Третья Нить

      С крыльца охотничьего домика открывался пасторальный вид на лес и водоём. Я любил сидеть здесь в кресле-качалке, потягивая вино под кусочки нарезанного сыра. В этот раз компанию мне составила Иллиясфиль. Она тоже сидела в кресле-качалке и хмурилась, держа в правой руке сферу эфира, мягко сияющую холодным белом светом, а в правой – сферу излучающую спокойное тёмное сияние. Как сияние может быть тёмным? Тьма – это не отсутствие света. Это энтропия.       - Выходит, чародейский дар моей семьи имитирует высшую магию, с которой рождаются все бессмертные… - альбинос выглядела недовольной, - Это разочаровывает.       - Почему же?       - Моя семья две тысячи лет изводила себя в чародейских изысканиях, а Вы, мессир, получили эту силу по праву рождения. Это несправедливо… и просто обидно.       Илия сжала кулачки. Сферы рассеялись.       - Но ты ведь тоже получила эту силу по праву рождения? Тебя создали с ней подобно тому, как создали Изначальных дьяволов. Мои предки тоже страдали и отдавали самих себя, чтобы создать Законы, которые я наследовал в Родословной подобно тому, как ты наследовала заклинания своих предков, – решаю придраться к логике девушки в теле только начавшей расцветать девочки, - Так где же здесь несправедливость?       Не найдя, чем парировать мой аргумент, Илия недовольно – и очаровательно, - надулась. Я отпил из бокала, наколол на шпажку кусочек сыра и отправил его в рот.       - Я планирую провести призыв Слуг, - сообщаю Илии после долгой паузы.       - Решили пополнить Свиту за счёт Героических духов? Зря, мессир. Они не будут служить дьяволу. Не думаю, что они вообще ответят на призыв.       - Это уже решать им, а не тебе. Так что, посодействуешь?       - Почему не прикажете?       - Маги коварны. Вы любите пакостить, преследуя свои цели и считая, что их достижение стоит любых средств. Если вас при этом заставлять работать из под палки, крах планам становится гарантирован.       - Ооо? – альбинос игриво протянула, - Неужели был опыт?       - Был, конечно.       - Тогда, я желаю плату за работу. Хочу в Диснейленд!       - После моего выпуска из колледжа. Согласна?       Подумав, Илия согласилась.       Призыв Героического духа – сложный чародейский процесс. Даже сильнейшие Маги способны призвать только эманации Героического духа, воплощённые в атрибут сущности: оружие, магический артефакт или особую способность. И то, только с согласия самого духа. На призыв Героического духа в несовершенный, временный сосуд Слуги способен только Святой Грааль, а на полноценное воплощение тела Слуги – только Великий Грааль. Опять же, всё это могло произойти исключительно с согласия призываемого духа.       Мог ли я обойтись без помощи Илии в призыве Слуг? Мог, но это стоило бы мне слишком многого: времени, ресурсов и риска для жизни и здоровья участников ритуала. Зачем мне это, если можно заручиться поддержкой Иллиясфиль? Вот и я считаю, что незачем.       Ритуал было решено проводить в глубинах леса, который покрывал большую часть территории анклава. Я помог Илии найти место, которое удовлетворяло требованиям для ритуала и обеспечил реагентами в виде металлов. Илия преобразила землю так, чтобы в ней возникли узор из каналов, и заполнила их серебристой искрящейся смесью металлов.       Пока Илия, стоя на коленях, возилась над магическим кругом, я находился рядом, создавая туннель сквозь пространство. Этим туннелем был Личный Анклав с точками выхода не просто в двух разных вселенных, а в двух разных секторах мироздания. Этот приём позволял мне соединять несколько точек пространства вне зависимости от расстояния между ними.       Встав с колен, Илия отряхнула фиолетовый жилет и белую юбку. Щелчок пальцами альбиноса поднял из земли массивный валун. Илия разгладила его неровности в несколько движений ладонями, напоминающих расправление складок на ткани. В результате получился прямоугольный алтарь.       - Готово. Когда я лягу на алтарь, мои магические цепи станут частью ритуального круга. От Вас потребуется только запустить ритуал и стать якорем для Слуги. Сам процесс призыва будет лежать целиком на мне. У Вас есть вопросы?       - В каком классе будет призван Слуга? – интересуюсь, рассматривая круг с четырьмя стрелами, направленными на четыре стороны света.       - Зависит от Героического духа. Я подберу ему оптимальный сосуд.       На полный призыв Героического духа не способно даже Волшебство семьи Айнцберн. Слуга – это часть Героического духа, призванная в сосуд, который способен эту часть вместить. Айнцберны создали семь классических сосудов: Безумец, Всадник, Мечник, Копейщик, Маг, Стрелок, Убийца. Безумец – гора мышц, получающая буст к параметрам взамен на здравомыслие. Всадник – мобильный боец с набором крутых абилок. Мечник – пехотинец с высоким сопротивлением к магии и крутой абилкой. Копейщик – тоже пехотинец, только мобильный и не так эффективен против магов, как Мечник. Маг – это крафтер и боец обороны. Создаёт крепость и модифицирует её до уровня «не сковырнуть». Стрелок – дальнобойный пехотинец. Убийца – скрытник с заниженными параметрами. Хорош в разведке и внезапных атаках. Плох в прямой битве против любого Слуги.        «Не то, чтобы меня это реально волновал класс Слуги. Я не для того провожу этот ритуал,» - говорю про себя. Дождавшись, пока Илия не ляжет на алтарь, я встал перед кругом.

О, Святой Грааль!

По зову крови и воли,

По праву короля твоего,

Призываю тебя: яви мне Слугу!

Пусть душа его станет орудием в моей руке!

Да будет так!

