Часть 2

Трупы превратились в подсказку, в чёртовы хлебные крошки, оставленные Гензелем. В данном случае, героем сказки Гримм стал Леон, оставив за собой дорожку из трупов. На экране монитора жестокие моменты смерти, кровь, кишки и другие прелести расчленёнки, вызывали восторг. В реальности же скручивало живот и тошнило, как от вида, так и от запаха. Палённая плоть, следы испражнения, гниль… Свежий воздух не спасал. В игре через какое-то время трупы испарялись, не считая мини-боссов, а здесь игровые условности не работали. О чём не сложно периодически забывать. Похоже, что состояние шока и лёгкой истерики станут перманентным. Главное, встретив Леона, не кинуться ему на шею и не задушить на радостях. Продолжая двигаться по следу из мертвецов, я пересекла деревянный мост и вышла к пещерам. В закрытом пространстве зловоние чувствовалось острее. Преодолевая новый приступ тошноты, я пошагала дальше. Двигаться старалась как можно тише. Пусть Леон уже расчистил путь, стоило сохранять бдительность. Карьер. Ну конечно же — первая арена, приготовленная для Леона. Ворота ещё оставались в целости, а за ними слышно зловещее дыхание спящего Эль Гиганто. Что в оригинальной игре, что в ремейке, он давал жару. Увидеть эту махину в реальности… По спине пробежал холодок. Я обняла себя руками и стала осторожно обходить мёртвых ворон. Чуть дальше лежали трупы заражённых собак. Из них ещё не успела вылезти Плага, но даже без неё трупы выглядели омерзительно, и пахли соответствующе. Самое лучшее — задерживать дыхание. Небольшая тропа повела вниз. А там торговец! Ноги сами привели меня в рыбацкое угодье. И вот, толкнув двери, я ощутила запах озера, рыбы, деревянных досок, плесени и, как не странно, огня, с ароматом чего-то съедобного. Торговец всегда разбивал целый лагерь. Однажды, играя в очередной раз, любопытства ради я решила внимательнее осмотреть его лавку, и смогла разглядеть содержимое в коробках. Помимо боевого арсенала он продавал еду. Только в игре персонажам не нужно ни есть, ни спать, ни туалет посещать. Как удобно. — О! Признаться честно, я удивлён увидеть в здешних местах молодую леди, — раздался удивлённый, доброжелательный голос. Услышать Торговца — это что-то сродни чуду Господнему. От облегчения в ногах появилась лёгкая слабость, а скованные мышцы впервые за долгое время расслабились. На глазах почти выступили слезы. Родненький. Захотелось сесть куда-нибудь и просто поговорить. Не важно о чём. Главное, прочувствовать атмосферу безопасной зоны. — Здравствуйте, — прохрипела я, тут же прочищая горло. И вот, только сделав несколько небольших шагов вперёд, проклятый мозг решил подкинуть параноидальную мысль: Вдруг здесь всё не как в игре? Вдруг торговец скрытый злодей? Как в дополнении к восьмой части. Ощущаемая до этого расслабленность в миг улетучилась. Вернулось привычное, отвратительное чувство настороженности и страха. И эта паранойя сводила с ума! Я просто не понимала, как Леон мог существовать, будучи всегда начеку и не доверяя никому. От такой жизни недолго чокнуться. Торговец — человек проницательный, он разглядел метание, почувствовал разящее напряжение и страх. Его голос наполнился глубиной и сочувствием: — Должно быть, вы проделали тяжёлый путь и не понимаете, что происходит, юная леди. По этой деревне бродит человек, кого-то ищущий. В груди всколыхнулась надежда. Это Леон. Он действительно здесь. А значит события идут как положено и наша встреча не за горами. Правда, некоторых моментов хотелось бы избежать, уж слишком они смертельно опасные. Например, ни к чему пытаться отыскать ключ, проходя через толпу Ганадо и огромную рыбу, способную заглотить человека вместе с лодкой, и не подавиться. — Это лишь моё предположение, — продолжил Торговец, и перешёл к описанию: — Молодой человек, американского происхождения, во всеоружии и убивает всех, кто пытается убить его в ответ. Прозвучавший под конец смех был грубым и резким. Я невольно сделала шаг назад. — Что ж. Похоже, это именно тот, кто мне нужен. Вы случаем не знаете, где он может быть? Это наиболее интересующий в данных обстоятельствах вопрос. Лишь бы не битва с рыбой. — Двери прямо за вами. Он ушёл примерно пятнадцать минут назад. Кажется, ему нужно перебраться через