Глава 6 — Сыграем в шахматы?

Равинель долго не мог найти себе места, беспокойство о случившимся накрыло его с головой. В конце концов, никто иной, как бог знал его младшего брата, он не мог не беспокоиться. Сейчас он стоял и наблюдал за тем, как тоненькая струйка горячего напитка из автомата льётся в стакан. Если такой всё же и питал к нему ненависть, это было бы плохо. Никто не знал, чего можно ожидать от подобных нелюдей. Конечно, он не сомневался, что Гвалтер не слабый и беззащитный маленький щенок, и что непременно был бы хорошим таким противником любому. Но когда в другом скрывалась нечеловеческая сила, стойкость, то это стало бы не боем, а скорее избиением. По крайней мере, это нельзя было исключать. И Равинель много об этом думал. Он задумался. Возможно, он его знал из слухов и рассказов и прочего. Но тогда почему старший из близнецов ему был безразличен? У него возникали мысли, что его младший брат и тот странный тип встречались именно тогда, когда тот на время исчез. После того конфликта с Ганом. Он никогда не замечал, чтобы Гвалтер уходил куда-то или с кем-то встречался, нет, он был слишком нелюдим, но не совсем без души. Он помогал другим, когда это требуется, уважал других, не был никогда похож на высокомерного хладнокровного ублюдка. Равинель так не считал. Действительно ли кто-то мог так обознаться? И почему Крафт назвал его по имени.. И странной кличке да и с менее дружелюбной манерой, скорее она была высокомерной и насмешливой. Хотя.. Старший иногда задумывался, что может накручивать себя. Кто знает, может это просто какой-то псих? Он вздохнул и постарался собраться с мыслями, готовя себе самый горький кофе, что вообще существует на первом этаже в холе отеля. Горячая струйка душистого напитка медленно вливалась в стакан, а на поверхности образовалась нежно коричневая пенка, он ощутил уже через стакан, насколько горячим было содержимое. слегка громкие шаги раздались по полупустому большому помещению, Равинель закрыл крышкой стакан и вставил трубочку, когда те уже стали слышны лишь в нескольких метрах не выдержал и обернулся, взглянув в ту сторону. Ему было просто любопытно. Это был Мин. Они мгновение молчали, прежде чем Равинель, которому вдруг даже стало как-то неловко, когда тот остановился, очевидно его заметив, произнёс: — Эй, мелкий, — улыбнулся он, махая свободной рукой в знак приветствия, — не видел моего брата? С самого утра его не вижу.. — А что, это так необычно? Хотя.. Извини, мне не понять, у меня нет родственников, — Мин вздохнул, опустив голову, — нет, не видел. — Ты всё ещё переживаешь? Знаешь, Мин, — мальчик напротив слегка вздрогнул. До этого он никогда не называл его по имени. Обычно "Эй мелкий!" "Малыш" и "Парень". Что-то вроде того. — Я не раз встречал богов. Хотя мы не знаем точно кто они... Обычно такие делятся на группы. И.. Было бы хорошо, если бы они были из относительно неопасных. — Ты всё рассказал в итоге? — Спросил Мин. — Д..- Что?! Как ты узнал? — Равинель насторожился, он казался встревоженным. — Я не думаю, что ты умеешь хранить секреты это во первых.. А во вторых ты поднимаешь эту тему здесь абсолютно не стесняясь, что Ган может услышать. Значит скрывать, вероятнее всего, нечего. Равинель приоткрыл рот от удивления. Да ну? Его так быстро раскусили? Прямо как фальшивого дрессировщика... Да и тем более всего лишь мальчишка. Затем он рвано вдохнул воздух, наполнив им лёгкие, прежде чем устало вздохнуть, и потереть виски. — Ах, ты просто.. Это не совсем так. Ган узнал от Гвалтера. — Не оправдывайся, я не думаю, что ему это было бы нужно, — как-то обиженно произнёс младший и заметно скис, — он менее похож на