12. Уберите все лишнее с парты, оставьте только письменные принадлежности...

Вечер очередного дня крался неторопливо. Время ползло как улитка. И все же в какой-то момент в голове Махито сработал беззвучный сигнал. Это было похоже на самую тонкую струну гитары, которую ты натянул сильнее, чем можно было, и аккуратно ее коснулся Дух замер. Вместе с сигналом пришло понимание, где именно он сработал. До этого по городу, по общей системе оповещения, уже прозвучала приятная мелодия, которая доносится отовсюду каждый вечер где-то в районе шести. Но тут другое. Кто-то прошел вплотную к спрятанной измененной душе, в двух перекрестках от другого входа в канализацию. Кто-то с заметной проклятой энергией. У Махито выкатились глаза. По лицу расплылся широкий оскал. — Ги-хы-хи! — проклятье издало острый смешок, припадая к земле — и понеслось, как сумасшедшая блоха размером с человека. Наше общее тело легко прыгало так, что вокруг все размывалось: по дороге, по домам. Звон второй струны. А это — буквально набережная. Если подумать, насколько должен быть неосторожен маг, чтобы полезть в канализацию?.. Звон третьей прозвенел прямо внутри нашей головы. Это была душа, оставленная внутри тоннеля на входе, вместо Завесы, как я теперь понимаю. То есть я сразу заметил, что проклятье «уходя, не закрыло дверь». Но о том, что это сделано, чтобы не спугнуть возможного мага, я тогда не додумался. Отвлекся. Когда проклятье тоже оказалось на берегу реки, там уже никого не было. Никаких следов пребывания здесь чего-то магического. Махито остановился на углу и рвано выдохнул, прикрывая рот странным жестом. — Маги… — шепотом сказал он, облизывая губы и заодно пальцы прижатой ладони. — Наконец-то я вскрою, чего вы по сути стоите, Ге~то~… Гу-хи-хи-хе-ха-ха-ха! «Фу блять», — я мысленно скривился. Других комментариев не нашлось. Махито резко успокоился. Он легкими, короткими шажками пересек расстояние от улицы между домами до ограждения набережной. Схватившись за ограду, он придал себе ускорения и полетел вниз, не отпуская руку. Рука привычно удлинилась. Еще до того, как ботинки Махито коснулись пола на входе тоннеля, уже было ясно, что маг внутри наткнулся на «сюрпризы», оставленные в одном из ответвлений. Там не было своего освещения, и максимум, на который можно было рассчитывать — это отсветы прожектора из соседнего «зала». Махито его перетащил туда для размещения нескольких уродцев. Даже они старались не отходить от света. Но проклятье не останавливалось. Он в мгновение ока пролетел зал, залитый кровью. Вот уж никогда не интересовался правильным названием такого места, но, кажется, это было больше запасным подземным объемом, предотвращающим наводнение, чем главным коллектором. Махито пренебрег лестницей, запрыгнув ко входу в тоннель так. И мы сделали настороженную паузу перед полумраком главного тоннеля. На улице была жара. Не как в августе, но тоже летняя. Тут, в зале, сыро. Прохладно. Из общего сточного тоннеля пованивает. На наших ботинках была красная жидкость. До того места, где мы встали, за спиной — цепочка красных следов, идущих по полу зала. И нарубленные куски тел измененных людей с чистыми срезами. А перед нами — черный провал в тоннель. Осознание того, на что именно Махито не обратил внимание, догоняло меня в эту паузу. А сколько их там, за нашей спиной? В зале. Десяток? Меньше? Больше? Впереди в темноте послышалось отдаленное движение. В плохом освещении и видно было плохо. Но дальше, в глубине тоннеля, мигнул огонек — и пропал. Пока его было видно, он был похож на экран и фонарик телефона. Не знаю, почему застыл Махито при виде очертаний шара души с мощной «атмосферой». Но покуда стоял дух, я тоже стоял перед темнотой. И мне совсем не хотелось идти туда, в нее. Вперед, к тому, что было в десяти метрах дальше. «Тах, тах…» — острый слух проклятья уловил из темного тоннеля звук. Похоже на переступание с ноги на ногу каких-то плоских подошв. Душа, светящаяся как реактор, слегка сместилась. Там сейчас находился парень, который зашел вот в эту беспросветную кишку с местным населением… Имея в одной руке мясницкий нож, а в другой — фонарик от телефона. И всех порешил. И сейчас он этот фонарик убрал. — Если собираешься показаться, то, пожалуйста, не тяни уже, — прогундосил под нос какой-то ботаник в полной тишине. Такой типичный гнусавый голос. Но почему-то смеяться над этим голосом не хотелось Сейчас. Совсем. — Возможно, им и не помочь, но мне в самом деле не нравится убивать людей… В абсолютно ровном голосе, которым только зачитывать на скучной планёрке никому не нужную поебень, сквозило небольшое раздражение. Проклятый дух переступил с ноги на ногу. Там, где раньше стояла стопа, остался липкий темный след. Махито был погружен. Он следил своим зрением, как шар-«планетку» окутывает плотный слой нефти, бьющей прямо из ее поверхности. Внутри планетки настойчиво, упорно пульсировало, как порванная чем-то артерия с чем-то жутким. Это был не Кенни. Совсем не Кенни. Недотягивали масштабы… И недотягивал внутренний контроль над искренним желанием: убить. У того человека, впереди, в тоннеле. «Убить», — пульсировали ключи нефтяных скважин. «Кто? Где?» — нервно дергалась дымка с океана, тщетно пытающаяся отделиться из атмосферы в космос. Сверху это было похоже на ездящие под снятой кожей вены. Так вот ты какой, Нанами Кенто. Слышать его голос вживую… немного стремно. Вроде бы знакомая манера речи, но незнакомый гиперреалистичный голос и то, что он существует не за экраном, а рядом… Будничный такой. Раздраженно-усталый. И ты чувствуешь, что парень с мясницким ножом, который «светится» в восприятии джурёку, на самом деле просто… взбешен. Просто пока не показывает. Этакий тонкий лед над агрессивно бурлящими токсичными отходами. Стремно, но я уже говорил. Мы точно не умрем?.. «Какой-то неправильный ужастик. Сначала мы за монстра, а потом — мы за монстра, когда охотятся на нас». Однако ирония ситуации — то, что парило Махито в последнюю очередь. Общее наше лицо резко успокоилось. Махито натянул расслабленную, немного ленивую улыбку. Мы шагнули вперед. — Ах, повезло-повезло~, — легкомысленным, чуток блаженным тоном начал отвечать Махито, заходя по пешеходной части тоннеля в темноту. Шаг, шаг… — Было бы нехорошо, окажись здесь Годжо Сатору. Но и со слабака особого толку в экспериментах бы не было~ Дух сощурился, вглядывась вперед. В нескольких метрах валялась пара измененных трупов, которые небрежно порубили парой взмахов. Колобок без шеи, похожий на Пенгвина из «Бетмена», и сестра по несчастью той билетерши из кино — тоже какая-то лошадка. А рядом с ними стоял человек. Крепкий мужчина с тесаком. Кап… С кончика ножа, обмотанного белыми лентами с какими-то надписями, едва слышно сорвалась капля крови. Она отчетливо упала на пол. Вся режущая поверхность тесака оказалась в крови. В другом зрении — под поверхностью тесака странно двигалась проклятая энергия. Маг был в светлом костюме. На какой-то мутно-белой ткани ни пятнышка, равно как и на рубашке, которую было видно под расстегнутым пиджаком. Уродский галстук ядовито-желтого окраса с леопардовым принтом, да на фоне голубой рубашки, отвлек меня аж на треть секунды. Ночное зрение Махито и мой некоторый опыт позволили интуитивно