Глава 7. Пасть Дракона

      Пробуждение было резким, словно кто-то дёрнул невидимую нить, вырывая Мэйли из вязкого, липкого сна без сновидений. Она открыла глаза и несколько секунд смотрела в пустоту, не понимая, где находится. Воздух был холодным и пах сыростью, мокрым камнем и едва уловимым запахом гари от вчерашнего костра.       Она лежала на чём-то твёрдом и неровном. Осознание возвращалось рвано, по кусочкам: пустыня… жара… оазис… Шен… и это место. Узкая расщелина в скале, где они остановились на ночлег.       Рядом кто-то шевельнулся. Девушка повернула голову и увидела силуэт Зуко. Он сидел у самого входа в пещеру, обхватив одно колено рукой, а второе вытянув. На фоне светлеющего неба его фигура казалась вырезанной из самого тёмного полотна ночи.       — Который час? — её голос прозвучал надрывно, горло пересохло.       Принц не обернулся. Он продолжил смотреть на восток, где небо только начинало светлеть.       — Почти пора. — бросил он коротко. — Рассвет.       Художница села, поёжившись. Она машинально завернулась в дорожный плащ юноши, который он так и не забрал вчера, чувствуя едва уловимый запах — смесь дыма, кожи и чего-то неуловимого мужского. На мгновение она позволила себе вспомнить, как уютно ей спалось этой ночью, укрытой от холода его заботой. Это было странное чувство. Ощущение безопасности, исходящее от человека, который сам был воплощением опасности для большинства людей. Девушка поднялась на ноги, разминая мышцы. Каждый сустав протестующе заныл, но жаловаться было некогда.       — А где лошади? — спросила Мэйли, подходя к выходу из расщелины и вставая рядом с Зуко.       Он кивнул куда-то в сторону узкой боковой щели в скале метрах в двадцати от них.       — Я отвёл их туда на закате. Там есть немного тени и какой-то сухой кустарник. Они будут в безопасности. Мы заберём их на обратном пути. Если он будет.       Последние слова юноша произнёс так тихо, что девушка не была уверена, не послышалось ли ей это. Но тон был мрачным. Слишком мрачным. Она поёжилась, но уже не от холода, а от дурного предчувствия.       — У нас мало времени. Шен сказал, что мы должны бежать, и что опасность ждёт нас на закате. — он посмотрел на компаньонку долгим взглядом, в котором были усталость и стальная решимость. — Пойдём? — Мэйли кивнула, плотнее запахивая его плащ. Они быстро собрали свои немногочисленные пожитки, затушили остатки костра песком и двинулись дальше.       Солнце только только начало подниматься, когда они достигли входа в Пасть Дракона. Это было не просто ущелье. Это была рана на теле земли.       Перед ними разверзлась гигантская расщелина — два огромных красных скальных «клыка» смыкались под углом, образуя узкий, извилистый проход, уходящий вглубь земли метров на сто. Дно тонуло в густой тени, которая казалось чёрной лужей разлитых чернил.       Художница остановилась на краю, глядя вниз, а дыхание то час перехватило.       — Выглядит… гостеприимно. — пробормотал Зуко, становясь рядом с ней. Он поправил сумку на млече и машинально проверил рукояти своих палашей за спиной — жест, выдававший его внутреннее напряжение.       Мйэли достала карту из сумки. Бумага слегка помялась по краям, но линии были чёткими.       — Смотри. Видишь этот изгиб? Это Пасть. А вот здесь… — она провела пальцем по извилистой линии. — Должен быть узкий проход между скалами выше по стене. Он называется Горлом.       Юноша наклонился ближе, чтобы лучше видеть рисунок в слабом утреннем свете.       — Значит, нам нужно подняться? Просто великолепно.       В его голосе не было злости, в нём была усталость человека который знает: самый трудный путь — единственно верный.       — Другого выхода точно нет? — спросил он, выпрямляясь и глядя прямо перед собой.       Девушка покачала головой.       — Карты показывает только этот путь. Если мы спустимся на дно, то окажемся в ловушке. Там тупик.       