Глава 5 — Гвалтер что-то скрывает?

— То есть она преследует тебя? И часто она так? Как ты вообще сюда попала.. — Уже четыре года. Я просто.. Пыталась как можно дальше убраться оттуда. Я пыталась и ни один раз. Но она всегда старалась вернуть меня домой и поговорить со мной. - Промямлила Зена. Она кажется была обессилена. — И всё же как она тебя нашла? - поинтересовался Вильгельм, с любопытством глядя на девушку. — Скорее всего она отслеживала моё местоположение по мобильному GPS-трекеру. Я подключена. Телефон я выкинула по пути сюда. Я хочу.. Просто больше не говорить с ней. — Но ведь это не означает, что она была причастна. Ты ведь не видела это своими глазами, возможно её и вписали, как ответственную, но не факт, что она могла что-то решать. Может ты всё неправильно поняла? — Я с лёгкостью приняла её эксперименты в плане искусственного создания жизни, но.. Опыты на людях это перебор. Я ни за что.. - Зена на мгновение замолчала - не стану с ней общаться. Пока она не докажет, что ничего не решала всё кончено. Она могла загубить жизнь того человека под номером 099.. Вильгельм вздохнул. Необычное знакомство было, не правда ли? Когда какая-то девушка просто вываливает на тебя всё это. Но он ей верил. Своими глазами видел и богов и ту девушку в халате. Тогда он строил свои догадки. Возможно Эш действительно хотела Зене только хорошего. Вряд ли в охраняемом здании, в котором творится что-то, что некоторые люди бы не приняли без гарантии, что это безопасно, нашлись бы те, кто одобрили утечку информации об этом всём. Скорее всего её сестра просто хотела поговорить с ней и убедить её, что всё хорошо, может быть, она боялась, что некто вышестоящий узнает о её незаконном проникновении и решит её устранить. Но... Тогда это тогда. А сейчас ведь их отношения вроде как наладились. Не смотря на то, что Эш так и не доказала, что не являлась инициатором. Каким-то образом они наладили свои отношения. Если Зену это устраивало, то и его тоже. Как вдруг телефонный звонок от Минтаки. Напротив него сидела Зена, он посматривал на неё затем извинился и встал из-за столика. — Алло? — Тихо произнёс Вильгельм, приняв звонок, отойдя чуть подальше, — Что случилось? — Эмм.. Ты не занят? — Ответил взволнованный голос в трубке. — Я тут думал тебя спросить.. Ты что-нибудь знаешь о богах? Об их причинах нападения или типо того? — Почему ты спрашиваешь? Что-то случилось? — Повторился Вильгельм. — Кажется мы.. Столкнулись с парочкой таких. Я конечно не хочу верить слухам, но..- — Чёрт, кажется они оба нас увидели! Я перезвоню! — Тараторил в конце Минтака, прежде чем последовал звук сброса вызова. Вильгельм обернулся и посмотрел на подругу, слегка вопросительно приподняв бровь. Он подошёл к ней и сел обратно за столик. — Звонил тот самый подросток.. Ну.. Вроде как глава организации, в которой я и брат теперь работаем. — Нуу? Мне интересно, что он сказал? — Слегка улыбаясь сказала та, наклоняясь ближе, — Неужели у него есть наконец работа для тебя? — Не думаю.. Я не знаю как ему помочь.. Он спрашивал про богов, — тихо и вдумчиво ответил Вильгельм, склонив голову. Зена поменялась в лице, став серьёзной. — Продолжай... — Протянула девушка, смотря на друга заинтересованно. — В общем он сказал, что это потому, что столкнулся с одним из них. Не все из них отличаются внешним видом.. Уж лучше, чтобы это был кто-то вроде мальчика, которого ты встретила семь лет назад. — Кажется он влип. Возможно ему нужна помощь. На самом деле, знаешь, я убедилась, что от них нельзя ожидать чего-то хорошего. — Верно.. Я перезвоню ему... *** — К-кажется они заметили нас. А я ведь говорил, что не хочу развеиваться, — Тихо произнёс Минтака.  —  Как ты вообще это понял? Может тот мужик в красном просто акробат? Не суди по обложке. Вряд ли они решили наведаться сюда.  