      Поток сияющей Ци вознёсся над кругом, чтобы рассеяться, явив моему взгляду существо, напоминающее человека в свободном белом балахоне. У него была андрогинная внешность, длинные прямые волосы цвета молодой листвы и глубокие голубые глаза, взирающие на мир с безмерной доброжелательностью.       - Приветствую тебя, незнакомец. Ты ли призвал меня?       Голос Слуги соответствовал внешности. Так мог бы говорить мужчина с мягким, текучим голосом или женщина. То есть, он тоже не давал определить пол этого... существа.       - Это сделал я, Джора Вельзевул. Представься.       - Имя мне Энкиду. Призван в классе Лансер, - юноша осмотрелся. Его взгляд задержался на Илии, которая приняла сидячее положение, - Этот мир мне не знаком. Это не Гайя?       - Ты прав, это не твоя родная планета и не твоя родная вселенная. Мы далеки от неё настолько, насколько это вообще возможно. И настолько же близки.       Юноша задумчиво огладил острый подбородок. Будто заметив то, что всё это время ускользало от его взора, Энкиду посмотрел на свою руку.       - Надо же… Я жив. Не ошибусь ли я, предположив, что в твоей власти, Мастер, воскрешать мертвецов?       - Твоя догадка верна. За эту силу враги и союзники прозвали меня Вечным Механизмом. ...Как бы то ни было, я призвал тебя, чтобы исполнить желание моей слуги. Ты согласен оказать мне помощь в этом деле?       - Конечно, Мастер, - Энкиду улыбнулся, - Что от меня требуется?       - Для начала, подойди ко мне.       Цель любого Мага – стать Волшебником, овладев феноменом, воссоздание которого не достижимо для современной науки даже в теории. Святой Грааль считался Волшебством, поскольку его магия позволяла провести материализацию души. Проще говоря, полноценное воскрешение без негативных последствий. Феномен материализации души, Волшебство, которого добилась семья Айнцберн, получило название «Прикосновение Небес».       Если целью каждого Мага было достижение Волшебства, то целью любого Волшебника было достижение Спирали Истока – метафизической точки отчёта и завершения всех феноменов в мироздании. Это требовалось Волшебникам, чтобы найти в Хрониках Акаши феномен, который никогда не будет познан и воспроизведён человечеством. Магия на его основе никогда не будет переосмыслена человеческой наукой и низведена из Волшебства в чародейство. Лишь такая магия может считаться Истинной.       Для семьи Айнцберн точкой достижения Хроник Акаши стал Трон Героев – область вне пространства и времени, к которой возносятся людские души, чтобы стать Героическими духами. Чтобы достичь Трона, Айнцберны - в содружестве ещё с двумя семьями Магов и Вторым Волшебником, - создали ритуал Войны Святого Грааля. Суть ритуала заключалась в призыве с Трона Героев семи Слуг, принесение их в жертву и применение высвободившейся в результате силы для открытия туннеля в ткани пространства и времени к Трону Героев. Путь к Трону ритуалу указывали части душ Слуг, которые, лишившись сосудов классов, инстинктивно устремлялись к той своей части, которая находилась на Троне Героев.       Когда Энкиду подошёл ко мне, я положил руку ему на грудь, прикрыл глаза, сосредоточился на связи между той частью его души, которая заняла сосуд Слуги и той частью, которая осталась на Троне Героев. «Нашёл,» - улыбаюсь, ощутив ту метафизическую связь, которая объединяет две части единого целого.       - Илия, подойди. Я открою тебе Путь.       Иллиясфиль удивлённо хлопнула ресницами, будто огромная полярная сова.       - Подождите, мессир, Вы сейчас серьёзно? – Илия была ошарашена, - Вы собрались открыть для меня Путь к Истоку?!       - Ты там скоро? – кошусь на альбиноса.       - Ааа… да, сейчас.       Собравшись с духом, Илия спрыгнула с алтаря и подошла ко мне на не гнущихся ногах. Положив руку ей на голову, я соединил воедино две точки пространства: здесь и сейчас с Троном Героев.       Взгляд Иллиясфиль стал пустым, а образ начал терять краски и истаивать на глазах. Когда от тела и души Илии остался только прозрачный контур тела, в котором угадывалось нечто гуманоидное, наступил переломный момент: к ней отовсюду начали стекаться потоки белых искорок. Наполнив контур, они восстановили Иллиясфиль фон Айнцберн.       Взгляду Илии вернулась осмысленность. Моргнув, она отстранилась от моей руки. Я присмотрелся к обновлённой дьяволице, аура которой претерпела качественную трансформацию. Осколка Тьмы внутри неё это тоже коснулось.       - Поздравляю, Илия, - говорю тоном, которым детей поздравляют с днём рождения, - Ты стала Истинным Магом.       - Я стала третьим Истинным Магом. И это всё, что Вы собираетесь мне сказать? – тон Илии был странно-вкрадчив.       - Ммм… Да?       Простовато ответив, я вопросительно склонил голову к плечу. У Иллиясфиль дёрнулась щека. Энкиду стоял с полуулыбкой на лице, наблюдая за нами, будто мы с Илией – актёры его любимой комедии.       - Сир… Вы… Ты… Ты мог сам достичь Истока! Заглянуть в Хроники Акаши! Достичь абсолютного всеведения!!! – альбинос взорвалась криком, - Почему ты отдал Путь мне?!!       Сложив руки на груди, изучаю тяжело дышащую девушку в теле девочки в начале пубертата. Её щёки равномерно раскраснелись, а аура тихо гудела, будто трансформаторная будка под напряжением в тысячи вольт.       - Вассалитет – это взаимовыгодное сотрудничество. Лорд заботится о слугах, жертвуя своими интересами. Слуга, взамен, посвящает себя служению лорду. Ты моя слуга, и ты желала Путь к Истоку. А я, твой король, мог тебе его даровать.       Илию словно молнией ударило. Она, будто пьяная, покачнулась на месте. Схватившись за грудь, Илия уставилась на меня пустым взглядом индивида, которому взорвали мозг. Для Мага нет ничего важнее Волшебства, а для Волшебника нет ничего важнее достижения Истока. Не считаясь с жертвами, Айнцберны две тысячи лет шли к обретению Волшебства и ещё тысячу лет – к Истоку. Прототип Илии, Юстиция фон Айнцберн, пожертвовала собой, став ядром Великого Грааля. То что я отказался от Пути к Истоку по столь «тривиальной» причине, как верность нашим обязательствам вассала и сюзерена многотонной кувалдой било по основе мировоззрения Иллиясфиль. Я почти видел, как перед её взором всплывает строчка: «Иллия.exe ушла на перезагрузку, не кантовать».       - Энкиду, ты нам очень помог, - обращаюсь к воплотившемуся Слуге, - Будем считать, что этой помощью ты расплатился за материализацию души. Между нами нет долгов. Если не секрет, чем планируешь заняться теперь?       - Если у тебя нет для меня приказов, я был бы рад сопровождать тебя, пока они не появятся.       Вопросительно приподнимаю бровь.       - Обычно существование Слуг зависит от призвавшего их Мастера. Ты от меня не зависишь. Зачем тебе служить мне?       - Я был призван Граалем, чтобы стать твоим инструментом. Мастер, если ты во мне не нуждаешься, я подожду, пока во мне вновь не возникнет необходимость. Будь уверен, я тебе ещё пригожусь.       Задумчиво осмотрев Слугу, я призвал набор Осколков Тьмы. Он выглядел, как дорогая на вид лакированная коробка для шахматных фигур. Откинув крышку, я открыл миру одиннадцать шахматных фигур, покрытых белой эмалью. Рёбра Осколков не были окрашены, демонстрируя сияющий изумрудный кристалл. В наборе не хватало пяти фигур, на их месте было пять пустых гнёзд: под короля, ферзя, епископа, рыцаря и ладью.       Осколки озарили душу Энкиду, «взвесили» её и вынесли вердикт: пять стандартных пешек или одна ладья. «Пешки или ладья, ладья или пешки?» - спрашиваю у самого себя. С одной стороны, ладья – Осколок, концептуально увеличивающий защиту и ударную мощь фигуры. С другой стороны, пешка – самая потенциально-могущественная фигура, способная использовать душу носителя в качестве источника ресурса для Повышения – превращения в любую офицерскую фигуру, включая ферзя. «Если переродить Энкиду пешками, а затем призвать оставшуюся часть его души с Трона Героев, он сможет использовать Повышение за счёт ресурса своей души… То есть, по своему желанию принимать свойство любой офицерской фигуры. Заманчиво. Очень заманчиво, но… нет. Сделаю его офицером,» - беру ладью, закрываю крышку, отправляю набор из десяти оставшихся Осколков в Личный Анклав.       - Если желаешь мне служить, служи как фигура, а не безропотный инструмент.       Взяв из моих рук Осколок, Энкиду осмотрел его и без возражений вложил себе в грудь. Осколок прошёл сквозь одежду и плоть, чтобы раствориться в теле и намертво сплавиться с душой Лансера.       - Илия, как думаешь, ты можешь призвать с Трона Героев оставшуюся часть души Энкиду?       - А?.. – девочка заторможенно дёрнула головой в мою сторону. Пару раз моргнула длинными, пушистыми ресницами, - Ааамм… Теперь его сосуд куда совершеннее. Думаю да, смогу. Только не сейчас и… эээ, не за раз. Мне нужно накопить прану. Много праны. На это уйдёт месяц, не меньше.       - Понимаю. Хорошо отдохни, а через месяц проведём ритуал.       - Угу.       - Пойдём, Энни, - говорю новому слуге, - Познакомим тебя с остальной Свитой. Илия, не зависай.       Энкиду решил жить в лесу близ выделенного мне охотничьего домика. Его часто можно было найти в окружении птиц и зверей, обитающих в лесу. Энкиду объяснял подобное поведение желанием «найти общий язык» с местной планетой. Несмотря на любовь к природе, он обожал технику и блага цивилизации, которые я ему приносил. Его любимой игрушкой стал ноутбук с выходом в интернет и дьяволнет – виртуальную сеть Геенны.       На одной из встреч в лесу, я как бы между делом заметил сходство между Энкиду и моим кузеном, Аджукой Астаротом, ныне Мао Вельзевулом.       - Мы похожи? Чем же? – оторвавшись от поглаживания оленя, поинтересовался Энкиду.       - Внешностью. Повадками. Характером, - я сел на выступающий из земли корень могучего древа, - Любовью к техно-магии. Кузен тоже очень… благожелателен ко всем вокруг. По крайней мере, внешне. Иногда кажется, что окружающий мир для него – песочница с несмышлёными детьми или клетка с лабораторными крысами. При этом, он абсолютно безжалостен.       - Не знаю, что на сердце у твоего кузена. Я же… - Энкиду задумался, подбирая слова, - Природа наполнена жестокостью, а я чутко воспринимаю природу. Жизнь питается жизнью и приносит самой себе страдание. Это происходит потому, что зверь не в полной мере осознаёт страданий своей добычи и саму концепцию жестокости. Наверное, поэтому мной столь любимы люди. Они способны осознать свою жестокость и преодолевают её. Это возвышает их над их природой.       - Ты уже не раз намекал, что симпатизируешь человечеству. Так почему ты служишь мне, существу, которое питается людьми?       Энкиду взглянул на меня с отеческой нежностью.       - Дьяволы могут верить в иное, но для меня, Мастер, твой вид – часть человечества. Одна из его ветвей.       Задумавшись над словами Энкиду, я невольно признал наличие в них зерна истины. В далёком прошлом эволюция породила базовую модель человечества. Обнаружив её, боги начали эксперименты по выведению паствы достаточно развитой, чтобы обеспечить своих богов жертвами и достаточно уязвимой, чтобы нуждаться в покровителях. Они раз за разом модифицировали базовую модель, а затем выпускали в большой мир, чтобы посмотреть, что из этого получится. Выжившие модели давали потомство, скрещивались и формировали стабильные популяции. Так человечество возникло в том виде, каким я знаю его сейчас.       Как бы я это не отрицал, факт есть факт: Праматерь Лилит – модель «идеального человека», созданная Библейским на основе базовой модели. Люцифер соблазнил её, заманил во Тьму и помог обуздать Тьму внутри себя. А затем… Затем, эволюционировавшая Лилит породила от Хелела основателей Домов Люцифера и создала Столпы из частиц своей плоти.       - Не буду отрицать, дьяволы – вид гоминидов. Мы произошли от людей. Тем не менее, мы не люди.       - Всё зависит от точки зрения, - сказал Энкиду с лёгкой, освежающей улыбкой, - У тебя она своя. У меня своя. Предлагаю на этом поставить точку в данной теме, иначе мы будем мусолить её, переливая из пустого в порожнее в попытках отстоять свои взгляды.       С этим было сложно не согласиться.       - Как тебе твоё новое бытие? – меняю тему.       - Бытие… - Героический дух продолжил поглаживать млеющего оленя, - Перерождение можно сравнить с полным обновлением программного кода. Раньше он у меня был двоичным. Теперь он стал троичным. КПД всех процессов во мне существенно поднялось. После ритуалов Волшебницы моя версия программного обеспечения тоже обновилась. После второго ритуала я превзошёл ту версию себя, которая была сотворена богиней-матерью Аруру. После третьего я вышел за пределы того, что считал возможным. За это, прошу, прими мою благодарность.       Прикрыв глаза, Энкиду элегантно склонил голову.       - Я принимаю благодарность от фигур службой. Научись служить мне. Тогда я её приму.       - Разве я тебе уже не служу? – казалось, Энкиду искренне этого не понимал, - Или от меня требуется что-то конкретное?       - Служить и позволить пользоваться собой словно инструментом – это не одно и то же. Когда ты познаешь разницу и начнёшь своё служение, я со всем почтением приму твою благодарность.       - Служение… - взгляд Энкиду устремился вдаль, - Я всегда считал, что цепь подчинения подобна связи мозга и частей тела. Мозг отдаёт приказы. Руки и ноги их исполняют и предоставляют информацию. Когда у мозга проблемы, страдает всё тело. Моё понимание не верно?       - Описанное тобой зовётся вертикалью подчинения. Служение – это нечто большее. Тот кто служит – это не тот, кто исполняет приказы господина и обеспечивает его ресурсами взамен на преференции или ресурсы. Слуга должен думать о благе господина и стремиться к воплощению сего блага. В моей Свите фигуры служат королю, а я, как король, служу всем фигурам.       Энкиду выглядел заинтересованным. Он погрузился в далёкие воспоминания и, спустя несколько минут неспешных размышлений, кивнул чему-то своему.       - Пожалуй, я могу это понять. Роль слуги для меня нова, но я постараюсь.       - Если ты не против, я уделю внимание работе.       - Конечно. Работа крайне важна.       Зависнув в воздухе в ассане лотоса, я прикрыл глаза и сосредоточился на заключении и исполнении Контрактов.

[***]

