются в общую картину. — Получается, мы должны будем искать? — в голос Итадори закралась неуверенность. — По всей Канагаве? В смысле, даже если только по всему Кавасаки. Если он по размерам как Сендай, его за день не обежишь… — Мы создадим оперативный штаб в точке схода местных Окон. — В разговор с неохотой вклинился уверенный голос мага. — По первичном ознакомлении с материалами, что мы имеем, я остался со впечатлением, что нам есть с чего начать: конкретные места, где произошли инциденты. Начнем с недавних. И будь добр, Итадори-кун, не создавай опасных ситуаций на дороге. Сядь на свое место. У тебя будет множество других возможностей скончаться преждевременно. Итадори скис. — О, собрание Окон? — Юджи оглянулся на Нанами, садясь, как и было сказано. — Мы не будем посещать именно собрания, — мягко поправил Иджичи. — Просто в большинстве крупных городов у магов есть свои базы. — А, как специальные квартиры у шпионов! — Вроде того. Такое имеется и в Кавасаки. Я уже создал файл карты с метками инцидентов, но более наглядная и практично изложенная информация, как меня заверили, уже собрана там, отмечено на карте. Вот… Разве только… Нанами-сан. Маг вскинул брови над очками, демонстрируя удивление от заминки. — Вы вряд ли дошли до этого: материалов по случаям так много, что лучше бы было меньше… — Я ознакомился с большей частью. Продолжай, Иджичи-кун. — Да… Так вот… — Руки Иджичи плотнее стиснули руль. — Существует свидетельство от местного Окна, что вечером восемнадцатого июня человеку стало очень не по себе, словно рядом появилось проклятье высших рангов. Но форма доклада… Нанами нахмурился, чуть наклоняясь вперед. — Кажется, припоминаю нечто из свидетельств. Сакаи Кими-сан, также обладает некоторыми способностями локации. — Да, — Иджичи решительно поправил очки. — Именно она. По ее словам, это ощущалось как первый ранг, манифестировавшийся по соседству, но на самом деле это было проявлением особого ранга, только на чрезвычайно большом расстоянии. Маг нахмурился сильнее. — Это не отражено в отчете. — Я… У Сакаи-сан не было уверенности, но п-по некоторым причинам я уточнил у ее лично, и выяснилось. — Огласи, будь добр, причины, если нам следует их знать. Взгляд Иджичи упал на Юджи через зеркало заднего вида. Нанами заметил это. Старший маг тоже повернулся к студенту. — Ам? — Итадори лишь непонимающе моргнул. — Восемнадцатое число июня, — слабым голосом сказал Иджичи. — Эта дата… Глаза Юджи распахнулись шире: — Восемнадцатого же… — Годжо-сан притащил школьника, который съел палец Сукуны, в техникум, — пробормотал Иджичи. Парень поморгал, словно просыпаясь: — Ах, это. — То, что Сакаи-сан сумела бы уловить что-то так ярко из Сендая, будучи в Кавасаки — сомнительно. Мы рискнули предположить, что некий всплеск энергии случился со всеми пальцами Двуликого Сукуны. Кратковременного характера. И, исходя из этого предположения… Нет, точнее, чтобы убедиться, что оно хоть как-то связано с реальностью, нам заодно желательно проверить местность на предмет артефактов особого ранга: пальцев Двуликого Сукуны. — О, сенсей говорил об этом, — Юджи обнял подголовник сидения перед собой, вспоминая. — Что, теоретически… Сукуне было бы выгодно направлять меня к пальцам, чтобы я их съел. Парень ткнул себе в рот. — Но на практике… — Итадори со скепсисом протянул. — Мы этим особо позаниматься не успели. В тот единственный раз, в колонии, когда там оказался палец, я не чувствовал ничего «тянущего» или «направляющего», там просто было до стремного сильное проклятье. Иджичи нервно поправил галстук на шее. Нанами Кенто после перерыва вновь подал немного гнусавый голос: — Если замечаешь что-либо, сразу же говоришь мне, Итадори-кун. Иджичи-кун, — маг обратился к водителю, — правильно ли я понимаю, что поиски пальцев не приоритетная задача? — Э-это в… всего лишь теория из-за совпадения дат, — Иджичи плотнее обхватил руль автомобиля, постукивая по нему пальцами. — Вполне возможно, что… Это какое-то совпадение. Или