У него лишь в мыслях крутилось «Да чтоб все акробаты могли так высоко прыгать, чтобы вдарить своему приятелю с вертухи!», но промолчал. — Да, всё верно. Ты ничего не знаешь... — Невозмутимо ответил Гвалтер, прежде чем Мин повернулся в его сторону, а затем глянул на Равинеля. — Он вообще не похож на человека, который любит прогулки по городу, что ты с ним сделал? —  Мальчик сощурился.  —  Ничего! Он не возражал.  —  Понятно... Минтака вздохнул, уже собираясь идти дальше, однако, голос сзади донёсся.  —  Так-так-та-а-ак~ Кто это у нас тут. Человечушка, привет! — Бодро заявил голос позади. «Человечушка» было каким-то неуместным. Нежуели всё таки он был прав..  — Эй, обезьяна белобрысая, чего ты до нас докопался? — Язвительно спросил Равинель, обернувшись и останавливаясь. Минтака просто стоял в оцепенении. Ну, он лишь надеялся, что они выкрутятся. Он просто стоял как вкопанный, рассматривая мужчину. У него были блондинистые волосы слегка короче плеч, на нём было нежно бежевое пальто и брюки, чёрные мужские туфли, на одежде были ремни, рубашка была белой, а также поверх было красивое жабо. Он выглядел опрятно и элегантно, но вёл себя... — Пф, как будто ты мне был нужен, —  Усмехнулся неизвестный и посмотрел на Гвалтера, — вот кто мне нужен... Давно не виделись, Гвалтер. — Вы обознались, —  Тихо заявил мужчина, разворачиваясь и готовясь уйти. Но Равинель остановил его, схватив за куртку. —  Эй, что это значит? Вы знакомы? Но я никогда не видел, чтобы ты общался с кем-то вроде странных задиристых фриков.  —  Я понятия не имею откуда он знает моё имя, Равинель, — Холодно бросил Гвалтер и Равинель отпустил его. На его лице было замешательство и непонимание. Обычно, если кто-то до них докапывался, то брат ставил этих людей на место, а тут с самого начала был не заинтересован. Даже нет.. Вообще не имел желания как-то пересекаться с этим невежей.  —  Не ври ему. Ты отлично помнишь меня.. И я помню тебя... Помню как мы..- —  Мужчина не успел договорить, как ему прилетело ногой в челюсть, от чего тот шикнул.  Тот самый мужчина с косой и в красном костюме с жёлтыми пуговицами и красным рубином по середине лба врезал ему, не дав договорить, удар кажется был мощным. Но.. Когда он успел здесь объявиться? Глаза Минтаки расширились, ведь он всё видел. Примерно. Его скорость была ну невозможно высокой. Он видел его за углом дома, прежде чем тот невообразимо быстро достиг цели. —  Крафт, ты идиот. Чтоб я ещё раз слушал тебя! — Спокойно взглянув на него, а затем ещё удар по лицу и всё также ногой. —  Синь, мне же больно... —  Прохрипел тот, ещё не оклемавшись от этого удара. — Я же сказал тебе, чтобы ты не уходил далеко. Если наши об о всём прознают... Я скажу, что пошёл искать тебя. Забыл, кто я по званию? Ты такое наказание за нарушение устава не переживёшь, обещаю, — Несмотря на свои слова, по видимому, Синь был абсолютно спокоен. —  Очередные не очень блещущие умом люди. Идёмте, —  Спокойно сказал Гвалтер, продолжая идти. —  Уф.. С меня хватит на сегодня гуляний, я разволновался. Пойдёмте отдохнём, —  Равинель зевнул, прикрывая рот рукой. На самом деле прогулки хорошо помогали ему перед тем, как он хотел подремать. Но одному ему было идти просто скучно. — Жалкий человечушка, мы ещё встретимся! Терпеть не могу твой нрав! — Выкрикнул Крафт, но судя по болезненному вскрику ему снова нанесли удар, —  Синь, хватит, я ведь.. Я ведь умру! —  Забыл кто мы? Не умрёшь. Это твой урок. Не связывайся с жителями города. Наша цель иная. —  Ладно-ладно! Понял, отпусти! Ай-ай-ай! Это было ... Неожиданно. И напряжённо. Они наконец добрались до отеля, где их встретил Ган. —  Почему ты на сообщения не отвечал, малец? — С лёгким наездом спросил тот, —  Мы товарищи и я волнуюсь за тебя. — Да ладно, мы просто решили прогуляться, что могло случиться... — Минтака неловко улыбнулся и нервно затеребил край своей тёмно-зелёной формы, отводя взгляд. А затем переводя его на близнецов, надеясь, что они умолчат. Потому что если бы Ган узнал, он бы замучал его своей опекой. Он сам не понимал, почему тот так за него беспокоится, они не так уж и много знакомы. — Да, ничего особенного не произошло, просто передвигались по городу, —  подтвердил спокойным голосом Гвалтер, затем взглянул на Равинеля. —  Всё верно, как и сказал братик. Так что не волнуйся.  