озеро. Опасное это дело, опасное, — Торговец покачал головой, тихо цокая. — Но молодой человек был настроен решительно. Кстати говоря, юная леди! — воскликнул, словно вспомнил что-то важное, и обвёл рукой свою лавку. — Не желаете что-нибудь приобрести в дорогу? У меня товары высшего качества, уверяю вас! Надежда вспыхнула новыми красками. Если поспешу, успею перехватить Леона до того, как он начнёт заплыв по озеру. — К сожалению, совершать покупки мне не на что. Местные деньги, так называемые песеты, по пути как-то не попадались. А карманы трупов обшаривать я не рискнула. Отвращение и дикая вонь просто не позволили бы. — Но всё равно спасибо за предложение. И спасибо за наводку! Всё-таки Торговец был хорошим. Этот факт успокоил сидящую внутри паранойю. — Удачи вам! Нет больше времени вести беседу. Пятнадцать минут. За это время Леон мог расправиться с Ганадо, чтобы добыть канистру с бензином. Тяжёлые двери едва ли поддавались. Пришлось изрядно попотеть, чтобы приоткрыть хотя бы щель. Руки болели, дыхание сбилось от натуг, но мне удалось протиснуться. И вот оно, снова свежий воздух. Раскинутые горы, величественный древний замок впереди — одно из немногих красивых зрелищ игры. Я подбежала к ограждению. Как раз вовремя! Увидев знакомую фигуру у причала, сердце забилось сильнее. Леон! Он присел на одно колено, чтобы заправить бак моторной лодки. — Ле…! Вырвавшийся из уст первый слог имени тут же был заглушен руками. Рациональное мышление вовремя включилось. По лору игры, Эшли Грэм не была знакома с Леоном, и ничего о нём не знала. Нужен другой подход. — Эй! Эй, парень! Нелепее ситуации не сыскать: перепуганная девчонка, вцепившаяся в ограждение на деревянном сооружении, почти истерично кричит и едва не машет руками для дополнительного привлечения внимания. Занавес. Но! Вопреки всему абсурду, это сработало. Леон услышал мой зов и поднял голову. Даже на расстоянии тридцати метров было видно его изумление. Не такого он ожидал увидеть. Предполагалось, что Эшли Грэм заперта в церкви под сложным замком, а по периметру расставлена охрана. Как бы не так. Бросили в незапертой кладовой, как мешок с картошкой, и забыли форточку закрыть. — Эшли?! — воскликнул Леон, придя в себя, и рванул с места. Канистра была брошена на землю. До этого казалось, что сильнее облегчения, чем встреча с Торговцем, я не испытаю. Испытала. Когда Леон побежал навстречу, я осела на мокрые, холодные доски. Все силы словно разом вытащили из тела. Успела… Нашла… Послышался стук тяжёлых мужских ботинок о доски. А ещё через пару секунд показался сам Леон. Настоящий. Вблизи всё казалось ещё более нереальным. От его вида начался новый приступ тахикардии. Боже. Он и правда настоящий. Это не качественные пиксели. Леон Кеннеди выглядел, как живой человек: эти микро морщинки, родинки, едва заметный шрам над бровью, волоски на лице, даже чёрные точки на носу! Несовершенства, делающие его совершенством. Абсолютно живым. И его знаменитые волосы не лежали идеальной укладкой. Они были небрежно уложены, — пятерней, чтоб не мешали, — мокрые от пота и брызг, летящих в разные стороны когда пришлось спрыгивать в воду. — Эй, эй, эй, — раздался совсем рядом обеспокоенный голос. Леон присел на одно колено, осторожно касаясь моего плеча. — Ты в порядке? Нигде не ранена? Дышать. Именно это казалось сейчас невозможным. Навалилось так много: и ужас от вынужденного нахождения здесь, и восторг от встречи с «человеком», которым так долго восхищалась и была в шаге от влюблённости. Нервная система не выдерживала. — Цела. Я цела, — сделав пару глубоких вдохов, всё же смогла выдавить из себя несколько слов. — Хорошо, — с облегчением выдохнул Леон. Его обеспокоенное, хмурое выражение лица сменилось недавним недоумением и новой эмоцией — любопытством. — Как ты здесь очутилась? По моим данным, ты должна сейчас находиться в старой церкви. — Я и была в церкви, но решила, что ждать спасения слишком долго и… сбежала. Светлые брови по мере сказанного всё больше поднимались. Действительно. Мало кто ждал от избалованной президентской дочки столь решительных действий. — Ты просто… — Леон не договорил, шумно усмехнувшись. В этом смешке звучала смесь изумления и восхищения. — Клянусь, я ожидал чего угодно, но не