Глава 1: Джотаро и Шоко Куджо

У берегов Канарских островов в Атлантическом океане был обнаружен действующий крейсер, покоившийся на дне моря. Внутри три чашки кофе стояли наполовину полными, но никаких следов экипажа не было. Корабль был пуст, без признаков борьбы. Только одна деталь казалась странной — на палубе лежал открытый стальной ящик, разрезанный паяльной лампой. Внутри находились два отсека, словно предназначенные для защиты чего-то. Те, кто видел его уникальную структуру, задавались вопросом о сокровище, которое, должно быть, находилось внутри. Но со временем об этом давно забыли… Джотаро Куджо — 17 лет, рост 195 см. Сын Садао Куджо, японского джазового музыканта, в настоящее время гастролирующего, и Холли Куджо, американки британского происхождения. Также есть младшая сестра, которая учится с ним в одной школе. Это была информация от человека, который сдался полиции после недавней драки, в которой он дрался с четырьмя бандитами, вооруженными нунчаками и ножами, один из которых был бывшим боксером. По словам очевидцев, одинокий боец ​​сломал им 15 костей и полностью раздробил яички, в результате чего они оказались в больнице. «Значит, друзья называют его Джоджо, взяв «Джо» из его имени и фамилии и объединив их? О, боже, это действительно глупо!» — рассмеялся один из полицейских с густой сросшейся бровью. Холли, — сказала американка со светлыми волосами и голубовато-зелеными глазами, в зеленой юбке, светло-зеленой рубашке и жемчужном ожерелье. Она пришла в полицейский участок, чтобы забрать его, после того как полиция объявила, что он свободен из-за увеличения числа арестованных преступников до такой степени, что для них не осталось камер. Ее сопровождает дочь Шоко Куджо, младшая сестра Джотаро. Внешне она похожа на свою мать: светло-коричневые волосы, каре до плеч, похожие на мамину прическу-пучок. На ней стандартная фиолетовая матросская рубашка с бирюзовой лентой и фиолетовая юбка, закрывающая колени, поверх серых чулок со сложенными носками и коричневых лоферов (как школьная форма), а также бирюзовые серьги-гвоздики. Забавно, но у нее также есть прозвище, состоящее из «Шо» в ее имени и «Джо» в ее фамилии, поэтому ее называют «Шоджо» из-за ее юного и невинного вида, хотя ей это не нравится. «Я… мне нужно знать… сколько именно людей убил Джотаро?» — спросила Холли, прежде чем испуганно взять свои слова обратно. — Успокойтесь, мэм. Никто ничего не говорил о том, что он убивал людей, — объяснил толстый полицейский. — Он просто подрался, вот и всё, — подтвердил полицейский с монобровью. После объяснения места преступления и его последствий, а также строгого предупреждения полицейского с монобровью о том, что Джотаро должен подумать о последствиях своих действий, двое полицейских сопроводили Холли и Шоко в его камеру. Когда они уже почти добирались до камеры, Холли в тревоге бросилась к камере сына. Воспоминания об их совместном времени, начиная с первой встречи Джотаро с Шоко после её рождения в больнице, игр в мяч в парке, соревнований по лёгкой атлетике в начальной школе, церемонии поступления в среднюю школу и многого другого, нахлынули на неё. Она звала его, пока он не показался в своей школьной форме — чёрный гакуран с золотой цепочкой на воротнике поверх бледно-зелёной майки, чёрные брюки-клеш и школьная кепка, порванная сзади, которая сливалась с его короткими, растрёпанными чёрными волосами. «Заткнись! Ты меня бесишь, сука!» — крикнул Джотаро. «Хорошо~» — ответила ему его жизнерадостная и весёлая мать, а раздражённая Шоко и двое полицейских следовали за ней по пятам. Не нужно было кричать на неё, когда она беспокоилась о том, что ты в тюрьме… Хотя Шоко так думала, она знала, что лучше не раздражать брата ещё больше. «Клянусь, он очень милый мальчик. Просто он не способен на такое ужасное», — сказала Холли, прежде чем Джотаро откинулся на кровать, заставив полицейского с монобровью пнуть решётку. «Эй, вставай, Куджо! Твои мама и сестра приехали за тобой! Что ты не понимаешь в слове „иди домой“?!» — крикнул полицейский с монобровью. Джотаро, в свою очередь, сердито посмотрел на полицейского, а затем перевёл взгляд на Холли и Шоко. «Тц, значит, не только мама, но и ты, Шоко? Извини, но я останусь здесь. Похоже, в меня вселился злой дух, и кто знает, что он заставит меня сделать дальше. Во время той драки мне стоило всех сил сдерживать его — так что сделай всем одолжение и оставь меня в этой клетке», — сказал Джотаро, отворачиваясь от них. Раздраженный Толстый Коп объясняет: «Понимаете, о чем я? Мы говорим ему, что он может идти, но он отказывается уходить. Извините, что приходится это говорить, но с вашим парнем наверху все в порядке?» «Это же не отель, понимаете?» — добавил Коп с монобровью. В этот момент к решетке камеры подбежали трое заключенных, похожих на его сокамерников, с криками ужаса: один с длинной челкой, высокий лысый и один в розовой рубашке. «Пожалуйста, переведите нас в другие камеры!» — крикнул заключенный с длинной челкой. «Он не врет насчет злого духа!» — запаниковал лысый. Все они отчаянно пытались сбежать от своего нового сокамерника, умоляя перевести их в другую камеру, что побудило Полицейского с монобровью заставить их замолчать, стуча