На самом деле Минтака не брал ни от кого звонки. Поскольку когда только позвонил Вильгельму Зена ему начинала писать много сообщений с расспросами что случилось, он не мог всем и всё сразу объяснить, так что поставил телефон на беззвучный режим. Поскольку тогда им было не до этого. —  Ладно. Уже довольно поздно. Иди спать, Мин, - более тихо сказал Ган, прежде чем бросить последнюю фразу и уйти в свой номер, —  Спокойной ночи. И вот они разошлись. Равинель лёг первым. А его брат просто уселся на соседней кровати и принялся за чтение. Он наблюдал за ним. Неужели Гвалтер никогда не спит? Он это раньше часто делал.. Но ведь как у обычного человека вообще получалось так поздно ложиться и раннем утром выглядеть так, будто он выспался. Он задумался о том странном мужчине. Вероятно, то прозвище было не просто так.. Это признак отличия его расы от человеческой. Да и тот, что рядом с ним.. Тоже не особо похож на кого-то обычного. Откуда они вообще знали Гвалтера. И почему он говорил, что они встречались... Но у Равинеля уже болела голова от этих размышлений, а потому он устроился по удобнее, стараясь меньше думать о чём либо и старался побыстрее уснуть. Усталость вскоре взяла своё. На следующий день Равинель проснулся как всегда в пустой комнате. На соседней кровати уже никого не было. Старший часто задумывался, спит ли Гвалтер? Он беспокоился из-за его синяков под глазами и тем, как он поздно ложился. Он надел на себя рубашку , пуговицы то и дело выскальзывали из рук, его мысли блуждали в попытке найти ответы на вопросы, которые волновали только его. Он не чувствовал одиночество, это нечто чуждое и неизвестное совершенно, однако, чувствовать, что тебя волнует не то же, что и других это совершенно иное. Отличающееся, но такое же съедающее изнутри и целиком. Когда ты о чём то задумываешься, но спросить будет неуместно, а поискать ответ самому невозможно. И бирюзовый галстук в полоску он завязал, спрятав под воротник и вышел на улицу в одних шортах, пытаясь привести мысли в порядок, вдохнув свежего летнего воздуха. Он облокотился на небольшой забор, который являлся частью небольшой веранды отеля. Он бы хотел вернуться назад и всё исправить. Он всегда хотел быть первым во всём, быть лучшим. Хотя его к этому никто не принуждал. Именно. Никто не ждал от него лучших результатов. Ни мать, потому что он был старшим сыном, ни отец, ни окружение. Матери было всё равно, неважно, сколько баллов он получал за занятие, его всё равно любили и хвалили. Что бы он не делал. Он не считал. Не считал, что заслужил такое хорошее отношение. И всегда очень старался. Он преуспевал в учёбе. Хотя не любил читать, над чем-то сильно и безустани работать умом. Но всё же это выходило легко. Совсем не трудно. Он старался преуспеть во всём. Даже занялся музыкой. Но.. Почему мызка? Потому что музыка это веселье.. Это не так легко, но и не совсем сложно. Но когда ты напрягаешься, учишься игре на музыкальном инструменте, слушая прекрасный звук это завораживает. Придаёт тебе уверенности и гордости. Или желания работать над собой до тех пор, пока ты не будешь удовлетворён результатом. И ему не нравилась спокойная музыка, скорее классический рок. Но.. Да, он так и не стал может музыкантом. В связи с тем, что ему пришлось бросить учёбу