такого развития событий. Чёрт возьми, я пытался отыскать ключ, чтобы добраться до тебя. Церковь была заперта причудливым замком, а ты… И снова не договорил, слишком впечатлённый. Леон поднялся на ноги и выпрямился, протягивая руку. — Давай. Ах да, прости, забыл представиться. Я — Леон Кеннеди. По приказу президента я здесь, чтобы спасти тебя. Его монолог — смесь оригинала и ремейка. Из-за смены локации и обстоятельств появились новые диалоги и знакомые фразы, взятые сразу из двух игр? Я не понимала. Мысли скакали от одной детали к другой. Сверху комом лежал до конца не угасший ужас происходящего. А ещё волнение из-за чрезмерного наблюдения Леона. Если не держать себя в руках, он поймёт, что с дочерью президента что-то не так. Не должна она фанатеть по первому встречному парню, даже если он здесь с целью вытащить её из кошмара. Фиктофилией здесь страдаю только я. Принимая помощь, я сдерживала своего внутреннего фаната от желания запищать, прикасаясь буквально к мечте (в адских условиях). Тихонько прочистила горло и ответила, потупив взгляд: — Я догадывалась. Ты единственный, выглядишь не как местные. И явно здесь не просто так. Да и тот странный торговец сказал, что меня ищут. — Ах да, — Леон перевёл взгляд на двери, которые так и остались приоткрыты до узкой щели. Затем снова посмотрел на меня, нахмурив брови. Вечно хмурый. Взгляд, в котором навсегда отпечатались тяжёлые события прошлого. И как бы он ни пытался показать другие эмоции, след оставался. Тот милый парень, похожий на золотистого ретривера, превратился в опасную, побитую жизнью, гончую. Но может быть где-то в глубине ещё живёт то солнышко, смотревшее на мир невинными глазами. — … бой? До слуха долетела обрывочная фраза. Я тихонько чертыхнулась. — Прости, я задумалась! Что ты сказал? Сосредоточенность. Буду уходить глубоко в себя, сомнения на мой счёт начнут расти. К тому же данная местность не располагает к глубоким думам. Я слишком сильно расслабилась, почувствовав рядом крепкое мужское плечо. Леон терпеливо повторил: — Тот торговец вёл себя как-то странно с тобой? — Эм-м… вроде нет? — ответ прозвучал больше в вопросительной форме. — Просто удивился, что в подобном месте девушка ходит одна. Сказал, что меня ищут. И где тебя найти. Несмотря на удивление на поставленный Леоном вопрос, я ответила честно. Его голубые глаза внимательно изучали меня, словно пытаясь уличить на предмет лжи или недосказанности. Продолжал хмуриться, — жест, который, кажется, навечно прикреплён к лицу, — при этом оставался незаконно красивым. Таких людей в принципе не должно существовать, чтобы не разбивать несчастные сердца. «Поэтому он и вымышленный», — добавила про себя. Бесстыдное разглядывание продолжилось. — Хм. Хорошо, если так, — Леон отвёл взгляд, но только чтобы настроить связь, прикладывая два пальца к маленькому микрофону в левом ухе. — Гнездо, это Кондор-1, — стал докладывать, обращаясь к своему информатору. Ингрид Ханниган. Губы тронула лёгкая улыбка. То, как они разговаривали, используя кодовые обращения, всегда выглядело забавно. В ремейке добавили новшество, тогда как в оригинальной версии они спокойно обращались друг к другу по имени. Пока Леон докладывал текущее положение дел, я задумалась о недалёком будущем. Смогу ли я вернуться в свой мир? Или придётся жить в этом? В мире, где постоянно случаются различные утечки всяких зомби-вирусов, заражения паразитами или плесенью. Даже ради Леона я не хотела бы застрять здесь навечно. У меня был свой мир, своя жизнь, родные! — … принял. Мы выдвигаемся немедленно. Кондор-1, до связи, — Леон закончил отчёт и его взгляд смягчился. — Вертолёт будет ждать нас недалеко от деревенской площади, примерно в трёх километрах отсюда. В какие-то моменты нам придётся ускоряться. Ты сможешь бежать? — Смогу, — со вздохом отозвалась. Как будто у меня был выбор. Тельце хиленькое, есть определенные проблемы в ногах после падения со второго этажа старой церквушки, — правая ступня иногда пульсировала слабой болью, — но захочешь жить, побежишь как атлет. Говоря о жизни. Первостепенная задача — не сбежать, а избавиться от паразитов внутри наших тел. Но была проблема. Как эту информацию донести Леону, не вызвав лишних подозрений? Ни про своё заражение, ни