1

Если хотите узнать, как человек по-настоящему к вам относится, выдерните его из дома в выходной. Девяносто пять человек из ста начнут подыскивать отмазки типа “устал, сплю, кранчу на работе, не отпускает жена/мама/бабушка/кошка/кошкожена”. И только пять мужественных героев отправятся на выручку. Пока я снимал с вешалки пуховик, крепло осознание, что мне не очень-то нравится быть в числе этой пятерки. Ничего великолепного в ней не было. Натянул пуховик на плечи, расправил их. Нормально, подкладка лезет, но еще сезон должна протянуть. Хотя зима нынче довольно мерзкая, ночью валил снег, потом растаял и щас на дорогах образовалась мерзкая слякотная каша. Нормальные люди в такую погоду сидят дома, закутавшись в пледик, трескают бургеры с наггетсами из доставки и смотрят “Очень Странные Дела”. А то и закрывают на платину какой-нибудь “Клэр Обскюр” Как раз этому я и собрался посвятить весь сегодняшний день, но свои коррективы внесло одно сообщение. А потом еще одно. И еще. Когда телефон семнадцать раз известил, что кто-то очень настойчиво желает пообщаться, я наконец понял намек. “ДИСА” “ДИСА” “ДИСА СКОТЧ” “СКОТЧ” Липкую ленту абонент продублировал еще раз десять, после чего скинул адрес. Я вздохнул и потер виски. Диса — прозвище еще с детских времен. Хрен знает, как Денис превратился в Дису, наверное, по тому же принципу, что и в англоязычной традиции Дик это уменьшительное от Ричарда. Может, просто у детей фантазия хорошо развита. В общем, Диса — это я, то есть Денис. Денис Шульгин. А человек с того конца провода — Вел, то есть Савелий, мой давний приятель и порядочная заноза в заднице. Не, он сам по себе добрейшей души парень, отзывчивый, дружелюбный, готовый помочь и легкий на подъем. Даже слишком легкий. Эта невыносимая легкость бытия иногда ему выходит боком. Штука в том, что Вел обожает пошариться по всяким пустырям, заброшкам и прочим местам, которые именуются красивым словом “абандоны”. Больше всего он жалеет о том, что не успел побывать в легендарной Ховринской больнице, и уже один этот факт о многом говорит. Все наши провинциальные закоулки он обшарил, и теперь отправился в область, на рандеву с очередным “объектом”. Я несколько раз тоже был с ним на вылазках, но, наверное, для того, чтоб насладиться таким экспириенсом, нужен определенный склад ума. Меня беготня по закрытому двадцать четыре года назад детскому садику совсем не развлекла, а Вел ходил настолько счастливый, будто ему выпало тридцать лотерейных билетов с выигрышами подряд. На память из садика Вел притаранил головы двух пластиковых пупсов. Жутковатых таких, с хлопающими голубыми глазищами. Криповости добавляло еще и то, что эти головы выглядели довольно… новыми, хотя по идее пролежали двадцать с гаком лет на улице. Должны были разложиться, что ли. Хотя я не знаю, сколько сохраняются такие материалы. Словом, не любитель я походов по заброшкам и поэтому никуда не поехал бы. Но Вел назвал кодовое слово. Мы так условились, что если вдруг он попадет в переплет, из которого сам вырулить не сможет, то сообщает его мне, и я метнусь на помощь. Как гребаные спасатели Чип и Дейл. Точно такое же обещание дал и он. Поэтому я взял мобильник, рюкзак, в котором предусмотрительно держал походный набор на все случаи жизни, ключи и отправился на улицу. Судя по геолокации, дорога приключений привела моего незадачливого приятеля куда-то в ГЛУШЬ. Это если фигурально выражаться. На самом деле там не очень далеко, примерно двадцать пять километров от нашего областного центра, бывшее садовое товарищество, у моих родаков поблизости от него дача когда-то была. Типичный щитовой домик на восьми сотках. Чтоб туда добраться, я поехал прямиком на автовокзал. По счастью, нужный рейс как раз собрался в путь, поэтому уже через десять минут я катил вперед. Вообще путешествие оказалось не из приятных — пассажиров набилось как ананасных кусочков в банку, а многие из них вдобавок позабыли о том, что попу мыть, черт возьми, нужно каждый день. Так под разбитной блатнячок я и протрясся на колдобинах около часа. Когда я покинул машину смерти, уже