и стать хорошим солдатом. От призыве к службе никто не вооружён. Закон страны не изменить. И в прочем его младший брат близнец тоже. Он вообще никогда не ладил с оружием. Поэтому первое время ему далось сложновато. Но.. Со временем и набравшись опыта он стал и хорошим стрелком. Но ужасным тактиком. Потому что он слишком резкий и активный человек, не умеющий ждать. И под влиянием адреналина и азарта он мог быть способным на всё, что угодно. И его шутки.. Очень были не по вкусу сослуживцам. Резкость в общении, самодовольство, подколы. Это отталкивало. Но даже так он не страдал от одиночества. Он просто наслаждался тем, что люди выказывали недовольство, но терпели его. Но он всё ещё не был жестоким или каким-то психопатом. Скорее отличался своим дерзким нравом от большинства. А к брату как он относился раньше.. И как сейчас.. Это огромная разница. Казалось, раньше он был готов вечно принижать, отчитывать Гвалтера, пытаться обогнать его в чём-либо, всегда стремился быть лучше. Ведь Равинель был старше. Это ведь он имел абсолютное на это право. Даже нет, обязанность. Чтобы защищать его, отчитывать в моментах. Но.. Гвалетер словно по иронии судьбы старался не давать ему повода. Но ведь это противоречило его желанию иметь такие родственные отношения. Чтобы его ставили в пример, как и подобает. Может это стереотип. Но. Равинель и не помнил, когда последний раз старался мыслить шаблонно. Как все. Нет, он отличался. И хотел этого. Хотел быть чем-то вне этой серой одинаковой массы людей. Но.. Не то, чтобы он ненавидел Гвалетра. Но он часто мог завидовать, что ему доверяли больше. Его часто вспоминали. Его хвалили. А он! Он ведь просто словно не слышал это. Как будто это обычное дело. Или пустой звук. Просто казался нелюдимым. Перекидывался парой слов, славился спокойным нравом. Расчётливостью, которой ему так не хватало. Всё, чего не доставало Равинелю было у его младшего брата. Казалось бы, глупый конфликт. Это теперь он так считал. Но для него это многое значило. Однако... Его отношение изменилось. Он осознал, что.. Это так глупо. Быть лучше? Заслужить внимание, уважение? Зачем? Чтобы что? Чувствовал ли он себя лучше, когда о них двоих пошли слухи. Его называли жестоким и кровожадным, неуравновешенным. Он себя таким не считал. Он просто делал то, что был должен. Пускай и был всего лишь инструментом государства по разрешению межстрановых конфликтов его никогда не брала злость. Он лишь пытался не думать об этом. Воспринимать всё как новый опыт, при нужде превращать что-то в глупую, но шутку. Потому что так было легче переносить происходящее. Но до него дошло. Что никому нет дела, будет ли он лучшим старшим братом. Хотя разница не большая. Но ведь это был шаблон? А просто быть лучше это то, к чему стремился каждый человек по своему. И у него это было так ярко выраженно. Но в тот злополучный день он заметно ослаб, от всех этих внутренних конфликтов, переживаний он был немного не в себе. Его накрыла странное тревожное чувство, которое никак не проходило. По большей части.. Он ведь тоже успел привязаться. И потеряв человека, к которому был неравнодушен, как к маленькому другу он осознал, что это не превратить в шутку. С ним может что-то случится. В конце концов, он в два раза старше него., он должен был что-то сделать. Он чувствовал себя виноватым. Поскольку, они ведь в тот момент на наблюдательном посту он не должен был уснуть, чтобы следить за обстановкой. Но в тот момент его всё таки потянуло в сон. И он и не заметил, как уснул. И посреди ночи случилось уже непоправимое. Он пробовал искать Лина. Но безуспешно. Гвалтер лишь просто спокойно сказал ему, что у них есть дела поважнее. Ведь там явно что-то происходило. И им обоим нужно было узнать о ситуации и сообщить. И всё таки, когда Равинель был в опасности