того, кто относится к чужому желанию сохранить что-то в тайне с пренебрежением. — Но это правда! Я случайно увидел их обоих в беседке.. И Ган мне прямо сказал, что всё знает. Они оба курили... Я забеспокоился. Потому что мой младший брат никогда не курил! Знаешь, это чертовски странно. Он даже капли крепкого в рот ни разу за жизнь не брал, говоря что это ему не нужно, представляешь моё удивление? — Я понимаю, — Кивнул Мин, а затем замолк, выслушивая подробности у Равинеля, иногда слушая его, но задумавшись, — Продолжай... Мин почувствовал, как это было чем-то знакомым. Он откуда то помнил запах сигаретного дыма. Почему-то ему было это знакомо. Но ведь он не курил и не стоял с курящими рядом никогда. Ему было это противно. А с учётом того, что люди пытались этим успокоить нервы, когда опечалены или в стрессе — запах ассоциировался с отчаянием, стрессом. И он часто слышал такие оправдания. Хотя был против того, что люди так портят себе здоровье. *** — Скажи честно, зачем? — Спрашивает Гвалтер тихим, но всё ещё ровным голосом, с отстранённым видом склоняя стакан с виски в разные стороны, из-за чего содержимое переливается из стороны в сторону. — Зачем что? — Уточняет сидящий рядом, смотря на собеседника. — Нет, даже не так... Пускай вам и удалось создать лишь подобие людей, более полезное в бою.. Но зачем им чувства? Мужчина ухмыльнулся и хмыкнул, явно не впервые подумав об этом. Он отпил немного элитного виски "Golden Days", прежде чем ответить. — А сам как думаешь? — Снова также непринуждённо спросил мужчина. — Эмоции.. Чувство боли.. Это может как стимулировать и вдохновлять, как и.. Уничтожать изнутри. — Эй, 99, чего ты так скис. Какой-то ты депрессивный. Обычно нейтральный.. Что-то случилось? — Слегка обеспокоенно спрашивает мужчина в костюме. — Хватит увиливать от ответа! Я объясню, как только ты ответишь. — Тебе так интересно? Ладно, что ж.. Я расскажу тебе, — мужчина вздохнул и покачав головой, улыбнулся, —всё потому что чувства и есть стимул к действиям. При чём один из самых сильнейших. Сильнее принуждения. И это тебе не высококачественные ИИ. Это выведенная целая форма жизни.. Их нельзя запрограммировать на определённую задачу, чтобы сделать хладнокровными бойцами. — Звучит логично... Это было важно для меня, чтобы начать. — О, так ты расскажешь мне? Я весь во внимании! — С интересом и ноткой любопытства отозвался мужчина. — Конечно, просто, не перебивай меня.. Помнишь 012? Я встретил его недавно. — О, так он всё таки был в числе покинувших лабораторию, ожидаемо. — Так вот.. Почему я заговорил про чувства.. Я думаю, что он испытывает ко мне ненависть и зависть, что-то.. Близкое к человеческому. — Так он же ненавидит людей, разве не так? Он, вероятно, слишком горд, чтобы завидовать людям. Слабым, по его мнению. — Не знаю... Гвалтер предельно ясно помнил те дни, проведённые там. Он давно знал о существовании этого места... Просто потому что ему всегда доверяли информацию. Зная, что ему не нужно никому её раскрывать, он этим не интересовался. В целом, он слишком молчалив. И когда в тот день он был сильно ранен. Буквально, его вскрыли как какой-то бездыханный кусок мяса и кожи на койке в морге, только поперёк. Да и его глаз.. Тоже пострадал. Из-за чего он сейчас и носил повязку. Это рана была памятью о его защите близких, о цене, которую он заплатил. Око за око, зуб за зуб. Насилие лишь порождает ещё больше насилия, насилие в двойне это больше смертей, крови. Запах отчаяния уже давно впитался в эти земли Ириса, пропитывая их до самого ядра красной смесью. И Гвалтер подумал. Да пускай хоть весь мир в лепёшку расшибётся, но... Его не должны больше