начало потихоньку темнеть. Вдобавок снова повалил снег. Я натянул шапку потуже, прикрыл ее капюшоном пуховика и взял телефон. Экран показал всего шестнадцать процентов зарядки. Дерьмо. Я и забыл, что на морозе это поделие китайских ремесленников разряжается быстрее, чем ты успеешь сказать “курица в кисло-сладком соусе”. Тогда надо спешить. Я заскринил примерное положение Вела по геолокации и скорее двинул вперед по обочине. Так, ща пройти вперед до отворотки, дальше там рощицу пересечь, надо сказать, не особо приятная перспектива, а потом уже будет точка, где и засел мой товарищ. Стоило мне составить план, как мобильный снова издал трель. ДИСА ТЫ ГДЕ? МНЕ ХАБАР ВЫНЕСТИ НАДО. Вот и ответ на вопрос, почему он полицейских на помощь не позвал. Кажется, в этот раз сувениров больше и они гораздо серьезнее, чем кукольные головы. Спрятав телефон в карман, я сжал зубы и почесал вперед. Ну, Савелий, после такого за тобой будет серьезный должок. Пожалуй, поставлю такой выбор: либо ящик пивчанского, либо Стелларис с полным пакетом дополнений. И тому, и другому я обрадуюсь одинаково. Мечты о галактической доминации неплохо так грели, но все равно на дорогу ушло больше времени, чем я думал. Поднялся сильный ветер, который нещадно хлестал меня по морде, потом к нему прибавился противный мокрый снег. Ничего особенного, но скорость передвижения они мне сбили. Когда добрался до места назначения, уже пришли сумерки. Поэтому решимость малость угасла. Мышцы ног и спины, ныли, к тому же я весь закоченел, надо было шерстяные носки натянуть. А еще пейзаж вокруг наводил тоску. Никакого света, кроме моего одинокого фонарика. Его луч высветил вокруг… большую поляну, посреди которой высился склад. По крайней мере, так мне показалось. Здоровенное кирпичное здание с несколькими пристройками. Заброшенный, судя потому что одно из окон косо заколочено досками. Я перевел фонарик на дверь и обнаружил, что кто-то сбил замок. — Вел! Отзовись, дебил! Ты где? Тишина, только ветер свищет… или… что-то еще, похожее на далекое хлопанье чьих-то крыльев. Я повернулся в поисках источника звука и поначалу ничего не обнаружил. По спине пополз холодный пот, но потом я заметил на ветке растущего поблизости дерева нанизанную картонину. Она и хлопала. Это открытие слегка воодушевило. Но все равно идти внутрь не хотелось. — Спасательная служба прибыла! — еще раз оповестил я. — Где ты там, чел? Вееееел! Но Вел не торопился отзываться. Я отстучал ему сообщение (кстати, очень не рекомендую вести переписку, когда у вас пальцы в толстых перчатках, это упражнение не каждому под силу), но и тут ответа не дождался. — Ты после этого будешь долго отдуваться. — пообещал я и направился в сторону склада. Подойдя к двери, я убедился, что если не Вел, то кто-то здесь явно бывал в недавнем прошлом. В утрамбованном снегу виднелась темная цепочка следов, а поблизости валялся амбарный замок. Он печально поблескивал обломанной дужкой. Я взялся за ручку. По телу прокатилась дрожь. Причем не та, которая возникает от холода. Просто мне внезапно совсем расхотелось находиться поблизости с этим славным местом. Вот щас я зайду, а там покажется из сумрака одинокий джентльмен с трубой или куском арматуры. Применит ли он эту арматуру по прямому назначению? Вопрос риторический. И тогда в лучшем случае я лишусь мобильного и рюкзака с припасами, а в худшем… даже неохота думать, что будет в худшем. Так что мысленно я поднял таксу за спасение Вела в три раза и только после этого ступил за дверь. Внутри было холодно и неприветливо, а еще так темно, что ничего нельзя было рассмотреть. Так, ща-ща, глазам нужно привыкнуть, всего-то минутка. Я сделал несколько робких, пробных шагов наощупь. Нога поехала влево, я взмахнул руками, пытаясь сохранить равновесие, но потерпел неудачу. “Падать на рюкзак, Дэн, на рюкзак” — велел я себе, но телу плевать было на эту команду. Оно уже следовало за ногой и кренилось в левую сторону. Ну да ладно, если сгруппироваться… то... От левого бока по всей стороне тела пошла боль, разлилась горячей, обжигающей волной. Я вскрикнул… скорее, попытался, потому