просто относится к тому же случаю, на который мы отправились. Нанами-сан, на самом деле эта миссия, которую я придерживал для Годжо-сана или Кусакабе-сана, пока шел сбор сведений и я составлял общий календарный план, но, — казалось, Иджичи неловко, — Годжо-сан имел другие приоритетные задачи, Кусакабе-сан сослался на занятость из-за внеклассной деятельности, и Годжо-сан сказал, что за вас с этой миссией он будет спокоен, и вы примете оптимальное решение. Школьник с интересом пронаблюдал жилку, выступившую на виске Нанами Кенто. — Может, Годжо-сан добавил еще что-то? — процедил маг первого ранга. Иджичи сглотнул, старательно не глядя в зеркало. — Эт-то его слова, не мои. Возм-можно, Годжо-сан еще сказал… Ох, ну вы его знаете. Цитирую: «В крайнем случае все равно уже пора учиться территориям». Н-нанами-сану, имелось в виду. Ассистент сжался за рулем, а Итадори незаметно сдвинулся влево, к двери машины. Аура Нанами Кенто потяжелела так, что стала угрожающей. Кулаки мага сжались на его коленях до хруста костяшек. — Я понял, Иджичи-кун, — с неубедительным спокойствием сообщил маг. — Е-е-если мы едем по адресу самого последнего случая, то, за исключением пропавших без вести и без следа на этой неделе, очередная «пропажа» случилась в пятницу. Рабочий отдела продаж в магазине одежды задержался на встрече в кафе с сотрудниками после работы. Обычное дело, но к субботе его так и не появилось дома. Жена сообщила в полицию, но раньше, чем его стали разыскивать, дети, шедшие в школу, нашли на обочине улицы полный комплект одежды, включая носки, обувь и нижнее белье. И документы с телефоном. Есть все основания полагать, что это подтвержденный случай из нашей серии. Остальные пропажи надо исследовать. — А далеко друг от друга были случаи пропаж? — влез школьник, который повис на переднем сидении, поставив подбородок на спинку, сбоку от подголовника. — Где-то же это обитает. Нанами Кенто, почти не двигаясь, наградил паренька пристальным оценивающим взглядом. — В местах пропажи нет абсолютно никакой системы, — Иджичи пожал плечами. — Разброс подтвержденных случаев — по всему Кавасаки. Возможно, есть и другие, но мы их не знаем. Часто это происходило вечером либо ночью на улице. Есть даже одно подозрение — найдена бесхозная одежда в общественном туалете у станции. Но несколько ситуаций резко выбиваются: пропало сразу несколько людей в одном здании… Ухм, да, — Иджичи забегал глазами по дороге, — здании… — странно стушевался он, коротко взглянув на подростка. Итадори ответил недоуменным взглядом. — О зданиях, к слову, Нанами-сан, — Иджичи зачастил, — местные Окна говорили про одно, что с ним что-то не так, и я взял на себя смелость присоединить этот факт к остальным, известным нам. — Мужчина кивнул на переднее пассажирское сидение рядом с водителем. — Если вам интересно, вон тут, в папке. Юджи ловко влез рукой вперед и вытащил все папки с сидения перед собой, не задев локоть водителя. Парень после короткого вопросительного взгляда на Нанами передал ему файлы. — Благодарю, — сухо кивнул маг, открывая нужные бумаги. На листах имелись зернистые распечатанные фотографии здания. Одну фотограф делал днем, стоя рядом, другие несколько — ночные, с камер наблюдения. Видны огни машины, подъехавшей к дому, но не вход в здание. Не с того угла, с которого ведется съемка. Один кадр — из автомобиля вылезают люди, одетые в темное. Другой — автомобиль стоит пустой с открытыми дверями. Третий — автомобиль приподнят над землей без видимых причин. — Ого, странно это, — заметил Итадори, тоже подглядывавший в бумаги, склоняя голову к плечу. — Эти ребята на ОПГ вообще-то похожи. Чего, якудза против проклятий? Или там маг, только не в кадре? Не говоря ни слова, сосредоточенный маг посмотрел следующий лист: распечатанная из браузера карта района. — Я отметил на бумаге ручкой само здание и те места происшествий, что влезли туда же. — Взволнованно произнес ассистент. — Здание перестало нравиться местному Окну пару месяцев