Охота на предателя

Я не спала трое суток. Глаза горели, мысли путались, но я не могла позволить себе закрыть веки — стоило мне погрузиться в темноту, как перед глазами вставало лицо матери за секунду до взрыва. Её губы шевелились, но я не слышала слов. Я знала, что она говорила: «Беги». И я бежала. Как трусливая девчонка, бросившая мать умирать в одиночестве. Лисса чувствовала мою агонию через связь. Она почти не отходила от меня, касалась плеча, шептала успокаивающие фразы, но я отгораживалась стеной, которую возводила заново каждый час. Если бы она узнала правду о моём происхождении, о магии в моей крови, она бы тоже оказалась в опасности. А я не могла рисковать последними людьми, которых любила. Роза вела себя иначе. Она не задавала вопросов. Она просто была рядом — молчаливой тенью, которая готова была ударить в любой момент по моему приказу. Вчера она поймала меня в коридоре, когда я шла на очередную тайную встречу с Анастасией, и просто сказала: — Если ты планируешь убить кого-то, бери меня с собой. — Откуда ты знаешь, что я планирую убийство? — У тебя такое лицо, Арина. Я помню его с тех пор, как мы сбежали из академии в первый раз. Только тогда ты была спокойной. Сейчас ты — бомба замедленного действия. Я ничего не ответила, но кивнула. Роза была нужна мне. Она была моими руками, когда мои будут связаны. А Дмитрий… Я избегала его четвёртый день. Не потому что боялась — потому что не знала, что сказать. Он врал мне. Он знал правду о моём отце, о магии, о заговоре — и молчал. Да, он делал это из лучших побуждений, но каждая его ложь была как пощёчина. Вчера вечером он поймал меня у выхода из библиотеки. Схватил за локоть, прижал к стене. — Хватит, — прошипел он. — Ты не можешь вечно меня избегать. — Могу. И буду. — Арина, пойми... — Я всё поняла, Дмитрий. Ты решил, что я слишком слаба, чтобы знать правду. Ты решил, что лучше меня знаешь, как мне жить. Ты такой же, как все. Он отпустил меня, и в его глазах мелькнула такая боль, что на секунду я пожалела о своих словах. Но только на секунду. — Я люблю тебя, — сказал он тихо. — И поэтому я не мог рисковать. — Любовь не оправдывает ложь, — ответила я и ушла, не оборачиваясь. Сегодня утром я проснулась с твёрдым решением. Я найду предателя сама. Без Дмитрия. Без помощи академии. Только Роза, Лисса и я. Но план изменился, когда Анастасия прислала мне сообщение: «Встречаемся в теплице. Срочно. У меня есть имя». Часть вторая: Имя предателя Теплица выглядела ещё более заброшенной, чем в прошлый раз. Стёкла потрескались, внутрь намело снега, и в углах висела паутина. Анастасия ждала меня у стены с ржавыми стеллажами. — Ты одна? — спросила она. — Да. Она достала из сумки ноутбук и открыла файл. — Я копала глубже, как ты и просила. Твоя мать вела дневник — не бумажный, а зашифрованный цифровой. Мне потребовалось время, чтобы взломать код. — И что там? — Список всех, кто знал о её миссии в Сибири. Три имени: генерал Корнев, советник Морозов, директриса Кирова. Но есть четвёртое, которое она добавила за день до вылета. Анастасия повернула экран ко мне. На нём было имя, которое заставило моё сердце остановиться, а потом забиться с удвоенной силой. Страж Дмитрий Беликов. — Нет, — выдохнула я. — Это ошибка. — Я проверила трижды. Твоя мать подозревала его. Она написала, что Беликов был единственным, кто знал детали миссии, кроме трёх руководителей. И что он в последний момент пытался отговорить её от поездки. — Он пытался её защитить! — Или пытался заставить её остаться, чтобы стригои не получили её раньше времени? Подумай, Арина. Кто сопровождал тебя в Сибирь? Кто знал каждый твой шаг? Кто был рядом, когда взорвалась пещера? Я не могла дышать. Воздух в теплице стал вязким, как смола. — Ты говоришь, что он работал со стригоями? — Я говорю, что он — подозреваемый. Как и остальные. Я закрыла ноутбук. — Мне нужно подумать. — Не думай слишком долго. Предатель знает, что ты начала копать. Твоя жизнь в опасности. Анастасия ушла, а я осталась стоять в теплице, сжимая край ржавого стеллажа так сильно, что металл впился в ладони. Дмитрий. Мой Дмитрий. Человек, который держал меня по ночам, который шептал русские ласковые слова, которые я не понимала, но чувствовала. Который смотрел на