что голосовые связки разродились каким-то невнятным всхлипом. Че-то не самое приятное у меня предчувствие, лишь бы не сломал ничего. Ща оклемаюсь только… Но вместо того, чтоб проясниться, зрение наполнилось танцующими мушками, появился гул в ушах. Я попробовал двинуться и обнаружил, что конечности подчиняются с огромной неохотой. Но лежать-то нельзя, иначе я тут замерзну нахер. Хорош спасатель, чего сказать. Надо мобильник взять. Хлопок — и гул в ушах оборвался. А после него пришло нечто, что мне совсем не понравилось. Глухое, жадное чавканье. Оно разносилось вокруг громко и со всех сторон. Такое впечатление было, что передо мной поставили качественный динамик с прокачанным сабвуфером и через этот динамик пустили запись мукбанг-видоса. Терпеть их не могу, но это вкусовщина, многие ловят кайф, созерцая, как люди с аппетитом жрут лапшу и прочие кулинарные изыски. Популярность этого жанра, на мой сугубо индивидуальный взгляд, подчеркивает, что с каждым днем человечество с каждым днем удаляется от Господа. Но ближе к божественности не становится, вот что самое обидное. Тем не менее, щас не это меня волновало. Потому что у того, кто сейчас с таким аппетитом обедал, на столе были отнюдь не котлетки с пюрешкой и не макароны с сыром. С урчанием и чавканьем невидимый гость перемалывал хрящи, хрустел костями, временами прерывался, чтобы высосать мозг. И все это с удовлетворением, оно слышалось в каждом движении челюстей. — Вел! — снова попытался позвать я. Попытка оказалась неудачной… но меня все же услышали. — Ну-ка варежку прикрой, идиот! Из темноты показалось оранжевое пятно. Небольшое, размером со спелый грейпфрут, оно повисло у моих ног. Я часто-часто заморгал. Хотелось, чтоб это пятно превратилось во что-то более оформленное. Оно и превратилось. В маленькую собаку интенсивно-рыжего оттенка. Я машинально вытянул руку, чтоб почесать в затылке и на сей раз это удалось. Появление собаки, надо сказать, неслабо ввело меня в замешательство. Даже стал задумываться, а не подыскать ли мне хорошего психиатра по знакомым. Все из-за пса. Вообще довольно естественно, что склад служит пристанищем для всяких бродячих тварей, чего тут удивляться? Наверное в окрестностях жизнь так себе, любое укрытие сойдет за счастье. Так что само появление собаки ничего не значит. Куда больше меня напрягло лезвие цепной пилы, которое торчало у нее из башки. Аккурат посреди черепушки, рассекая ее надвое. Но собаку эта ужасающая травма ничуть не беспокоила. Псина смотрела на меня озорными черными глазами. — Ох, как не вовремя-то. — исторгла собачья глотка. — Ладно, будем работать с тем, что есть. Дениска, слушай сюда. Но я призыв проигнорировал. Если начать общаться с глюком, это как бы значит, что все, я принял свое безумие и назад дороги уже нет. — Вел, это твой очередной прикол? Ты где такой косплей для пса правдоподобный раздобыл, гад? Дело в том, что собаку я узнал. Передо мной стоял Почита из анимешки про парня с бензопилами вместо всех конечностей сразу. Саму анимешку я дропнул на четвертом эпизоде. Не потому что не зашла, нормальная штука, просто переключился на что-то другое, а потом возвращаться не потянуло. Но основных действующих лиц представлял. И мем, в котором рыжеволосую милфу Макиму посылают по известному адресу, лежал в моей папочке для важных переговоров. — У тебя время иссякает, баклан. — раздраженно вздохнула псина. — Смотри, ты откинулся. Все, бай-бай, адьос, да сведаня, как говорят у тебя на родине. Я вскинул голову с неожиданной легкостью. — Как это откинулся? Погодь… — НЕ ПЕРЕБИВАТЬ! — рыкнул пес. — Времени остается секунд сорок, не больше, надо уложиться. Кому-то там сверху ты очень понравился, поэтому твою душонку закинуло сюда, заместо непутевого идиота, за которым я приглядываю. Не знаю, возрадуешься ты щас или огорчишься, но перед тем, как уехать в никуда, он успел отписать мне свою тушку в полное распоряжение. Так что выбирай, Дениска — мы с тобой можем заключить контракт, и ты продолжишь наматывать круги по спидвею бытия… или отказываешься, и тогда я выжму тебя отсюда