ломать, ранить, убивать. Потому что он не должен умирать, не сейчас. Он хотел жить. Защищать тех, кто ему был действительно дорог и дальше, а не жертвовать собой один раз и оставлять близкого ему в одиночестве, заставлять тосковать по себе, страдать от осознания непоправимого. Это слишком жестоко. Он знал, как разлука может навсегда изменить чью-то жизнь, особенно такая. Да, пускай это было бы самым явным признаком и проявлением любви и защиты, поддержки, чтобы ценой своей жизни спасти другого. Но ... Если бы всё так вышло, Равинель бы мог винить себя. Да, может он и был дерзким, язвительным, но не без совести, не без чувств. — Так ты же обычно не пьёшь? Что на тебя нашло, ты с братом поссорился? — Нет, дело не в этом. Я просто.. Не хочу ему обо всём говорить. А он волнуется, спрашивал меня, откуда 012 знает меня. Потому что подозревал, что он один из них. Хотя у 012 сейчас есть имя. — Понимаю... — Сказал мужчина, потягивая виски. — В любом случае, он всегда относился ко мне, как к слабому. Я человек, а он высшая форма жизни. Вот и в этот раз он увидел меня, он искал меня. Возможно он недолюбливает меня из-за того, что меня никто там не держал, я ведь по своей воле попросил это сделать со мной. — Мы просто заботились о безопасности. Мы должны были точно убедиться, что солдат готов морально и послушен, он не должен обижаться. Если будет случай.. Скажи ему это. — А.. Я видел ещё с ним 009. Почему он был с ним? — Ну, помнится мне они хорошо общались, когда мы держали их внутри SSLEG. До того как 009 проявил себя хорошо и несколько раз мы экспериментально отправляли его на пару миссий. После этого я не замечал, чтобы они общались друг с другом, скорее игнорировали друг друга. — Но почему сейчас он стал одним из тех кто восстал против нас? Точнее.. Вас. Не меня. А может и меня тоже, не знаю, что 012 хотел от меня. В любом случае 009 его остановил. — Ну... Он остановил наверняка потому что ты не был их целью. И у него всегда было слишком развитое чувство справедливости, сдержанность, ум. И в бою он довольно неплох. Сдержанность? Промелькнул вопрос у него в голове. Учитывая, то, как он ударил своего коллегу — сдержанностью там и не пахло. Может это он лишь сотрудникам таким запомнился. — Мне интересно.. Сколько таких лабораторий по всему Ирису? — Спрашивает Гвалтер, в его выражении сквозит серьёзность. Его стакан уже почти полностью опустел за этим разговором. — Я слышал что их всего три. Я точно не знаю, где другие расположены. Наверняка в других странах. Это ведь всемирная проблема, наверняка к этому причастны большие страны как Астерелия и Лэнмун. — Понятно... Как думаешь, я.. Могу ему признаться куда исчез тогда? — Спрашивает тихо Гвалтер, поджимая губы. — Брату? Когда ты посчитаешь это нужным, то поговори с ним. Но для начала.. Если тебе это трудно, то тебе стоит подготовиться морально. Хотя.. Ты всегда кажешься таким спокойным, что ты вообще ни о чём не беспокоишься и всё решаешь с холодной головой. — Хорошо... *** — И знаешь, как он со мной разговаривал? Знаешь, будто просто пытался избежать этой всей темы, пытался выставить всё так будто я зря беспокоюсь! Равинель в так своим словам жестикулировал свободной рукой, а вторая рука держала игральные карты, пока он всё это рассказывал, на эмоциях. Хотя его тон немного отличался, да и выражение лица было другое. Минтака это заметил и в замешательстве посмотрел на него, задумавшись. — Кстати, Рав, я выиграл. Равинель недолго хлопал ресницами после этих слов и взглянул на стол, и раздражённо возмутился. — Нечестно! Мелкий пацан меня выиграл.. Да я.. Да я..! Я вообще думаю, что ты сжульничал. — Не знаю, кто сжульничал, но это