догадаться об окрасе… А, или это картинки из памяти. Это точно не психическая атака? На ногах — неудобные туфли. Тоже чистые. Маг при виде нас с хлопком положил руку себе на шею сзади, каким-то нервным жестом. Кажется, над кожей у него четче нужного выступали сосуды. Махито напрягся чуть сильнее. Это ощущалось в проклятой энергии. Он усилил контроль, подогнал большие объемы к поверхности кожи и к конечностям. Полегче, чувак… Рука мужчины со светлыми уложенными волосами сползла по шее к горлу, ослабляя галстук: — Давай поторопимся. — Он ненадолго поднял запястье с часами к глазам, то ли выпендриваясь, то ли вправду способный видеть время в полутьме. Маг со странной манерой гудеть в нос повернулся лицом к Махито, расставив ноги в устойчивую позицию. Он еле-еле сменил хват на тесаке и поднял на уровень солнечного сплетения: — Хотелось бы обойтись без сверхурочных. Направление взгляда мага было не видно. Мешали позерские очки без дужек, которые явно держались не за уши, а на черной магии. Или на сурово нахмуренных бровях… Но то, куда устремлены глаза, чувствовалось кожей, как вставшие дыбом волоски. Кончик тесака оказался нацелен прямо на нас. Мы же по шажку приближались, благо Махито шел по той же стороне «обочины» тоннеля. Но после последнего жеста Махито остановился. Стало тихо. Сточные воды текли с едва слышным звуком. Реально дерьмовое место для схватки, как на мой взгляд. Для мага больше, для нас — меньше. Мы можем заблокировать весь свет: пока что какой-то еще идет из-за нашей спины. Мы можем контролировать пространство, насоздавав здесь массу плоти… То есть Махито. Он может. Маг в костюме не раздумывал. Он втопил газ в пол. Навстречу нам рвануло размытое светлое пятно на фоне темноты. Махито наклонился вперед, подняв руки в свободной верхней стойке. Маг налетел так, будто хотел нас протаранить. Слева. Правая рука, с тесаком, была отведена назад. Нож мясника с молодецкого размаху ударил нас по линии шеи наотмашь. Удар! Махито отбил его вверх левой рукой, куда нагнал джурёку. Плоская часть клинка мелькнула над нашей головой вправо — и тут же вернулась назад, не наотмашь, а колющим выпадом. Справа! Махито отпрянул. Кончик чуть не чиркнул нас в районе солнечного сплетения — прошел опасно близко. Пока оружие еще было на излете, дух пропустил тесак мимо себя — и использовал момент. Штопанная левая рука мелькнула: молниеносный выпад, как змеи. Нанами лишь небрежно отклонил голову в сторону… Слева. Махито снова отбил тесак рукой вниз. На этот раз — сильно. Мясницкий нож отлетел ниже, но не был выронен, и даже не вывернул руку мужчине. Однако… Открылся!.. «Чего. Ближний бой?» — думал я тем временем. Решение духа меня не впечатлило. Понятно, что он просто разминался. И я даже помнил это из мультика, что так будет. Но сейчас это и мое тело. И это другое! Вы не понимаете! В любом случае Махито выбрал такой бой на первый размен — «типа он просто маг». Никаких изменений тела, только самоусиление джурёку. И потому дух, пока еще не кончилась инерция после его отскока назад, не выкинул никаких дополнительных финтов. Потеря момента сошла Нанами Кенто с рук. На этот раз. Зато он провернулся на месте — и нанес вертикальный удар: снизу вверх. Махито наконец включил работу ногами: он отскочил, разрывая дистанцию. Подальше от яростного натиска мага. Всплеск! Наши ноги приземлились прямо в сточные воды. Дух стал тормозить, расплескивая волну. Стоит отдать должное, идеально чистый маг не колебался. Его прыжок с места мгновенно покрыл несколько метров. Секунда — и над нами зависла фигура с занесенным тесаком. Махито отпрыгнул в сторону. На то место, где он стоял, смачно приземлился Нанами Кенто, подняв тучу брызг. Клинок ударил по воде — и тут же свистнул в нашу сторону. Град из крупных капель прострочил нас по ногам. Не дотянулся. «О да, давайте, поплещите тут друг на дружку, хрен ли нет…» Несмотря на «умные» комментарии, мне отнюдь не смешно. Вот не верю я Махито настолько, чтобы быть спокойным за наше существование. Да и Махито… Наблюдая за тем, как продолжается стремительный размен, и как легко порхает широкий клинок, я видел. Махито осторожничал? Дух решился на контратаку. Собрав побольше джурёку в правой руке, Махито прыгнул, отводя руку в широком замахе Умный Нанами заранее отскочил на сушу. «Бля», — успел я осознать, перед тем как кулак Махито влетел в гуано. Рука погрузилась и врезалась в дно канала. Щедрый дождь сточных жидкостей обдал нас со всех сторон. Дальше я не говорил ничего такого, содержание чего было бы особенно неожиданно или непонятно. А Махито с магом продолжили игру в салки. Дух запрыгнул на твердую поверхность. Мужик с тесаком — напротив. Выход из тоннеля в более-менее светлый зал — за нашей спиной. Удар. Тело вовремя увернулось вправо: мимо нас прошел колющий выпад сверху вниз. Махито снова предпочел не провести контратаку, а отлететь подальше. Хотя теперь маг и не подставлялся. Резко выпрямив ноги, перворанговый шаман закрутил тесак вдоль них. Вверх, — вниз, — восьмерка за спину — и вновь на нас рассек перед собой пространство. Махито отклонился назад. Нам в правое плечо вдогонку влетел пинок ногой. В последний момент дух успел скрестить перед собой руки. Удар пришелся на них, но устойчивое положение уже было потеряно. И тут прилетел второй удар ногой в лицо. Скрещенные руки не спасли. Этот парень лягается, как бампер не затормозившего авто на нерегулируемой «зебре». Нас отбросило на пару метров, едва не отправив покувыркаться. Махито усилился, конечно. Никакого урона. Суровый парень с тесаком напряг ноги. Энергия в его теле пришла в странное упорядоченное движение. Наверное, похоже выглядел бы кровоток, делающий оборот за удар сердца, если бы его можно было увидеть. Я ощутил широкую детскую улыбку на нашем общем лице. Надеюсь, это потому, что Махито заметил что-то необычное, а не просто потому что дурак? Нанами сорвался с места. Его скорость в рывке не застала Махито врасплох. Но если б я моргнул — «смену кадра» не заметил бы. Дух при виде летящего тесака наклонился поустойчивее, скрестив руки. По нашему телу пробежалась какая-то волна энергии. Как всполох. Или как струя сжатого воздуха, которая на секунду оттолкнула стоячую воду. Стоячей водой была наша джурёку. Скрещенные руки пробило чужим импульсом, особенно правую. Она была сверху. Лезвие тесака ударило прямо по ней. Дух и маг раскатились, настороженно замерев на сухой «обочине». Казалось, все вернулось к старту… Наше правое штопанное предплечье развалилось ровно посередине, прямо перед нашими глазами, и повисло на лоскуте кожи. Обе перебитые кости белели в темноте, торча из обрубка. Махито это зрелище поглотило с головой. Он сразу выпрямился из боевой стойки. Встав, как скучающий зевака, он недоуменно спросил: — Что это? Дух прокрутил перерезанной рукой. Та завертелась на коже и мышцах перед нашим носом. — Я же вроде защитился джурёку? Маг стоял на расстоянии, не торопясь действовать. За очками чувствовался пристальный взгляд — я был уверен, что прищуренный. Руку на отсечение даю. Типа. Его шар души показывал странную картинку. Джурёку прекратила мощно бурлить в глубине, под поверхностью. Но там как будто стало бить множество мелких слабых ключей. Эдак… покалывающе. Он