Я находился в просторном накрытом куполом помещении, каждая пядь которого была расписана противодемоническими печатями. Фигура, в центре которой я находился, являлась сложной многолучевой звездой, выведенной непрерывной линией. Её линии пересекались так, чтобы сформировать по центру круг. На вершинах каждой звезды стояло по гуманоиду в однотонном плаще и карнавальной маске, которая скрывала лицо и размывала ауру. Стоило взглянуть на них, зрение размывалось будто у смертной души с плохим зрением.       Мужчина на вершине «главного» луча скинул с головы капюшон, снял с лица маску. Я увидел мужчину средних лет с костистым лицом и серой кожей. Его плащ был серым, пусть и иного оттенка, чем кожа.       - Назовись, демон.       Приказ серого будто ударил по незримому колоколу внутри меня. Стиснув зубы, волевым усилием сдерживаю порыв назваться.       - Вежливые индивиды сначала представляются, а уже потом спрашивают чужое имя, - сообщаю с нарочитым спокойствием. Осматриваю течение потоков духовной силы и несущего её эфира, пронизывающего линии магической фигуры, - Хммм… Круг-в-Круге. Классика.       - Разбираешься? – демонолог приподнял чёрную бровь.       - Много путешествую. Постоянно встречаю мудаков, которые без задней мысли призывают меня, чтобы подчинить. Пока что мне везло. Ни у кого не вышло, - даю демонологу жирный намёк.       За века своей жизни я рассеял фамильяров по бессчётному числу вселенных за пределами родного сектора мироздания. Благодаря этому я постоянно ощущал призывы демонологов и отвечал на них, чтобы получить Право войти в миры и действовать внутри них. Исполняя Контракты, я оставлял в этих мирах фамильяров, чтобы сохранить право действовать. Чем больше Контрактов я заключал в каком-то одном мире, тем более открытым для меня он становился. В какие-то миры я даже мог войти одним из Воплощений и действовать полностью свободно.       Существовал и иной путь преодоления естественной защиты мира. Этот путь предусматривал наличие компетентных чародеев-демонологов, которые способны призвать одно из моих Воплощений. Обычно демонологи ведут себя, мягко говоря, крайне хамски. Но я на них за это не злюсь. У меня бы тоже испортился характер, работай я с такой мерзостью, как демоны.       - Назови свои Законы.       Новый приказ отдался изнутри мощным, резким звоном, от которого захотелось выложить всё здесь и сейчас. Это уже был не порыв. Это была потребность сродни потребности утопающего в глотке живительного воздуха или жажды глотка живительной влаги после многодневного перехода по раскалённой пустыне. На моё счастье, это был один-единственный импульс, а не постоянное принуждение.       - Ишь чего захотел, - усмехаюсь, - Я был готов простить первый приказ. Я прощаю тебя за второй приказ. Демонолог, третий приказ станет для тебя последним.       В чём преимущество наличия Воплощений? Даже если одно поймают, другое останется на свободе и сможет прийти самому себе на помощь. Я был уверен в способности выбраться отсюда, ведь всегда мог призвать на помощь второе Воплощение. Теперь, когда исконные жители призвали меня в этот мир, мне это по силам.       Демонолог не знал о моих возможностях, но понять, что третий приказ станет для него последним, он смог. Оно и понятно. Чародеев называют по разному, но во всех мирах и культурах их величают Мудрыми. Не за то, что они умны или мудры – хотя, без ума размером с дом в магии далеко не продвинуться, - а за то, что их сознание крайне близко к подсознанию. Собственно, само чародейство – это просто методика реализации потенциала подсознания через практики самогипноза. Благодаря близости к подсознанию, разум чародеев способен улавливать и понимать то, что не доступно остальным смертным. Чародеи воспринимают мир иначе… глубже. И понимают куда больше, чем доступно многим.       - Мы призывали Владыку Насекомых, - голос демонолога был жёсткий, резкий. Каждое слово было подобно удару бичом, - Ты не похож на клок сальных волос, в которых завелась кровососущая мерзость.       - Вы не ошиблись, когда призывали меня. Пусть и звали не меня.       - Это я уже понял. Ты утверждаешь, что можешь вырваться из Круга-в-Круге, - сделав над собой усилие, демонолог перешёл на вежливый тон, - Будь любезен, объясни, как это возможно?       - Элементарно. Ты пытался призвать сущность роевого типа. Так что, ты преуспел. Но лишь частично, ибо ты призвал лишь часть меня. Даже если уничтожишь эту часть меня, я продолжу жить. Тогда я вернусь, дабы Воздать тебе и тем, кто участвовал в моём пленении. И никто тебя не защитит. Ибо я буду в своём праве.       Серый демонолог закаменел ликом. В смазанных аурах магов расцвели бутоны яркого ужаса. Она знали, что я не лгу и не шучу. Они зрели мою ауру. А она не лгала.       - Перейдём к делу, - меняю тон на менее зловещий, - Зачем тебе демон, управляющий насекомыми?       - У нас островное государство. Архипелаг. Насекомые портят урожаи и ценные породы древесины. Избавление архипелага от насекомых-вредителей решит этот вопрос.       - И полностью разрушит экосистему, - говорю скучающим тоном взрослого, объясняющего прописные истины ребёнку, - На насекомых в мире многое завязано, знаешь ли. Даже на вредителях, которые портят лес и урожаи. Те же комары – гады ужасные. Но кровь у них пьют только самки. Самцы совсем не кровожадны. Они питаются нектаром и соком растений, а также служат кормовой базой половине известных тебе видов птиц. Не станет их, птицы начнут голодать и вымирать. А ведь у птиц тоже есть своя роль. В природе всё взаимосвязано.       Скрестив руки на груди, мужчина недовольно потопал ногой. Он провёл так несколько минут, размышляя над ситуацией, в которой оказался.       Наконец, демонолог пришёл к решению:       - Что на счёт защиты от вредителей только садов и полей?       - Это можно устроить. За скромную плату, само собой.       - Чего желаешь взамен?       - Пусть рядом с каждым полем и в каждом саду мне возведут маленький храм. Достаточно домика на толстом каменном столбе, возведённом без капли магии. В этих храмах следует приносить в жертву плоды садов и полей, о защите коих меня будут просить. Горсть зёрен. Чашу самых наливных и красивых яблок. И тому подобное. Отрядите слабых, мало на что годных магов, чтобы они следили за храмами: чинили их, держали в чистоте и объясняли пастве, кому следует быть благодарными за целый урожай. Каждому из служителей будет дарована капля моей силы.       - Ты точно демон? Больно мало требуешь. Обычно твоя братия жаждет кровавых жертв. Не всегда разумных, но всегда кровавых.       - Я не испытываю недостатка в количестве пищи. Мне важно качество жертв. К тому же, я не люблю мясо. Тем более, кровавое. Ежели желаешь меня угостить, налови сочных насекомых, да обжарь их в масле с душистыми травами.       Серый демонолог скривился в отвращении. «У каждого свой взгляд на мир,» - я отнёсся к реакции мужчины с пониманием. Смертные относились к насекомым с приобретённым отвращением, ведь в крупных поселениях с обилием мусора и фекалий насекомые служили разносчиками болезней. Будучи бессмертным, я не мог заболеть и не ощущал к насекомым подобного отвращения. Совсем наоборот.       - Назовись. Не возводить же нам храмы безымянному богу?       - И в самом деле, - другое Воплощение возникло рядом с демонологом, - Непорядок, если паства не знает имени своего покровителя. Я Джора. Джора из Дома Вельзевула, - первое Воплощение исчезло из круга, - Представься и ты, серый, что носит серое.       - Я Мальчимбо по прозвищу Красный. Глава Совета Двенадцати. Владыка Серой земли.       - Я уважу твою культуру и буду называть тебя владыкой. Но знай, в моём мире Владыкой имеют право зваться лишь те, кто безраздельно правит целым миром.       - Я запомню. Предлагаю пройти в мой кабинет. Обсудим детали нашего… - демонолог вновь сделал над собой усилие, - Сотрудничества.       Развеяв первое Воплощение, вторым я сопроводил Мальчимбо до его кабинета, чтобы обсудить нюансы Контракта между мной и его страной. Заполошно бьющееся сердце в груди демонолога играло гимн моей победы.       Спустя пару часов неспешных переговоров под местные блюда – мне подали салат с креветками, - и алкоголь, мы пришли к компромиссу по вопросам защиты территорий от вредителей, возведения «малых храмов», учреждения государственного праздника в мою честь, и заключению личного Контракта с Мальчимбо. Согласно этому Контракту, Мальчимбо и его избранные ученики, взамен на возведение, защиту и обслуживание храмов получали от меня фамильяра. Фамильяром было демоническое насекомое из списка, указанного в Контракте. Чем больше храмов обслуживается одним магом, тем большее число фамильяров будет ему служить. Один малый храм – один фамильяр.       Государственный праздник должен был отмечаться в мою честь первый день каждой недели. На праздник следовало приносить небольшое подношение в храм, ходить в гости и поднимать бокалы в мою честь на застолье. Причём, первый бокал обязательно нужно было пожертвовать, отдав земле. Сильные эмоции от праздника порождали духовную силу, а сам праздник, будучи примитивным жертвенным ритуалом, направлял эту силу ко мне.       Первым, пробным фамильяром Мальчимбо выбрал себе ктыря - хищную муху, которая питается другими насекомыми. Демонический ктырь был размером с большой палец, по прямой разгонялся до двух махов и имел в остром хоботке пищеварительный фермент, одной капли которого хватало, чтобы превратить тысячу взрослых людей в бурдюки с питательной биомассой. После пары десятков испытаний Мальчимбо посадил ктыря в пузырёк-поглотитель, в котором запирают слабых демонов.       - Хороший питомец, удобный, - сказал Мальчимбо, разглядывая демонического ктыря в пузырьке, - Ещё и бессмертный. Жаль, только один на храм. Знаешь ли, те гуляния, которые я должен буду организовать, принесут Серой земле немалые убытки… Ладно бы, раз в год. Так ты хочешь их раз в неделю проводить, - Мальчимбо грохнул кулаком по столу. Посуда зазвенела, - Это слишком накладно!       - Я не небожитель, чтобы даровать чудеса по доброте душевной, - мой голос был холоден, - Не желаешь заключать Контракт? Не заключай. Я предложу его другому, более сговорчивому правителю этого мира.       - Знаешь, я ведь тебя призвал. Изгнать тебя тоже могу… - многозначительно протянул демонолог.       - Поздно, Мальчимбо. Думаешь, я с тобой просто время убивал? Этот остров заражён моими фамильярами. За исключением сильнейших чародеев, каждый серый человек здесь – якорь для меня. Ты не сможешь меня изгнать. Сил не хватит. Убить тоже не сможешь. Попробуешь запечатать… - вызывающе ухмыляюсь, - Чтож, рискни. Но ты и сам знаешь, что я лишь часть целого. Запечатать меня всего и сразу тебе не под силу. Уж поверь, я об этом позаботился.       Зыркнув на меня исподлобья, Мальчимбо подписал Контракт. Так на Серой земле появился первый, еженедельный религиозный выходной-праздник, а у меня - небольшой, но стабильный источник яркой духовной силы.       Вести переговоры с позиции превосходящей силы приятно и продуктивно. Жаль, не всегда возможно.

[***]