и сам займу тело. Решай давай быстрее, там уже ребята клыки навострили в твою сторону. И правда, чавканье стало активнее и ближе. Я все еще не видел ничего, кроме собаки с пилой, но по коже пробежала необъяснимая липкая волна. Мелкие горячие капельки то и дело брызгали на нее, и от них бросало в дрожь. — Время на исходе, Дениска. — сообщил пес и оскалил клыки. — Либо мы вместе, либо я один пойду. — Погоди, а что за контракт? — Отдай мне свои мечты. — велел пес. — Разумеется, на текущий момент, все полностью мне щас не потянуть. Ты еще молодой, у тебя появятся новые потом. Если выживешь. Хм, мечты? Не так уж и много. Тем более у меня их и не было особо. Никогда даже не задумывался о том, что я делал бы, если б выиграл в лотерею кучу бабла. Не хотел быть кинозвездой или рэпером с саундклауда… Не мечты, а сухой кукурузный хлебец. Без холестерина, запаха и вкуса. Если песелю такая скудная закуска сгодится, то тогда… — Идет, забирай. — сказал я. Собака продемонстрировала оскал. Неожиданно мелкие, белые зубки-рисинки и рядом с ними внушительные клыки. — Славно. Диалог мне с тобой поддерживать будет затруднительно, если не хочешь заработать нарушение сердечного ритма, так что по пустякам не тормоши, ладно? А на прощание могу тебе сказать разве что одно. НЕ ЗАБУДЬ ДЕРНУТЬ! А потом он исчез. По моему (моему ли?) телу во все стороны — от волос до последнего клочка кожи на стопах — побежал жидкий огонь. И никакого преувеличения, кровь вскипела за считанные секунды. Источник же этого огня прочно угнездился за ребрами. Боль стала нестерпимой, я терпел, сжав зубы. Даже боялся, что они щас раскрошатся нахрен. Когда наружу рванулся крик, боль неожиданно затихла. Я поднес руку к груди и нащупал там… шнур. — Вроде когда мылся в душе с утра, этой штуки еще не было. — А скоро у тебя и всего остального не будет, о-хохо-хох. Громкий голос отразился от складских стен. Неприятный голос — густой бас с глумливыми интонациями, влажный, гнусавый. Словно его владелец подхватил тяжелую простуду и неделями не сморкался. Из тьмы проступила узкая полоска света. Я повернулся в сторону входа и увидел, что ночной сумрак успел рассеяться, и из него проступил краешек неба. Примерно рассветного, часов пять или шесть. Но как это возможно? Даже если предположить, что я вырубился, так долго пролежать точно не вышло бы, тут замерзнуть проще простого. И однако же по ощущениям на мне не было вообще никакой одежды, кроме трусов. — Ну-ну, не надо так озадачиваться. — издевательского глума в голосе прибавилось. — Не люблю умников, у них мозги горчат. И хотя твоему умишку это не слишком грозит, давай все же не будем рисковать, ладно? — Тут я с тобой не соглашусь. — возразил я, а сам пытался перевести дух. — Не люблю жить по принципу “как бы чего не вышло”. От того, что я буду сидеть на месте и трястись, ничего хорошего уж точно не будет. Ты, кстати, выйди и покажись, не люблю разговаривать с пустотой. — О, тебе ничего хорошего и так не светит. Из темноты появился силуэт. Мужик, облаченный в деловой костюм. Высокий, но плечи сильно сгорбленные. Он мне сразу не понравился, капец ПОДОЗРИТЕЛЬНО выглядел. Впрочем, это и неудивительно, учитывая, что вокруг меня происходило. Через пару секунд силуэт шагнул в освещенную зону, и подозрения подтвердились. Лицо серое, землистое, один глаз полуприкрыт, другой, напротив, выпучен так, что чуть не выпадает из глазницы. — Не, че-то я не хочу пока с тобой знакомиться. — произнес я. Еще бы. Парень однозначно был, как это удачно охарактеризовали однажды, живой, но сука, неживой. Я рванулся к выходу, однако остановился на полпути. Мертвец на складе был не один — дорогу мне перегородили еще трое. Все такие же красавцы, как и первый, искалеченные тяжким бытьем. Понятно, значит, эту дорожку отрезали. Тогда я отступил на несколько шагов и дал деру в противоположном направлении. Но и оттуда выползли другие молодчики. Воздух наполнился тошнотворным запахом гнили. Меня замутило. — Ну и кто из вас со мной разговаривает? — Эти говорить не могут. — с пренебрежением пояснил голос. — Не обучены. А вот