младший спас его. И тогда он осознал, что всё то время тот невзирая ни на что пытался помогать ему, поддерживать его, но не так явно и в конце концов пожертвовал собой. Он осматривал улицы, освещаемые лучами солнца, просто стоя вот так, облакотившись на перила и наблюдая за окружением. Он заметил какие-то движения в беседке. Но двое находящихся людей просто молчали. Он присмотрелся, она находилась не так далеко и обычно люди из отеля использовали это небольшое помещения для того, чтобы курить. И ему не потребовалось много времени, чтобы узнать в них Гана и совего брата. Он подошёл ближе. — Эй.. Гвалтер? Ты же вроде не куришь, что случилось?  — Оставь его. Хочет - пускай. Вы оба взрослые люди, ты не можешь ругать его как какого-то школьника, — невозмутимо ответил Ган, затягиваясь в очередной раз. Он был серьёзен. — Но.. Я просто беспокоюсь.. В последнее время я очень много думаю о, — он замолчал, не зная, как формулирвоать всё это.  — Гвалтер мне обо всём рассказал. Я знаю что на самом деле произошло тогда. И почему Мин не отвечал на мои звонки.  — Да, но..! Дело не в этом, — Равинель начал, но его оборвали на полуслове. — Мы ведь и раньше встречались с подобными. Мятежники. Ублюдки. Ошибка науки. И вам повезло. Ведь они кучкуются разными группами, а вам попалась довольно.. Безобидная. Потому что просто так они не нападают на граждан. Их цель лишь те, кто во главе государства. Может, они просто мстят за то, что их отовсюду гонят и ущемляют в правах настолько, что они не могут быть больше чем инструментом? Вероятно. — Гвал, я просто.. Я не знаю как тебе объяснить. Но помнишь того, кто дал тебе то прозвище? Вряд ли это просто обычный хулиган, раз он водится с неким подобием человека.. И вёл он себя так, будто вы давно знаете друг друга. — Что ты хочешь этим сказать? Он просто ошибся, — Ответил ему Гвалтер, потягивая сигарету вновь. — Но.. Ты так и не сказал мне куда пропал на целый год.. И.. Я подумал, быть может тогда вы и встретились, ты просто не помнишь? Или не хочешь говорить? Ведь всё остальное время мы особо никогда не разделялись.  — Не пытайся связать то, что связать между собой по смыслу невозможно. В чём ты меня подозреваешь? — Ни в чём, я просто волнуюсь.  — Не вмешивайся, если он не хочет это обсуждать. Серьёзно, ты перебарщиваешь. Твоя чуйка на неладное может быть ложной.  — Всё верно. Просто оставь нас двоих. Может заглянешь к Минтаке? Составь подростку компанию, возможно, ему скучно. Я думаю ты хорошо ладишь с теми, кто младше тебя.  Равинель застыл. Он всё ещё не мог формировать свои беспокойства во что-то осмысленное. Он хотел обо всём спросить. Но не просто так вывалить вопросы вроде: Почему ты так мало ешь, почему я редко вижу, что ты нормально спишь, откуда в тебе столько сил, если ты словно не живёшь, а существуешь, почему? Почему? Почему? И в то же время Гвалтер не выглядел истощённым. Уставшим. Он всегда выглядел так, будто он в порядке и его ничего не волнует. Но.. Какая-то странная и еле заметная перемена в его поведении всё-таки случилась, он не знал, какая именно. Но что-то явно заметил.  Он вздохнул. Возможно, ему не стоило копаться в нём и пытаться искать ответы. Возможно это всё беспричинное беспокойство и ему стоило остановиться. Пока не поздно. Конечно, он не думал, что их отношения можно чем-то испортить, особенно такой мелочью. Но вот так нагло лезть в чужую жизнь и надоедать с расспросами было бы слишком. В конце концов, его беспокойства они только его и ничьи. И не факт, что они обоснованы. Он это понимал. И всё же это беспокойство никуда не делось. Даже когда он зашёл к Минтаке, чтобы пообщаться, в конце концов, предложить ему сыграть карты от нечего делать, чтобы скрасить скуку. Но с ним он о произошедшем не решил говорить. Просто старался отвлечься от этого.