Часть 1

Голова раскалывалась. Кисти рук сдавливало и жгло. В помещении пахло сеном, плесенью и кислотно-сладким мерзким запахом, словно стух какой-то продукт. Сердце сделало кульбит, внутри на миг всё замерло от страха, стоило открыть глаза. Я не понимала, что происходит. Место, в котором я очнулась, было одновременно знакомое и незнакомое: покосившиеся полки, непонятно чем набитые мешки по углам, тусклое освещение из-за одной работавшей лампы, поломанный табурет на полу и тарелка с хлебом и водой. Попытавшись сесть, несмотря на боль, я поняла несколько важных, но одновременно шокирующих моментов: Первое — руки связаны, довольно крепко, так, что кисти рук начало ломить от боли; Второе — руки не мои. Чем дольше всматривалась, тем яснее понимала, что изящные, тонкие пальчики с аккуратным маникюром мне не принадлежат; И, наконец, третье — одежда не та, что была на мне раньше. Но до боли знакомая; В горле встал ком едва сдерживаемой паники. — Да какого хрена? Голос тоже другой. Всё было другим! — Твою мать. Твою ж мать! Б-блять! — голос дрогнул, прозвучал истерично и громко от удушающей паники. Я поднялась на ноги и чуть не упала. На секунду мир накренился в сторону, головокружение ударило резко и неожиданно, а головная боль лишь усилилась. Или из-за резкой смены положения, или чего похуже. Но били ли по голове? Уже не столь важно, как окружение и собственное положение. Из-за паники полноценная картина не складывалась в мозгу. Но пыталась. Чужие руки, голос, одежда, знакомое и одновременно незнакомое место… И вдруг я услышала где-то вдалеке голос — тихие, монотонные, испанские мотивы, похожие на молитву. Но поклонение явно не Богу. — Нет… Нет, нет, блять, нет! Всё это до боли напоминало компьютерную игру. Сюжет, который я знала наизусть из-за огромного количества прохождений. Мозг отказывался принимать действительность за реальность. Попаданцев не существует. Всё это выдумки авторов фэнтезийных книг, фильмов, разных комиксов, манг и фанфиков! — Так, спокойно… — равно выдохнула, прикрыв глаза. От ужаса началась тахикардия. Я пыталась взять себя в руки, дышать ровнее и мыслить рационально, но в голове продолжали биться истеричные мысли, заглушая слабые крохи адекватности. «Руки. Сначала нужно себя освободить», — это первая рациональная мысль, за которую я зацепилась, как утопающих за соломинку. — Давай же… — с ощутимым раздражением, перемешанным с сильным волнением, пыталась освободить руки. В ход пошли зубы. Если немного ослабить волокна, местами прокусить их… Не помогало. Лишь портила зубы и психовала из-за неудачных попыток. — Сука! Нужно найти что-то острое. В кладовой наверняка что-то валялось. Тот же канделябр. У него могли быть острые края. Преодолевая боль во всём теле, я начала обследовать помещение. Взгляд скользил по бесполезным предметам, местами неприглядных из-за полумрака. Канделябр вскоре был найден, но для разрезания верёвки не подошёл — отсутствовали острые края. И всё же далеко откладывать его не стала, сгодиться для обороны в случае непредвиденных обстоятельств. Стоп. Голову прострелило осознание: не столь важно, бред это из-за поехавшего разума или очень реалистичный сон, всё здесь должно основываться на известных мне событиях. Если это вселенная Resident evil, если здесь разворачиваются события четвёртой части, здесь должен фигурировать главный герой. Леон Скотт Кеннеди. И тут прошило второе осознание. О том, кто, чёрт возьми, я сама. Более детальный осмотр себя лишь подтвердил ранее мелькавшие в голове догадки: жакет приглушённо оранжевого цвета, под ним жёлтый вязаный жилет, шёлковый платок на шее, короткие клетчатые, зелёные скорты, плотные колготы и высокие коричневые сапоги на небольшом каблуке принадлежали персонажу Эшли Грэм. Дочери президента, которую Леону предстояло спасти. — Мать твою… — забытая на время осмотра паника вновь подкатила к горлу. То, что это сон, я пыталась убедить себя всё настойчивее. Но, как это часто бывает, чем больше себя убеждаешь, тем больше возникает сомнений. Какие главные правила сна? Ты не можешь чувствовать боли. Можешь осознать, что спишь, но вокруг всегда есть странности из-за снижения контроля со стороны рациональной части мозга. По этой причине многие свои сны именуют как «обкуренные». А что по факту? Всё вокруг казалось слишком чётким, слишком реальным: боль, прохлада из-за щелей в камнях, неприятный запах. Я не могла вспомнить ни один свой сон более реальным, чем этот. Но и реальностью это не могло быть! Мозг категорически отказывался воспринимать происходящее как реальность, несмотря на то, что всё вокруг кричало об обратном. Но тогда что это?! Человеческое подсознание не может воспроизводить всё так детально!