Зуко глубоко вздохнул, выпуская изо рта облачко пара.       — Тогда идём. Чем раньше начнём этот кошмар, тем раньше его закончим.       Они начали спуск по изрезанной трещинами стене каньона. Первые полчаса идти было относительно легко. Тень от высоких стен была широкой и плотной, защищая от зноя, который неизбежно должен был прийти позже. Тропа была усыпана крупным песком и мелкой галькой, которая противно скрипела под ногами.       Художница шла, постоянно сверяясь с картой и глядя под ноги. Принц чуть шёл сбоку, как телохранитель, настороженно вслушиваясь в тишину и поглядывая наверх — на отвесные стены из красного песчаника.       Диалоги были короткими и редкими, они берегли дыхание.       — Здесь поворот? — спрашивал Зуко.       — Нет. Нужно держаться левой стены, там будет разлом.       — Вижу.       К полудню жара стала невыносимой. Тень отступила к самому дну, превратившись в узкую полоску прохлады у основания стен. Теперь солнце било почти вертикально вниз. Стены каньона начали излучать жар обратно, превращая проход в гигантскую печь из красного камня.       — Дышать… нечем. — прохрипела девушка через час этого ада, вытирая пот со лба. Волосы прилипли к мокрой шее сосульками. Они только что вскарабкались на отвесной скальной балкон и остановились на пару минут, перевести дух.       И тут случилось это.       Сначала послышался звук — не гул ветра или шорох песка от их шагов. Это был другой звук: низкий, утробный скрежет хитина о камень и сухой шорох тысяч мелких лапок, одновременно пришедших в движение по песку и из трещин в стенах.       Художница замерла как вкопанная.       — Что это? — пршептала она одними губами.       Зуко схватил её за плечо и резко дёрнул назад, прижимая спиной к раскалённой стене, заставив девушку зашипеть от боли сквозь зубы.       — Тихо! Не двигайся!       Из каждой щели в стенах каньона начали появляться они. Гигантские пустынные скорпионы. Их панцири цвета ржавого железа идеально маскировались под красный песчаник скал, но сейчас они двигались — и это было жуткое зрелище. Размером с крупную собаку, а может и больше, они медленно выползали из своих нор. Их клешни размером с человеческую голову щёлкали в предвкушении добычи с сухим костяным звуком, а изогнутые хвосты с ядовитыми жалами размером с кинжал подрагивали от возбуждения. Они двигались не хаотично. Они отрезали путь вперёд живой стеной из хитина и яда.       — Бежим! Не останавливайся! — заорал принц, выхватывая палаши из ножен за спиной одним слитным движением. Металл тихо, но зловеще звякнул в наступившей тишине.       Первый скорпион бросился на него молниеносно, целясь клешнёй в ноги. Зуко отпрыгнул назад, вжав Мэйли в стену ещё больше, перекатился через плечо и рубанул мечом горизонтально, отсекая одну из лап твари у самого основания. Хруст хитина был слышен даже сквозь шум крови в ушах. Скорпион зашипел, и звук этот был похож на скрежет гвоздя по стелку.       — Мэйли! Не стой столбом! Карта! Ищи путь! — крикнул юноша.       Он не мог использовать здесь магию огня в полную силу. Стены были сухими, а жар от огня мог спровоцировать обвал, похоронив их заживо под тоннами песка и камня. Поэтому он использовал короткие, контролируемые вспышки пламени на лезвиях мечей, чтобы отпугивать тварей ярким светом и раскалённым металлом.       Мэйли очнулась от оцепенения. Она прижала лист бумаги к груди так крепко, словно это был её единсвтенный щит. Вокруг творился хаос: щёлканье клешней, визг тварей, тяжёлое дыхание Зуко. Она побежала вперёд по тропе, уворачиваясь от клешней, которые пытались ущипнуть её за ноги. Один из скорпионов, крупнее остальных, с панцирем, покрытым старыми шрамами, спрыгнул со стены прямо перед ней, преграждая путь. Его жало метнулось к её лицу.       