по решетке дубинкой. Затем все услышали звук, похожий на прокол банки, и обернулись, чтобы увидеть, как Джотаро пьет пиво из проделанной им дырки на дне банки. «Что-!?» — воскликнул Толстый Полицейский. «Что ты делаешь с пивом в тюремной камере?! Как ты вообще это туда засунул?!» Выпив банку, Джотаро отбросил ее в сторону. Его сокамерники убежали в угол камеры подальше от него, а Холли и Шоко смотрели на всё это в шоке. «Я же вам говорил, это злой дух. И иногда он любит приносить мне всякие вещи», — объяснил Джотаро. И как только он это сказал, ему в руки влетела манга, а тут же включилось радио. «Теперь ты читаешь Shonen Jump, слушая радио?!» — воскликнул Толстый Коп. «С-сэр, как это вообще возможно?! У нас тут серьёзная проблема!» — запаниковал Коп с монобровью. «Стоп!» — прервал Джотаро, вставая с кровати и снимая шляпу. «Если вы думаете, что это плохо, то почему бы мне просто не показать вам, насколько опасен этот злой дух? Тогда вы поймете, почему выпускать меня отсюда — плохая идея». Когда Джотаро протянул руку, появилась прозрачная фиолетовая рука и выхватила пистолет у полицейского с монобровью. Для остальных она выглядела так, будто парила в воздухе, но Холли и Шоко ясно видели, как рука втягивается обратно к Джотаро. «Что за?..» — воскликнул полицейский с монобровью. «Это мой пистолет у него в руке! Как он смог его забрать?!» «Это действительно плохо!» — запаниковал толстый полицейский. «Ну, а вы видели?» — спросил Джотаро. «Если вы не видели злого духа, то смотрите». Затем он нажал на курок, и Холли и Шоко ахнули, поняв, что он собирается сделать. «Н-нет! Джотаро!» — запаниковала Холли. БАМ! Сокамерники, полицейские, а также Холли и Шоко с ужасом наблюдали, как пуля, выпущенная Джотаро, остановилась в воздухе, застряв между пальцами фиолетовой руки, которую он использовал ранее. «Что-то прямо за мной», — объяснил Джотаро. «Оно привязалось ко мне совсем недавно…» Шоко посмотрела на свою мать, которая всё ещё была в шоке от произошедшего. «У моего отца, Джозефа, странные способности, но что, чёрт возьми, происходит с моим сыном?» Шоко подумала примерно то же, что и её мать. Я знаю, что Они-чан всегда возвращается с боя невредимым, но это же безумие! И никто, кроме меня и мамы, не видел эту руку. Что вообще происходит?! «Папа! Это я, Холли. Папа, мне очень нужна твоя помощь!» Вид «злого духа» Джотаро стал для Холли и Шоко настоящим шоком. Они не знали, что делать, поэтому, как только вернулись домой, Холли решила позвонить тому, кто мог бы знать — своему отцу, Джозефу Джостару. «Что случилось, Холли?» «Правда в том… что Джотаро вчера вечером столкнулся с какими-то хулиганами и был арестован. Полиция говорит, что он может идти на свободу и что я должен заставить его задуматься над своими действиями, но он отказывается уходить. Он думает, что в него вселился злой дух…» «Злой дух?» «Ммм…» Холли кивнула. «…Хорошо, — сказал Джозеф. — не нужно волноваться. Я сейчас же приеду». Холли вздохнула с облегчением, услышав это от отца. «О, спасибо, папа!» «Эй, не волнуйся! Моя единственная дочь в беде? Тогда я приеду в мгновение ока!» — засмеялся Джозеф. Шоко всё ещё была в шоке от событий, произошедших в тюремной камере. Неодушевленные предметы, летящие к ее брату, фиолетовая рука, выходящая из него и даже ловящая пулю, которую он сам в себя выстрелил, — все это только усиливало ее беспокойство за него… Если эта штука может поймать летящую пулю в воздухе, то что она будет делать за пределами тюрьмы? Как долго Онии-чан там пробудет? Сможет ли дедушка Джозеф помочь ему понять, что это за злой дух? Неужели я ничего не могу сделать?! Пока эти мысли крутились в ее голове, она чувствовала себя все более и более беспомощной в этом затруднительном положении. В этот момент ее внимание привлекло слабое свечение. Перед ней предстала фигура женщины, которая не совсем походила на человека. Ее тело было белым, в соответствующем струящемся платье и длинных перчатках, синяя вуаль поверх золотых шипов с синими розами, синие бриллианты, украшающие грудь и руки, и красные туфли на ремешках на щиколотках. Шоко была так потрясена увиденным, что закричала, привлекая внимание матери. «Шоко, что случилось?!» — спросила Холли. «Мама!» Шоко подбежала к маме. Холли была потрясена, увидев светящуюся фигуру, и обняла дочь, поняв, что это то же самое, что и инцидент с Джотаро в тюрьме. Это был «злой дух» Шоко. «Всё в порядке, Шоко», — успокоила Холли. «Твой дедушка придёт и поможет тебе и Джотаро. Обещаю». Несмотря на эти слова, Холли всё ещё волновалась. «Сначала Джотаро, а теперь моя милая Шоко! Что же мне делать?» «Пожалуйста, поторопись, папа!» Привет! Это мой первый фанфик. Я заинтересовался «JoJo's Bizarre Adventure» ещё с тех пор, как его показывали на Toonami, и ещё больше заинтересовался, увидев Стенды и их сходство с Персонами из серии Persona. Но об этом, вероятно, я напишу позже, пока не закончу этот фанфик. Дайте мне знать, что вы думаете об этом, но НЕ оставляйте никаких гадких или неуместных комментариев! ОТКАЗ ОТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ: Я не являюсь владельцем «JoJo's Bizarre Adventures». Сериал принадлежит Араки Хирохико и David Productions соответственно.