точно не я. Равинеля словно током ударило от этих слов, это звучало как догадка. Да, он действительно любил жульничать. Но в этот раз ему это не помогло. Всю игру он высказывался мальчишке о том, что думает, о чём он догадывался и что его беспокоило. — Ладно, так уж и быть.. Может ты был прав.. Я постараюсь поговорить с ним спокойнее.. Буду контролировать себя. — Вот и хорошо. Гвалтер вернулся в номер, обнаружив что его брата ещё нет. Он как всегда, чтобы скоротать время и немного отвлечься от волнения внутри и хоть как-то подготовиться к предстоящему разговору. Почему-то за этот день он стал чувствовать себя уставшим. Впервые за долгое время. Но устали не его ноги, руки, нет, скорее голова от всех этих переживаний на счёт произошедшего разговора. Он не был мастером показывать свои эмоции, из-за чего все и думали, что он действительно непробиваем ничем. Но это далеко не так. Он тихо вздохнул. А затем услышал шаги у двери. Как он, однако, вовремя. Появился раньше него.. Он думал, стоит ли поговорить об этом сейчас. Как только дверь открылась последовал вопрос. — О, ты вернулся.. Где ты был? — Спросил Равинель, немного чувствуя обеспокоенность таким резким исчезновением. — У друга. — У какого? — У меня не может быть друзей? — Я не видел. — Если ты не видел это не значит, что их нет. — Что ты хочешь этим сказать..? — На лице Равинеля читалось непонимание и лёгкая взволнованность. — То, что есть люди, которые меня знают, но которых ты не мог видеть. — О чём ты? Ты о.. — Равинель замолчал, догадываясь. Перед глазами пролетели моменты. И о том, как они встретили тех двух, а также о том, как Равинель пытался спросить его об этом. Всё встало на свои места. И почему Гвалтер так себя вёл и почему избегал темы. — Да. Я соврал. Потому что мне нужно было время. Равинель замолк, внимательно наблюдая за таким Гвалтером. Обычно спокойный, тихий и не многословный серьёзный младший брат вёл себя так. Его охватило чувство странной почти призрачной тревоги и надежды. — Так ты хочешь рассказать мне о чём то? — Да. Спроси меня снова. Старший близнец поджал губы, обдумывая, чтобы спросить первым. Волновали его оба вопроса и одинаково сильно. Но он решил начать с того, с чего начинал прошлый раз. — Откуда он тебя знал? Кто это? — Это один из богов. Минтака был прав. И я знаю его. — Но откуда? — Я ведь пропал. Ненадолго.. Но этого было достаточно, чтобы встретиться с ним и узнать его вблизи. — Но где? — SSLEG. Лаборатория на окраине Литвела. — Как ты туда попал вообще? — Равинель обеспокоен. Это всё.. Звучало как непонятное хождение вокруг до около. — Когда Ган сильно меня ранил.. Я попросил сделать меня генетически модифицированным, внести изменения в моё тело. Равинель опешил... Что же получается, Гвалтер действительно стал лабораторной крысой, но зачем? Он не понимал. Зачем... Он схватил младшего за галстук. — Но зачем? Зачем?! Ты должен был обратиться в больницу. Чего ты хотел? Они могли запросто убить тебя своими эксперементами, сделать нелюдем, как эти ублюдки, Крафт и.. Или как их там, — Свободной рукой он активно жестикулировал. Его лицо исказилось от смеси злости за беспечное отношение Гвалтера к самому себе, а также непонимания. — А если бы я умер? — Не неси бред! Ты что, пил?! От тебя несёт, — Раздражённо процедил тот и резко ослабил хватку, а затем полностью отстранился, — Ты бы не умер. Я бы не позволил. Не без меня. — Родились вместе.. Погибнем тоже вместе? —Тихо усмехнулся тот, хотя его лицо было почти беспристрастным, — Я не оставлю тебя одного. Потому я это и сделал. Ты единственный оставшийся у меня родственник. Я слишком ценю тебя, чтобы оставить