Юноша метнул сгусток пламени с клинка. Пламя не ударило прямым потоком, а скорее «облизало» существо, опалив чувствительные волоски на панцире. Скорпион отпрянул с пронзительным визгом, и этого мгновения хватило Мэйли, чтобы проскочить мимо обжигающего жара и прижаться к стене и начать судорожно просматривать карту.       Ещё одна тварь в это время прыгнула прямо на спину принца. Он среагировал мгновенно, не став сбрасывать существо, а извернувшись всем телом и используя инерцию движения скорпиона вонзил клинок прямо в сочленение головы и панциря. Провернув меч и резко достав его из повреждённого места потекла чёрная кровь. Скорпион дёрнулся и затих.       — Я долго их не удержу! — прорычал Зуко. По его лицу струился пот, смешиваясь с кровью из длинной царапины на щеке. Дыхание его было тяжёлым и прерывистым.       — Стой… Над нами есть уступ! Если мы сможем туда забраться… он достаточно широкий.       Юноша не стал тратить дыхание на ответ или споры о том, как они туда заберутся без страховки и с ордой тварей под ногами. Он лишь оценил расстояние до уступа — три метра вверх почти на отвесной стене.       Он схватил Мэйли за талию одной рукой так крепко, что у неё перехватило дыхание и практически подбросил вверх.       — Давай!       Девушка уцепилась за край уступа кончиками пальцев. Подтягиваться было адски трудно: мышцы рук горели огнём после бега и страха. Но она закинула локоть на камень, нашла опору и перевалилась через край, рухнув животом на каменную площадку.       Она тут же обернулась и протянула руку вниз.       — Хватайся!       Зуко подпрыгнул. Это был мощный, рассчитанный прыжок. В этот же мог место, где он только что стоял, взорвалось песком. Это крупный скорпион нанёс удар вслепую своим жалом. Принц ухватился за протянутую руку, его ладонь была горячей и абсолютно мокрой от пота, и рывком подтянулся наверх.       Они перевалились через край уступа и рухнули на каменную площадку рядом друг с другом, тяжело дыша. Внизу бесновались твари. Они щёлкали клешнями в бессильной злобе, скребли стены своими лапами, но карниз был им недоступен.       Прошло несколько минут. Никто из них не произносил ни слова. Мэйли уставилась в небо. Оно отсюда, сверху, казалось невероятно огромным и синим-синим. Она чувствовала бешеный стук сердца где-то в горле.       Зуко приподнялся и сел рядом с ней. Он закрыл глаза и запрокинул голову назад, пытаясь отдышаться. Его грудь тяжело вздымалась под чёрной рубахой.       Художница повернула голову и посмотрела на него. Его лицо было перепачкано пылью и кровью, волосы растрепались и прилипли ко лбу, один рукав был разорван и второй уже практически болтался на нитке. Но даже сейчас он выглядел величественно. Нет, не то слово. Он выглядел живым. По-настоящему живым в этом царстве камня и смерти.       Она вдруг осознала простую и пугающую вещь: он только что снова спас ей жизнь.       — Ты мог меня там бросить. — тихо сказала она в звенящую тишину.       Принц открыл глаза и посмотрел на неё без привычной холодности. В его янтарном взгляде, помимо уже привычной усталости, было что-то похожее на уважение.       — Мог бы? — хмыкнул он слабо. — И кто бы тогда показывал мне путь? Ты единственная здесь видишь дальше своего носа… художница.       Это была неуклюжая попытка пошутить, но Мэйли увидела в ней лишь добрый подтекст.       Следующие несколько часов слились в одно сплошное испытание. Они не спускались на дно каньона, а продолжили двигаться по сложно системе уступов, узких карнизов и скальных полок, которые змеились по красным стенам. Путь был изматывающим. Солнечный диск начал свой медленный, неумолимый спуск к горизонту.       К вечеру, дойдя до широкого уступа, они остановились и осмотрелись. После долгого лазания по стенам, требовался перерыв. Руки были сбиты в кровь от постоянного цепляния за камни, каждый шаг отдавался тупой болью.       