Я снова начала ходить по небольшому, мрачному помещению. Теперь уже никаких сомнений — это чертова церковь в Вальделобосе. Долина Волков. Звучит красиво, а по факту горный регион кишит разного рода монстрами, которых объединяет одно — паразит Лас-Плагас. — Грёбаное дерьмо. Спасибо, что не засунули меня во вторую часть! — громко выкрикнула в потолок, не беспокоясь в данный момент о случайных свидетелях своего психа. Если бы сознание, — или что бы то ни было, — перекинуло меня в события второй части, я не сдвинулась бы с места. Или сдохла бы от страха, или от рук зомби, или от ядерного взрыва. Но закинуло именно в четвёртую часть. В богом забытую испанскую деревушку, жители которой поклоняются какому-то паразиту. Которым, с большой долей вероятности, уже заразили Эшли. «И где ходит Леон, когда он так нужен?!» Стоило ли просто сидеть и ждать его? Игра игрой, но здесь, то ли сне, то ли дикой реальности, всё может быть по-другому. Ситуацию меняет уже то, что на месте настоящей Эшли, я. И что-то подсказывало, что после смерти не будет возможности перезагрузить игру и начать с момента сохранения. — Чёртова игра… — под нос себе пробурчала, снова ища что-то острое. Глаз наметил кое-что. С левой стороны, у угла, ближе к выходу, стояла старая прядильная машина. Сверху на ней лежал череп оленя. Его осколки могли быть достаточно острыми. Кое-как отломав кусок кости от черепа, я принялась пилить верёвки острым краем. Это заняло время, но руки освободить удалось. — Наконец-то, — с раздражением выдохнула я, потирая больные запястья. — Так, и что теперь? Остаться или валить? В памяти хорошо сохранился фрагмент с церковью. Да что уж, я всю игру успела выучить наизусть. Бывали совершенно тупые моменты в процессе прохождения, с которыми я была категорически не согласна. Игровые условности, будь они неладны. Здесь же нет никаких ограничений. Да и дверь не должна быть заперта. Подойдя ближе, я осторожно схватилась за скрипящую ручку, повернула в сторону и слегка толкнула. Сработало. Дверь со скрипом отворилась. Выйти через главные двери не выйдет, решётка не позволяла, но был выход на чердак, никем не охраняемый. Всего-то и нужно, что потянуть лестницу, а оттуда спрыгнуть через окно. В игре, чтобы добраться до лестницы, Леон подсаживал Эшли. Мне это не нужно. Я вернулась обратно в коморку, в которой держали Эшли, и отыскала ящик. Вытряхнув оттуда картошку, от которой и исходил тот самый сладковатый, стухший запах, я потащила этот ящик ближе к лестнице.