меня так, будто я была единственным источником света в его тёмном мире. Не может быть. Но мать не ошибалась. Она никогда не ошибалась в таких вещах. Я достала телефон и набрала сообщение: «Встретимся в твоей комнате. Через час». Ответ пришёл через десять секунд: «Жду». Часть третья: Допрос Я вошла в его комнату без стука. Дмитрий сидел на краю кровати, и в его руке был зажат лист бумаги — такой же, какой мне показывала Анастасия. — Ты знала, что я приду, — сказала я. — Анастасия Королева была у тебя. Я видел, как она выходила из теплицы. — Ты следил за мной? — Я защищал тебя. — Хватит! — я ударила кулаком по стене, и штукатурка треснула. — Хватит говорить мне о защите! Отвечай: ты предатель? Он поднял на меня глаза. В них не было страха. Только усталость. — Нет. — Тогда почему моя мать записала твоё имя в список подозреваемых? — Потому что она была права подозревать меня, — он встал и сделал шаг ко мне. — Но не в том, о чём ты думаешь. — Объясни. — Я знал, что в Королевском совете есть предатель. Я знал, что твою мать отправляют в ловушку. Я пытался её отговорить, но она не слушала. Тогда я попросил, чтобы меня отправили с ней — как дополнительную защиту. Но Кирова отказала. Она сказала, что я нужен здесь, в академии. — И ты поверил? — Я подчинился приказу. Как солдат. — Его голос дрогнул. — И она погибла. Это моя вина. Я знал, что она идёт на смерть, и ничего не сделал. — Ты мог рассказать мне. — И что бы ты сделала? Побежала бы к ней? Погибла бы вместе с ней? — Это был мой выбор! — А я выбрал тебя, — он шагнул ближе, и теперь мы стояли вплотную. — Я выбрал твою жизнь вместо её. И я буду жить с этим всю оставшуюся жизнь. Но я не предатель, Арина. Клянусь тебе всем, что у меня есть. Я смотрела в его глаза. Искала ложь. Искала намёк на то, что он врёт. Но находила только боль. — Если ты врёшь, я убью тебя собственными руками, — сказала я. — Я знаю. — И я не буду плакать на твоих похоронах. — Ты будешь плакать. Ты всегда плачешь, даже когда не хочешь этого показывать. Он был прав. Чёрт бы его побрал, он был прав. Я бросилась к нему, вцепилась в его куртку и прижалась губами к его губам — зло, отчаянно, почти больно. Он ответил тем же, и мы стояли посреди комнаты, целуясь так, будто завтра не наступит. — Я не знаю, кому верить, — прошептала я, отрываясь от него. — Ты, Анастасия, Кирова, Корнев — вы все врёте. Вы все что-то скрываете. — Тогда не верь никому. Верь только себе. — И тебе? — Особенно не мне, — он усмехнулся горько. — Я уже доказал, что готов врать ради твоей безопасности. Я отстранилась и села на его кровать. — У нас проблема. Если в списке четыре подозреваемых — ты, Кирова, Корнев, Морозов — то кто-то из вас точно предатель. И мы должны выяснить, кто. — Мы? — Да, мы. Ты поможешь мне, или я сделаю это одна. Он посмотрел на меня долгим взглядом. — Ты не оставляешь мне выбора. — Нет, не оставляю. Он сел рядом. — Корнев — старый вояка. Он служит короне пятьдесят лет. Если он предатель, то очень хорошо это скрывает. — Морозов? — Советник. Хитрый, умный, всегда держится в тени. У него есть доступ ко всем секретам Совета. И он никогда не был в поле, так что у него нет боевого опыта — но это не значит, что он не опасен. — Кирова? Дмитрий замолчал. — Кирова — сложный случай. Она посвятила академии всю жизнь. Но она знала о миссии твоей матери больше всех. И именно она отказалась отпустить меня с ней. — Мотив? — Не знаю. Но мы должны выяснить. — Есть ещё кое-что, — я достала из кармана документ, который дала мне Анастасия. — О моём отце. Дмитрий взял бумагу, прочитал и вернул. — Я знаю. Кирова рассказала мне. — И ты опять молчал! — Арина, твоя кровь — королевская. Если об этом узнают, ты станешь мишенью не только для стригоев, но и для тех, кто захочет использовать твою магию. Я пытался тебя защитить. — Перестань оправдывать свою ложь заботой обо мне. — Это не оправдание. Это факт. Я встала. — Мы теряем время. Нужно действовать. Часть четвёртая: Ловушка План родился спонтанно, как это часто бывает в отчаянных ситуациях. Я должна была притвориться, что ничего не знаю. Продолжать тренировки, учёбу, ночную жизнь с Дмитрием. А тем временем — собирать улики. Роза и Лисса подключились к операции. Лисса должна была использовать