Как из Гнильца он превратился в милого дедушку

– ну давай, Рыбьеног, прыгай – да не хочу я прыгать! Ребята летали на драконах над островом и выполняли очередное задание Иккинга. – Рыбьеног, ты должен верить, она обязательно тебя поймает! Это же тренировка на доверие! Айрис сидела за сыном Стоика и наблюдала, как обладатель Сардельки упрямился. Сбоку летела Астрид, чуть позади Забияка и Задирака, а по правую руку от неё рисующийся мышцами Сморкала – я предпочитаю тренировать доверие на земле, – опять заспорил Рыбьеног, бросая обеспокоенные взгляды на её перебинтованную лодыжку. Иккинг проследил за его взглядом и поморщился. За эту травму он до сих пор чувствовал вину. Айрис легонько толкнула его в плечо, мол, не бери в голову, но мальчишка всё равно сник. – учись, цеплячья душонка! – Сморкала свалился вниз, – йо-хо-хо! Его дракон не сдвинулся с места. – может быть намекнём Кривоклыку? – не, утро вечера мудренее.. – Кривоклык, за ним! – рявкнула Астрид, несмотря на рассуждения близнецов. Кажется, только сейчас ужасное чудовище поняло, что наездника в седле нет – А КАК ЖЕ ДОВЕРИЕ!? – проорал Сморкала, стремительно приближающийся к утёсу, дракон подцепил его головой, но потом неумело забил крыльями, взревел и тоже начал падать, – А МЫ НЕ СЛИШКОМ БЫСТРО.. – голос Ёргинса потонул в грохоте, когда он вместе с Кривоклыком пробил крышу одиноко стоящего на камнях дома. Астрид поморщилась. Через пару секунд парень вылетел из дома под звукосопровождение страшных проклятий выбежавшего старика, угрожающе потресающего посохом. Айрис порадовалась, что на Олухе не знали про огнестрел, иначе в Сморкале непременно появилось пару лишних дырок... – оо.. Что-то мне подсказывает, что мы об этом ещё услышим.. – приглушённо заметил Иккинг, поворачивая дракона к дому

***

Стоило только им вдвоём зайти в дом, Стоик грозно упёрся руками в бока и велел сыну сесть. Иккинг цыкнул – о, опять дранка? Вчера мы тоже ели на ужин кровельный материал... – мальчишка попытался пошутить, но отец не купился. Иккинг вздохнул, – пап, это была случайность. Я уверен, Гнилец специально увеличил ущерб.. – Дракон и здоровенный нахальный оболтус пробили ему крышу. Дважды! Иккинг потупился, взяв в руки лежавший на столе карандаш, начиная нервно крутить его в руках. Айрис давно заметила за ним такую привычку. – ну да, звучит не очень, если сухо придерживаться фактов.. – из всех домов на Олухе дракон умудрился выбрать именно дом Гнильца, который ненавидит драконов больше всего на свете! – ну... Ты же провёшь с ним беседу о его поведении? Айрис подёргала друга за рукав. – Иккинг, но мы же правда пробили дедушке крышу.. А каком поведении может идти речь? – послушай, сынок, – , Стоик положил руки сыну на плечи, – я возложил на тебя ответственность за обучение драконов, и все это знают. Все смотрят на тебя. Все поступки твоих друзей отражаются на тебе, а твои, в свою очередь, на мне.. – я знаю, пап – завтра ты с друзьями пойдёшь к Гнильцу и починишь ему крышу. Без драконов, ты меня понял!? – понял

***

Айрис не понимала, для чего ждать завтра. Солнце только начало садиться, так что она, погрузив на Беззубика доски и молоток, напихав в карманы побольше гвоздей, отправилась на другую сторону острова, сняв сделанные для неё рычажки с предохранителя. Беззубик опустился на скалистом утёсе, и Айрис велела ему спрятаться за камнем. Хромая на лодыжку, она негромко постучала. – кого там нелёгкая принесла!? – Гнилец был дедушкой лет шестидесяти с извечно недовольным лицом. Принцесса знала таких людей и знала к ним подход. – здравствуйте, мой друг утром пробил вам крышу, я пришла починить, – она лучезарно улыбнулась. Гнилец окинул её недовольным взглядом, но всё же пропустил внутрь. Пока она балансировала на покосившейся лесенке, они разговарились. Удивительно, но он оказался неплохим человеком. Да, драконов действительно ненавидел, не понимал, какого чёрта « эти проклятые ящеры» забыли на Олухе, но в основном всё. Больше ничего. Айрис починила крышу. Да, немного неумело и криво, но старик придираться не стал. Они сидели в его покосившейся хижине и пили чай. – Айрис! – голос Астрид заставил девочку повернуться. Подруга стояла на пороге, тяжело дыша, уперевшись руками в колени. – мы весь остров перевернули! – а мы тут это.. Пьём. Чай. – лицо Астрид нужно было видеть, когда сварливый Гнилец выпроводил их из дома, не обсыпав проклятиями, и позвал Айрис зайти в следующий раз. Челюсть Астрид могла бы, волочась за ней, пропахать поле. – ну ты даёшь.. – девушка направила Громгильду к дому, – это же Гнилец, гнилее сердца на нашем острове не найдёшь! – как по мне милый дедушка Астрид на такое сравнение просто покачала головой.

***

Теперь Айрис была единственной, кто приходил к ворчливому старику просто так. Её никто не тянул силой. Она просто приходила и пила с ним чай. Помогала пахать на поле и старательно обходила опасные темы. Они сдружились. Жалоб на драконих наездников стало меньше. А заслышав знакомые крики на площади, принцесса быстро усмиряла пыл разошедшегося старика. Однажды он подарил ей книгу. Она была бы ещё больше рада подарку, если бы умела читать. – эти ленивые лоботрясы ещё тебя не научили!? Молодёжь, ничего не могут.. – брюзжал дед и садился рядом, читая вслух и уча её буквам. Постепенно. Несколько недель. Но настал момент, когда девушка открыла книжку и поняла, что понимает. Тогда она впервые обняла этого суховатого на вид викинга с кучей оружия дома и безумой ненавистью к драконам. – спасибо. Теперь я смогу читать книжки.. – иди отсюда, девочка, придёшь завтра на чай И Айрис действительно пришла, принеся с собой красивую картину, нарисованную буквально тем же утром, с которой на мир смотрел улыбающийся Гнилец и она, сжимавшая книжку в руках