как. Но летом такая нагрузка, что, пока в городе не было явной деятельности проклятий, туда не отправляли никого, и просто копились отчеты. — Когда это было, известно? — серьезно спросил Нанами Кенто. — Ч… что именно, Нанами-сан? — События, снятые на камеру наблюдения. — Ах да. Нам это еще предстоит уточнить. Сакаи-сан не была знакома с теми людьми, насколько я понял, у которых взяла запись. Надо будет расспросить подробнее. Это тоже в задачах… То, что вы видите — произошло точно не позже июля. В отчетах сказано про дом, который раньше был просто странный: не жилой, но и не склад, и не магазин, Окно сказало, иногда видели людей, заходящих туда, но и только. А после в какой-то момент там образовалась «очень жуткая аура», по свидетельству Сакаи-сан, и в примерно тот же промежуток времени туда подъехала эта машина, которая потом исчезла. Она не выезжала, после того как приехала. Нанами Кенто постучал пальцем по бумагам, создавая острый звук. Наконец он вздохнул так надрывно, что аж громко: — Если бы не странность пропаж и взлетевшая машина, я бы списал абсолютно все на якудза и сказал бы тебе разворачиваться, Иджичи-кун, — мужчина пощипал переносицу и поднял голову, хмурясь. — Однако все вместе это выглядит и пахнет как полное дерьмо. Если будут светить проблемы с местным криминалитетом, мы собираемся и я предоставляю эту сомнительную честь Годжо-сану. Что было потом? Иджичи неловко пожал плечами, растопыривая пальцы на руле. — По этому данные отсутствуют. Теперь здание просто стоит и давит мрачной аурой, как было в последнем отчете. — Больше ничего не слышно про то, что тут кто-то появлялся? — Нет. — Тогда первым делом едем на место пропажи того господина из отдела продаж, который не дошёл домой с номикай. /Номикай — букв. «пьянкособрание»./ — Э? — Итадори пораженно вскинулся, отрываясь от попыток подглядеть у соседа. — Почему это? У нас есть то здание! Ясно же, что там что-то совсем нечисто. Зачем смотреть на просто одежду?! Которой там уже нет… — Я сижу рядом и прекрасно тебя слышу, Итадори-кун. Нет нужды повышать голос. — А, дааа… Простите. — Это первый момент. Второй момент: если так сложится, что этот дом — в действительности логово виновника, будь то человек или проклятье, то шанс получить какую-то подсказку до того, как лезть к противнику на его территорию, слишком ценен, чтобы им пренебрегать. — Ха? Человек? Поднял и унес машину? — Юджи с недоверием плотно скрестил руки. — Не все маги официально зарегистрированы, — Нанами отделался короткой отговоркой. Скрещенные Юджи руки ослабли. — О… Вот оно чего. — Несколько секунд паренек молчал, собираясь с мыслями. — Я только кое-чего не понимаю. Если тот, кто виноват — в этом доме, то все тела, что пропали, тоже… там, все это время? Июль и август были жаркие, я хотел сказать, хотя я почти весь его в помещении просидел… Сенсей один раз фрикадельки в холодильник не убрал и удрал, так они за три часа как моховая кочка стали. Нанами еле слышно проговорил в сторону: — Узнаю разгильдяя… — …Судя по карте, дом хоть и на отшибе, там соседи довольно близко? — Школьник договорил с вопросом. Иджичи опустил голову, делая кивок, но, покосившись на молчавшего мага, который рассматривал материалы, тоже промолчал. — Кусакабе-сан в полной мере овладел навыком делегирования, — пробормотал себе в нос Нанами, который выглядел смутно раздраженным и задумчивым. Он вытащил несколько листов и сверял карты с текстом распечатанного электронного письма. — Внимание, впереди затор, — вежливым тоном предупредили из навигатора. — Эх, трасса с утра всегда так загружена… — Водитель сбавил скорость, замедляясь перед огнями автомобилей впереди, загоревшимися красным. Иджичи полез в смартфон, изучая маршрут и приговаривая себе шепотом. Молчание в машине и промедление на дороге затянулись довольно-таки надолго. Итадори Юджи непроизвольно зевнул и устроился, поудобнее облокотившись на дверцу автомобиля. Убедившись в зеркало заднего вида, что подросток задремал, Иджичи