Он считается с тобой... (Просто с твоим портретом чуть больше.)

Айрис сидела в большом зале и смотрела на тот как Ведрон рисует портрет Стоика с Иккингом. Кажется, у мужчины что-то не получалось, потому что в один из моментов он схватился за ведро и с криком « ничего не выходит! » врезался в колонну – щас сделаем, – Ведрон опять схватился за краску. Принцесса улыбнулась. – сынок, плечи назад, грудь вперёд, – вождь несильно похлопал мальчишку по спине. Тот задержал дыхание, но через секунду выдохнул – боюсь это не поможет, пап.. – да? Ну и пускай..

***

Айрис вместе с ребятами прогуливалась по большому залу, рассматривая портреты прошлых вождей. – погляди на всех этих великих людей – Астрид взяла Иккинга за руку, потянув к картинам, – завтра рядом с ними будет висеть твой портрет – и портить всю картину, – прыснул Сморкала. – я войду в историю, верно? – Иккинг остановился перед нарисованным отцом. – это будет знаменательный день.. – в историю уродцев, – Ёргинсон тыкнул в одну из картин пальцем – это Хеймеш первый, самый богатый и уважаемый глава деревни. А с ним его сын Хеймиш второй Айрис привычно улыбнулась, когда Рыбьеног начал рассказывать про каждую из картин, делясь безграничными знаниями. Но, Сморкалу не интересовала история. Ему было интересно порисоваться – Я Хеймеш первый, – он встал в впечатляющую позу, – падайте ниц и целуйте мои остроносые боты! Близнецы послушно упали на пол, но потом подставили ему подножку, так что парень полетел прямо на обладателя остроносых бот, смахнув его со стены – нельзя же так с Хеймешами! – Рыбьеног чмокнул нарисованных людей, вешая всё обратно на стену. Из-под картины вылетел листочек. Айрис уже было потянулась за ним, как рука Плеваки её оставила. – нет-нет, вам, ребятишки, это не нужно, – он засунул лист за пазуху. – ты что, так и не уничтожил карту? – карту? – дети повернулись на слова вождя. Тот закатил глаза – даже не думайте. Лучшие войны погибли, пытаясь найти это сокровище. Мы со Стоиком тоже пытались, но карта привела нас в горы в разгар снежной бури. К счастью, нам удалось вернуться домой живыми и сохранить нашу дружбу. Ради вашего же блага, забудьте, что вы это видели..

***

–невероятно! Отец любит картинку больше, чем настоящего меня! Я давно это подозревал.. Астрид вместе с Айрис шли с разных сторон от Иккинга, пытаясь его успокоить после представления портрета, где он выглядел ещё более перекаченным, чем Сморкала. – что мне сделать чтобы отец со мной считался? – он считается с тобой, - Астрид положила руку мальчишке на плечо. Принцесса порадовалась, что подруга умеет успокаивать. – просто с твоим портретом чуть больше.. - ладно. Успокаивать Хофферсон всё же не умела, но хотя бы пыталась. – взять даже моё имя, – продолжал негодовать сын вождя, – в обычаях викингов называть Иккингами мелкую домашнюю скотину! – иди ко мне, малыш Иккинг, – какой-то деревенский подозвал к себе ягнёнка. Парень указал на него, – О, привет, Иккинг Они незаметно подошли к дому Плеваки, где с самым подозрительным видом на свете стоял Рыбьеног. Кажется, дело принимало новый оборот..

***

Конечно же, после того как Плевака сказал ни в коем случае не трогать карту с сокровищами, ребята в лице Рыбьенога, близнецов и Сморкалы поняли, что пробил их час.. Даже Иккинг ( который, как казалось, должен был их остановить) принял решение выдвинуться навстречу приключениям. – не думаешь, что это глупо? – Айрис привычно обняла парня за талию, когда дракон оторвался от земли. – возможно. Но это единственный шанс заставить отца со мной считаться.. Девушка прикусила губу, сдерживая слова о том, что не нужно никому ничего доказывать. Иккингу это было важно. Значит, не должна ли она, как хорошая подруга, принять его решение со всей серьёзностью. Руки сжались чуть крепче.

***

Чего только не произошло за этот несчастный день! Они побывали и в пещере, кишащей драконами, успели отпеть Иккинга, когда того похоронило под обвалом, нашли настоящий портрет Хеймеша и развалили к чертям собачьим ледник.. – терпеть не могу рептилий, – заявил на пути к дому Задирака. Сестра указала на дракона под ним – ты же понимаешь, что это тоже рептилия? – ААААА!! Крик парня был таким громким, что распугал всех птиц с окрестных скал. Айрис сидела на спине Беззубика и чувствовала, как под ладонями методично бьётся сердце Иккинга. Тот уже неумело объяснил отцу, что хочет настоящий портрет, и они помирились. Теперь мальчишка был умиротворён и спокоен. Позади раздался треск. Принцесса обернулась и прыснула – бей сильнее, я хочу увидеть звёзды, – Задирака на полном серьёзе подставил голову сестре, и та давала ему отлепухи. – сильнее, – то и дело командовал Торстон, до того момента, как сильный удар Забияки в челюсть не отправил его в нокаут. – как думаешь, сокровища под завалами целы? – почему ты спрашиваешь у него? Может, я знаю! Астрид повернулась к Сморкале, приподняв брови. Айрис продолжала смеяться, чувствуя, как живот начинает болеть. – я сказал может..

***

Наступил вечер. Девочка лежала на своей кровати, размышляя о том, что сегодня пережила. Иккинг сидел за столом, копаясь в очередных механизмах, то и дело роняя на пол маленькие болтики. – Иккинг, а что у тебя с Астрид? Вопрос неловко повис в моментально воцарившейся тишине. Только маленькая гайка со звоном покатилась к ногам принцессы. Сын Стоика повернулся, неловко почесав затылок. – ну это.. – он замялся, с каждым мгновением всё больше и больше краснея, а потом нагнулся за упавшими винтиками, чтобы она не видела его лица. – она мне, вроде как.. Н.. Н-нравиться.. – мальчишка всё ещё избегая её взгляда. Айрис знала, что Хофферсон ему нравится. По нему было видно. И, возможно, он нравился ей в ответ. В этом она была не совсем уверена. Но то, как Астрид брала его за руку, пыталась поддержать и успокоить, уже и так о многом говорило. – понятно, – просто сказала Айрис, поворачиваясь на бок. День был чудесный. Но сейчас сердце почему-то кололось.