Физподготовка у юной Грэм могла бы быть и лучше. Я чувствовала, как мышцы сопротивлялись, как тяжело было подтянуть себя, даже с виду миниатюрную. В игре всё выглядело так просто. В реальности же, оказавшись наверху, я упала на спину, не заботясь о том, что пол холодный и пыльный. — Давай, Эшли Грэм. По игре ты не казалась такой хилой. Вставай, — приказала я этому телу и перевернулась на бок, чтобы уже после осторожно подняться на ноги. Ещё и одежда неудобная. Неужели разработчики не могли утеплить дочь президента? Я помнила, на ранних стадиях, у неё был другой костюм — тёплые штаны, удобные сапожки без каблуков, теплая куртка и шарф. Куда всё это делось? Сексуализация победила комфорт? Определённо создателей больше волновал фансервис. Иначе как, по мнению разработчиков, можно спрыгивать с высоты в юбке или бегать по деревне в красном вечернем платье и на высоких каблуках? Оригинальной версии привет. У Леона одежда куда удобнее и теплее, что в оригинальной версии, что в ремейке. Но даже ему не дали возможности походить в куртке больше одной главы. Сначала добро украл один из Ганадо, затем украла Ада, без зазрения совести продав торговцу. Сучка в красном. Одно лишь упоминание этой женщины портило настроение. Она растоптала чувства Леона, использовала его в угоду себе столько раз, что и не сосчитать! Мысли о взаимоотношениях знаменитой пары вселенной Resident evil, конечно, помогали отвлечься от насущных проблем, но не стоило слишком сильно в это углубляться. Я всё ещё была в опасности. Подойдя к открытому окну, первым делом взглянула на небо. Солнце ещё в зените. Пройдёт час, или около того, прежде чем солнце сядет. Значит, Леон уже должен добраться до церкви. Сейчас он наверняка искал ключ. А может и сражался с огромной рыбой в озере. А ведь можно обойтись без этих препятствий. Взгляд скользнул вниз. Спрыгивать рискованно, но другого выбора нет. Собравшись с духом, я перекинула ноги через парапет и сиганула вниз. Кое-как попыталась сгруппироваться, чтобы не слишком сильно травмироваться, но воздух из лёгких всё-таки вышибло. — Чёрт… Только без переломов, пожалуйста, — выдохнула я, потирая отбитые ноги. Бегать по чёртовой деревне в поисках своего спасителя будучи травмированной, удовольствие сомнительное. А первую помощь оказывать особо нечем. Какая никакая аптечка есть у Леона, а до него, опять же, нужно ещё добраться. Хватит и того, что я заражена. Вспоминая о том, что внутри уже развивается паразит, появилось фантомное ощущение шевеления внутри. Кожа покрылась мурашками и меня передёрнуло от отвращения. Захотелось почесать центр груди, что я и сделала, расстегнув несколько пуговиц. Оранжевый пиджак был плотным, через него ощущения бы не прошли. Но едва ли мои действия смогли как-то ослабить неприятные ощущения. И уж точно они не смогли успокоить. Мне на себе придётся прочувствовать развитие паразита. Понимание неизбежного вызывало желание забиться в угол и дать волю слезам. — Какого чёрта вообще? Почему все эти странности происходят именно со мной? Из-за того, что я фанат игры? Это какая-то чёртова карма?! Суки! Потирая ушибленные ноги, пока ещё не рискуя вставать, я с силой закусила губу. Боль чувствовалась. И всё. Оно не помогало проснуться. Как и попытка ущипнуть себя за руку. Ничего. — Блять! Просто дайте мне выбраться! Я хочу домой! Скатывание в истерику не поможет. Нужно двигаться дальше. От того что я здесь сижу и жалею себя, ситуация не изменится. — Хватит. Вставай, — приказала я себе, сцепив зубы, и начала аккуратно подниматься, прислушиваясь к своим ощущениям. Нужно как можно скорее найти Леона. С ним будет безопаснее. Он хотя бы вооружён. Вот только куда идти? В какую сторону? То что я примерно догадываюсь о его местоположении совсем не помогает. Карты нет, а эта деревня сплошной лабиринт. Пока доберусь до нужной точки, Леон уйдёт в другую. И будем бегать друг за другом, как два идиота. — Так, спокойно, — выдохнула я, ненадолго прикрыв глаза, сделала глубокий вдох и снова открыла глаза. Небольшое дыхательное упражнение помогло успокоиться и привнесло немного ясности. Никакие карты, по сути, не нужны. Всё есть в голове. Если это место действительно в точности повторяет игру — я справлюсь. Я проходила эти места больше двадцати раз. Я справлюсь!