      Илия убрала руку от моей груди, слезла с моих колен. Обойдя посолонь кресло, в котором я сидел, она удовлетворённо хмыкнула. Я тоже прислушался к себе и тем изменениям, которые она внесла в мою сущность.       Смерть Изначальных Владык стала той точкой, которая привела к поражению Геенны в войне с Небесами. Фертильность наших женщин жёстко урезали, а наш вид стал уязвим перед святым светом Небес – особым видом благодати, который был только у небесных ангелов.       Истинная Магия – это феномен, который не дано понять никому, кроме Истинного Мага. Тем не менее, это не значит, что с его помощью невозможно манипулировать иными феноменами, которые понятны остальным индивидам. Айнцберны были мастерами алхимии, получившими власть над потоком материи, энергии и духа, которая может быть только у богов. Истинная Магия Иллиясфиль ещё больше расширила её возможности, позволив свободно управлять стабильным эфиром, из которого состоят духовные тела, и переписывать свойства этих тел. Иллиясфиль не могла увеличить или уменьшить размер души. Чем могущественнее душа, тем сложнее ей было воздействовать на ту без прямого дозволения. Зато, получив это дозволение, Илия могла разгуляться не на шутку. Так, она лишила меня навязанной уязвимости перед святым светом Небес и активировала Родословную, которую я унаследовал от матери. Тем самым, она сделала меня Сверх-дьяволом – дьяволом с двумя доминантными Родословными.       Кроме меня, за всю историю нашего вида существовало трое Сверх-дьяволов: Резевим Ливан Люцифер – второй Владыка Люцифер, ушедший в изгнание после проигрыша в Гражданской войне; Сазекс Гремори - ныне Третий Люцифер; я, Джора Вельзевул – результат искусственной активации второй Родословной.       Помимо нас троих существовали ещё один дьявол, причисленный к нашей «лиге». Им был Аджука Астарот, ставший Третьим Владыкой Вельзевулом. Он имитировал наличие двух Родословных за счёт королевского Осколка. Я тоже раньше прибегал к подобному трюку, как и ещё несколько высших дьяволов. Однако, мы не достигли могущества истинных Сверх-дьяволов: Резевима и Сазекса. Всё из-за того, что Родословная – это не только чистая мощь Тьмы. Это каркас, вокруг которого растёт душа. Чем крепче и больше этот каркас, тем выше пределы естественного расширения души.       Королевский Осколок создаёт феномен одержимости, который позволяет двум идентичным душам работать в идеальной синергии. Это приводит к количественному росту могущества. Тем временем, душа дьявола с двумя Родословными растёт в силе не количественно, а качественно. Это отражается даже физически. У чистокровных дьяволов кровь содержит в себе божественный ихор, как у полубогов. У Сверх-дьяволов по жилам течёт чистый божественный ихор.       - Сир, примите совет от чистого сердца: более не обращайтесь к силе королевского Осколка, - Илия покосилась на столик, на котором стояла изумрудная шахматная фигура короля, - Если Вы прибегнете к ней уже имея в распоряжении силу двух Родословных, Вас разорвёт, как передутый шарик.       - Илия, твоё предупреждение греет моё сердце, но оно несколько запоздало. Я прекрасно понимаю, что активация королевского Осколка меня убьёт.       - Хм-м-м. Ну, ладно, - епископ по-птичьи склонила голову, - Чем планируете заняться теперь? Захватите власть в родном Доме?       Тихо хмыкаю.       - У нас с дядей напряжённые отношения, но убивать его ради титула и власти я не собираюсь. Моя цель по жизни проста, даже тривиальна. Я желаю стать достаточно сильным, чтобы меня не нагибали раком. Ты существенно помогла мне в её достижении. Чего ты желаешь в награду?       - Сир, Вы даровали мне то, к чему Айнцберны стремились три тысячи лет. Истинную Магию не измерить никакими наградами или благами. Прошу Вас, считайте сию помощь частью моей благодарности.       Взглянув на донельзя серьёзную и «просветленную» Иллиясфиль, я похлопал себя по колену. Когда она уселась, я приобнял девушку в теле девочки.       - Благодарю тебя, моя драгоценная слуга. Ты прекрасно справилась. Я буду полагаться на тебя в дальнейшем, а потому и ты не забывай полагаться на меня.       - Всенепременно, мессир.       Не существует правых или виноватых, добра или зла. Есть лишь сильные и то, что они диктуют тем, кто слабее. Сила – это то единственное, что определяет положение вещей в нашем мире. В нашем секторе мироздания на вершине иерархии сил стоят две сущности: бог-дракон Мечты и бог-дракон Бесконечности. Чуть ниже этой парочки расположились Библейский бог и два Небесных дракона, они же драконьи Императоры. Затем идут Короли драконов, верховные боги пантеонов, серафимы Небес и Сверх-дьяволы. Сущности под ними – это высшие дьяволы, древние драконы и обычные боги. Ещё ниже стоят все остальные.       Я пока что не вышел на уровень сил Сверх-дьявола. Для этого второй Родословной нужно созреть. Но через пару веков, когда это произойдёт… У меня от перспектив аж живот свело в томлении! «Осталось убедиться, что меня не захотят прихлопнуть, пока локомотив моего могущества – это всё ещё милый маленький чайник,» - размышляю над наличием не иллюзорных угроз. Благо, всем известно, что у меня есть королевский Осколок. Так что рост моей силы при взгляде со стороны не будет казаться чем-то неестественным.       - Илия, я попрошу тебя держать в тайне то, что я пробудил наследие матери. Об этом не должен узнать никто, кроме нас двоих. От этого зависит выживание нашего Клана. Исполнишь?       - Я буду нема, как надгробная плита.       - Славно, - мягко улыбаюсь, - Слышал, ты подружилась с одной из подруг Цукуне? Кажется, её зовут Юкари.       - С Юкари интересно. С Мокой тоже интересно. Она умная и начитанная, но с Юкари... иначе. Она владеет магией и, представляете, совершенно не делает из неё Таинства! Правда, это магия ведьм, ведовство… Она на традициях основана. Но чародейством она тоже владеет! Самыми основами, правда. Ей пока сил ни на что серьёзное не хватает. Зато в теории она подкована – ух!       Слушая счастливое щебетание пригревшейся Илии, я чувствовал, как на душе становится тепло. Дело было даже не в миловидности епископа и не в её звонком, будто колокольчик, голосе. Меня грела мысль о том, что у меня появилась слуга. Не просто фигура или прислуга, а самая настоящая слуга, которая признаёт меня своим господином и служит во благо моё без того, чтобы требовать что-то взамен. Для меня это многое значит.       - Я рад, что у тебя появилась подруга. Планируешь заключать с ней Контракт служения?       - Вы про связь, по которой дьявол снабжает чародея эфиром, а чародей, взамен, отдаёт ему духовную силу? – получив мой кивок, Илия выразительно задумалась, - Пожалуй, всё же нет. Я Маг, эфир мне самой пригодится. Думаю, Цукуне для этого больше подойдёт.       - Пожалуй, ты права. У него с талантом к йодзюцу и магии полный швах. Духовная сила ведьмы это немного компенсирует.       - Я тоже так считаю. Сир… - Илия чуть сжалась, сглотнула, - Амм… Я Вам симпатична. Ну, как женщина?       Отстранившись, осматриваю Иллиясфиль. Дьяволы прекрасны. Это часть нашей природы. Встретить уродливого дьявола просто не… Хотя нет, возможно, если дьявол обезображен увечьями. Но это единственное исключение из правил.       Красота бывает либо детской, милой, либо взрослой, сексуальной. Дети… Дети у нас словно котята или плюшевые игрушки. Испытать вожделение к ним может только кто-то вконец искушённый или полностью спятивший. С другой стороны, даже совсем молодые девушки, которые только-только потеряли детскую миловидность и не успели созреть, уже источают сексуальность. Иллиясфиль была миниатюрной, но зрелой и источающей сексуальность девушкой. За ребёнка её принять мог только слепец или законченный асексуал.       - Ты уже сейчас прекрасна, а через несколько лет расцветёшь в зрелую красавицу, каких мало, - нежно провожу пальцами по волосам цвета снега. Творения Айнцбернов были произведениями искусства. Во всех смыслах этого слова, в том числе, в эстетическом, - К чему этот вопрос?       Иллиясфиль печально вздохнула.       - Просто я не понимаю, почему Вы не приглашаете меня разделить ложе. Размножение – это ведь одна из главных целей для перерождения самок иных видов.       - Ты права и ошибаешься. Будь это моей целью, наш Клан состоял бы сплошь из дьяволиц. Однако, помимо тебя и Сакуры в Клане состоят аж три мужчины. Как думаешь, почему?       - Вы «играете за обе команды»?       Услышав предположение Иллиясфиль, я добродушно усмехнулся. Возможно, для кого-то другого подобное и было бы оскорбительно, но не для меня. Дьяволы трахают всё что шевелится. А что не шевелится, то мы шевелим и трахаем. Работодатель – или просто начальник, - имеет полное право пользовать подчинённых так, как сам того пожелает. Это называется налог на бёдра: право работодателей на законных основаниях требовать от работниц и работников удовлетворять их сексуальные потребности. Пользуясь этим правом, я мог в любой момент невозбранно принудить к соитию любого члена Свиты. Собственно, по Свите каждый желающий мог определить предпочтения того или иного дьявола. Если в ней состояли только девушки, король был только по девушкам. Если Свита была двуполой, то её король, очевидно, предпочитал оба пола.       - Я исключительно по девушкам, - подумав, добавляю: - Которые родились девушками. Модификанты, выдающие себя за женщин, мне не интересны.       - Ммм… - Илия довольно прищурилась, - Из Широ вышла бы милая сестрёнка. Но братиком он мне нравится всё же больше.        «Ну да, кто бы сомневался,» - ворчу про себя. Я не был слеп, поэтому замечал, как Илия смотрит на Широ взглядом голодной волчицы, завидевшей кусок парного мяса. У неё явно под ногами горело от желания наброситься на сводного брата. Ситуацию явно обострял братский комплекс, развывшийся на фоне того, что Широ пожертвовал собой ради спасения её жизни.       - Что до твоего вопроса… Ты вожделеешь Широ. А я не желаю вставать между тобой и Широ.       - То есть… - Илия прикусила губу, - Вы не против того, что мы с братиком станем парой?       - Кажется, я только что ответил?.. Пока Широ не против, я не буду вставать на пути твоего желания, - дарю Илии подбадривающую улыбку, - А он не против. Дерзай.       Пережив радостный визг Илии и поток её благодарностей, я проводил её до выхода из своей комнаты, сел на кресло и обратился помыслами к тому, какую силу смогу обрести теперь, когда моя душа несёт в себе две доминантных Родословных. Родословная Вельзевулов называется Король Мух за способность создавать мух всех видов и форм, а также управлять ими. Владыка Роя – это Закон, который расширяет наш кеккей-генкай на остальных насекомых, даже на тех, что находятся за пределами этой вселенной или вовсе не существуют. Проще говоря, я могу создать любое, даже не существующее насекомое и управлять им.       Родословная Аббадонов называется Дыра. Она дарует способность к созданию личного измерения и возможность соединять его с зримым миром в виде чёрного одностороннего портала. Закон Аббадонов, Владыка Мира, дарует власть над личным измерением и его законами. С помощью Владыки Мира внутри Дыры можно свободно писать и переписывать законы реальности, делать Дыру многослойной или творить что душе угодно с существами, которых удалось затянуть внутрь. Действие Владыки Мира распространяется на тело его носителя и его владения: землю под его властью.       Зеркало Души Широ - Бесконечный Край Клинков, - похоже в своей сущности на Дыру, но пути их обретения кардинально отличаются. Зеркало Души – результат заключения Контракта с Алайей паренька с извращённой психикой и жизни в мире, в котором реальность представляет собой слоёный торт. Дыра – сила, узурпированная у бога. В отличие от Зеркала Души, которое существует в душе носителя в виде ландшафта иной реальности и может быть спроецировано на окружающую реальность для перезаписи её законов, личное измерение – это отдельное пространство. Оно не вторгается в реальность, переписывая её законы. Вместо этого оно существует параллельно с зримым миром.       Я планировал исследовать феномен Зеркала Души и, по возможности, воспроизвести его. Благодаря Иллиясфиль этого больше не потребуется. Теперь у меня есть Дыра, а через пару веков созреет Владыка Мира. С силой двух Родословных и их Законами я стану достаточно силён, чтобы сравняться в могуществе с Сазексом и Резевимом. Впрочем, этого мне тоже мало. Я не желаю быть им ровней. Я желаю их превзойти.       Пожалуй, несмотря на подарок судьбы в лице Иллиясфиль, Широ не потерял в своей полезности. Данные его Бесконечного Края Клинков всё ещё можно использовать, чтобы создать второй слой Дыры, а Широ останется эффективной боевой единицей, умелым слугой и неплохим поваром даже после того, как я извлеку из него все данные. В самом крайнем случае, если он покажет себя бесполезным, я передам Широ Илии после того, как она обретёт свой набор Осколков Тьмы. «Даже интересно, Илия ограничится только Широ или создаст из своей Свиты сераль? Время покажет. А сейчас… Сейчас нужно думать о насущном,» - в руке возник королевский Осколок. Спустя мгновение, он перестал источать внутренней свет, а я ощутил, как ко мне вернулась ранее отданная часть души. Прикрываю глаза от накатившего удовольствия.       Осколки Тьмы дают возможность наращивать душу сверх того, что позволяет Родословная. Дьявол без них – это обычное дерево с одним стволом, а дьявол с Осколками – баньян, разрастающийся на огромные площади за счёт дополнительных стволов, которые растут от веток вниз, укореняются и поддерживают крону за счёт множества дополнительных стволов. Если бы я вернул часть своей души из Королевского Осколка до того, как Илия модифицировала меня, я бы не смог её «усвоить», ведь моя душа уже достигла предела естественного расширения. Мой «ствол» – моя Родословная, - достиг своего предела развития. Активировав вторую Родословную, я раздвинул границы расширения души. Это позволило мне усвоить ту часть души, которая росла внутри королевского Осколка.       Спустя несколько часов эволюции души и ауры – удивительно мало с учётом того, что мне пришлось усвоить, - создаю Закон Андердога – небольшую способность, которая будет скрывать наличие у меня второй Родословной. Теперь всякий, кто всмотрится в мою ауру, увидит чистокровного дьявола, усиленного королевским Осколком, а не Сверх-дьявола в процессе становления.       Отправив пустой Осколок в Личный Анклав, обращаюсь в пустоту:       - Долго собираешься прятаться?       Тени удлинились, пересеклись и поднялись в третье измерение. На моих глазах чёрная двумерная плоскость в форме гуманоида обрела объём и цвета, чтобы стать миловидной девушкой в униформе колледжа Йокай.       - Что меня выдало? – спросила Сакура.       - Я держу на контроле не только трёхмерную реальность. Астрал и планы Нереальности тоже отслеживаются. Даже твоё пространство Мнимых Чисел.       Тень из под моего рукава удлинилась и перешла в третье измерение, чтобы обрести форму абсолютно чёрной мухи. Она была настолько чёрной, что казалась двумерной картинкой, которую наложили на трёхмерную реальность. Присмотревшись к моему творению, Сакура понимающе кивнула.       - Твоя ревность очаровательна, но не обоснована, - продолжаю после паузы, - Я не навязываюсь женщинам против их воли. Даже если у меня над ними полная власть.       Во взгляде Сакуры поселилась улыбка. Плавно подойдя ко мне, она села ко мне на колени и нежно требовательно, будто ласковая кошка. Приобнимаю её, давая опору спине.       - Знаю, сир. Но с тем, что я ревную Вас… С этим ничего не поделать. Я слишком люблю Вас, чтобы не ревновать.       - Ты ведь понимаешь, что это ты принадлежишь мне? Никак не наоборот.       - Понимаю, - Сакура состроила грустное личико, - Скажите, если у Вас в Свите появится другая женщина… Если она будет Вас вожделеть, Вы разделите с ней постель?       - Это причинит тебе боль? – отвечаю вопросом на вопрос.       Немного подумав, Сакура кивнула.       - Пока мы делим постель, если в подобном не возникнет острой необходимости, я воздержусь от того, чтобы кувыркаться с другими женщинами. В ином случае, тебе придётся отнестись к этому с пониманием.       Довольно улыбнувшись уступке, Сакура потянулась ко мне. Я склонился, чтобы дать ей дотянуться до моих губ. Долгий, чувственный поцелуй чуть не перерос в страстный акт любви, но я смог удержаться.       - Мессир?.. – Сакура удивилась моей воздержанности.       - Моя скверна нестабильна. Если я потеряю контроль, ты пострадаешь.       Удивлённо моргнув, Сакура возбуждённо облизнула губы. Казалось, отказ завёл её ещё сильнее. Прикусив щёку, она медленно вдохнула и ещё медленнее выдохнула, отстранилась от меня.       - Понимаю. Тогда, позвольте удалиться. Я… - она сглотнула, - Боюсь, мне не удастся успокоиться рядом с Вами.       Отпустив Сакуру, я прикрыл глаза, чтобы погрузиться в самосозерцание. Было крайне интересно наблюдать за тем, как душа перестраивается под влиянием созревшей Родословной Аббадонов, а тело подстраивается под душу, становясь больше концепцией, чем физическим явлением.