тебя. — Ты.. Ты.. — Равинель не знал, что сказать, он слегка нахмурился и просто попытался защититься от этого непонимания, взволнованности, излишняя драма.. Или нет? Неважно, главное слова сами слетели с его уст. — Ты пьяный дурак. Я отомщу тебе, если это всё окажется пьяным бредом. — Но я говорю правду.. — Ну спасибо, — он театрально вздохнув, покачал головой, упёр руки в бока, — Что ты наконец открылся мне. Хоть ты и не трезв. Никогда не видел тебя таким.. Мог бы и на трезвую голову поговорить, знаешь ли, я не кусаюсь. — Кусаешься или нет, а я просто.. Устал. Устал от своих запретов. И секретов. И мне захотелось изменить всё это. Всё и сразу. — Да не может быть.. Боже. Я никогда бы не подумал, что за все свои 22 года ты можешь выкинуть что-то подобное. Хотя я всё ещё не понимаю.. — Тссс..Тс... — Гвалтер слабо улыбнулся, приставив палец ко рту. — Я не хочу ещё больше портить тебе настроение. Говоришь.. На трезвую голову? Хорошо. Так и будет. Наберись терпения. Равинель раздражённо цыкнул. Наконец-то он узнал истинную причину этого странного поведения. И он вполне верил Гвалетру. Его младший брат последний, кому нужна выгода от обмана или нести всякий бред. Это не в его репертуаре. Да и ему самому это тоже не нужно. Он тоже ценил честность и открытость. Хотя сейчас она, вероятно, определённо выходила из привычных шаблонов. Но искренность ведь была настоящей, не так ли? Может, у него были причины. Может он сам не видел, насколько всё было плохо? — Заткнись, братец, дурак. Есть у меня терпение. Просто.. Это неожиданно. Ты ещё никогда так мне не открывался, вечно молчишь как рыба. — Хватит придираться к словам. Лучше... Сыграем в шахматы? — Он мягко улыбнулся, хотя не сказать, что он напился до беспамятства, нет. Просто казался более.. Естественным. Необычным. Равинель это заметил. — Шахматы? Ты разве не знаешь, что я не особо хорош в них, да и я слишком.. — Импульсивен? — Да. Такие игры не для меня. Да и тем более.. Мало ли что ты выкинешь. Ты пьян. Просто... — М? — Ложись спать, младший брат. — Мне особо не нужно спать, знаешь. — Заткнись и ложись! Проспись сначала, боже. — Шикнул на него старший и легонько толкнул его на кровать и кинул в него одеяло, резко, не с заботой. Хотя на его лице было смятение, но он старался просто быть настойчивым и добиться своего. — Ладно. — Спокойной ночи, пьяный придурок, — последнюю фразу он проговорил еле слышно, прежде чем выключить свет и лечь в свою кровать. — Я тоже тебя люблю. Равинель только промолчал. Это странное и необычное поведение не укладывалось в его голове. Прежде чем уснуть он думал обо всём, что сказал Гвалтер. Возможно, он напился просто чтобы открыться ему. Тогда он безрассуден. Пить в таких количествах явно не стоит. Хотя.. Кто знает..? Может у его печени теперь иммунитет к спиртному и он не может причинить себе им вред? Он тихо усмехнулся. Эта шутка в его голове позабавила. Но он ценил эту возможность узнать собственного младшего с другой стороны. Более эмоциональной. Более.. Другой. Это было всё необычно, неожиданно, но он рад, что всё прошло лучше, чем он ожидал. Он изначально пытался догадываться.. Но это? Он пока ещё не думал об этом. Но думал о том, что возможно, он мог например работать с кем-то из отступников. Он бы принял это. Неважно, что бы такого не произошло и что бы Гвалтер не совершил, то в конце концов.. Он всё равно его младший брат. Всё таки даже Гвалтера тоже нужно ругать. Не такой уж он идеальный и стоический. Он такой же.. Человек. Даже после сказанного Равинель не отнёсся бы к нему как к монстру, нелюдю, он был уверен, что у того были причины. Хотя другие люди, вероятно, были бы другого мнения.