Часть 5

Пять лет пролетели так, будто их и не было. Муравьёва Зинаида Петровна за всё это время не появлялась ни разу, и постепенно Сергей с Екатериной почти поверили, что их наконец оставили в покое. Они привыкли к тихой жизни, к своей квартире в Свердловске, к редким вечерам с радио и к спокойному, размеренному быту, который раньше казался недостижимой роскошью. Но спокойствие оказалось обманчивым. В мире снова сгущалась тревога. В США на выборах победил Фред Трамп, и его программа была построена на жёстком противостоянии Советскому Союзу. Он обещал ограничить использование советских роботов, прежде всего в ключевых отраслях, включая атомные станции. Бизнес возмущался: американские корпорации давно привыкли к дешёвой и надёжной советской технике, и резкие ограничения грозили им огромными потерями. Трамп, однако, не отступал. Он настаивал на создании собственных роботов, и хотя первые успехи уже были, всем было ясно, что на это уйдут годы. Старый термин «Холодная война», давно забытый в этом мире с конца сороковых, внезапно вернулся в газеты, речи и разговоры. Напряжение росло день за днём, и вместе с ним менялась атмосфера в СССР. Сергей первым начал получать осторожные сведения от друзей. По их словам, проект «Атомное сердце» снова вернули в разработку. Сначала он не поверил. Потом проверил через другие каналы. Информация подтвердилась: наверху снова вспомнили о сети, о новых системах управления, о том, что казалось давно отложенным в архивы. Муравьёва Зинаида Петровна тоже уже не стояла над ними тенью — по слухам, она давно находилась на заданиях за границей и в Свердловск возвращаться не собиралась. Екатерина заметила его молчание вечером, когда он сидел у окна с письмом в руках. — Что случилось? — спросила она. Сергей медленно опустил бумагу. — «Атомное сердце» снова подняли Екатерина несколько секунд молчала, потом спокойно ответила: — Значит, на этот раз они действительно решили обходиться без нас. И в этой тишине было больше тревоги, чем в любом приказе.