[***]

      Жар поднимался от углей, подрумянивая сочную саранчу, нанизанную на ряды тонких бамбуковых прутьев. На соседних прутьях жарились ломтики овощей, грибов и необычного фрукта, мякоть которого напоминала по вкусу и текстуре сырое мясо. Рядом с мангалом стояла электрическая плита. Сковородка на ней шипела раскалённым маслом, на котором обжаривались кусочки золотистого тофу.       Стоя возле плиты с лопаточкой в руке, рыжий парень крутил прутья с шашлыком, снимал с них готовое, нанизывал сырое и переворачивал кусочки тофу для равномерной обжарки. Стоя чуть в стороне от Широ, изящная служанка-альбинос с строгим лицом сервировала тарелки готовыми блюдами, чтобы подать их своей госпоже, господину их госпожи и его гостям. Селла иногда бросала взгляды на вторую служанку, Лизлетт, проверяя, как та прислуживает за столом госпоже Иллиясфиль. Каждый раз её взгляд цеплялся за фигуру юноши в джинсах и свободном белом худи – Джору Вельзевула, господина её госпожи.       Селла фон Айнцберн служила госпоже Иллиясфиль четыре года – с момента своего создания. Первые два года она готовилась к ритуалу Войны Святого Грааля. Следующие два года она ухаживала за госпожой, тело которой слабело и теряло жизненные функции. Два месяца назад Селла приготовилась к тому, чтобы деактивировать себя после смерти госпожи, но этого не потребовалось. Младший брат госпожи, Широ, заключил сделку с господином Джорой. Благодаря господину Джоре госпожа Иллиясфиль восстановила функционал тела, смогла достичь конечной цели семьи Айнцберн - Истока Великой Спирали, - и вернуться обратно.       Узнав о том, что её госпожа достигла заветной цели, Селла на мгновение растерялась. Затем, она преисполнились гордости за свою госпожу и укрепилась в решимости служить ей всем, чем только может. Затем, госпожа Иллиясфиль призналась, что смогла достичь Истока только благодаря господину Джоре. Используя госпожу, он открыл Путь к Истоку. Любой Маг или дьявол на его месте сам бы воспользовался этим Путём. Вместо этого господин Джора подарил Путь госпоже Иллиясфиль. В глазах Селлы подобная расточительность была чем-то немыслимым и, вместе с тем, завораживающим. Она не была Магом в полном смысле этого слова, но бесценность подобного Дара осознавала более чем полностью.       Заполнив тарелки, гомункул поднесла их к столу, который занимали Джора, его Свита и подруги его ладьи: юная ведьма, вампир, суккуб и снежная дева. Селла заменила пустые тарелки на полные и отошла к холодильнику за колотым льдом с охлаждённым фруктовым сиропом. Снежные девы питались только охлаждённым и замороженными жидкостями с минеральными или органическими добавками. Твёрдую органику и клетчатку их тела не воспринимали.       Вернувшись к плите, Селла обратилась к повару:       - Господин Эмия, я не могла не заметить, что господину Аоно оказывают знаки внимания сразу три прекрасных девы. Не соблаговолите ли рассеять моё невежество?       Широ бросил осторожный взгляд на стол. Поняв, что на их беседу не обращают внимания, занятые собственными разговорами, он кивнул.       - Постараюсь, но ничего не обещаю.       - Почему господин Аоно продолжает игнорировать их знаки внимания и, в свою очередь, безрезультатно добивается внимания фройляйн Акашия?       - Герр Аоно добивается фройляйн Акашия потому, что любит её. Любит настолько, что смирился с недостатками её природы. Что до остальных… - Широ снова покосился на столующихся, - Снежные девы заживо замораживают своих избранников. Это их аналог свадьбы и дьявольского перерождения. Когда человек… или кто-то иной умирает в их льду, в мире рождается новый снежный мужчина. Мало кому подобное по душе. Герр Аоно – не исключение. Суккубы своих избранников порабощают с помощью поцелуя. Фройляйн Куроно решила добиться чувств путём ухаживания, но это тоже… - Широ сделал жест рукой, означающий «так себе», и начал переворачивать прутья с шашлыком, - С фройляйн Сендо всё проще. Она слишком юна, чтобы заинтересовать его физиологически. Думаю, годика через три у неё появятся шансы. Тем более, что фройляйн Сендо тоже заинтересована в фройляйн Акашия.       - Вот как… - Селла посмотрела на шумную компанию, - Благодарю, господин Эмия. Теперь я понимаю расклады вокруг фигуры господина Аоно.       - Раз уж я ответил на твои вопросы, не против ответить на мои? – предложил Широ.       - До тех пор, пока это не затрагивает тайн моей госпожи и Таинства семьи Айнцберн, я к Вашим услугам, господин Эмия.       Широ натянуто улыбнулся.       - Хорошо… так. Раньше мы общались нормально. Даже звали друг друга по имени. В последнее время, ну… Почему ты так демонстративно-почтительна?       - Потому что Вы значительно выше меня в иерархии Клана господина Вельзевула. В статусе Вы равны госпоже Иллиясфиль, Третьему Истинному Магу. Обратись я к Вам без должного уважения, это лишь принизит мою госпожу, что недопустимо.       Скорчив очаровательно-глуповато-задумчивое лицо, Широ вернулся к плите и мангалу. Постепенно его лицо расслабилось, во взгляде зародилось понимание.       - Я знаю, что Истинная Магия очень важна для Гайи. Не будет проблем в том, что Иллиясфиль использовала Таинство Айнцбернов, чтобы пробиться к Истоку и решила жить в ином мире? Таинство ведь конечно. То есть, для достижения Истока нельзя использовать ту часть Таинства, которую уже использовал другой Истинный Маг. …Правда, я не знаю, почему.       - Минуту.       Воспользовавшись возможностью отойти для смены блюд на пиршественном столе, Селла обдумала ответ на вопрос, который задал Широ. Пройдя мимо госпожи Иллиясфиль, она обменялась с ней пакетами данных и получила разрешения на разглашение закрытой информации.       - Господин Эмия, отвечая на Ваш вопрос… - убедившись, что её слушают, служанка продолжила: - Достижение Истока – это достижение измерения, в котором пространство и время вселенной собираются в единую точку. Достигнув этой точки, Маг обретает вездесущность, как в пространстве, так и во времени. Никто не может второй раз пройти по Пути потому, что он используется в каждое мгновение каждой пяди той вселенной, в которой был открыт. В этот момент Маг осознаёт концепцию, которая не доступна никому иному.       Селла решила не нагружать Широ подробностями процесса обретения Истинной Магии. Так, она опустила тот момент, что в миг вездесущности Маг может коснуться концепции, которую возможно познать только через его магические цепи. Как слепому не объяснить понятия палитры цветов, так никому другому не понять той концепции, которую осознаёт Истинный Маг. Всё из-за того, что магические цепи – уникальный орган. Мельчайшие отличия в цепях присутствуют даже у однояйцевых близнецов.       Впрочем – как Селле было поведано под грифом «Таинство», - для обретения Истинной Магии недостаточно достичь Истока. Нужно обладать подходящими магическими цепями. Если магические цепи не подходят для того, чтобы познать Истинную Магию, Маг её не обретёт. У Иллиясфиль, в бытность гомункулом, не было подходящих цепей. Гомункулы модели Юстиция создавались для достижения Истока, а не для познания Истинной Магии. Перерождение в дьявола это изменило. Личные магические цепи Иллиясфиль – те, что не были частью Герба обратного типа, - мутировали, обретя абсолютно уникальную структуру. Это позволило ей познать Истинную Магию, которую Иллиясфиль назвала "Сияние".       - Уникальная магия, которой не познать никому, кроме носителя… Напоминает моё Зеркало Души.       - Это некорректное сравнение. Ваше Зеркало Души является результатом достижения Трона Героев и возвращения обратно в виде Слуги подобно Истинной Магии. Тем не менее, подобная магия есть у множества иных сущностей. Чисто в теории, она может быть воспроизведена могущественным чародеем. Это означает, что феномен Зеркала Души не является Истинной Магией. Что до важности Истинной Магии для Гайи… Госпожу этот вопрос более не волнует.       Услышав заявление Селлы, Широ печально улыбнулся.       Перерождение в дьявола оскверняет душу, делает её эгоистичнее, эгоцентричнее и безразличнее к окружающим. Ранее Айнцберны стремились к Истоку, чтобы избавить человечество от страданий и бед… даже если придётся пожертвовать частью человечества в чародейских изысканиях на пути к Истоку. Истинная Магия была нужна им, чтобы принести человечеству Утопию. Госпожа отказалась от этой цели. Ныне её волнует только счастье тех, кто ей дорог, её магия и её долг перед господином Джорой. Если их родина, Гайя, будет уничтожена, госпожа просто пожмёт плечами и найдёт новый дом для тех, кто дорог её сердцу.       Широ с Селлой продолжали беззаботно общаться на фоне шума и тостов. Иногда Широ «снимал пробу» со своих блюд, ощущая гордость и счастье от своих успехов на поприще кулинарии. Тьма была ядом, который оскверняет души. Но иногда капля даже самого страшного яда может стать спасительным лекарством.