я, так уж и быть, снизойду до тебя, юный охотник на демонов. Охотник на демонов? — Чувак, ты чего, Супернатуралов пересмотрел, что ли? Какие демоны? Проспись, не то… А дальше я осекся. Потому что из тьмы выползло нечто. Уродливое подобие человеческого тела. Башка у него торчала в районе торса… а ниже пояса шли мерзкие розовые щупальца, напоминающие крысиные хвосты. — О, я и так преспокойно спал себе. Пока не явились эти господа и не заявили, что хотят обладать силой демона. Чудо-юдо кое-как обвело рукой мертвяков в костюмах. — Вот я и предложил им контракт. Они мне живого охотника на демонов, а я им — силу. Все по-честному. Последовала гадкая усмешка. Морда расплылась в ухмылке. Причем я даже услышал скрип — это с трудом двигались окоченевшие сухожилия. — Вот только эти дураки одного нюанса не учли. Видишь ли, я Демон Зомби и потому дары у меня тоже соответствующие, своеобразные. Я их и облагодетельствовал единственным доступным способом — превратил в зомби. Зато теперь в некотором роде они бессмертны! То, что мертво, помереть не можешь. Сечешь фишку? — Секу. — сказал я. — А от меня тебе чего нужно? — А ты, дрянь подноготная, истребляешь демонов! Мой род! Тварь топнула щупальцем, но вместо удара у нее получился противный влажный шлепок. — В общем-то, мне плевать на собратьев, они слабаки и рохли, раз пали от твоей руки, но сам факт меня донельзя раздражает! — сообщил Демон Зомби. — Поэтому готовься к смерти, обезьяна! Я огляделся по сторонам. Дело плохо — все пути отхода перекрыты, а это дохлое воинство потихоньку берет меня в кольцо. Вариант с шуткой отпадает — это точно не актеры и не косплееры, даже самый увлеченный и фанатичный косплеер не станет мазаться тухлятиной ради аутентичности. По крайней мере, мне такие пришибленные не попадались на жизненном пути. Что это значит? Что все взаправду. Но сейчас думать об этом не надо — иначе уже потом вообще ни о чем думать не смогу. Все-таки зомби любят мозги. “НЕ ЗАБУДЬ ДЕРНУТЬ”. Рука нащупала свисающий с груди шнур. — Ты когда-нибудь смотрел “Зловещих Мертвецов”? Тупые и напыщенные глаза Демона Зомби с трудом сфокусировались на мне. — Ха! Я ни за что не стал бы тратить свое существование на бессмысленные причуды безволосых обезьян! — Вот и зря. — вздохнул я. — Если б ознакомился, то уже со второй части бы узнал, что с демонами превосходно справляется БЕНЗОПИЛА. Сказал — и с силой рванул шнур. Тут же меня таким разрядом боли пронзило, что лязгнули зубы. В жизни мне сравнительно повезло, я никогда не ломал ноги, не вывихивал руки и вообще обошелся без серьезных травм. Но вот кожу сдирать приходилось с коленей. И сейчас боль была такая, будто мне с тела вообще весь верхний слой сняли, а потом насыпали на оголенное мясо крупной соли. Только чудом я не выпустил шнур. Дернул снова. Еще один разряд. Я закричал в голос, но мой крик заглушил истошный рев бензопилы. Дальше все скрылось в дымке — черной, с тяжелым запахом гнилой застывшей крови. Я ничего не помнил. Только обрывки. Лезвия выли, ревели, скрежетали — и кромсали, кромсали, кромсали без устали. Единственное, что очень уж ярко отпечаталось — какая удивленная была морда у этого демона, когда я ему в сунул в пасть руку. Он рефлекторно попытался ее отхватить и лишился почти всех зубов. Больше уже этот лакомка никого не побеспокоит. Наконец даже все подручные Демона Зомби упокоились вслед за хозяином. Только тогда у меня закончилось топливо. Я прошел пару шагов и рухнул на пол. Звук получился вязкий и чавкающий, так что свалился точно в какую-то мерзость, но в моем состоянии это были мелочи. Последним, что я услышал перед тем, как вырубиться, был далекий рокот. “Машина подъезжает, что ли?” — успел подумать я, а потом веки потяжелели. Вот и хорошо, самое время вернуться из мира сновидений в реальность. Сейчас я проснусь, спущусь в минимаркет за чебупелями, приготовлю ужин и вообще не вспомню, что надо было ехать за Велом. Потому что ему ничего в голову не ударило и как всякий умный человек, он остался сидеть дома. — Надо же, кто у нас тут? — вполз в уши мягкий, вкрадчивый женский голос.