опасался. Удар должен был отсечь конечность напрочь, да? А то и не одну? Тот всполох, который прошелся по нам с Махито перед атакой. Возможно, он не должен был быть поверхностным. Однако стал. Мы не по зубам технике мага первого ранга… Или так бы я мог подумать. Но у меня свои источники. Я помнил, что у Нанами Кенто есть козыри, которые он придержал. — …Так это проклятая техника такая? — закончил вопрос Махито. — Какая «такая»? — маг в костюме поднял тесак на уровень солнечного сплетения, указав им на нас. — Ненавижу абстрактные вопросы, которые нужно додумать самому. Значит, трындим. — Как хорошо, — Махито растянул губы в улыбке, взглянув исподлобья. — Значит, разговоры ты не ненавидишь?.. — Зависит от собеседника, — сухо ответил маг, внешне спокойный. Но «покалывающие» движения джурёку вокруг его души продолжились. Махито стал еще довольнее. Он спокойно принял умничающую позу. — Скажи, как ты думаешь. Что появилось первым: душа или тело? — доброжелательно спросил дух. Шаман чуть сменил наклон головы: знак или смятения, или внимания. — Ты уже, должно быть, слышал аналогичный вопрос про яйцо или курицу. Так что тебе будет несложно ответить. Как по-твоему, это душа возникает в теле — или тело образуется вокруг души? Секунда тишины. — Первое, — все же ответил мясник в офисном костюме. — Буп-пуууууу, — проклятье по-ребячески протянуло, сложив губы в трубочку. — Ответ — второе. Махито взмахнул искалеченной рукой. — Душа всегда идет вперед тела, — перебитая рука, висевшая на соплях, прямо на глазах вставала на место, срастаясь без следа. — Именно форма души определяет форму тела. Дух взглянул прямо на очки, которые темнели на лице напротив. Штопанная рука, вновь целая, говоряще оставалась поднята. Маг не шелохнулся. Так и стоял, как будто вес железки в его вытянутой руке был для него пушинкой. — Это не исцеление, — Махито возразил, опуская руку. Хотя перворанговый молчал. — Я просто очень хорошо поддерживаю форму своей души. Теперь-то понял? Махито приподнял левую руку на уровень бедра и держал ладонью вниз. Так ладонь прикрывала корчащийся «сухофрукт», извлеченный из кармана. — …Моя проклятая техника позволяет касаться души и менять ее форму. Махито вытянул левую руку перед нами, позволяя магу уловить происходящее, несмотря на темноту: — Муи Темпен. «Сухофрукт» начал показательно медленно искажаться, заставляя Нанами приглядываться. В правой штопанной руке уже тоже возникли две заготовки, зажатые между пальцами. — Я поднакопил людей. Было непросто… Вечно они сразу от изменения норовят умереть. А с магами как? Нанами опустил тесак, глядя на засветившиеся часы: — Сейчас семнадцать тридцать. Начал я работать в десять. Надо уложиться до шести, чтобы избежать переработок. Он вновь встретил наш взгляд… очками, да. Я разглядел его чуть лучше. Светлые волосы, наверное, соломенные. Прямой нос, острющие скулы, крепкая челюсть. Ариец. Гето одобряет. На японца совсем не похож. Может, там за очками косые глазки? Нанами подлетел неожиданно. Попытка дезориентации. Первый укол в голову — Махито отклонился назад. И тут же — второй удар летит в руки. Руки с заготовками. — Гыхи, — наши губы расплылись в безумной улыбке. Какой-нибудь Годжо Сатору бы, наверное, до соприкосновения отсчитал условную бесконечность. Мы не он, но тоже уловили этот промежуток. Заготовка в левой ладони, выставленной по направлению к магу, взорвалась. Нет. Она увеличила массу со скоростью взрыва. Из сухофрукта размером с картошку тварь выросла в многометровое человеческое тело, пропущенное через призму авангардизма. Никаких пропорций. Ноги, по полтора метра каждая, уперлись в пол перед Махито, а тело в горизонтальном положении рвануло в рост в сторону мага. Тот успел атаковать! Пару раз руки Махито отбили молниеносный удар, который зрение почти не разглядело. И когда наши руки опустились, было видно только спину мага, улепетываюшего от растущей массы плоти. Рванула в рост рука — врезалась в стену. Маг уклонился, отпрыгнув на дикой скорости вверх, и вновь оттолкнулся от потолка тоннеля. Туда тут же врезалась вторая рука, да так и застыла подпоркой. Тело продолжило расти. Шаман приземлился на противоположном «берегу» — и опять взмыл вверх. Прямо под ним в противоположный берег влетел столб плоти. Очередная шрапнель из камней посекла окрестности. Невредимый маг невольно приземлился прямо на этот мясной мост, толщиной в полтора метра в поперечнике. Концептуально — это было тело человека. В противоположный берег врезалась голова. Между берегами шла шея, тело, руки. Вплотную к Махито лежала часть с ногами, которые пропорционально были скорее похожи на пальцы к такому телу, чем на конечности. Конструкция заняла весь тоннель… Правда, больше ее Махито не использовать. Но тем не менее. Для Нанами Кенто уже становится опасно, первый он ранг или нет. — …ите, — раздался слабый шепот. Маг, стоявший на «мосту», вздрогнул, опуская взгляд. На поверхности гигантской мясной колбасы кто-то мокро шмыгнул. — Помо… ги… те… Джурёку вокруг чужого мощного шара души замерла. — А, прости-прости, — Махито схватился за подбородок. — Я как только не изгалялся с тем, чтобы они не умирали сразу после трансформации. Но… Разум? Сознание? До этого у меня еще руки не дошли. Периодически из них хлещут всякие жидкости, это нормально. Он помахал рукой, словно они не дрались только что. Маг не ответил сразу. Мелкое частое бурление под плотной поверхностью джурёку возросло, кроме «гидросферы» снова стали появлятся намеки испарение… Хотя во время боя перворанговый взял себя в руки. — Я и не волнуюсь, — чопорным тоном прогундел Нанами Кенто, присев на одно колено на мосту. — Не люблю мешать работу и личные чувства. Сказав так, он украдкой вытер что-то под своими ногами. «Серьезно? Он думает, что в темноте не видно, что ли?» — Пф-аааахахахах! — Махито заржал, чуть не заплевав все слюнями. — Ты ужасный лжец. Твоя душа дрожит, — пояснил он, начав посылать джурёку в ноги. — Кстати, а какой у тебя там уровень? — Первый. — Нанами, решительно бурля джурёку, спрыгнул с «моста» на пешеходную часть противоположного берега. Свой тесак он держал наготове. Махито восторжествовал: — Получается, сильный. Идеально! Самое то для эксперимента, — дух вскинул руки. «Для тебя — пока слишком сильный, идиот!» Шаман напрягся. — …Мне повезло, — тише сказал Махито. Напряг мощные козлиные ноги. И прыгнул. Прямо перед нашим носом возник борт белого пиджака и нагрудный карман. Левая ладонь плотно впечаталась в пресс сквозь рубашку. «Муи Темпен», — промелькнула у меня полумысль-полувоспоминание. — Нгххххр! — тело под ладонью выгнулось от боли и закаменело. Не успевший среагировать маг зарычал сквозь стиснутые зубы, застыв на месте. Под ладонью оказался еще больший объем джурёку, чем рассчитывал Махито. Энергия, собранная в его руке, не «перевешивала» шар души мага, но все равно была очень весома… «Сейчас», — от волнения я потерял все эмоции. Шар души. Плотная «кожура» джурёку, из-за бурления поддавшаяся на пробой. Три даньтя… А три ярких шара энергии отчаянно вспыхнули — и Махито застопорился. Я словно завис в невесомости. Время остановилось. Вокруг начинали расцветать картины космоса… И параллельно с этим вокруг нас стали сжиматься стены