Выбери - 7 часть

После тренировки Ники чувствовал себя выжатым досуха. Не столько физически — ноги ныли, но это было привычно, — сколько морально. Каждое движение, каждый взгляд теперь имел для него двойное дно. Он видел то, чего раньше старался не замечать. И это разрушало его изнутри. В раздевалке он сидел на скамейке, стянув грязные бинты с запястий, и смотрел в одну точку перед собой. — Ты сегодня сам не свой, — рядом опустилась Рене. Голос мягкий, как всегда, но в нём сквозила тревога. — Что случилось? Ники поднял на неё глаза. Захотелось выложить всё — про Хинату, про разговор, про взгляды на поле, про это разъедающее чувство, что он больше не понимает, где правда, а где ложь. Но в последний момент прикусил язык. — Недосып, — выдавил он улыбку. — Гулял вчера допоздна. Рене посмотрела на него долгим взглядом. Она умела видеть людей насквозь, и Ники на секунду показалось, что сейчас она скажет: «Ты врёшь». Но она не сказала. Только кивнула, сжала его ладонь и тихо произнесла: — Ты знаешь, где меня найти. Если захочешь поговорить по-настоящему. Она ушла, оставив Ники одного с его мыслями. --- В душе он стоял под горячей водой и чувствовал, как напряжение постепенно отпускает мышцы, но не отпускает голову. Вода стекала по лицу, смешиваясь с тем, что он никогда не признал бы слезами. Он думал о вчерашнем разговоре . О том, как Хайтани говорили о своей семье. О том, как сжимались их кулаки. О том, как Санзу — этот странный, пугающий Санзу — смотрел на него с надеждой. С надеждой, чёрт возьми. Будто Ники мог стать для них чем-то важным. А потом он думал о Лисах. О том, как Эндрю спас его от самого себя. Как Аарон, скрепя сердце, ехал с ним в больницу, когда у Ники подскочила температура. Как Рене просиживала ночи у его кровати, когда он был совсем плох. Как даже Сет, вечно злой Сет, однажды просто молча протянул ему свой энергетик, когда у Ники не было денег на кофе. Они не такие уж плохие. Они просто... сломанные. Как и он сам. Но почему тогда они ему не доверяют? Этот вопрос сверлил изнутри сильнее всего. --- Когда Ники вышел из душа, в раздевалке почти никого не осталось. Только Кевин переодевался у своего шкафчика, да Нил сидел на скамейке, перематывая бинты на голеностопе. — Ты в порядке? — спросил Нил, не поднимая головы. — А ты как думаешь? — в голосе Ники проскользнула горечь. — Я думаю, что ты врешь. И уже давно. Нил поднял глаза, и Ники впервые заметил, насколько они усталые. Темные круги под глазами, напряжённые плечи. Джостен сам был похож на загнанного зверя. — Я не вру, — сказал Ники, хотя оба знали, что это неправда. — Ладно, — Нил не стал спорить. — Но если надумаешь сказать правду — я здесь. В отличие от некоторых. Нил кивнул в сторону двери, за которой скрылись Хайтани и Санзу. Ники вздрогнул. — Ты о чём? — О том, что я вижу, как ты на них смотришь, — ответил Нил, вставая. — И как они смотрят на тебя. Будь осторожен, Ники. Не все монстры такие, как ты думаешь. Он вышел, оставив Ники одного. — Не все монстры такие, как я думаю? — прошептал Ники в пустоту. — А кто тогда монстр? --- После обеда Ники сидел в своей комнате, бесцельно листая новости в телефоне, хотя ничего не запоминал. В дверь постучали — коротко, требовательно. Он открыл. На пороге стоял Аарон. — Можно? — спросил он, не дожидаясь ответа, и зашёл внутрь. Сегодня он был какой-то напряжённый — даже больше обычного. — Ты чего? — Ники закрыл