Таверна

Орарио — город героев, город дураков. — Хозяин, пивка нам! — прокричала темноволосая авантюристка. Потрёпанная одежда и дешёвая экипировка с головой выдавали её положение в этом городе. — Тц, новички… — сокрушённо пробормотал седовласый авантюрист в асбестовом плаще. — Всё мы были такими, Хейд… А давай‑ка выпьем за старые добрые времена, а? — с задором воскликнул темноволосый авантюрист в тяжёлых доспехах. — Да брось, Гил, какие ещё старые добрые? Или ты забыл, сколько дерьма нам пришлось пережить в молодости? Сам пей, — угрюмо произнёс Хейд. — Ты хоть раз за свою жизнь улыбался? Унылый старый пень! Это же романтика! Приключения! Девушки! — с запалом протараторил Гил. — Кому романтика, а кому — нож в спину! Думаешь, я забыл, как ты увёл Эльзу? Кабель узколобый! — Гулкий удар кулаком по барной стойке на миг погрузил небольшую таверну в звенящую тишину. — Кого ты лечишь? Я с ней начал встречаться только через полгода после того, как тебя бросили. Хотя… Чего сейчас вспоминать о ней… — печально прошептал Гил. — И то правда, — тихим голосом согласился Хейд. — Фух, задолбался, — с тяжёлым вздохом плюхнулся на табуретку пухлый парень в круглых очках. — Чего такие понурые? Вам нельзя, это я тут самый печальный в мире персонаж. Поняли? Пара друзей с едва заметными усмешками переглянулись. — Ты сам виноват, незачем было таверну открывать. А вот был бы авантюристом… — Сдох бы через неделю, — цинично перебил Хейд. — Не слушай его, Лион, ты бы протянул… — попытался поддержать Гил. Затянувшаяся неловкая пауза прозвучала обиднее любых слов. — Умеешь, блин, поддержать, Гил, большое тебе человеческое спасибо, — обиженным тоном выдохнул Лион. Гил со смущением почесал затылок. — Да шучу я, Гил. Не гожусь я в авантюристы, слишком уж труслив, — унылым тоном пробормотал Лион. — И имя под стать — настоящий зверь, — язвительно добавил Хейд. — Эй, меня папа так назвал, поуважительнее, пожалуйста, а то добавлю в твой супчик особый ингредиент, — интригующим голосом прошептал Лион. — А‑ха‑ха, малец, а тебе палец в рот не клади, скажи, Хейд? — Если серьёзно, малец, тебе не помешало бы иметь побольше веры в себя. Не каждый, знаешь ли, способен за полгода из оборванца превратиться в хозяина таверны, пусть и дрянной, — спокойно произнёс Хейд. Выпученные глаза Гила и Лиона говорили о многом. — Спасибо, Хейд, я пахал как лошадь ради этого… Ну… Кажется, пора закругляться, спать хочу. Эй, народ! Все по домам! Таверна закрывается! Недовольный гул наполнил зал. — Вы что, оглохли? Шевелите жопами, да поживее! — жутким скрипучим голосом произнёс Хейд. Стоило старику произнести эти слова, как таверна вмиг опустела. — Обожаю тебя, — театрально утирая слезу, прорыдал Лион. — Ладно, и мы пойдём, да, Хейд? До завтра, Лион! — зевнул Гил. — Ага, бывайте! — спокойно произнёс Лион. Хлопнувшая дверь отдалась эхом в опустевшем зале. Тишина заполнила собой всё, а стучащее сердце казалось оглушительно громким. — Ещё один день прожит… Эх, и где моя милая эльфийская принцесса или кошкожена… Блин, блин, блин, — неразборчивое бормотание ещё долго можно было слышать, пока наконец не замолкло на втором этаже. Ещё один день в городе, что стал центром мира, подошёл к концу…