джурёку. Она очнулась. Плотно и агрессивно дребезжащая, эта энергия выдавливала меня. Нас. И успешно. Вот только я тут был реальнее, чем всегда. Еще не соображая, зачем, я потянулся вперед. Только в этот момент в моем поле зрения появилась рука. Появилось мое тело. Моя рука, следуя моему желанию, тянулась вперед. К космосу. Стать ближе. Стать выше. Продержаться на плаву дольше. Давление усилилось, но импульс, заданный мной, двигал нас дальше. Если бы я сейчас думал, я бы понял, что на самом деле у меня нет никакого плана. И не было. У меня было смутное воспоминания о том космосе, который Махито увидел в девочке. И было уверенное предположение, что минуты моего главенства в тот раз были связаны с ним. С космосом. Но на самом деле доказательств в пользу этой теории было ровным счетом ноль. А против нее — могли и найтись. Однако я не думал. Я сжал зубы — в этот момент я ощутил свои зубы — и лез вперед. К этому фейерверку космоса. Чужая джурёку уже уплотнилась до состояния шершавых стен. Я не видел ее, глядя на космос, но более чем ощущал. Она уже давила как-то нехорошо. Опасно. Сознание шло на острие атаки, в которую Махито вложил определенное количество джурёку. И тут, в метафизическом сердце мага, мощь мага первого ранга передавливала даже проклятье особого уровня, которое было слишком самонадеянно. Космос. Махито не видел информацию, но он ее «видел». Руками. Воображением. В голове. Касание ладонью конкретизировало область взгляда. Область интереса. Контакта. Но, когда мы провалились вглубь… Не было никакого ограничения на «угол обзора». Я видел сразу все. Это было созвездие? Созвездие… линз? Оправ? Гигантские энергетические дуги соединяли светящиеся звезды, которые глючились мне то ли поверх, то ли внутри системы даньтяней. Дуги оставались здесь и уходили туда. Я висел, крошечный, как семечко, в этом объеме знания. Мы. Мы висели и знали. Атлас духовных меридиан колдовства. Абсолютная карта астрального тела. Сакральное понимание внутренностей сути. Навигация в глубинах магической изнанки. Дальше трех даньтяней… Продолжая тянуться к знанию, я выбрал закрыть глаза. Потому что я — мог. И открыл их, уткнувшись носом в ребро мага. Осознание чуть не устроило мне инсульт. Не может быть. Расширив глаза, я — едва успел нырнуть в сторону. Перед самым моим носом свистнул тесак, обмотанный в белые бинты. Но я уже отлетел, легко, как воздушный шарик. — Ха-ха! — изо рта вырвался неконтролируемый смешок. Я отпрыгнул, захлопывая рукой пасть. Переступил два раза. Ноги заплелись. Я пошатнулся на месте. Внизу всплеснуло. Выше щиколотки. Чуть не навернулся в гуано. Я. Грудь все равно продолжило потряхивать в безумном смехе. Я. Я!!! Таком ебанутом, какого я не слышал у Махито. Но только не у него. У меня. — Йи-хи-хи-хи-хум-ху-ху… Раскинув руки, я с широкой улыбкой втянул воздух канализации так, будто это запахи весенного леса. Отступил еще на пару шагов в сторону, вылез на «пешеходной» части, и поднял взгляд на мага. Нанами Кенто. Мой счастливый билет. Да похуй на него!!! Дааа. Даааа… Дааааа, дааааа! Дааааааа!!! Сука!!! ДАААААААА! МАТЬ ТВОЮ!!! — А-ха-ха-хах!.. Мужчина стоял скособочившись. Левой рукой он зажимал торс в области печени. В воздухе стояла отчетливая металлическая нота. Но правая рука крепко держала тесак. Я сделал два тихих вдоха и выдоха, силясь не заорать. Взял в себя в руки, использовав остатки самообладания. «Соберись, тебе времени никто не даст», — говорил какой-то голос разума. Пахнет кровью. — А, неловко вышло, — замечаю. Махито не удалось достать мага как следует. Правда, непонятно, зачем он навредил ценному экземпляру… Скорее всего, маг просто травматично вырвался из хватки техники. Еще повезло. Крепкий… — Ну, еще тройка касаний, и тебя бы пробило, конечно… Маг припал к земле еще ниже, напрягаясь. Он непонимающе посмотрел на меня ниже пояса. Хм? Покосившись вниз, заметил темную шесть, выгнутые назад суставы и копыта. Вместо моих ног. Блять. Точно ведь нахлебался канализационной водицы. — Эм, не обращай внимания, — я с усилием заставил себя отвести взгляд от этого боди-хоррора. — Маленький апгрейд. Так прыгается лучше. Ага. Махито накрутил, а я уж как-ниудь откручу. Ломать не строить. Что занимало меня больше — где же сейчас Махито? Было бы очень хорошо, если бы мы не менялись местами, а… он просто засыпал. Иначе он может начать размышлять. Я замер, вслушиваясь. Нет? Не вылезает? И в голове… нет голосов? А вот это сейчас в канализации было эхо?.. — …Что ты сделал? — напряженный маг сбил мой полет мысли. Кажется, Нанами Кенто хмурился. Верно. Махито перестал делиться информацией, так как пропал, а ведь маг наверняка все это затеял ради сведений. — Ничего такого, — я пожал плечами, убирая волосы назад. Гребанные три хвоста! Они мокрые! Полная кавабанга, мля… — Душа. Ты же защищал с помощью джурёку свое тело, а не ее? Не зная форму души, ты и удержать ее не сможешь. Хотя реакция тебя не подвела, вон, что-то таки смог. Я толком еще не решил, как мне себя вести. Не выработал устойчивую позицию, вот, или как оно там говорится. Единственное, что я знал четко — мое «это был не я» никому нахуй не сдалось. Начиная с того самого дня… Не думай. Но мне не терпелось свалить отсюда. Куда-нибудь, зачем-нибудь. Посмотреть на небо, поорать от радости. Однако маг передо мной был не только насторожен, но еще и ранен. Опасное сочетание. С учетом первого ранга. Я ждал от него атаки, короче. А тот не торопился. И идей, что с ним делать… Я наклонил голову набок, смерив его оценивающим взглядом. А что с ним делать? Поймать? И изучить. Да, самое то. Мы как раз в глубине темного тоннеля. Перекрой свет — и по темноте Нанами долго не побегает. Только потом припрется один лупоглазка и вдолбит мне здравый смысл через гланды в самую жопу, а потом убьёт. Или сразу распылит — в зависимости от настроения, без предварительных пинков. Нанами сменил положение ног. Изучить и отпустить? По доброте душевной или «случайно»? Нет. Если маг первого ранга будет сопротивляться изо всех сил, но я все равно его скручу, обо мне узнают — и смотри сценарий первый. Годжо с ним был на особом контакте. «Да», — в моей голове молнией сверкнула мысль. Секрет успеха Махито в мультике — в том, что Нанами предполагал, что дух мог не пережить их горячее расставание в устроенном обвале. Это в первую встречу. Махито стал Махито Шрёдингера. И никто не стал дергать Годжо, пока не стало поздно. А во вторую Махито показал угрозу, но красиво сбежал, помахав платочком. Может, его и искали. Может, он и спалил всем свой потенциал. Но он удрал, Нанами жив, сосуд Сукуны жив. Всё гут. И Шестиглазый не стал искать ветра в поле. Если он вообще мог бы как-то поискать. И надо учесть, что в обоих случаях мне придется остаться с Кенни… а не навести его на мысль, чтобы поглотить Махито прямо сейчас… Потому что у этого ископаемого тоже есть свой «особый контакт», на котором уже я сам. Как говорил Джого? «Весь гребанный план» Кендзяку строился вокруг сосуда Сукуны. Но та часть «гребанного плана», что не строилась вокруг Сукуны, строилась вокруг Махито. Меня. Я знаю это, помню. Не могу забыть. М-да. Ладно, не будем пока о грустном. Итог в любом случае один: не выбиваемся из образа. Кроме как в одном… Я хочу наружу