свою королевскую магию, чтобы незаметно проникать в кабинеты и копировать документы. Роза — следить за передвижениями подозреваемых. Я — анализировать информацию. Но предатель оказался умнее. Через три дня после начала нашего расследования Лисса не вернулась с задания. Она пошла в кабинет Кировой, когда та была на совещании. Должна была скопировать файлы с её компьютера и вернуться через пятнадцать минут. Прошло два часа, а её не было. Связь с ней оборвалась. Я чувствовала пустоту там, где обычно пульсировало её тепло. Словно кто-то вырвал часть меня. — Лисса, — прошептала я, хватая Розу за руку. — С ней что-то случилось. — Что ты чувствуешь? — Ничего. Я ничего не чувствую. Это как… как будто её нет. Роза побледнела. — Мы найдём её. Мы обыскали академию. Каждый уголок, каждую комнату, каждый подвал. Ничего. В отчаянии я ворвалась в кабинет Кировой. — Где Лисса? — закричала я. Кирова подняла голову от бумаг. Её лицо было спокойным, но в глазах мелькнуло что-то — удивление? Или удовлетворение? — Мисс Драгомир? Она должна быть в своей комнате. — Её там нет. Связь оборвана. Что вы сделали с ней? — Мисс Белова, я не понимаю... — Лжёте! Я бросилась на неё, но чьи-то руки схватили меня сзади. Дмитрий. — Арина, стой! — Отпусти! Она предатель! Кирова встала из-за стола. — Я не предатель, мисс Белова. Но если с мисс Драгомир что-то случилось, я сделаю всё, чтобы её найти. Клянусь. — Твои клятвы ничего не стоят! Дмитрий вытащил меня из кабинета. В коридоре я вырвалась и ударила его в грудь. — Ты тоже мог быть в этом замешан! — Арина, послушай меня. Если Лиссу похитили, это сделал не кто-то из академии. Стригои не могли проникнуть внутрь — слишком много стражей. Значит, её выманили. — Выманили? Как? — Кто-то, кому она доверяла. Я замерла. Лисса доверяла немногим. Я, Роза, Кристиан… и Дмитрий. — Ты был на совещании с Кировой? — Да. Весь день. — Тогда кто? В этот момент моя связь с Лиссой вспыхнула — слабо, едва уловимо, но вспыхнула. Я почувствовала боль. Страх. И одно слово, которое она отправила мне через все барьеры: «Подвал». Часть пятая: Подвал Мы бежали. Дмитрий, Роза и я — по коридорам, по лестницам, в самое сердце академии, туда, где никто не бывал. Старый подвал, запертый на ключ, который хранился у директрисы. — Как мы откроем? — спросила Роза. — Я открою, — Дмитрий выбил дверь плечом с такой силой, что петли треснули. Внутри было темно и сыро. Пахло кровью и чем-то сладковатым — запахом, который я узнала в Сибири. Запахом стригоев. — Они внутри, — прошептала я. — Нет, — Дмитрий включил фонарь на телефоне. — Запах старый. Они были здесь, но ушли. Мы двинулись по коридору. Стены были покрыты странными символами — магическими печатями, которые я не могла прочитать. В конце коридора была железная дверь. — Лисса! — закричала Роза, но я зажала ей рот. — Тише. Мы не знаем, кто здесь. Я толкнула дверь. Она открылась с протяжным скрипом. Внутри была комната. Маленькая, каменная, без окон. Посредине — стул, а на стуле — Лисса. Она была жива. Её руки и ноги были связаны, на губах — кляп, но глаза — её глаза были открыты и смотрели на меня с ужасом и облегчением одновременно. — Лисс! — я бросилась к ней, но Дмитрий схватил меня за плечо. — Стой. Ловушка. — Какая ловушка? Он указал на пол. Вокруг стула были начерчены линии — магический круг, который засветился красным, когда я сделала шаг. — Кровь, — сказал Дмитрий. — Это круг из крови. Если ты войдёшь, он активируется. — И что тогда? — Тогда ты умрёшь. Голос раздался из темноты. Из тени вышел человек. Я узнала его — советник Морозов. — Вы, — прошептала я. — Я, — он улыбнулся. — Ты даже не представляешь, как долго я этого ждал, Арина. Или мне называть тебя принцессой? — Ты предатель. — Я — реалист. Стригои сильнее нас. Они завоюют этот мир. Я просто выбрал сторону победителей. — Где остальные? — спросил Дмитрий, выхватывая кинжал. — О, они не придут. Я позаботился о том, чтобы у них были другие дела. Академия сейчас пуста — все стражи на учениях. И только ты, Беликов, и эти две девчонки здесь. — Чего ты хочешь? — спросила я. — Твоей крови, — просто сказал Морозов. — В ней королевская магия. Стригои хотят использовать её, чтобы уничтожить барьеры между нашими мирами. А я получу