Только сердцебиение начало успокаиваться после долгой физической нагрузки, снизу послышался новый звук. Не щелчок клешней и не визг скорпионов. Сначала лёгкая, едва заметная дрожь прошла по камню по их нагами. Затем дрожь переросла в низкий, утробный, вибрирующий гул. Он был настолько низким, что его скорее чувствовало тело, отдаваясь дрожью в костях, чем слышало ухо.       — Это… — девушка замерла, медленно оборачиваясь в сторону принца, глядя на него округлившимися от ужаса глазами.       — Песчаные демоны, о которых предупреждал Шен. — Зуко уже стоял в боевой стойке, наблюдая за дном каньона, где песок не просто зашевелился, а закипел. Вверх взметнулся фонтан пыли.       Из песка медленно поднималась голова твари. Она была огромна — размером с небольшой дом, внешне напоминала драконью, но более массивная, грубая. Глаза — два тускло-красных угля — уставились прямо на них с первобытной яростью. Туша существа была похожа на червя, чёрная и поблескивающая.       — Наверх! — рявкнул юноша, хватая компаньонку за руку. — На тот карниз! — он указал на узкий каменный выступ, который был сейчас единственным спасением.       Мэйли начала карабкаться первой, страх предал ей сил. Зуко подсадил ей, а затем начал подниматься сам, прикрывая тыл.       Но Демон был быстрее. Он не стал ползти по дну, а атаковал вверх. Его огромный хвост-булава обрушился на стену каньона в метре под Зуко. Удар был такой силы, что взрывная волна песка и мелких камней сбила принца с ног. Он повис на одной руке, пытаясь нащупать опору для ног.       — Зуко! — закричала Мэйли сверху.       Червь издал рёв торжества и занёс хвост для нового удара, который должен был размазать юношу по стене.       Времени думать не было. Принц посмотрел вверх, на художницу, затем вниз, на приблежающуюся тень смерти.       — Беги! — заорал он, что есть мочи. — Я его отвлеку! Найди безопасное место выше по каньону и жди меня там!       Девушка застыла. Она не могла его бросить! Не после всего, что он для неё сделал.       — Нет! Я не оставлю тебя!       — Это приказ! — его голос был подобен грому, в нём звучала такая стальная воля, что спорить было невозможно. Он ещё раз посмотрел на неё и девушка увидела в его взгляде не страх, а холодную, отчаянную решимость. Он уже всё решил.       Это сломило её сопротивление. Мэйли кивнула, глотая слёзы, и продолжила карабкаться вверх с удвоенной силой. Она лезла, не оглядываясь, но каждый удар хвоста о скалу, каждый рёв чудовища отдавался болью в её сердце.       Зуко же, увидев, что Мэйли забралась достаточно высоко, отпустил скалу и спрыгнул на узкий каменный язык, выступающий из стены.       Песчаный Демон тут же забыл о девушке наверху. Его тусклые глаза-бусины сфокусировались на новой, более близкой и юркой цели. Он издал рёв и пополз к стене, круша собственным весом глыбы на дне.       Принц ждал его, широко расставив ноги для равновесия. В руках он сжимал свои мечи, лезвия которых уже вспыхнули ярким, обжигающим пламенем.       — Ну же! Иди сюда, уродец! — крикнул он, посылая в морду твари огненный шар.       Существо отшатнулось и взревело от ярости и боли. Его шкура была слишком толстой для серьёзных ран, но огонь причинял ему явное неудобство. Он нанёс удар своим хвостом, а принц, сориентировавшись, перекатился, уходя от удара, который превратил большой камень в крошку.       Начался смертельный танец. Юноша был быстр и ловок, как язык пламени. Он уворачивался, наносил короткие уколы мечами, посылал сгустки огня в морду, заставляя червя реветь и отступать. Зуко не пытался убить — это было невозможно. Он просто играл со смертью, водя чудовище за собой по кругу у подножия скалы.       Мэйли к тому моменту достигла относительно безопасного широкого выступа. Она упала на живот, откашливаясь и отплёвываясь. Из последних сил подползла к краю и нашла мельтешащую туда-сюда фигуру юноши.       — Зуко! — её крик был полон ужаса.       Принц услышал. На бегу уворачиваясь от очередного удара хвоста, он поднял голову и встретился с ней взглядом.       — Я в порядке — крикнул он в ответ, и в его голосе послышалась дерзкая усмешка. Он резко развернулся и побежал вдоль стены каньона в противоположную от Мэйли сторону, уводя Демона за собой.       Девушка поняла его план. Он не просто убегал, это была уловка, чтобы заманить тварь под тот самый балкон, на котором она укрылась. Существо было огромным и неповоротливым и в узком пространстве его подвижность была ограничена. Он не мог карабкаться по отвесным стенам, соответственно он будет заперт в ловушке.       Зуко достиг нужной точки прямо под отвесом. Он развернулся лицом к приближающемуся чудовищу и замер в боевой стойке. Тварь взревела и нанесла удар хвостом на то место, где стоял юноша. Но… его там уже не было. Он совершил невероятный прыжок не в сторону, а вверх, пальцами зацепившись за край балкона.       Мэйли тут же бросилась вперёд и схватила его за запястья. Рывок был отчаянным. Она тянула его вверх изо всех сил, чувствуя, как дрожат её собственные мышцы.       — Давай же! — прохрипела девушка. Ещё одно усилие и принц перевалился через край, рухнув рядом с ней на каменный пол.       Внизу бесновался червь. Он бил хвостом по стенам каньона, ревел и пытался дотянуться до них, но выступ находился слишком далеко от края стены. Гигантская тварь ыбла заперта внизу, как в бутылке.       Прошло несколько минут и рёв постепенно стих, превращаясь в низкий гул разочарования. А затем и он смолк. Наступила мёртвая тишина.       Они лежали рядом на твёрдой, царапающей поверхности, соприкасаясь плечами и вновь пытались отдышаться.       — Ты мог погибнуть. — прошептала девушка, поворачиваясь к нему лицом.       Зуко повернул к ней голову и посмотрел в ответ. В медовых глазах отражались последние закатные лучи.       — Но ведь не погиб же? — с хрипотцой ответил он, а в уголке губ промелькнула тень кривой усмешки.       Мэйли не выдержала и напряжение последних нескольких часов прорвалось наружу. Она закрыла лицо руками, а её плечи затряслись от беззвучных рыданий. Но плакала девушка не от страха — от облегчения.       Принц неловко приподнялся на локте. Он никогда не умел утешать людей, но сейчас он сделал то, что казалось единственно правильным: молча положил свою тяжёлую ладонь ей на плечо и слегка сжал.       — Всё закончилось. Мы живы.       Она кивнула, не отнимая рук от лица.              Небо окончательно потемнело и на бархатно-чёрном полотне зажглись мириады звёзд.       — Нужно найти место для ночлега. — голос Зуко разорвал тишину ночи. — Здесь мы замёрзнем.       Он поднялся на ноги и протянул руку Мэйли, помогая встать. Осмотревшись, они заметили в стене каньона позади них небольшую нишу — идеальное укрытие в данных условиях.       Перебравшись туда, девушка устало приземлилась на землю. Принц же, собрав немного веток сухого кустарника развёл небольшой костёр, пламя которого было невысоким и почти не давало дыма.       Девушка села ближе к огню и обхватила колени руками.       — Ты снова меня спас. — на выдохе произнесла девушка, исподлобья глядя на Зуко.       Он в это время, оттирающий свои палаши от крови и грязи, замер, а затем продолжил своё занятие.       — Ты бы сделала то же самое.       — Может быть. — сказала она улыбнувшись. — Но меня бы этот червяк переросток точно размазал по стене.       Юноша хмыкнул, убирая оружие в ножны и, наконец, окончательно расслабился.       — Завтра будет новый день и новые неприятности. Но сейчас нам нужно поспать. У нас был долгий день. — он говорил это как факт.       Мэйли кивнула и легла у стены ниши. Сон навалился на неё мгновенно. Последнее, что она помнила перед тем, как провалиться в темноту, был треск веток в костре и ровное дыхание Зуко с другой стороны огня.