из этой блядской канализации! — Чего стоим, кого ждем? — недовольно спросил, уперев руку с заготовками в бок. Осознав жест — приложил титанические усилия, чтобы не дернуться. У меня телесная память от Махито?! А что еще?! — Если ты умрешь от потери крови — я с тобой не поэкспериментирую… Хотя… Ты вроде уже и не истекаешь? Несмотря на темноту, я кое-как видел. И светлые штаны еще были без пятен крови. Только с теми, из стока. Я показательно дружелюбно оскалился, поднимая «сухофрукты». Маг стиснул зубы. Он рывком убрал руку, прижимавшую рану на боку, и бросился в молниеносном выпаде. Шаг вбок. И… Нанами, не замедляясь, пронесся мимо меня. Сбоку обдало сквозняком. Тесак небрежно взмахнул в мою сторону, вынудив разорвать дистанцию. Шаман промчался к выходу. Улыбка сама выползла на мое лицо: — Чур я первый! О да, о да, о-да-о-да! Свобода!!! Сорвавшись с места, я вперемешку со смехом проорал: — Стоять-бояться! Козлиные ноги предназначены скорее для скачков. Ими я и помчался, стуча по камню и стремительно сокращая расстояние до технично улепетывающего шамана. Это у него минимум скорость велосипедиста, а то и мотика, к слову. Но Махито — еще одареннее. С моими картами на руках — я все равно что отпускаю этого мага… Впрочем, вроде не сильно выбивается из роли долбоеба? Нагнал. Маг в последний момент развернулся. Первый мой удар кулаком с сухофруктом, зажатым внутри, он отвел. А второй — принял на плоскость клинка. Мощный удар позволил ему перекувыркнуться в воздухе, вылететь за пределы тоннеля — и, оттолкнувшись от перил, приземлиться далеко внизу. Я выскакал на «балкон», сбоку которого была лестница вниз, и кое-как затормозил, не сломав копыта. Внизу раскинулся зал. Зал освещался скудно: у стены стоял прожектор, направленный на противоположную стену с трубами. Весь свет тут был от него, отчего просторное помещение освещалось фрагментарно. Даже зрению Махито, улучшенному всяческими модификациями, тут нездоровилось: «ночное» видение слепило, «дневное» бы не увидело ничего за пределами широкой пирамиды света. Выход был в дальней от меня стене, и то не прямо на улицу. Там поначалу снова тоннели. А уже потом, через повороты… Нанами стоял там, внизу лицом ко мне, уже на расстоянии метров десяти. Он тяжело дышал, не выходя из стойки. Маг стал отходить в сторону нескольких несущих колонн. Пока передышка, ладно. Тут я и вспомнил, что Махито картинно сменял козлячьи ноги на человеческие просто так. Без особых фокусов. А я? Я взялся за перила перед собой. Взгляд сам по себе сфокусировался дальше, на трупах, лужах крови, просторном зале с трубами-колоннами и Нанами Кенто, который тяжело дышал. — Всё? Выдохся? — мне было лень изобретать или вспоминать «вхарактерные» фразы. Я больше думал о том, как будет тупо слить раненому магу, если сейчас облажаюсь из-за козлячьих ляжек. Но все равно я запрыгнул на перила, чтобы не стоять на ногах, и сказал копытам. «Ну, меняйтесь, хули», — где там мои штопанные ноги? Джурёку я туда направил чисто автоматически. Чуть было не «спохватился» остановить это дело, но удержался — и правильно. По ногам от бедер пошла волна искажений. Работает. Оно работает. На моих глазах тело плывет. Черт его знает, я в шоке или воспринимаю, словно это само собой разумеется. Втянулась шерсть и пропала под слоем эпителия. Где-то сузилось, где-то расширилось. Стопа укоротилась, копыта разъединились на пальцы с ногтями. Я поболтал ногами. Чистые, как у младенца. То есть безволосые. И в шрамах. Босые. Хрен знает, повторю ли. Но в данный момент получилось — и прекрасно, хоть тут повезло. После всех изменений на заднице остались какие-то драные шорты по колено. Вот блин. А Нанами все шевелился на краю зрения. Я помнил, что он захочет закончить все здесь и сейчас. Он прислонился к колонне. Эхо его учащенного дыхания стало смолкать. Отдышался. Вместо этого послышался гнусавый голос. — К сожалению, рабочий день уже истек, — произнес Нанами Кенто. Тесак мага скрылся под его пиджаком на спине. Нанами развязал уродский галстук, начав его наматывать на кулак. Параллельно с этим… его шар души заполыхал интенсивной энергией, раза в полтора более «яркой», чем раньше. Я задержал духовное зрение на открывшейся картине. Пакты. То есть шибари. Нанами весь бой или дольше копил энергию на финальный удар. Интересно, сложно ли будет за ним повторить? Примерно в этот момент мне пришла мысль: «Раз он довольно уверен в своих действиях, может, и мне стоит напрячься?» — …Начинаются переработки, — Нанами зловеще затянул галстук на обмотанном кулаке. — В самом деле, завозились мы что-то, — я на перилах искренне согласился, обегая зал быстрым взглядом. Раз он маг первого ранга, который серьезен, а я профан… Может, стоит положиться не на технику, а на мозг? Я сконцентрировался на содержимом желудка. Тепленько, приятно… Бля. На секунду меня чуть не стошнило прямо себе под ноги. Когда внутри копошится что-то живое, это непередаваемо стремно. Нет, не время раскисать. Нужно выбрать какого-то… Я пригляделся внутрь себя еще. Разные по яркости, разные по целости, разные по уровню фона, который выдают в пространство. В желудке Махито плавали бывшие люди. Самый бледный огонёк — скоро твои мучения окончатся. Как там Махито делал… — Вбуэ… На подставленной ладони со слюнями оказался очень мятый мешочек-антистресс. Такая себе супер-способность: избирательно выблевывать то, что хочется. Мне бы ее тогда, когда я проглотил не жуя просроченные роллы после шикарной пиццы барбекю… Те два мешочка-антистресса, что были в руке, я засунул в карман… Они выпали через дырку. Мысленно матюгнувшись, поймал их в воздухе и… в приближении посмотрел на них. Выглядит невкусно. Ну уж нет. Запихнул в другой карман. Там дырки не было. Погодите, дойду до вас. Только после этого я спрыгнул с высоты и пошел по направлению к магу. Пяток метров весело свистнул мимо ушей. Земля ударила в ноги. Перворанговый отделился от колонны — и встал ровно, так, что свет оказался для него за спиной и справа. — Моя проклятая техника проводит на объекте линию и делит ее на отрезки в соотношении семь к трем, — начал он зачитывать. Голос гулко отражался от стен. Я чуть не задержал шаг. Дядь, а может, не надо? Но маг продолжал: — И точка «семь к трем» становится слабым местом. Я могу разделить на отрезки не только тело или конечность, но и любой другой участок тела, задав область мысленно. При этом техника может работать и на неживые объекты. Объем затрачиваемой джурёку не зависит от их размера… С магами ведь не дрался даже Махито, который из нас двоих наверняка по уровню подготовки получше будет… Шаги моих ног не замедлились. Ни на долю секунды. Там дальше — выход. Я вышел на линию света. Левый глаз мне слепило прожектором сильнее, чем правый. За спиной — балкон с лестницей, трубы-колонны справа. Выход из помещения — вперед. Последний слог фразы мага еще не отзвучал, когда я почувствовал опасность. Она так давила на инстинкты, как тесак, летящий тебе в кишки. Но его не видно. Это был не тесак… Значит… Пора. Я взмахнул левой рукой, как плетью. Удлинившаяся конечность выпустила снаряд. «Сухофрукт» улетел вперед и размазался по стене, над выходом. «Ай, лажа», — успела мелькнуть мысль, когда произошло две вещи. «Фрукт» все же