за это бессмертие. — Ты безумен. — Возможно. Но безумие и гениальность — две стороны одной монеты. Он щёлкнул пальцами, и из теней выступили стригои. Трое. Их красные глаза горели в темноте, как угли. — Дмитрий, — я взяла его за руку. — Их трое. Мы не справимся. — Справимся, — он сжал мою ладонь. — Роза, прикрой нас. Роза уже была в боевой стойке, с двумя кинжалами в руках. — Я прикрою. Стригои бросились. Дмитрий встретил первого, я — второго. Клинки сверкали в темноте, удары сыпались градом. Я сражалась как никогда — каждое движение было отточено, каждая атака — смертельна. Но стригой был быстрее, сильнее. Он отбросил меня к стене, и его когти впились в моё плечо. Я закричала от боли. — Арина! — Дмитрий убил своего противника и бросился ко мне, но третий стригой преградил ему путь. Я смотрела в красные глаза монстра, который держал меня, и чувствовала, как кровь течёт по руке. И вдруг внутри меня что-то проснулось. Тепло. Свет. Магия, о которой я не знала. — Отойди от меня, — прошептала я. Стригой засмеялся. — Ты смешная, маленькая... Он не договорил. Из моих рук вырвался поток света — ослепительного, белого, жаркого. Стригой закричал, его кожа начала плавиться, он отшатнулся, но свет преследовал его, впивался в него, как тысячи игл. Через секунду от него осталась только куча пепла. Я упала на колени. Свет погас. В комнате повисла тишина. Морозов смотрел на меня с ужасом. — Невозможно, — прошептал он. — Ты не контролируешь магию. Ты должна была умереть. — Видимо, я живучая, — прохрипела я. Дмитрий добил второго стригоя и подошёл ко мне. — Ты как? — Жива. Иди к Лиссе. Он разорвал кровавый круг — просто ногой, стерев линии. Магия круга была слабой, потому что Морозов создавал его в спешке. Дмитрий освободил Лиссу, и она рухнула в мои объятия. — Арина, — плакала она. — Я так боялась. — Всё кончено, Лисс. Всё кончено. Морозов попытался сбежать, но Роза настигла его у двери. Она приставила кинжал к его горлу. — Скажи одно слово, и я перережу тебе глотку, — прорычала она. — Не надо, — сказала я, поднимаясь. — Пусть живёт. Он ответит перед Советом. — Он предатель, — Роза не убирала кинжал. — И он получит своё наказание. Но не от нас. Я подошла к Морозову. В его глазах плескался страх. — Ты думал, что победишь, — сказала я. — Ты ошибался. — Ты всего лишь девчонка, — прошипел он. — Девчонка с королевской кровью, — я ударила его в лицо, и он рухнул на пол. — Свяжите его. Стражи прибежали через пятнадцать минут — слишком поздно, как всегда. Кирова была в ярости, когда увидела Морозова в крови. Корнев — мрачен. Но они оба были невиновны, и это я поняла, глядя на их лица. Предатель был один. И он был пойман. Часть шестая: После Лиссу отвезли в лазарет. Врачи сказали, что с ней всё будет в порядке — только синяки и испуг. Роза не отходила от неё ни на шаг, держала за руку и клялась, что больше никогда не позволит никому причинить ей вред. Я сидела в коридоре лазарета, глядя на свои руки. На них всё ещё был пепел стригоя. И свет — тот самый свет, который вырвался из меня — всё ещё пульсировал где-то глубоко внутри, как второе сердце. Дмитрий сел рядом. — Ты спасла нас. — Я едва не убила себя. — Но не убила. Ты контролировала это. Инстинктивно, но контролировала. — И что теперь? Теперь я оружие. Не человек. — Ты всегда была оружием, Арина. Просто не знала об этом. Я повернулась к нему. — Я боюсь, Дмитрий. Я боюсь этой силы. Я боюсь, что однажды она уничтожит меня. — Я не позволю. — Ты не сможешь меня защитить. Никто не сможет. Он взял моё лицо в ладони. — Тогда мы научимся защищать тебя вместе. Я, Роза, Лисса. Мы твоя семья. — Моя семья мертва. — Нет, — он поцеловал меня в лоб. — Твоя семья здесь. И она никуда не денется. Я закрыла глаза. Магия внутри меня пульсировала в такт его дыханию. — Дмитрий, — прошептала я. — Не оставляй меня. — Никогда. Мы сидели в коридоре лазарета, прижавшись друг к другу, и я впервые за долгое время чувствовала что-то похожее на покой. Война не закончилась. Стригои всё ещё охотились за мной. Предатели могли быть и среди тех, кому я доверяла. Но сейчас, в этот момент, у меня было то, за что стоило бороться. Любовь. Дружба. Семья. И магия, которая могла уничтожить мир или спасти его. Выбор был за мной.