[***]

      Путь Земного Бессмертия, он же Путь Земли требовал от практика только одного: решимости повиснуть над пропастью смерти на тончайшей паутинке жажды жизни и держаться за неё в ожидании того, что она в любой момент порвётся. Мне было хорошо знакомо это состояние. Даже слишком хорошо. Как-никак уже больше полувека истязаю себя в стремлении обрести больше силы. Будь на моём месте смертный и проходи он через тот же режим тренировок, то уже дважды или даже трижды достиг бы предела развития. Я не был смертным. Я был дьяволом. А у дьяволов изначально куда больший «сосуд» жизненной силы. С одной стороны, больше труда – выше награда. С другой же… На Пути Земли важно не количество жизненной силы, а её качество.       С Путём Небес меня связывала та же ситуация, что и с Путём Земли. Это была одна из причин, по которым я остановился на этапе Золотого Ядра. Золотое Ядро – это не просто источник Истинной Ци. Это строительный материал для Зародыша. Многие смертные практики берут паузу на этом этапе, чтобы нарастить объём и насыщенность Золотого Ядра, тем самым подняв шансы на успешное создание Зародыша. Я тоже решил взять паузу, ведь моя душа была куда больше смертных душ и, соответственно, требовала намного больше материала для Зародыша. Возможно, в сотни тысяч раз. Или в миллионы.       Чтобы ускорить рост Золотого Ядра, я раз в пару суток залезал в саркофаг ускоренного времени. В этом каменном гробу время ускорялось тысячекратно, а я впадал в медитацию, в которой понятие «времени» становилось несущественным. Разум, тем временем, концентрировался на процессе нагнетания Истинной Ци обратно в Золотое Ядро и его росте за счёт этой подкормки.       Я ненавидел небольшие замкнутые пространства. Слишком много неприятных воспоминаний связывают меня с ними. Из-за этого мне приходится каждый раз перебарывать свою фобию перед тем, как залезть в саркофаг.       В последний раз фобия была подкреплена, когда один демонолог заточил меня в ларце. Мне тогда повезло, что демонолог запечатал только одно из двух Воплощений и до последнего не знал о втором. Благодаря этому я смог вызволить сам себя путём интриг, манипуляций и уничтожения дворца того мерзкого старикашки доставленным через анклав метеоритом. И всё равно, мне пришлось провести взаперти четыре месяца без еды, воды и хоть каких-то развлечений. Печати на ларце отрезали связь между Воплощениями, породив феномен полной депривации для одной из моих половин.       НЕНАВИЖУ ДЕМОНОЛОГОВ!!!       Справедливости ради, польза от этих ушлёпков тоже есть. И немалая. Благодаря их призывам очень удобно проникать в миры. Если бы не несомненная польза от их существования, я бы резал каждого встречного демонолога. А так… терплю их и играю у них на нервах, когда могу себе это позволить.       Высоким и высшим дьяволам редко приходится сталкиваться с враждой от демонологов. Поблагодарим за это концепт покровительства, введённый в обиход после того, как три тысячи лет назад Соломон поработил Лордов всех Столпов. Если какой-то демонолог решает поработить дьявола, к нему приходит злой Лорд, чтобы сделать из ушлёпка пример для остальных самонадеянных смертных. Если порабощают Лорда, его ближайшее окружение делает всё возможное, чтобы вызволить господина. После запечатывания я начал относиться к путешествиям меж вселенными и призывам демонологов с той мерой паранойи, которая должна быть у любого дьявола без покровительства Дома. А ещё, у меня появилась небольшая, преодолимая клаустрофобия.       После пары минут поиска решения вопроса с дальнейшим развитием жизненной силы, выход был найден. Я заказал у знакомого демонолога вериги, которые будут угнетать жизненную силу достаточно, чтобы вызвать необходимый стресс, но недостаточно для того, чтобы убить. Де-юре это были пыточные инструменты, заставляющие носителя ощущать непередаваемую близость смерти. Де-факто, браслеты стали моим тренажёром.       Мальчимбо считал, что браслеты Ядовитой Скверны – они превращали скверну демона в яд для его жизненной силы, - нужны для наказания особо провинившегося подчинённого. Когда он увидел, как я одеваю его творение, демонолога так перекосило, что я, не выдержав, едко усмехнулся сразу всеми Воплощениями.       Вернув себе самообладание, Мальчимбо спросил:       - И зачем тебе это носить? Нравится ощущать предсмертные муки?       - Контракту доверяй, но проверяй – древняя мудрость моей родины. Чао, Красный.       Дав ответ, я убрал браслеты Ядовитой Скверны в анклав и развеял это Воплощение. Вот ещё, буду я что-то объяснять этому… демонологу.       Воплощение Джоры в колледже Йокай достало браслеты, одело их и легло в саркофаг ускоренного времени, чтобы открыть его через три часа внешнего времени. Браслеты Ядовитой Скверны оправдали траты на заказ. Моя жизненная сила возросла ещё немного.

[***]

      Из-за присутствия в душах Родословных дьяволы одного и того же Дома имеют общие черты внешности. Так, все чистокровные Асмодеи - бледнокожие брюнеты, все чистокровные Левиафаны – мулаты, все Баелы взирают на мир аметистовыми глазами, а все Гремори носят алые шевелюры.       До пробуждения второй Родословной я был классическим Вельзевулом: зеленоглазым шатеном. Сидя перед зеркалом и ощущая, как нежные руки Сакуры расчесывают волосы, я видел мелированного шатена, в волнистой шевелюре которого соседствуют каштановые пряди Вельзевулов и светлые пряди Аббадонов. Выглядело красиво. Правда красиво. Но как-то… «Гах! Благородный мужчина должен следить за собой, а не выглядеть, как покрасившаяся фифа!» - недовольно восклицаю про себя. Впрочем, несмотря на внутреннее возмущение, я ощущал правильность нового элемента своего облика. Подобная цветовая гамма отражала моё Я, принося душевный комфорт.       - Мессир, как Ваше здоровье? – участливо спросила Сакура.       - Ещё пара недель, и я верну былой контроль над скверной.       - Рада это слышать. Мне тоскливо без Вашей ласки.       - Мне и самому этот целибат уже поперёк горла стоит. Вот только… - вздыхаю, - Слуга моя, запомни. Лишь ничтожества позволяют желаниям властвовать над собой. Дьяволы властвуют над своими желаниями. В этом источник нашей силы.       - Я высеку сие наставление в своей душе.       - Важно не только запомнить его. Следуй ему.       Закончив вечерний моцион, я сел на постеленную на полу циновку, принял ассану лотоса и погрузился в медитацию, обостряющую память и эмоции, что с ней связаны.       Скверна была силой, крайне отзывчивой к желаниям и эмоциям носителя. Причём, чем больше её было у души, тем легче она отзывалась на волнения сердца. Прокручивая в сознании события прошлого и проживая их так, будто они происходят здесь и сейчас, я отслеживал реакции скверны на эмоциональные пики и водовороты желаний, а затем брал эти реакции под контроль… если выходило. Если это не получалось, я раз за разом проживал в голове одно и то же воспоминание, пока скверна наконец-то не подчинялась воле.       Когда весь эмоциональный спектр брался под контроль, я переходил к воспоминаниям, вызывающим более мощный эмоциональный отклик. Прогресс шёл по спирали, позволяя мне с каждым витком всё лучше направлять свою скверну и подготовиться к вспышкам эмоций в ближайшем будущем.       Пока одно из двенадцати Воплощений занималось саморазвитием, остальные одиннадцать работали, исполняя обязательства по Контрактам на просторах всего разведанного мироздания. Большая часть работы удовольствия мне не доставляла, являясь нудной рутиной. Тем не менее, я продолжал делать то, на что подписался. Я не желал в один ужасный день заснуть, чтобы уже никогда не проснуться из-за Сонной болезни. Это не та смерть, которой я желаю. Единственная достойная смерть для дьявола – это смерть в бою. Дьявол должен принимать смерть в безнадёжной битве, впившись клыками в горло врага в попытке утянуть его за собой, а не тихо уходить во сне, будто состарившийся смертный.       От тренировки меня отвлекло ощущение начавшей резко убывать скверны. Осознав происходящее и вспомнив о том, что уже проходил через подобное, заканчиваю медитацию и призываю коробку с Осколками Тьмы. Открываю её.       Сила души кандидата на перерождения не должна превышать определённого процента от силы короля. Это обеспечивает силовое превосходство короля над каждой фигурой по отдельности и над всей Свитой в целом. Даже если все фигуры разом взбунтуются, они не смогут убить короля в прямом бою. Однако, из этого правила есть одно исключение. Когда сила дьявола достигает некой планки, с одного из Осколков снимается лимит, ограничивающий объём души, которую тот может получить от хозяина. Такие Осколки называются мутантами. Они забирают не какой-то процент души хозяина – один, три, шесть или одиннадцать, - а делят с ним душу поровну.       По числу мутантов в наборе достаточно легко определить примерный уровень силы его хозяина. У каждого высокого аристократа в наборе есть хотя бы один мутант. У Лордов Столпов из высокого класса и высших дьяволов в наборе два мутанта. У Серафолл Левиафан – слабейшей из четырёх Мао, - и Лордов Столпов из высшего класса в наборе по три мутанта. У Аджуки Вельзевула в наборе есть четыре мутанта, а у Сазекса Люцифера – семь мутантов.       После обретения второй псевдо-Родословной через королевский Осколок, в моём наборе мутировали ферзь и епископ. За следующие пол века, благодаря восстановлению пожертвованной части души и развитию жизненной силы, мутировала пешка. Так в моём наборе появилось четыре мутанта: король, ферзь, епископ и пешка. Впрочем, короля можно не считать, ведь этот тип Осколков изначально создавался без ограничителей. Ферзя получила Сакура. Епископ ушёл на перерождение Иллиясфиль. Пешка продолжает лежать в коробке, ожидая кандидата на перерождение. От короля я отказался после эволюции в Сверх-дьявола. Так было раньше. Сейчас у меня вновь четыре мутанта: Иллиясфиль, Сакура, свободная пешка и второй свободный епископ, который только что мутировал. Это значит, что я стал сильнее, чем был до того, как отказался от короля; я сравнился в голой мощи с Мао Вельзевулом. Не то, чтобы это имело большое значение. Аджука и Сазекс в юности убивали куда более могущественных – в плане голой мощи, - дьяволов чисто за счёт филигранного контроля над скверной, низшей магии, которая не требует скверны, и банального коварства. «Интересно, сколько оставшихся Осколков станут мутантами? Ещё один? Три? А может, чем Тьма не шутит, четыре?» - удручённо вздыхаю, ощущая себя нетерпеливым мальчишкой.       Несмотря на временную потерю в силе из-за четвёртого мутанта, я не сильно унывал. Благодаря этому я достаточно ослаб, чтобы контроль над скверной вернулся к норме. А значит, я наконец-то могу предаться страсти с Сакурой!

[***]