выполнил команду: оплыл темным твердым веществом, закрывая выход из зала. Есть! Левая рука со звоном врезалась и разнесла на осколки прожектор. Попало. Мрак. Стало идеально темно. Гото… Маг зайцем рванул прочь! Мгновенная реакция. Он умудрился не вписаться в кромешной темноте ни в одну из колонн и труб: наверное, запомнил их расположение. Как он?.. Я это видел благодаря ночному зрению и еще чему-то, но как ориентируется он?! Нанами на все той же скорости автомобиля подпрыгнул на середину высоты помещения. — Техника соотношений, брбр! — успел рявкнуть маг в краткий миг какую-то тарабарщину. Пылающий джурёку кулак влетел в стену. В духовном восприятии мигнула сетка из фрактальных узоров. Во всю стену. Десятки квадратных метров. И стена начала разваливаться крупными кубиками конструктора… В этот момент меня дозагрузило: каким-то образом этот маг одновременно сказал «быдыдыщ» и «разгром». Что-то из этого сказал, а что-то имел в виду… Откуда я это понял? Это что, тоже магия, или приколы от Махито? И… Блять. Не самое время заглючить! Весь армагеддон, падающий нам на голову, еще и сияет в восприятии энергии как дискотека. Это значит, что урон от таких обломков будет самый что ни на есть духовный! «Я-то вылезу, а он?..» — я успел подумать и напряг ноги валить, когда мимо меня мелькнул очередной клочок энергии мага у самого пола. Вот только на этот раз это был он сам. Черт, он сливается в восприятии джурёку с этими кубами. И там и там его энергия… Я его реально прощелкал. Предчувствие позволило мне дернуться. Руки сами мелькнули до того, как я подумал: а, точно, так надо. Для убедительности. Сам же… Кадр: штопанные руки хватают руку с тесаком за предплечье. Кадр: тесак вдруг оказывается в свободном полете. Мое мимолетное удивление. Маг перехватил тесак другой рукой и тем же движением полоснул. Поток чего-то сдул часть энергии с нижней части тела. За то, что кадры приходили и осознавались с задержкой, я тут же и поплатился. Пол приблизился. Я рухнул на него — только три хвоста по спине хлестнули. — Ёптво… — выставление рук, когда падаешь с разрубленным бедром, не помогает! — Советую тебе это вылечить, увидимся, если выживешь, — все так же скороговоркой бросил маг напоследок — и усвистал четко к выходу. Как Флеш. Я остался сидеть на заднице. И обтекать, пытаясь осознать, что сейчас было. Рядом перекатывается и застывает на месте отрубленная нога. Брызги то ли крови, то ли какой-то иной субстанции вылетают из брюшной полости: удар, отрезавший ногу, шел снизу вверх, наискосок, и дошел до условного позвоночника. Сверху — падают обломки уже над самой головой. Можно было не возвращать ногам нормальный вид. Но в полном ступоре я сидел не поэтому. Главное, что меня занимало, кроме «что делать», — как маг понял, куда бежать, в полной темноте?! Че они еще могут, эти маги?! И где об этом сказано было?! «Тинь», — лопнула в голове струна. А. Маг расправился с «заслоном» на выходе. Прорубил дорогу. Нанами Кенто ушел. И вся груда камней рухнула сверху. Пффф… Только и надо, что успеть выдохнуть: — Муи Темпен. Я вроде бы говорю это, но с полным ощущением, что кого-то зову. И это что-то откликается. Время замедлилось. Первым на место моего лежания летел особо крупный обломок — от него я тупо откатился. Левая нога, прости, нам было хорошо вместе… Бах, — грохнуло вплотную так, что аж пол подпрыгнул. Но я не дал тряске отбросить меня. Увеличенная рука отбила еще один осколок поменьше, давая доли секунды на трансформацию. Подкопить энергии, и… Став бесформенным, я втек под выступающие грани первого камня, которые создавали небольшой зазор, и на каждую мощную дрожь земли реагировал, перемещая плоть оттуда, где ее все-таки придавливало. Бах. Бах-бах. Бах. Еще пара ударов прозвучали почти одновременно — а дальше все превратилось в сплошную канонаду грохота. Сколько всего может промелькнуть в голове за долю секунды? Фигню творю, наверное. Вроде бы Махито вообще могут не навредить любые атаки, не бьющие по душе, надо было этот режим нащупать. Стоп, для этого требуется время — а если я не приду в себя, когда камень резко бошку расплющит? Все верно сделал… В голове восприятие происходящего словно поделилось. Два потока были параллельные и принципиально разные: одна часть — в животном… ступоре, что ли, как курица с отрубленной головой, которая еще бежит, другая часть — зафиксировалась в ощущении, будто это все еще Махито, это все не со мной. А у Махито — Муи Темпен, а Муи Темпен это все нипочем. Кусок плоти, без костей, без зрения, без слуха. Осталось чувство душ в желудке, которые, как ни странно, были по большей части целы. Неужто пространственный карман? И о чем я думаю… Чисто по вибрациям и тактильным ощущениям мне показалось, что я стал дырявым тестом. Но чем дальше, тем больше мне удавалось нарастить бесформенной плоти, в которой зато хватало джурёку. И эта плоть стала собираться, ища выход. Кажется… грохот утих. Сволочь все-таки этот Нанами Кенто. Я еще и потерял счет времени. Не так, как было в том «нигде» и «ничто», но все равно реальность плыла. Оставался только прогресс по выходу из канализации. Ноль процентов. Для допуска к этому уровню требуется завершить «выползание из-под завалов». Надоело! Нужен глаз. Дело за малым. Я выключил голову — это было легко — и подумал о глазном яблоке. В этот момент я вернулся в мир и упал с высоты. Грохнувшись на пол, я аж несколько раз подскочил. Мир с обломками камня, наполненными джурёку, закрутился вокруг меня. Все покатилось. Буру-буру-буру-буру-буру… «Стоооооп!» — усилием воли я остановил тело и снова попытался все ощутить. Итак. Я тентакля с глазом и без мышц. Потому упал и покатился в щелях между завалами. Тентакля… так, ага. Крепится к грибнице, в которую превратилось тело, раздавленное кучей камней. Где-то по всей длине моего размазанного тела разбросаны «сухофрукты», которые разнесло в разные участки меня. Какие-то еще и отделились… а, отбой. Это те, которые были в кармане, и кажется, им настал пипец. Ладно, план «бэ». Нужна голова и ласты. И мышцы. На миг показалось, что мир с силой раздуло и расширило. Хотя, скорее всего, надулась моя голова. Еще и бинокулярное зрение появилось. И плавники. Передние. С этим можно работать. Следующую минуту передняя часть меня с головой ползла вперед, а задняя пыталась собрать оставшуюся грибницу в одну мясную колбасу и отправить дальше. Так как рта я себе не делал, кряхтеть пришлось только мысленно. Еще… И еще… и еще… Еще… О! Впереди показалось пространство. Пустое: без очертаний обломков, запитанных джурёку. Просто темнота. На волне облегчения я сам не заметил, как выскочил головой из-под завалов, а потом вытек целиком. Свобода!!! Джурёку, давай! Ну давай же!!! Не знаю, что сработало: мое желание, уговоры или какая-то накачанная магическая мышца от Махито. «Вбууууп», — с этим мысленным чпоком мое тело резко увеличилось, как сжатая резина, вернувшаяся в свою форму. — Хаааааааааааа… — я громко втянул воздух. Откинулся на руки назад, сидя на заднице — и упал на спину. Внутри — легкое недомогание, как при температуре, перенесенной на ногах. Но потери джурёку меня мало волнуют сейчас. — Ха-ха… Ахахахаха… — я закрыл глаза обеими ладонями. — Ахахахахаха! Я живой!!! Голый, в не своем, теле — и вообще, но… Выдохнул в руки: — Я жив… Это же значит!.. — Поздравляю, — живо отозвался знакомый голос. От которого у меня похолодело в кишках. Убрав руки, я застывшей улыбкой посмотрел еще выше. Выше. Еще выше… Надо мной возвышался человек в темной летней одежде. Определенно маг, чей контроль над джурёку сейчас был еще более параноидален. Под обломками даже его не заметил. И этот парень мне был более чем знаком. И он смотрел прямо на меня. Темнота ему не мешала. Лже-Гето. «О как», — улыбка понемногу сползла. Я внутри собрался. Так маги видят в темноте? Тоже? — Привет, Гето! — Хвала богам, интонации Махито ничего не выдают. Всегда неуместно беспечные. А поведение в стиле Махито вышло… вроде вышло. Автоматически. — Я почти поймал мага первого ранга! Но он удрал. Кендзяку, не переставая улыбаться голосом, обвел глазами груду обломков, из-под которых я вылез: — По-моему, это больше похоже на ловушку на тебя. Но вижу, ты в порядке? — Да, такие повреждения мне ничего не сделают, — по-прежнему лежа, я махнул вправо, в сторону обломков. Подумав, добавил. — Я могу вырастить любую часть себя техникой. Держать маску легкомыслия было и сложно, и нет. Я прекрасно знал, как легко Кенни способен поглотить духа. Но для Махито он был привычным раздражителем, а я еще знал, что Кенни выжидает момент. Махито еще нужен. Пошуметь в Шибуя, развить технику до расширения территории. Поэтому я спросил: — Эй, Гето. Штанцы там или еще что-нибудь.ю не одолжишь? — Перетопчешься, — с елейной улыбкой ответил маг. — Сам справляйся. Ну и тьфу на тебя. Тем временем Кендзяку как бы между прочим спросил, покрутив головой: — А где тот маг, к слову? — Удрал. Если его тут не завалило, — не вникая, ответил я. Как те два сухофрукта, которые я все же подтащил к месту выползания. Перевожу взгляд ниже: лежат. Светятся менее ярко, чем было… И положить некуда… В желудок? Ну да, будет прикольно придумывать для Кенни, почему меня вдруг ни с того ни с сего стошнило всеми имеющимися душами ему под ноги. Я же это… это у Махито горло разработанное до желудка. Я так не готов! Не с первой попытки. Я поднес руку к глазам и задумчиво на нее поглядел. Сжал-разжал. Да, я сегодня потратился. Но терпимо. И к тому же… Шерсть на копытных ногах втянулась в тот раз прямо в меня. Тогда… Ну-ка, какие там есть виды ткани? Или не ткани, а шерсти. Все какое-то слишком жаркое. Нужно что-то, что позволяет обитать в жарких краях. Думай, голова, налысо побрею… Перья попугая? Я фыркнул и мотнул головой. Закрыв глаза, сосредоточился. Нет, достаточно какой-нибудь типа синтетики. Можно слегка… Резко раскрыв глаза, я сел, смотря на свои ноги. Их покрывали пушистые-пушистые объемные штаны, по виду как жопа шмеля. — Хахах, Махито, что это? — Кенни тоже как-то разглядел эти полоски и теперь старательно держал обычное умудренное лицо, пытаясь не заржать в голос. — А мед ты теперь не делаешь? «С него бы сталось», — промелькнуло у меня. Хм. А ведь… Несмотря на некоторые очень вольные эксперименты, сила Махито не дает выращивать то, чего принципиально нет в живых организмах. Органически. Химически. По крайней мере, этого за ним не замечено. — Это проба пера, — огрызнулся, зажмуриваясь. Еще раз собрать джурёку… Ну давай. Кто там какую ткань дает? О! Пушистый взрыв вместо штанов быстро втянулся. Сквозь ноги начала проступать темная струящаяся ткань. Сначала как вода, затапливающая сушу, потом слой стал набухать… Уперевшись в колено, встаю, чтобы пронаблюдать за завершением процесса. Черные брюки. Успех! Я слышал про паучий шелк, добываемый из каких-то крупных пауков, но не был уверен, что хватит моего воображения. Хватило. Возможно, нужна лишь концептуальная возможность подобного. — Вао, — маг удивленно похлопал глазами. — Удобно. Как ты это сделал? — Я могу выращивать любую часть тела, любые его ткани… — Я прищурил один глаз, вспоминая слово. — Секреты, видимо, тоже. Это паутина. Меня распирало от довольства. И если подумать, такая эмоциональность настораживала. — Так мед, получается, тоже давать може~шь? — протянул Кенни, с «интересом» пялясь на меня. Я остановился, представляя эту картину. «Идинах», — еле как проглотил этот ответ. — Не пробовал, — я сделал пренебрежительный взмах, типа «отвали и не мешай». Следующей была футболка с длинными рукавами — я пожелал ей стать серой, но что вышло на деле, в темноте было плохо видно. А дальше разберемся. Мокасины из кожи на ноги мне показались лишними. И так сойдет, кто меня видит? Босиком похожу. Ах да… Покосившись на Кенни, я не стал трогать волосы. Не стоит его настораживать. Кенни, кстати, наблюдал за мной с неприличным любопытством. Проглотив первый и второй ответ на это, я спросил: — Что такое? — Твой план работает, — огорошил Кенни. «План? Какой план? — Мысли забегали в голове, как люди в здании при пожаре. — По выходу из канализации?» — Сосуд Двуликого Сукуны и твой маленький маг уже сдружились. Мысленно выдохнул: а, Итадори Юджи и Джумпей… Стоп. Итадори Юджи и Джумпей. План. Кендзяку смотрел на меня с ожиданием. «Лять… лять… лять…» — привычно отозвалось эхо. Я со всей убедительностью наклонился к ногам, как будто пытаясь придумать, как же мне изобразить кроссы. Для большей убедительности я даже соскреб остатки джурёку и вырастил в качестве подошвы крокодильи пупырки белого цвета. Как бы лицо-то удержать. — Это значит, можно переходить дальше, — отвлеченно замечаю, пока внутри судорожно пытаюсь сообразить, что делать-то. — Сколько у нас времени? — Завтра среда, а послезавтра Годжо Сатору вновь возвращается в техникум. — Кендзяку любезно ответил, садясь на камни. — Ты в курсе, что маги нашли ваше убежище? — Мое убежище тут, — ответил на автомате, пока под руками возникала мягкая часть кросса из ткани сухожилий. Потом до меня дошло. Я вскинулся: — Они переворошили наши вещи в доме?! Перед глазами всплыл аквариум Дагона с «рыбками»… А. Он же их вроде съел. — Они установили наблюдение, — аккуратно поправил «Гето». — В одном из соседних домов теперь периодически находится Окно. — Надо сказать Джого и остальным, что дом больше не убежище, — я закончил с одним «кроссовком» на застежках-крючьях и перешел к другому. — Он будет беситься~ — Хаха, да, — согласился Кенни, думая явно о своем. — Так что ты собрался делать? Нельзя дольше вести себя странно. Что бы сказать?! Что сказать… План. — Изначально я думал отвлечь старшего мага своими игрушками, а сосуд и Джумпея заманить в школу, где столкнуть их двоих, — я протянул. — Но теперь не уверен, что они не сбегут. Маг первого ранга ранен. По факту он уже сбежал и может позвать на помощь. Ну давай, передумай… — Не может, — Кендзяку сощурился в темноте. — У них нет магов, способных в одиночку эффективно противостоять проклятью особого ранга, кроме Шестиглазого. А он отсутствует. Но что еще важнее — если этот маг позовет кого-то еще, то раскроет факт того, что сосуд Сукуны жив. Это не в интересах сосуда, а значит — и не в интересах Годжо Сатору. — Понятно… — не проканало. — Тот шаман вернется. У магов есть способы поставить на ноги быстро. К тому же Итадори Юджи уже установил контакт с одним из самых важных свидетелей. Им нет резона бросать дело. — Ммм, — я выпрямился и потянулся. — Как же долго ждать! Ты уверен, что они