тем более про заражение её спасителя, Эшли ничего знать не должна. Но и имитировать приступ глупо, только вызову лишнее беспокойство. А зная о проницательности Леона, ситуация примет наихудший оборот, если я стану объектом подозрений. Тяжело. — Отлично. Тогда идём, — кивнул Леон, в последний раз осмотрев меня с головы до ног. Лишний раз убедился, что всё в порядке. — Держись поближе ко мне. Если попрошу отойти в случае опасности, держись на расстоянии, но в поле моего зрения. Ясно? Инструкция предельно ясна. Геройствовать я точно не собиралась. Все мои приобретённые игровые навыки могли идти на хрен в этой реальности! Даже если, в теории, я попытаюсь вступить в контакт, это закончится либо нелепой травмой, либо похищением прямо перед носом Леона. А Ганадо юркие. Если не быть осторожной, в самом деле умыкнут, закинув на плечо, как мешок с картошкой. Если такое случится — я буду готова противостоять, не важно себе, из-за приступа, или другим. Чёрт с два я останусь наедине с местными. В игре похищения оставались за кадром, и кто знает, что с Эшли делали. Были, конечно, представления, и ни одно из них не включало в себя обычное заключение. Кожа покрылась мурашками. Леон шёл немного впереди. Он напрягся, широко распахивая тяжёлые двери, которые мне дались с трудом. И, Боже, то, как перекатывались его мышцы под футболкой, незабываемое зрелище. Он и через монитор умел передать свою крутость и секс, но теперь, в реальности… Чистое, неподдельное восхищение и желание потрогать перекрыли здравый смысл и заглушили недавний страх перед неизбежным. В последний момент я одёрнула руки и специально впилась ногтями в кожу ладоней. Боль отрезвила. Эти эмоциональные качели сводили с ума. Может, Леон и не сказал бы ничего странного, и не посмотрел бы на меня, как на психически нестабильную особу, если свои неожиданные порывы ссылать на шоковое состояние, но весь последующий путь будет проходить под ещё более бдительным осмотром. Это дополнительная головная боль к уже имеющейся. Я просто не могла загружать Леона большими проблемами. Взгляд скользнул по светлым волосам, а точнее, по той пряди, что смешно и одновременно мило торчала сзади. Пальцы зачесались поправить. Просто чтобы привести в относительный порядок. В этом не было ничего странного. Уж не страннее Виктора Гидеона, откровенно лапающего Леона в Реквиеме! Сволочь. Он сделал то, что мечтало сделать половина фэндома! Вспомнив о персонаже, вызывающем двоякие чувства, я невольно вспомнила и то, каким сделали Леона в преклонном возрасте. Нереально горячий папочка. С губ чуть не сорвался звук сродни всхлипу и стону. Не зря за его внешность взялись женщины. Они просто обязаны были сделать Леона настолько горячим, чтобы у мужчин появились сомнения в своей ориентации. — Ты в порядке? — Леон обернулся с недоумением. Я в страхе замерла. — Да! Всё норм! — невольно повысила голос и сама же поморщилась от громкости. Не стоило паниковать раньше времени. Я всё ещё могла ссылаться на шоковое состояние. К тому же Леон не знал характер и манеру поведения Эшли Грэм. — С возвращением, незнакомец! О, я рад, что вы не разминулись! Теперь вдвоём против всего мира, а? Болтливость Торговца явно утомляла Леона. Он всё ещё не знал, как относится к нему, как к союзнику, продолжая вести сделки, или же держаться на расстоянии и в случае угрозы действовать незамедлительно. На лице отчетливо читалось: «Я тебе не доверяю». — У меня есть для тебя кое-что, — Леон положил на прилавок антикварную курительную трубку, взятую в вороньем гнезде. И как ему удаётся находить все эти драгоценности и прочие безделушки, рассыпанные по местности? Вне игры «зоркий глаз» выглядел нереалистично. Где гарантия, что в гнезде будет что-то помимо яиц? — Отлично! — жадные руки Торговца уже рассматривали антикварную вещь с делом знатока. — Достойный экземпляр, но не слишком высок в цене. Могу улучшить одно из твоих оружий или заточить нож. Ещё одна интересная деталь. Инвентарь. Игровые условности — одно. Но как быть в реальности? Я более внимательно присмотрелась тактическому снаряжению Леона. Карманы и переносные сумки забиты боеприпасами. А на его плече висел дробовик, тот самый, что он нашёл в одном из домов на деревенской площади. На