      Общежитие колледжа было ветхим, дышащим на ладан зданием, которое стойко выдержало все удары судьбы и буйных учеников, получивших право жить в его комнатах. Каждому ученику здесь выделялась небольшая личная комната. По меркам аристократов Геенны – убогая каморка, не достойная зваться конурой для пса, не говоря уже о комнате для прислуги. Я привык к роскоши, но последние три года проживал в этом месте. Это было платой за то, чтобы получить «гражданство» в Срединном мире.       Межмировая политика – это запутанная сеть взаимных сдержек, противовесов и мирных договоров, в которых боги и равные им сущности выступают аналогом ядерных ракет в современном человеческом социуме. Если у группы индивидов есть подобная сущность, с этой группой считаются. Если за группой не стоит подобной силы?.. Чтож, это очень плохо для группы.       Сила – основа всего. Без силы ты не более чем жертва, которую может ограбить, изнасиловать и сожрать тот, кто силой владеет. Я усвоил эту истину очень твёрдо. Сложно не усвоить её, когда первые пол века твоей жизни – это самая страшная и разрушительная война, которая происходила в Преисподней.       Сила – это основа всего. Но только основа. Помимо силы есть то, что силу регулирует и направляет: традиции, законы и межмировые соглашения. Согласно одному из соглашений, истинными хозяевами миров считаются души, которые родились в этих мирах. Пока души, организованные в цивилизацию, поддерживают богов и их законы, у богов есть власть над миром. То же касается иных сущностей из-за Грани. Демоны, призванные в Мир его исконными жителями, получают «визу» - право на временное проживание в Мире. Чтобы продлять её, нужно постоянно заключать Контракты с исконными жителями или иметь бессрочный Контракт. Если демонам возводят храмы, у них появляется собственный дом, а с ним – возможность получить «вид на жительство».       Существует множество иных способов получить право жить и свободно действовать в Мире. Например, переродить человека в дьявола. Ещё один способ получить «визу на жительство» - подчинение законам исконных душ. Если у них есть законная процедура получения вида на жительство или даже гражданства, демон может ей воспользоваться. До перерождения Цукуне у нас с Сакурой не было права жить в Срединном мире. Поэтому мы поступили в колледж Йокай, выпускники которого получали полноценное японское гражданство.       Казалось бы, в чём проблема? Я мог бы переродить жителя Срединного мира и не заморачиваться. Вот только, найти подходящего кандидата на реинкарнацию – дело не простое. Мне в Свите не нужны слабые души без достойного потенциала. Сакуру я переродил за чудовищный магический потенциал. Цукуне получил мой Осколок только потому, что он – кровь от крови Моки. Из него вырастет сильный вампир. Может быть, даже Сверх-вампир, называемый Шинсо. Но это не точно. С Илией та же ситуация, что и с Сакурой, а Широ мне интересен с научной точки зрения. Энкиду был перерождён потому, что он – могущественный Героический дух. Не прибрать такого к рукам – особенно, когда он сам предложил службу, - было бы верхом идиотизма.       Чисто в теории, я мог бы переродить смертную душу из Срединного мира. А затем, когда у него появится достойная замена, просто и без затей убить, освободив использованный Осколок. Так многие поступают. Но не я. Не желаю оскотиниться ещё сильнее, чем сейчас. «И всё же, здесь было неплохо,» - размышляю, осматривая мебель: массивную резную кровать, тумбу, мини-холодильник… и всё. Всё остальное я храню в Личном Анклаве и достаю по мере необходимости.       Призвав воду из анклава над головой, я постоял под искусственным водопадом. Стоило воде коснутся пола, она тут же снова исчезала в анклаве. Отозвав воду, я нанёс на себя приятно пахнущий крем – куплен у демонолога, разбирающегося в алхимии. Скрывает вонь скверны. Остальная Свита им тоже пользуется, - дал ему впитаться и оделся в униформу колледжа. Вчера у меня был последний итоговый экзамен. Сдам его – через неделю получу пакет документов японского гражданина и право свободного проживания в Японии. «Даже интересно, директор Теммей в курсе того, какую лазейку создал для гостей из-за Грани или он всё ещё считает, что я поступил к нему ради вербовки учеников в Свиту?» - хмыкнув, повязываю на шее красный галстук, обуваю на ноги туфли прямо из анклава – они лежали не расшнурованными, - и выхожу в коридор общаги.       У общежития были общая уборная, душевые кабинки и ряд раковин, напротив которых чистили зубы йокай, маскирующиеся под людей. Иногда их личины частично сползали, что создавало небольшие искривления облика. В начале года у первогодок это происходило чаще и куда более явно: то кожа чешуёй покроется, то шея вытянется, как у жирафа… Забавное зрелище. Сейчас первачки уже неплохо контролируют личину. Если та же чешуя и проступает, то только местами, либо вовсе небольшим узором, а не превращая парня в гуманоидную рыбину.       Поздоровавшись со знакомыми и перекинувшись парой фраз, я пошёл на улицу. У выхода меня уже ждала Свита: Сакура, Широ, Илия и Энкиду. В общем, все кроме Цукуне. Сакура оделась в женскую версию униформы колледжа: с плиссированной юбкой и алым бантом. Широ, Илия и Энни были в одежде выходного дня. Широ – в красной футболке и синих джинсах. Энкиду – в синих штанах и свободной белой худи. Илия оделась в пурпурный жакет, белую юбку и чёрные туфли на небольшой платформе. С нашей первой встречи Илия выросла аж на полторы головы и округлилась во всех нужных местах, но всё ещё немного комплексовала из-за роста.        «Доброе утро, мессир!» - Свита хором поздоровалась.       - Доброе утро! Цукуне не с нами?       - У него с утра встреча в комитете Культурного фестиваля, - неодобрительно сказала Сакура, - Потом уроки. Цукуне просил передать его глубочайшие извинения.       Утреннее приветствие было маленьким, объединяющим нас ритуалом, после которого проходила небольшая, получасовая планёрка. На планёрке мы обсуждали итоги прошедшего дня, планы на день и просто координировали свои действия. Часто, планёрка совмещалась с завтраком.       Завтра, двадцать восьмого сентября – день открытия двадцать восьмого Культурного фестиваля, который продлится три дня и три ночи. В эту триаду в колледж съедутся выпускники и семьи его нынешних учеников. Для родителей Культурный фестиваль – единственный шанс раз в году увидеться со своими детьми и повеселиться с ними. Поэтому ожидается огромный наплыв народа. Персонал будет занят размещением гостей и проведением мероприятий. Чтобы как-то снизить нагрузку, ответственным ученикам были выделены бюджет и право организовать клубы колледжа, которые должны организовать хотя бы одну палатку с развлечением, популярным среди людей.       Обычно Цукуне не пропускал утренние планёрки, несмотря на то что весь последний месяц он работал в комитете Культурного фестиваля колледжа Йокай, помогая организовать клубы. В том числе, его собственный клуб Журналистики. Как я слышал, они устраивают конкурс по ловле золотых рыбок специальным бумажным сачком. Суть забавы в том, чтобы выловить рыбку до того, как бумага размокнет и порвётся под весом добычи.       Видимо, работы в преддверии открытия фестиваля у Цукуне стало так много, что времени не хватило даже на планёрку. Печально конечно, но не у всех есть возможность существовать в двенадцати Воплощениях.       - Хмм… - коротко протягиваю, - Пока его причины уважительны, я готов принять его отсутствие. Широ, что у нас на завтрак?       Широ поднял корзину, зачарованную на хроно-паузу для сохранения идеальной свежести содержимого:       - Для Энни и Вас, сир, сэндвичи с глазуньей, салатом и обжаренными в тостере ломтиками хлеба. Для меня и наших девушек – сэндвичи с курицей в нежном соусе. В качестве напитка охлаждённый лимонад.       Ммм… - довольно протягиваю, уже предвкушая сытный и вкусный завтрак.       - Широ знает, как найти путь к чужому сердцу через желудок, - Сакура игриво улыбнулась, - Мне начать ревновать?       - Разве это не сиру нужно начать ревновать тебя? – тем же тоном спросила Илия.       - Мои тело и душа принадлежат сиру и только ему, - Сакура парировала, - Не могу сказать того же о тебе.       - Что поделать? – Илия развела руками, - Братика я люблю. Но мессира я тоже люблю. Разве странно то, что я желаю оказаться в сэндвиче между сиром и братиком? Вообще, кто от такого откажется?        «Она слишком много общалась с Юкари. Не зря говорят: скажи мне, кто твой друг, и я скажу кто ты,» - утомлённо прикрываю глаза… чтобы спустя несколько секунд вопросительно взглянуть на задумавшуюся Сакуру. Та смущённо потупилась. Немного подумав, решаю рассечь неловкий узел в нашей беседе.       - Если нас не убьют, через пару тысяч лет мы все переспим друг с другом. У нас будут и сэндвичи, и гамбургеры, и ролевые игры с превращениями, - говорю спокойным, показательно-расслабленным тоном, - Это неизбежно. Но сейчас – это сейчас. А сейчас я в отношениях с Сакурой и ни с кем другим спать не собираюсь.       - Оууу… Это так мило, - проворковала Илия, - Сакура, можем как-нибудь попробовать вчетвером. Что скажешь?       - Я… - бросив взгляд на рельефный торс Широ, обтянутый красной футболкой, Сакура взяла паузу, - Я подумаю над этим.       Войдя во внутренний двор учебного корпуса, я ощутил резкую перемену климата. Взгляд забила яркая, сочная зелень. Расстелив покрывало на ровном участке земли с идеальным газоном, мы приступили к завтраку.       - Поднимем бокалы за Энкиду, который вчера наконец-то полностью воплотился в нашем мире и Иллиясфиль, благодаря которой это стало возможно!       - Кампай! – Сакура выкрикнула на местный манер.       Широ с Илией присоединились к её выкрику. Энни молча поднял бокал с располагающей полуулыбкой. Раздался торжественный звон бокалов.       Пригубив лимонад, Широ поинтересовался:       - Энни, раз ты полностью воплотился, насколько ты теперь силён?       - Сила – понятие относительное и ситуативное, - неопределённо сказал Энкиду, - Но если брать по минимуму… Я где-то в высшем классе. Во второй его половине.       - Это… сильно. Мне с моими способностями в высокий класс не пробиться.       - Я бы не был столь категоричен, - говорю Широ, - Безусловно, ты узкий специалист. Но ничто не мешает тебе заключить постоянный Контракт с многообещающим чародеем, чтобы компенсировать это его духовной силой. Плюс, ты развиваешься по Пути Небес. Это долгий и тернистый путь к силе, но отдача от него немалая. Когда создашь Истинную душу, сможешь пробиться в высший класс.       - Истинная душа… Вы говорили, что создать её Зародыш можно обрести только рискнув Золотым Ядром. Интересно, смогу ли я её обрести?       - Сможешь, если не сдашься, - говорю назидательным тоном, - Широ, не забывай. Ты бессмертен. Твой срок жизни ничем не ограничен. Ну, лишишься ты одного Золотого Ядра. Что с того? Создашь второе. Или третье. Ты продолжаешь, пока у тебя не выходит. Таков путь бессмертных.       - Ставить самого себя в одни и те же условия и совершать одни и те же действия в надежде на иной результат, - Сакура игриво прищурилась, - Разве это не определение безумия?       - Только в том случае, если ты ничему не учишься, - парирую подколку, - Опыт – дитя ошибок. Своих и чужих. Чем больше его у тебя, тем ниже шансы допустить ошибку вновь. Согласно опыту моего наставника, в процессе создания Зародыша есть три опасных места. Первое – это разрушение Золотого Ядра. Если сделать это неаккуратно, тебя разорвёт на кусочки. Второй момент – обращение потока Ци вспять. Это очень болезненно. Если потерять концентрацию из-за боли, Ци просто рассеется в мире, так и не став Зародышем. Поэтому подготовка к созданию Зародыша включает в себя повышение болевого порога. Третья опасность – испытания Демона Сердца. Создавая Зародыш, практик встречается со своим самым большим страхом. Если он не сможет сохранить самообладание, Зародыш дестабилизируется и рассеется.       - Каким был Ваш наставник? – Сакура перевела тему.       На моё лицо набежала тень; я вспомнил озлобленного, исходящего желчью старика, покрытого пигментными пятнами. Мы заключили Контракт, согласно которому я обязался служить ему. Взамен, он должен был наставлять меня со всей самоотдачей, не скрывая и не утаивая своей мудрости. Наставник Дзю Пинь ненавидел меня за то, что я родился уже бессмертным и получил «всё» на блюдечке с голубой каёмочкой, пока ему приходилось выгрызать себе место в мире и жертвовать, жертвовать, жертвовать… всем чем только можно. Поэтому ли или ещё почему, но он наставлял меня со всей своей извращенной, методичной жестокостью.       Я провёл под началом Дзю Пиня тридцать два года. Наставник учил на совесть. Благодаря ему я научился терпеть смертные муки, голод и лишения, с улыбкой сносить унижения и познал всю глубину бессильной ненависти, на которую только способно моё сердце. Если бы все его болезненные, унизительные приказы не шли мне на пользу – что было указано в Контракте, - я бы заставил его молить о смерти сразу, как завершилось моё обучение. Но Дзю Пинь не нарушил Контракта ни словом, ни делом. Поэтому я с смирением поблагодарил его за науку и покинул Ванахейм.       - Эффективным, - говорю с тихой, клокочущей ненавистью, - Не будем о нём, - резко успокаиваюсь, - Широ, Ты прав в том, что твой потолок – это высокий класс. Но это твой личный потолок, как смертного чародея. С бессмертием и моим Осколком ты обретёшь силу высшего. Я в таких вещах не ошибаюсь.       Рыжий польщённо улыбнулся.       - К слову, о Осколке, - Илия перешла на профессиональный тон, - Я заметила, что он изменяет мою душу. Даже сейчас он достраивает мою суть и модифицирует её по некому шаблону. Я буду права, если предположу, что это влияние Родословной?       Я кивнул.       - Фигуры не получают силы Родословной. Зато их души получают доступ к «шаблону» или скорее к «каркасу», на основе которого растут те части моей души, которые заключены в Осколках. Эти части дополняют ваши души и укрепляют их.       Безделье порождает скуку, а скука – враг всех бессмертных. Если душа ничем не занята, она начинает искать возможности получить новый опыт. Порой, самым дурным и глупым образом. Поэтому моя Свита не бездельничала. Они – за исключением Цукуне, который занят учёбой и не имеет Воплощений, чтобы и работать, и учиться, - тренировались, либо привлекались для исполнения обязательств по моим Контрактам. Илия практиковала исцеление и модификации тела, начиная чисто внешними пластическими операциями и заканчивая глубоким изменением структуры организма. Широ, Сакура и Энни выступали в качестве боевой мощи там, где она необходима и морально-приемлема для них. Само собой, они получали с Контрактов плату, за счёт которой их души росли и укреплялись. Что и заметила Илия.       - У меня ещё один вопрос, - Илия продолжила, - Мессир, мне готовиться к призыву ещё одного Слуги?       - Нет, не стоит. Хотя… - перевожу взгляд на ферзя, - Сакура, ты не думала обзавестись Слугой? – она отрицательно покачала головой, - Как знаешь. Тогда не надо. Обсудим расписание на сегодня. Энни, Широ, ваше участие потребуется в охоте на Бродячего.       Рыжий и Энни тут же напряглись. Их взгляды заострились. Бродячими звались перерождённые дьяволы, которые лишились короля, убив его или дав его убить. Без короля подобные дьяволы быстро деградируют до демонов: физически, духовно и ментально.       - Нас обоих? – Широ насторожился.       - Да. Противник – дьяволица высокого класса, но по силе – полноценная высшая. Епископ высшего дьявола с двумя Осколками. Позже покажу вам записи её турнирных боёв.       - Обычно столь сильных фигур ценят и принимают в Свиту родственники покойных, - Энни сделал логичное замечание, - Выходит, она убила своего короля?       - По официальной версии, она сошла с ума, убила короля, вырезала весь Клан и всю домашнюю обслугу. Единственным исключением стала её родная младшая сестра. В действительности, она была шпионом Новых Владык в исследовательской лаборатории, которая занималась изучением процесса пробуждения второй, рецессивной Родословной. Вырезав всех и зачистив архивы, она спрятала данные исследований в заколке младшей сестры. Эту сестру должны были «чудесным образом помиловать», не казнив за причастность по родственной связи.       Илия стукнула кулачком по раскрытой ладони:       - Так вот откуда у Вас те данные! К слову, они мне очень помогли.       Иллиясфиль говорила о данных физиологии дьяволов и гармоничному взаимодействию двух доминантных Родословных, которые я предоставил ей перед операцией, пробудившей мою Дыру. Данные я добыл, подменив заколку младшей сестры с хранилищем данных на подделку. Я кивнул Илии.       - Да, они оттуда. Не получив столь желаемых данных, Новые Владыки казнили младшую сестру. Старшая об этом пока не знает. Она сейчас на лёжке, медитирует в борьбе с внутренней Тьмой. Как-то так.       - Вы подстроили всё так, чтобы все умерли, - Широ был подобен грозовой туче.       - Именно, все умерли. Как я и планировал. Какие-то проблемы?       - Нет, но… – рыжий прикусил губу, - Можно же было действовать как-то иначе. Не так.       Сакура щёлкнула пальцами перед лицом рыжего. Широ удивлённо сфокусировал свой взгляд на девушке.       - Широ, наш сир благосклонен к нам, - голос Сакуры был сух, как пустыня, - И только к нам. Ведь мы ему не чужие. Те о ком мы говорим… Они чужаки. Никто из нас им ничего не должен. Так с какой стати мессиру печься о их благополучии?       Помолчав, Широ вздохнул. Он всё прекрасно понимал: мы не в доброй сказке живём, а я не добрый волшебник. На моих руках кровь миллионов и сломанные судьбы тысяч. Не от того, что я злой барабашка, нет. Просто такова наша реальность.       - Прошу прощения. Меня занесло.       - Рад, что ты это понимаешь. Кроме того, как верно заметил Энни, такая фигура в хозяйстве пригодится.       - Сир, это поставит Клан в невыгодную позицию, - заявила Сакура. В её тоне звенело беспокойство, - Если Вы примете эту предательницу, Вас обвинят в уничтожении Клана из чужого Дома. Это не только испортит отношения с тем Домом. Вас могут низвести в титуле или даже казнить! Прошу Вас ещё раз всё хорошо обдумать.       - Я не говорил, что не убью её, - мягко улыбаюсь, - Благо, в нашем мире смерть – это не возвращение к Истоку. Она обратима, если знать способы.       - То есть… - Сакура моргнула, - Вы желаете убить её, предоставить Осколок в качестве доказательства смерти и, по итогу, возродить своей фигурой. Я верно поняла Ваш план?       - В целом, всё верно. Тебя что-то смущает?       - То, что Вы решили принять в Свиту опасный элемент, - из глубин глаз Сакуры на меня взглянула сама Тьма, - Где гарантия того, что она Вас не предаст?       - Небольшая предыстория, - опираюсь локтем на колено, - Жила-была в преисподней юная девушка. У неё была младшая сестра. Чтобы прокормить её, девушка стала шлюхой, а затем – фигурой на службе у высокородного дьявола. На службе у него девушка прошла через тренировки, сравнимые с подготовкой Мага, стала секс-игрушкой у конченных извращенцев и подопытной крысой, но продолжала безмолвно терпеть. Всё для того, чтобы её драгоценная младшая сестра не пошла по её стопам, - по мере моего рассказа, Тьма отступала из глаз Сакуры, - Когда король объявил о окончании экспериментов над ней и заявил, что собирается переродить её милую младшую сестру, чтобы провести те же опыты уже над ней… Выбор у девушки оказался невелик. Она могла отдать сестру на заклание. А могла согласиться на предложение агента Новых Владык. Результат тебе известен. Я уже воскресил её сестру. Пока её сестра у меня, шпионка меня не предаст.       Мы ели в безмолвии несколько минут. Когда я дожевал свои сэндвичи, то омыл руки в потоке воды и предложил сделать то же фигурам. Они не стали отказываться.       - Широ, Энни, собираемся на брифинг через час, возле хижины.