вполголоса позвал: — Нанами-сан. Маг приподнял подбородок. — Ам, это… Насчет тех случаев парного исчезновения, которые были в отчете. Подробностей о них нет, лишь только очень устойчивые слухи, которые услышало Окно… — Ими мы займемся позднее, — взвешенно заговорил Нанами после долгого молчания. — Не то чтобы я желал заниматься чем-то подобным, но работа с людьми, какими бы они ни были — неизбежный элемент многих профессий, и маги тоже от этого не избавлены. Эту часть предпочтительно оставить мне. Вас с Итадори-куном я попрошу заняться на это время чем-то еще… — Я-Я понимаю, Нанами-сан, но, если взаимодействие с… эммм… пострадавшей стороной будет становиться опасно, имейте в виду, что я убрал и вас и Годжо-сана из общей таблицы сводного планирования по штату, так что в любой момент мы можем что-то поменять. Или вообще… — Достаточно, Иджичи-кун, — маг спокойно произнес, встряхивая бумаги. — Хотя отказываться заранее будет неосмотрительностью с моей стороны, я все же думаю, что мы посмотрим, когда до этого дойдем. Пока давай сосредоточимся на текущих задачах. — Да, Нанами-сан, — стараясь говорить четко, ответил Иджичи. И на последнем слоге его голос перекрыло звуком рингтона. Карту маршрута в приложении навигатора заслонило иконкой входящего. Иджичи удивился. Нахмурившись, он потянулся к экрану, стараясь не отвлекаться от дороги. — Да, Аоки-кун? … Ответ был неслышен. Иджичи дернулся, прикасаясь к уху: — Ао… Аоки-кун! Прошу прощения, не мог бы ты повторить, но чуть помедленнее и не двигаться при этом так активно? Да, одну… секундочку… Иджичи урвал момент, чтобы отвлечься от дороги, и ткнул в экран телефона. — Муши-муши, Аоки-кун? — Слышу вас, Иджичи-сан! — громко разнеслось по всему салону. Пальцы Иджичи тут же провернули крутушку, сбавляя уровень громкости: — Повтори еще раз, пожалу… — В Канагаве, возможно, по тому делу, которое пассивное, долго копилось! Полная засветка: три явно «наших» трупа — и прямо в зале кинотеатра! — мужской голос был отчетливо нервным. От тревожных интонаций Итадори мгновенно проснулся — сна у настороженного школьника не было ни в одном глазу. Нанами и Иджичи также подобрались, напряженно вслушиваясь — Только что к нам обратилось наше Окно там. Быстро вызвали скорую и полицию, так что сейчас там все оцеплено, и… — Когда это было? — требовательно перебил маг первого ранга, наклоняясь вперед, в проем между передними сиденьями. — Что когда? А, ну, то есть… В… В десять часов и где-то десять-пятнадцать минут поступил звонок из кинотеатра, а в десять двадцать с чем-то там был полный набор: медики, полиция, только пожарных не приехало, и… — У тебя с собой документы, Иджичи-кун? — не слушая дальше, Нанами повернул голову вправо. — Вы имеете в виду — для межведомственного взаимодействия? — Иджичи поправил очки. — Да, только надо заранее позвонить со стационарного номера директора в управление, и с моим подтверждением на руках… Спасибо, Аоки-кун, сбрасываю! Иджичи отключился. — То есть люди увидели жертв? — Итадори напряженно наклонился вперед. — Это вроде плохо, да, Иджичи-сан? — Нехорошо, — Иджичи с отсутствующим видом зажимал клавишу быстрого набора. — Чем больше у людей поводов для страхов — тем больше проклятий, — отрывистая фраза Нанами перетянула внимание школьника на себя, — хотя на самом деле все еще сложнее, но пока тебе можно работать с такой простой установкой. — Ладно, но насчет жертв: если там тела, то это может быть другое проклятье? Нанами проговорил: — Это нам предстоит выяснить. — А есть что-то, что нам не предстоит выяснить? — с постной миной произнес Юджи в потолок. Иджичи резко обернулся, отвлекая двоих магов от разговора, и приложил палец к узким губам. В тот же миг телефон ожил: — Здравствуй, Иджичи, — произнес низкий голос. — Яга-гакучо, простите за беспокойство! — Иджичи собрался, совершенно не заикаясь. — Вам уже сообщили по Канагаве? — Только что. — Мы с Нанами-саном уже практически там, в нескольких минутах… — Нанами? Я думал, ты