ремешке! Прощай возможность менять оружие с появлением нового за спиной. Реализм определённо побеждал. Вряд ли Леону было бы удобно таскать с собой громоздкий чемодан с внушительным арсеналом. А мешочки песет, везде и всюду валяющихся на земле после смертей ботов? Нет такого количества песет в реале. И как проводить торговлю? В ход будет идти перепродажа? Обменяй одно оружие на другое и получи в подарок несколько пачек патронов и спрей? Почему в голове это прозвучало, как реклама? — Удачи вам двоим! Будет возможность, заглядывайте ещё! В ответ Леон коротко кивнул. — Мы закончили. Давай поспешим, хорошо? Насколько вообще позволяла текущая обстановка, мы двинулись дальше. Вокруг было тихо, новых врагов поблизости не наблюдалось, но Леон не ослаблял бдительности, держа перед собой пистолет. Мои мысли снова потекли, подобно ручейку: По игре Леон мог парировать практически всё: удары щупалец Плаги, коктейли молотова, гранаты, стрелы, топоры, даже удар бензопилой. По всем законам физики сдержать удар последнего невозможно. Как бы ни был силен Леон, силу двигающихся лезвий не удержать, рука просто соскользнёт. Не говоря уж о прочности лезвия. Почему бы не использовать подручные средства, как он научился делать в девятой части? Это ведь так удобно! У местных жителей столько разной сельской опасной утвари. — Ты как? Держишься? — неожиданно спросил Леон, обеспокоенно поглядывая на меня. Недоумение от его вопроса сменилось пониманием, когда мы дошли до деревянного моста, приближаясь к церкви. Верно. Именно здесь трупов было слишком много. Совсем недавно, проходя по мосту в одиночку, меня чуть не стошнило и от вида, и от запаха трупов. — Нормально, — сдавленно ответила, стараясь больше дышать ртом. Не дай Бог опорожнить желудок в присутствии Леона. Он, конечно, и не такое повидал в своей жизни, вид блюющей девчонки его не смутит, но это будет мой личный позор. Я не смогу на него смотреть, если это случится. Особенно если в процессе как-то задену его! Опустим неприятные ощущения после блевоты и запах изо рта. — И всё-таки, как тебе удалось сбежать? — снова прервал тишину Леон, когда мы проходили мимо церкви. Входная дверь всё так же была заперта. Решетки с кругообразной выемкой продолжала стоять препятствием. — Ну… — я немного замялась, пытаясь быстро решить, как объяснить свой побег, при этом не ляпнув лишнего. — Сначала пришлось изрядно помучиться чтобы избавиться от верёвок, которыми меня связали. Потом лезть на какой-то чердак и прыгать в окно, так как нормальный выход был заперт. А дальше я просто шла по тропинке из трупов, решив, что если на этом пути есть только мёртвые, то это наиболее безопасная дорога из возможных. Так и вышла к Торговцу. А дальше ты знаешь. По мере рассказа лицо Леона приобретало всё более шокированное выражение. А где-то за шоком прослеживалась другая эмоция, которую уже довелось увидеть при нашей первой встрече пару минут назад — восхищение. И Боже мой, быть объектом восхищения Леона Кеннеди — дорогого стоит. Горячая волна гордости разлилась в груди. — Просто невероятно. Ты просто что-то с чем-то, — он с усмешкой покачал головой, в последний раз бросив взгляд в сторону церкви. Но через мгновение его лицо изменилось. Брови сдвинулись вниз. — Сильно болят? Я перехватила его взгляд. Он заметил следы от верёвок. — А, нет, уже нормально, — поспешила его успокоить, поправляя рукава пиджака. За это время я успела позабыть о том, как сильно ныли запястья. Однако стоило пальцами правой руки, совершенно бессознательно, коснуться следов связывания на левом запястье, как руку прострелила ноющая боль, заставив зашипеть сквозь зубы, от неожиданности. — Позволь мне взглянуть, — Леон повернулся всем корпусом и уже хотел протянуть руку, как вдруг поморщился и слегка дёрнулся, прикладывая ладонь к собственной груди, а затем закашлял. От страха внутренности скрутило. Началось. Первый приступ, который должен был случиться после битвы с рыбой. Прошло достаточно времени, чтобы произошло то, что было предначертано по игре. Пусть и в другой локации. — Блять. Что эт… — Леон не успел договорить, смотря на собственную дрожащую ладонь в крови, как вдруг пошатнулся и без сознания упал на сырую землю. — Твою мать! И что мне теперь делать?!