дверь. — Поговорить, — Аарон сел на стул у окна, сложил руки на груди. — Ты вчера не гулял. Я знаю. Эндрю знает. Нил знает. Даже Кевин догадался, а он обычно не замечает ничего, кроме экси. Ники промолчал. Сердце забилось быстрее. — Ты был с ними? — спросил Аарон прямо. — С Хайтани и тем странным розоволосым? — С чего ты взял? — С того, что ты вчера выглядел так, будто тебя переехало автобусом. И с того, что на тренировке ты не сводил с них глаз. Как и они с тебя. Ники опустил взгляд. Молчание было красноречивее любых слов. — Ники, — голос Аарона стал тише, почти мягче. — Что они тебе сказали? Зачем вы встречались? — Ничего такого, — выдавил Ники, чувствуя, как внутри борется желание выложить всё и страх предать тех, кто только что стал ему чуть ближе. — Просто... говорили. О том, зачем они здесь. — И зачем? Ники поднял голову. Посмотрел в глаза кузена — такие же, как у Эндрю, но у Аарона они были теплее. Живее. Сейчас в них не было злости — только усталое, выматывающее беспокойство. — Они ищут человека, — сказал Ники. — Который уничтожил их семью. И говорят, что он среди «Лисов». Аарон побледнел. Не сильно — на долю секунды, но Ники заметил. — Они так сказали? — переспросил он. — Да. — И ты им поверил? — Я не знаю, — Ники провёл рукой по лицу. — Они выглядят убедительно. Но и вы... вы для меня семья. Я не хочу никому верить. И никому не хочу не верить. Аарон замолчал. Долго смотрел в окно, на серое небо, потом перевёл взгляд обратно. — Ты должен знать одну вещь, — сказал он. — У каждого из нас есть тени. У Эндрю — большие, у меня — поменьше, у Нила — целый шкаф. Но никто из нас не убивал ничьих родителей. Мы другие, Ники. Но не монстры. — А я монстр? — тихо спросил Ники. — Ты? — Аарон усмехнулся, но в усмешке не было насмешки. — Ты самый человечный из всех, кого я знаю. Поэтому ты и тащишься на встречи с потенциальными убийцами в одиночку. Потому что тебе наплевать на опасность. Ты хочешь помочь. — Я хочу знать правду, — поправил Ники. — Иногда правда опаснее лжи, — Аарон встал, положил руку ему на плечо. — Просто... обещай мне, что не пойдёшь к ним один. Если они снова напишут — позови меня. Или Эндрю. Или хотя бы этого идиота Сета , Кевин тоже не плох . — Сета? — Ники невольно улыбнулся. — Он делает вид что ты его все еще бесишь. Но если кто-то посмеет тебя обидеть — он первый встанет на твою защиту. Сам не зная зачем. Аарон вышел, оставив Ники с комом в горле. Он смотрел на закрытую дверь и чувствовал, как внутри тает лёд недоверия. И в то же время — как кто-то другой, холодный и голодный, шептал: «Они просто хорошие актёры. Ты же сам видел, как они отводят глаза». Ники лёг на кровать, накрылся одеялом с головой и провалился в беспокойный сон, где перемешались аметистовые глаза, мутные взгляды и голос Аарона, повторяющий: «Ты самый человечный из всех». --- Он проснулся от вибрации телефона. Новое сообщение. «Ты молодец, Кики, что не рассказал им про Хину. Доверие — это важно. Завтра в семь вечера. То же место. Приходи один. Обещаю, будет интересно». Ники сжал телефон. Посмотрел на время. Половина десятого вечера. За окном уже стемнело, и фонарь за стеклом отбрасывал жёлтые блики на потолок. Он не ответил. Но уже знал что не пойдет , добровольно . ——— Следующие несколько дней прошли в странном, тягучем ритме. Ники делал вид, что ничего не произошло. Тренировки, разговоры, шутки с Рене, перепалки с Сетом, вечные крики Кевина — всё вернулось на круги своя. Или почти всё. Хайтани и Санзу больше не подходили к нему. Не сверлили взглядами во время разминки. Они просто… играли. Холодно, профессионально, отстранённо. Будто Ники для них больше не существовало. И это было странно. Это было… обидно? Нет. Ники запретил себе даже думать об этом. Он верит Лисам. Он верит своей семье. Но по ночам, когда в комнате становилось совсем тихо, он прокручивал в голове их последний разговор. Слова Рана: «Мы бы так не поступили». Голос Риндо: «Присмотрись к ним». И взгляд Санзу — тот самый, мутный, тяжёлый, который, казалось, видел его насквозь. Ники переворачивался на другой бок, натягивал одеяло до подбородка и напоминал себе: «Они чужие. Они хотят меня использовать. Лисы — моя семья». Утром он вставал, пил кофе, улыбался и шёл на тренировку. Как будто ничего не случилось. Как будто внутри не рос маленький, противный червячок сомнения. Червь, который шептал: «А если они правы?» --- Ники заметил, что Нил стал избегать его. Раньше они могли перекинуться парой слов после тренировки, вместе поесть, даже иногда пошутить. Но теперь Джостен буквально исчезал, стоило Ники появиться в поле зрения. Уходил в другую комнату. Отворачивался. Находил срочное дело. Ники пытался не придавать этому значения. Нил всегда был странным. Нил всегда держал дистанцию. Он поймал Джостена в коридоре, когда тот шёл с тренировки, и преградил путь. — Ты чего избегаешь меня? Нил остановился. Его лицо было непроницаемым, но в глазах мелькнуло что-то — растерянность? Вина? — Я не избегаю, — сказал он слишком быстро. — Врёшь, — Ники скрестил руки на груди. — Я знаю тебя, Нил. Ты отводишь взгляд. Уходишь, когда я захожу. Даже Мэтт заметил. Нил молчал несколько секунд, потом перевёл взгляд на стену. — Я не могу тебе ничего сказать, — тихо произнёс он. — Пока не могу. — Что значит «не могу»? — Это значит, что есть вещи, которые ты не должен знать. Ради твоей же безопасности. Ники почувствовал, как внутри закипает глухое раздражение. — Опять это? Опять «мы защищаем тебя, Ники, не лезь»? Я устал от этого, Нил. Я не ребёнок. — А ведёшь себя как ребёнок, — резко ответил Нил, и в его глазах вспыхнул знакомый огонь. — Ты полез к этим троим. Ты ходил на встречи. Ты разговаривал с ними. Ты думаешь, мы не знаем? Ники замер. Кровь отхлынула от лица. — Откуда… — Эндрю всё знает, — перебил Нил. — Эндрю всегда всё знает. Он не сказал тебе только потому, что ты сам должен был прийти и рассказать. Но ты молчал. Ты выбрал их секреты, а нас. Ники открыл рот, чтобы возразить, но слова застряли в горле. Потому что Нил был прав. Он молчал. Он рассказывал Аарону только половину , он молчал про про Хинату, про их слова. Он заблокировал номер и сделал вид, что ничего не было. Но он не поделился. Не доверился. — Я просто… — начал он. — Что? Хотел защитить нас? — усмехнулся Нил, но в усмешке не было веселья. — Или хотел защитить их? Он развернулся и ушёл, оставив Ники одного в пустом коридоре. Слова «ты выбрал их секреты» звучали в голове снова и снова, как заезженная пластинка. --- Вечером Ники сидел в своей комнате, сжимая телефон. Он думал позвонить Эрику, но потом передумал. Эрик был далеко, а проблема была здесь. В нём самом. Он встал, вышел в коридор и постучал в комнату Эндрю. — Войдите, — раздался голос кузена — безразличный, холодный. Ники открыл дверь. Эндрю сидел на подоконнике, свесив одну ногу, и смотрел в