по уши в работе с документами и не выезжаешь с тех пор… — Яга-гакучо, добрый день. Это Нанами, — непреклонно-вежливо вклинился маг. — Подтверждаю. Мы едем перехватывать дело перед полицией, пока там все не затоптали они и эксперты. Очень не помешает ваш звонок… Машина мчалась по улицам города по верхней планке разрешенной скорости. В окнах мелькали дома, деревья и прохожие. Итадори сложным взглядом проследил пролетевший красный сигнал светофора, крепко держась за спинку переднего пассажирского кресла. — Э-это для дела, — Иджичи неубедительно промямлил, уловив сомнение школьника. — Канагава, Кавасаки, угум… Есть. Ждите. Рад был тебя слышать, Нанами. Жаль, что по такому поводу. — Взаимно, — успел сказать маг, прежде чем экран побелел. Автомобиль сбавил скорость. Очередной поворот — и через лобовое стекло стало видно несколько разноцветных огней, которые тревожно мерцали. Автомобили разных служб — и толпа народу, в форме и без, с зонтами и без зонтов, стояли под дождем. Трое человек в машине напряженно нахмурились. Иджичи, повернув ключ, быстро достал из бардачка бумаги, а с дверцы автомобиля взял черный складной зонт. Ассистент взялся за ручку двери и оглянулся: — Итадори-кун, Нанами-сан, вам там появляться не обязательно. Сейчас я решу формальности и позову вас, пожалуйста, ожидайте, — при этих словах Иджичи отдельно взглянул на Юджи вечно тревожным взглядом. Нанами обвел взглядом разношерстную толпу, стоявшую, несмотря на ливень, у здания кинотеатра. Машины и люди перегораживали вход. — Есть ли у тебя другие зонты в машине, Иджичи-кун? — Да, е… — Или дождевик? Я вынужден попросить тебя, в таком случае: боюсь, видео от очевидцев могут появиться в интернете уже через пять минут. — Нет, Нанами-сан, только зонты, к сожалению. Они в багажнике. Одну минуту. Иджичи покинул автомобиль, раскрывая зонт и выходя на улицу. Послышалась возня с багажником. Через минуту в салон просунулись два длинных зонта: — Прошу, вот. Маги поблагодарили ассистента, принимая зонты, и остались сидеть в машине. Иджичи ушел в сторону полицейских, предварительно захлопнув дверь. — Итадори-кун, — Нанами, не отрываясь, следил за тем, как две фигуры, Иджичи в офисном костюме под зонтом и сотрудник полиции в плаще, начали диалог. — Сейчас, когда мы будем проходить мимо, держи зонт ближе к голове и не смотри по сторонам. Лучше вообще временно спрячь капюшон толстовки под воротник пиджака. Юджи успел лишь недоуменно вскинуть брови, прежде чем Нанами договорил: — Репортеров не видно, но он у тебя приметный. — Понял, — кивнул парень, сразу начав заталкивать красный капюшон под черный пиджак. Полицейский тем временем замахал руками. Сквозь шум дождя самая громкая из реплик донеслась непонятным выкриком. После этого человек в плаще приложил что-то к уху и стал раздраженно постукивать ногой по земле. Иджичи неловко переминался с ноги на ногу. Нога полицейского замерла так, будто закаменела. Он тут же стал ровно, несколько раз сильно кивнул, что-то сказал, еще раз кивнул — и убрал руку с телефоном от уха. Неизвестный офицер резко махнул рукой Иджичи. Иджичи поклонился и сам приложил что-то к уху. В кармане пиджака Нанами Кенто зазвонил телефон. — Да. Да. — Маг в стильном деловом костюме и с безвкусным галстуком отключил звонок, оборачиваясь к подростку. — Итадори-кун, наш выход. Помни, что я говорил о предосторожностях. Розоволосый решительно кивнул: — Да! Двери машины открылись. В слой влаги, постоянно пополняющийся на асфальте, решительно ступили ноги в деловых кожаных туфлях и в красных кроссовках. Две фигуры под зонтами, провожаемые некоторыми недоуменными взглядами, дошли до входа в здание кинотеатра. Несмотря на ранний час, посеревший бетон под темными грозовыми тучами казался еще темнее. Нанами Кенто остро прищурился под своими очками и бросил взгляд на крышу. — Ты готов, Итадори-кун? — Угу! — с боевым настроем кивнул подросток. Взрослый и юный маг синхронно сделали шаг в сторону лестниц, ведущих в темноту.