вернутся до возвращения Шестиглазого? — Нет, — маг мотнул головой. — Поэтому советую заканчивать. До четверга мы покинем Канагаву. О, есть шансы обойтись без драки? Но от нас они не зависят. Лучше исходить из худшего. — Задачка. Действительно же, задачка. Ни малейшего желания отступать от режиссуры Кендзяку, в то время как Махито всегда послушно следовал плану, у меня нет. Слишком плотная опека. Я у «Гето» под колпаком. Нет гарантий, что одно их его проклятий постоянно не следит за мной. Или тот парень, Мехамару. Начну срываться с крючка — съест. У меня нет расширенной территории, да и поручиться, что я уже освоился в теле Махито как следует, не могу. Буквально. Я гнал от себя сами мысли об атаке Кенни прямо сейчас: о шансах, приемах и прочей фигне. Однако где-то что-то внутри меня упрямо твердило, что шансов пока нет совсем. Ни убить, ни удрать, чтоб не нашел. Но начинать резню?.. По воле этого дерьма мамонта? — Где они сейчас? — Я повернулся к Кенни. — Итадори Юджи и Джумпей. — Хм… — он наклонил голову, словно прислушиваясь к чему-то. — Семейный идиллический ужин, смею предположить. — Итадори Юджи в доме у Ёшино? — Я уточнил. — Верно. Я огляделся по сторонам. Мой взгляд упал на лестницу вверх, где был вход в тот самый тоннель, куда зашел Нанами. — Не уходи. Заберу кое-что, — бросил я, присел к самому полу — и прыгнул. — Вухууууууу! Непередаваемое ощущение полета на долгие метры, когда волосы треплет ветер — и я у входа. Поморщил нос: запах сомнительный… Хорошо хоть, когда Махито размазало… Нас… Меня. Когда случился камнепад, вся грязь с большей частью тела осталась под завалом или отвалилась со слоем пыли. Я торопливо затопал вперед. Внутри по мере удаления от мага ослаблялась пружина. Такое ощущение, что до этого делал все на чистом адреналине. Хотя не знаю, есть ли он теперь у меня. Но тогда после расслабления возможен отходняк. Я с усилием ускорил шаг. Соберись-ка пока, пружина… Где-то оно тут… Ну точно. Измененный «мостик» так и стоял, как огромная распорка, перегораживая тоннель. В нем еще теплилась джурёку, пятная стены. Махито использовал здесь «хорошую заготовку»: такую, где не произошло разрыва связи между крупицами даньтяней, когда проклятье «сложило» несчастного. У людей ведь даньтяни тоже есть, только это как сравнивать дикое яблоко и дыню — пытаться провести параллель людей с магами в этом плане. Я подошел к той части, где лежали ноги, и постепенно замедлил шаг. Уже отсюда было ясно, что здесь все кончено. Пропорции уничтожены, шар души яркий из-за остатков джурёку, а само ядро блёклое. Подойдя вплотную, присел. Глянул вниз. Ноги. Почти человеческие ноги. Дальше них начинал расти мясной надземный переход через водную магистраль, но эта часть еще оставалась похожей на исходник. Я потянулся и коснулся условного туловища. Шар души, три… оу. Нет. Энергетические уровни искорежило и разъело. Все, что было плотно соединено с мясным телом, все слои луковицы, были повреждены. Оттуда на глазах отваливались единички и нолики энергетической информации… Безнадега, где я не знаю, за что хвататься. Не чувствую контакта… Я отстранился. Нет, стоп. Что это было? В смысле «луковица», в смысле «уровни»? Вертайте взад. В полной темноте я поднял руку, на рефлексе пригнав джурёку, и отрастил на ней когти. Снова удивился, что получилось. Пальцы перебрали по очереди. Когти постучали друг о дружку с прикольным клацаньем. Вроде работает… Я кивнул сам себе и протянул ту же руку с когтями, настойчиво произнеся: — Муи темпен! «А, может, в этом дело было?» — проблеск мысли был дельным, а потом ладонь легла на плотную кожу, как на шкуру. Шар души, три клочка энергии… Я выдохнул одновременно облегченно — всё вышло, техника Махито моя! хотя логично, я ведь ее уже как-то использовал — и разочарованно: тут мне делать нечего. То, что осталось, уже почти не выделяло проклятой энергии и не собиралось обратно. — Жаааль-жаааль, — протянул вслух. Легкомысленный голос эхом пробежал дальше в темноту. Шум текущей воды на миг перекрыло. Изуродованный полутруп лежал недвижно и неслышно. А хотя… Рука легла на сухую кожу. Жесткая, холодная. Без пульса — и джурёку: с гадким душком смертельного отчаяния, как подтухшее мясо. Огромное тело стало сворачивать в одной точке, которой выступало место прикосновения моей ладони к толстой коже. Плоть «смывалась» в точку пространства, как вода в слив. Спустя пять секунд я сжал пальцы на истощенном «сухофрукте» и остался задумчиво сидеть на корточках. С этим не получилось. Все те трупы, что в зале, мертвы, и их завалило камнями. Смотреть в их сторону не хочу, что там в плане энергии творится. Плюс тут два разрубленных. Эти, кстати, в плане джурёку так потускнели, что едва улавливаются. Еще остались те, что у меня в желудке, те два, что в другой руке, и схроны, натыканные Махито как сигналки по городу. Неприятно даже думать, но это часть силы Махито. И кроме того, что отсутствие «сухофруктов» снизит мои шансы на выживание, это будет еще и подозрительно. — Тца, — я щелкнул языком, вставая и направляясь назад, в зал. Как погано даже думать о такой вилке. Ведь они еще отчасти живы. Все они. А еще Джумпей этот… В зале меня встретил Кенни. Тот терпеливо ждал, стоя на том же месте. И на этот раз я присмотрелся к нему как следует. Тотальная темнота — и фигура стоит, молчит. Только чужое внимание чувствуется. Впрочем… ничего нового. Кроме короткого холодка. В его кармане что-то давало сильную засветку, не давая разглядеть некий предмет. — Вот и я. И кстати, что это ты такое притащил? — скопировать недоуменные интонации Махито — легче легкого. Я перемахнул через перила, прыгая с высоты метров пяти на пол зала: — Хеть! «Кроссы» вбились в пол и все равно сумели спружинить. Ногу не потянуло. Тест прошли, получается. — Палец Сукуны, — не стал вилять проклинатель. Он подождал, пока я подойду поближе. — Как мы и договаривались. — О, отлично, — порадовался я, сам не зная, от души или совсем нет. — Только чтобы он попал в руки магам техникума, — напомнил Кенни. — Это обязательно для перехода к следующему пункту плана. И не зря напомнил. — Хм, на нем уже жучок? — Я недоверчиво еще раз сосредоточился на том, что давало «засветку» в кармане мага. Стыдно сказать, та встреча с Мехамару уже затерлась в памяти. Получится ли поковыряться пальце? Вообще реально. Самому поковыряться в такой штуке любопытно… Пускай и опасно. Но пускать ее в ход так, как это сделал Махито… По плану Махито я должен этой ночью оставить в доме Ёшино палец, который сейчас магнит для проклятий. И тогда случится… — Махито? — М? — Я сначала откликнулся, а потом уже выплыл из мыслей. — Если тебе будет некуда деть труп Ёшино Джумпея, можешь отдать мне его шикигами, — предложил Кенни. — Ты все еще собираешь шикигами? — я пошел рядом с ним на выход. Махито верил, или делал вид, что не понимает сути техники Гето. — Угум, так и есть, — согласился маг. — Если что-то останется, — я скопировал безмятежную улыбку Махито. — Ну конечно же. Держи. Что-то полетело. Я на автомате поймал свободной рукой летящий предмет, который ощутил бы, несмотря на темноту. В моей руке, весь обмотанный лентой с начертаниями, лежал корявый брусок. «Добро пожаловать в реальность ад», — словно прошептал его вес.