окно. В комнате было темно, только уличный фонарь отбрасывал полосы света на пол. — Я должен тебе рассказать, — сказал Ники, садясь на край кровати. — Всё. Про Хайтани, про Санзу, про ту встречу. Про то, что они говорили. Эндрю медленно повернул голову. Его глаза — ледяные, непроницаемые — встретились с глазами Ники. — Поздно, — сказал он. — Что? — Ты должен был рассказать сразу. В тот же вечер. А не через неделю, когда Нил вытряс из тебя правду. Ники опустил голову. В груди саднило. — Я знаю. Я… испугался. Они говорили такие вещи. Про то, что вы скрываете от меня правду. Что кто-то из Лисов уничтожил их семью. Я не хотел в это верить, но… — Но зерно сомнения ты впустил, — закончил Эндрю. — И это зерно проросло. Ники молчал. Потому что спорить было нечем. — Слушай меня внимательно, — Эндрю встал с подоконника и подошёл ближе. — Я не знаю, кто уничтожил их семью. Мне плевать. Но я знаю, что никто из Лисов этого не делал. Мы не такие. Даже я, даже Нил и уж точно не кто то из «старшекурсников» . — Но вы скрываете от меня что-то, — выдохнул Ники. — Я чувствую. Вы все что-то знаете, чего не говорите мне. Эндрю смотрел на него долгим взглядом. Потом вздохнул — устало, почти по-человечески. — Да. Скрываем. Потому что это не твоя война, Ники. Мы пытаемся защитить тебя. И да, мы ошибаемся. Мы не умеем защищать правильно. Но мы стараемся. Ники поднял голову. В глазах Эндрю не было льда — только усталость и что-то похожее на… сожаление? — Я не хочу, чтобы меня защищали. Я хочу быть частью команды. Полноценной. Не тем, кого прячут за спиной. — Тогда перестань вести себя как тот, кого нужно прятать, — ответил Эндрю. — Не ходи на встречи с незнакомцами. Не верь красивым словам. И говори нам правду. Сразу. Он отвернулся, давая понять, что разговор окончен. Ники встал, дошел до двери и обернулся. — Я больше не буду, — сказал он. — Обещаю. — Обещания — это слова, — бросил Эндрю в спину. — Докажи делом. Ники вышел в коридор. Сердце колотилось, но на душе стало легче. Он солгал? Нет. Он действительно хотел всё исправить. Но где-то глубоко, в самой темной части сознания, червячок сомнения шевелился. И его новый голос — голос Эндрю — звучал не так уверенно, как хотелось бы. --- На следующей тренировке Ники играл как одержимый. Бегал, отдавал пасы, перехватывал мячи. Кевин даже похвалил — редкость невероятная. Ран смотрел на него с другого конца поля. Ники чувствовал этот взгляд, но не оборачивался. После тренировки, в раздевалке, кто-то положил ему на плечо руку. — Неплохо сегодня, — сказал Риндо. Ники стряхнул его руку. — Не прикасайся. — Обиделся? — голос Рана раздался сзади. — Мы же не враги, Кики. — Нет, — Ники повернулся, глядя ему прямо в глаза. — Мы не враги. Но и не друзья. Оставьте меня в покое. Я не хочу участвовать в вашей игре. — Ты уже участвуешь, — Ран явно насмехался — С того момента, как ответил на первое сообщение. Они вышли, оставив Ники одного. Он сжал кулаки и выдохнул. «Я справлюсь, — подумал он. — Я сильный. Я Лис». Но телефон снова завибрировал. Новое сообщение От неизвестного номера: «Они придут за тобой скоро. Берегись тех, кому доверяешь». Ники удалил сообщение, не читая. Выключил телефон. И пошёл к своим. К семье. Которая, возможно, была не идеальной. Но которая была его. Червячок сомнения затих. Но не умер. И Ники знал это. (У меня скоро будет новый фф про Ники , я уже выпустила пролог «насколько сильно мир меняется»)