[***]

      Она проснулась с жуткой мигренью. Казалось, голову набили ватой и сдавили со всех сторон. Тело будто свинцом налилось. Пересилив себя, она открыла глаза, чтобы увидеть в полумраке стены бревенчатого дома. Возле кровати с книгой в руках сидел породистый шатен. Его пытливый взгляд напоминал ей… Точно, она сбежала от Набериуса-доно!       В её голове будто лопнул пузырь. События последних месяцев навалились скопом. В том числе, обстоятельства её встречи с отрядом ликвидаторов. Первым действовал рыжий мальчишка, который швырялся освещёнными западными мечами с помощью телекинеза – какой-то Священный Механизм? – в её тень. Пронзив тень, мечи фиксировали её на месте. «Видимо, какой-то вид парасимпатической магии… Или магии тени,» - подумала она тогда. Следом её, не способную пошевелить даже пальцем, спеленали золотые цепи. Или то, что выглядело, как золотые цепи. Потом… Из событий, которые последовали за пленением, она помнила только боль.       Обратившись сознанием в себя, она ощутила каждую клеточку своего тела, перешерстила каждый уголок души. Она не нашла в себе Осколков Тьмы, только те капли демонической скверны, которые она обрела, став демоном. В теле тоже не ощущалось привычной мощи йоки. Казалось, она только-только родилась, не успев накопить ни капли сил. Лишь сендзюцу осталось с ней, позволяя направлять поток тао и воспринимать мир высшими чувствами.       - Кто Вы? Зачем я Вам? – слова сорвались с её пересохших губ.       - Правильные вопросы. Я Изгнанник из Вельзевулов. А ты… Ты ценна сама по себе. Поэтому я решил прибрать тебя к рукам.       Она прикрыла глаза, переживая приступ усилившейся мигрени. Ощутив что голова вновь работает как надо, она обдумала ответ дьявола, произошедшее и свою текущую ситуацию. Осколки Тьмы были источником силы, поводком и кнопкой мертвеца на случай предательства. Урождённые дьяволы могли принять их и отказаться от них с разрешения своих королей. Того же нельзя сказать про перерождённых. Курока не могла избавиться от двух жрецов, которых вложили в неё при перерождении. Поэтому она их запечатала. Это лишило её заёмной магической мощи. Зато она смогла стабилизировать свою душу, не деградировав в нечто полубезумное и нелицеприятное.       Этот дьявол смог извлечь из неё Осколки Тьмы. Он носил фамильное имя Вельзевулов и был Изгнанником, который выжил без покровительства Дома. «Страшный тип,» - решила про себя Курока. Нахмурившись, Курока осознала, что только сейчас вспомнила своё имя. Ещё часть памяти была по прежнему мутной.       - Когда демон умирает, его внутренняя Тьма дестабилизируется, чтобы разъесть душу изнутри, - сообщил Вельзевул-доно, - Души низших демонов гибнут сразу после смерти. За это их часто называют мёртвыми душами. Полукровки и чистокровные дьяволы способны сохранить стабильность благодаря внутреннему Порядку. Но только они. Камбионы вроде тебя ничем не отличаются от низших демонов. Твои проблемы с ассоциативной памятью – следствие полного уничтожения старого тела и дестабилизации души внутренней Тьмой. Благо, я готовился к твоей смерти заранее. Ничего непоправимого с тобой в процессе не случилось. Подожди пару дней, всё восстановится.        «Он любит слышать свой голос,» - поняла Курока. Сразу за этим её разум зацепился за слово в речи высшего. Он назвал её камбионом – грязнокровкой без Родословной. Это стоило запомнить.       - Что с Широне?       - Её казнили по обвинению в сопричастности полтора месяца назад, - всё внутри Куроки заледенело, - Я перехватил её душу, воскресил. Она не демон, проблем со здоровьем из-за смерти у неё не будет. Сейчас она в стазисе, ожидает пробуждения. Будешь хорошо себя вести, я организую вам встречу.       Курока ощутила, как от груди по всему телу разлилась волна облегчения. Младшая сестра была для неё всем. Широне – единственное, что всё ещё держало её в этом мире.       - Бродячий дьявол Курока мертва. Теперь тебя зовут Куроне. Привыкай.       - Куроне… - она произнесла слово, будто пробуя его на вкус, - Когда Вы примете меня в Свиту?       - Сейчас.       В руке Вельзевула-доно появилась шахматная фигура, излучающая зловещий изумрудный свет. Сглотнув, Куроне взяла её слабыми пальцами, поднесла к груди. Погрузившись в неё, Осколок Тьмы начал заполнять её чужой скверной, перестраивать, менять. Это напоминало погружение в холодную воду: неприятно почти до болезненности, но со временем привыкаешь, дискомфорт уходит. Куроне уже проходила через подобное.       - Добро пожаловать в Клан. Не напрягайся пару суток. Следующие три часа пей тёплую воду маленькими глотками. Потом тебе принесут лёгкий перекус и свежую одежду. Тщательно прожуй каждый кусочек, иначе желудок взбунтуется. Увидимся завтра.       Выслушав советы, Куроне кивнула. Встав, её новый хозяин покинул помещение через дверь. Она взяла с прикроватной тумбочки стакан с водой, отпила маленький глоточек. Через пару минут, когда организм принял влагу, Куроне сделала ещё один, уже полноценный глоток.       Через некоторое время – за окном успело потемнеть, - Куроне достаточно пришла в себя, чтобы начать думать, а не только воспринимать окружение и реагировать на раздражители. Ей было о чём подумать.       Жизнь и благополучие Свиты зависит от благосклонности хозяина. Правильное поведение для обретения и сохранения симпатии хозяина – основа стратегии выживания любой фигуры. Чтобы выжить при дворе прошлого хозяина, Куроне пришлось виртуозно освоить это искусство. Завоевать доверие нового хозяина будет тяжело, ведь тот знает о её предательстве. Но не невозможно. Веря в это, Куроне приступила к составлению стратегии на основе тех данных, что уже имела.